Никто не говорил про дочерей

Арсений с улицы заходит в относительно теплый подъезд, и поднимается на этаж к Антону, который вызвался помочь в поисках Кьяры. На третьем этаже к нему навстречу спускается Шастун. и вместо обычного приветствия решает повести себя как мудак. — Твой режим рушится с треском, — Антон смотрит с ноткой издевки, наслаждаясь своей ведущей позицией. — Мой режим – здравый смысл, нормальное воспитание, — ежесекундно вспыхивает Арсений, как будто знал,что этот разговор состоится. — Так воспитывались и мы в свое время. Шастун молчит, и выглядит напуганным коротким нервным срывом бывшего коллеги. — А моя дочь не убегает из дома, — немного помолчав, тихо произносит Антон, доставая из кармана штанов сигареты. Арсений понимает, что этот испуг был просто хорошей актерской игрой, ухмыляется и про себя хлопает ему. Злость отступает незаметно. — Я тоже в свое время убегал, — Арс на несколько секунд задумчиво смотрит в пол, видимо, погрузившись в воспоминания. — Но это несерьезно было. — Ну, у тебя был приебнутый отец, — сразу же соглашается Антон и судорожно думает, что еще добавить, чтобы разговор завязался. — Я у тебя его не было, — мужчина быстро отбивает у него это желание. Интересно, что лучше? Отвратительный отец или никакой? *** “ — Конечно никакой, — Попов улыбается, но глаза серьёзные. Он выглядит как старший брат, рассказывающий младшему о чем-то простом, но ему неизвестном. А потом наклоняется к шее и оставляет на ней невесомый поцелуй. — Щекотно, Арс, — возится Антон и по-детски посмеивается, слегка отталкивая мужчину назад. — Расслабься, — Арсений дает совет, как не бояться щекотки и еще навязчивей припадает к телу Шастуна. Парень смеется еще сильнее, откидывается на спинку дивана и тянет Попова за собой. Поцелуи становятся более напористыми. Если сейчас в гримерку кто-то зайдет, будет весело. Антону нравятся такие моменты за азарт. Антон иногда смотрит на Арса и удивляется, как никто не замечает, насколько он гей. А потом вспоминает про шипперов”. *** — Не кури на меня, — из воспоминаний вытаскивает голос Арсения. Теперь такой холодный и отстраненный. Антон смотрит на него как в первый раз – скользит глазами по всему телу и впитывает в себя. Каждое слово, каждое прикосновение из прошлого ударяет его ножом в легкие. — Господи, я такой конченый, — Антон садится на ступеньки прикрывает лицо руками. — Не используй имя Господа всуе, — у Арсения голос все еще чужой. И смотрит он наверняка высокомерно, поэтому Шастун боится поднять глаз. Антон не верит, что Арс — такой теплый и родной — может так измениться. Антон с дня свадьбы был уверен, что это еще не конец. — Пожалуйста, перестань, — таким тоном жертва обычно просит прекратить издевательства над собой. — Прости меня. Я знаю, что это невозможно. -- Зачем тогда просишь? Шастун слышит, как рядом с ним на ступени приземляется тело Арсения. Граф решил сидеть на грязных ступенях – он явно недооценивал изменения. Мужчины сидят, боясь пошелохнуться. От отсутствия движений в подъезде потухает свет и помещение погружается во мрак. Мысли проедают голову изнутри. “Ты мог бы быть счастлив”. Слышно, что происходит в квартирах за стенкой. Кричат дети, громко разговаривают по телефону взрослые, мужики пьют пиво после работы и покрикивают на жен. Все, блять, слишком чужое. Арсений тяжело вздыхает и снова прерывает молчание: — Ты обещал мне, — слышно, как его голос почти незаметно дрожит. От этого Антон хочет вспороть себе глотку. — Обещал, что все будет хорошо. А когда в глаза мне смотрел, уже кольцо купил? А когда контракт с тнт подписывал, уже знал, что про нас всех забудешь? Антон, я тут умираю. Ты решил окончательно убить меня? Попов встает со ступенек и спешит на выход. Хочет сказать что-то пафосное на последок, по типу: "— У тебя уже был шанс", Но в кармане звонит телефон. “Наверное, Алена” – понимает Арс, и самое жгучее, что приходит к нему в голову в ту секунду, он и говорит: — Антон, это грех. Больше не оборачивается, потому что понимает, что не выдержит. До этого у него всегда получалось выигрывать в этих драмах, но сегодня он был на гране срыва. “Ты же актер” – повторял себе каждый раз Арсений, и это срабатывало. Но сейчас он с ужасом осознает, что актер он где угодно, но не с Шастом. На улице Арс все же решает ответить на звонок жены, но не без опаски. Он боится, что снова забудет все, что только что понял, потому что готов принять эти мысли. Но он ничего не забывает. Более того, ему даже перед ней не стыдно. Они перекидываются парочкой слов, но когда Арс кладет трубку, из подъезда выходит Антон и сообщает, что Мира сейчас подойдет сюда. — Она скорее всего знает, где ее искать. Ну, они же подружки, — с угрюмым выражением лица выдавливает из себя Арсений. — Только пообещай мне, что когда мы ее найдем, ты ее не убьешь. Попов смотрит в зеленые глаза напротив так, как раньше смотрел на сцене, и произносит: — Обещаю. Антон боится, что это обещание будет таким же, как и его. Они решают разделиться. Поехать (в случает Арса пойти) в разные стороны и искать по разный районам, периодически созваниваясь. Оба почти уверены, что это не имеет смысла, но попробовать стоит.

***

Кьяру нашел Шаст, уже под утро. На одной из автобусных остановок Питера, как иголку в стоге сена. Спать хотелось неимоверно, мешки под глазами и ужасное самочувствие напоминало об этом, но Антон старался упорно их не замечать. Время 4:27, через три часа на съемки, но это сейчас не имеет значения. В турах он спал меньше, но всё равно выкладывался на полную, как только выходил на сцену. Гримеры постараются, сейчас приоритет — найти и вернуть Кьяру домой. Любыми средствами. Над городом уже висит туман, который через пару часов превратится в росу. Машин почти нет, из людей – пьяницы, возвращающиеся домой чуть ли не на ощупь. Антону больно смотреть, как девушка дрожит от ночного холода, но всё равно предпочитает оставаться тут, а не ехать домой. — Здравствуйте, — говорит она сквозь зубы, когда Шастун выходит из машины и подходит к ней. Она смотрит на него и не понимает, почему в его глазах застыл испуг и немного ахуй, а не злость. Он снимает с себя куртку и накидывает на плечи Поповой. — Холодно тебе, да? — заботливо интересуется Антон, приземлившись рядом с ней на лавочку, и немного ежась от утренней свежести. — Мы все волновались. Пойдем в машину. В машине делится с ней своим кофе и звонит прежде всего Мире, чтобы сообщить, что она может ехать домой и спокойно спать. Дочь долго уговаривает его привезти девушку сначала ним, а не сразу домой, но Антон не думает, что это хорошая идея, поэтому просто кидает в трубку "как получится" и набирает Арсу. — Ну как? — Кьяра нашлась. Ты где? Антон едет по продиктованному адресу и подбирает Арсения. Мужчина хочет что-то сказать, но ловит взгляд Антона "давай помягче" и изо всех сил старается сменить настрой. И обнаруживает, что ему совсем нечего сказать без криков. Арс просит увезти их домой, но Шастун не слушает, и, ссылаясь на то, что они своим приходом разбудят Алену, все-таки везет их к себе. — А мы твою жену не разбудим? — Она навряд ли сейчас дома, — первая отмазка, которая пришла Антону в голову. Уставшие, они едут домой в слишком семейной атмосфере. Антон поворачивает голову налево и видит, что Арс уснул щекой на дверном стекле. Это выглядит смешно. Антон следит за дорогой, улыбается как чеширский кот и достает из кармана телефон, чтобы сфотографировать это. После от скуки он проверяет ленту в инстаграмме. Первое, что попадается ему в отмеченных -- их фотография с Арсом из чьего-то окна, сделанная в момент, когда они шли от подъезда к машине Антона. Подпись: "Артон еще жив?" Шастун боится смотреть, сколько лайков и комментариев собрало это фото всего за несколько часов.