Ты можешь остаться...

      ♫ Falling In Reverse — Carry On       С самого утра Хан Джисон и Ли Минхо делали все в спешке, а все потому, что проспали все свои будильники, когда оставили их в одной комнате, а спать ушли в другую. Благо Хван заглянул к ним, потому что хотел поговорить о предстоящем дне. Но разговор пришлось отложить на обеденное время. Парни даже не поняли, что надели одежду друг друга, когда ушли, а точнее убежали в универ даже не позавтракав.       Хан забыл все, что только можно забыть. Даже камеру. Как фотограф мог забыть свой главный предмет работы? Да все потому, что Ли завлекал его в разные шалости всю ночь, не давая покоя. Но младший не жаловался. Только зависал и улыбался, вспоминая события.       Они больше проводили время вместе, как и обещал Минхо. Ли стал меньше участвовать в жизни универа. Это не значит, что он забросил все свои кружки, просто начал дозированно уделять этому время. А самый большой отрезок времени он проводил с Джисоном.       Младший благодаря Минхо хоть и не полностью избавился от фобии, но уже не задыхался, когда на улице начинало темнеть. Это было большой победой после многих лет страха. А когда они оставались наедине в полной темноте, касания Минхо и его улыбка были маяками для Джисона.       Когда Минхо дожил до обеда, то с такой скоростью налетел на еду, как если бы сам гонялся за добычей. К нему присоединились Хенджин и Чан. Первый вновь задумал небольшой план.       — Хен, приятного аппетита, — сказал он, на что Ли кивал с набитым ртом, — Все же помнят, что завтра за день?       — Да как тут забудешь, — бубнил Минхо, — если ты пилишь нас этим уже неделю.       — О, кто-то не позавтракал, я смотрю, — саркастично сказал Чан, добавив к этому ухмылку, — Да, Хенджин, завтра все в силе, не боись. Чонину все понравится, я уверен.       — Надеюсь.       — Надеется он, — бухтел Ли, — Если надеешься, то иди помолись, а если ты уверен во всем, то молитвы тебе не нужны. Все и так будет прекрасно.       Парни рассмеялись словам Минхо. И правда, все просчитано до мелочей, бояться нечего.       — Надо будет только перед поездкой накормить всех, — сказал Чан, — А то придется на каждой заправке останавливаться и покупать перекус.       Минхо с острым прищуром взглянул на Банчана, но не нашел, что сказать, поэтому продолжил кушать. Чан и Хван поели и длинноволосый начал собираться.       — Ладно, — сказал Хенджин, — Я пойду, у меня просмотр скоро, надо ещё работы выложить.       — Удачи тебе, — сказал самый старший, — Я хоть и всегда готов к семестровым просмотрам, все равно немного…       — Боишься?       — Очкую.       — А, ну да. Есть такое. Ладно, я пошёл. Хен, смотри, чтобы Минхо тебя не съел.       — Иди уже, пока я тебя не съел, — Ли пригрозил младшему вилкой.       Хван на отлично сдал просмотр академических работ и весёлой походкой отправился на встречу с лисом. Тёплый июньский день побудил Хенджина надеть белую рубашку, голубые джинсы и бежевые ботинки. Его волосы отросли ещё немного, что радовало Яна не меньше, чем Хенджина радовала его улыбка.       Прошло время с тех пор, как они все пережили. Шрамы зажили, оставив тёмные следы на коже, но это не перестало быть напоминанием силы. Каждый день Чонин вставал на ноги и шёл вперёд, чётко представляя свой путь. В этом ему помогал прекрасный подарок старшего, с которым Ян не расставался со своего дня рождения. Да и сам старший тоже.       Оглядываясь назад, Хван наконец-то с улыбкой начал вспоминать то, что пришлось вытерпеть младшему. Сколько страха, гнева, боли, физической боли и метаний он вытерпел и теперь, наконец, может спокойно дышать.       И бегать.       Они договорились встретиться в парке, в котором однажды Чонин едва не довел Хенджина до сердечного приступа. Хотя за то время, что они вместе, сердце Хвана уже научилось ожидать от лиса всего, чего только можно. Конечно каждый раз это был как выстрел, как разряд молнии, как падение в бездну, как утонуть в ледяной воде.       Но без этого было еще хуже.       Хенджин каждое утро просыпался с мыслью, что любит Яна и это было самым приятным чувством.       Чонин не переставал думать о тех словах, что швырнул в лицо старшему перед новым годом. Может, Хван его и простил, но младшему было неприятно до сих пор. Он не представлял, что встретит человека на столько доброго и любящего его, что все происходящее казалось ему тогда сном. И пусть было приятно, это был ночной кошмар. Любить и бояться.       Ян был благодарен парню за его любовь и поддержку и собирался сделать все, чтобы тот чувствовал себя таким же или даже более счастливым рядом с ним.       Хенджин спокойно шел навстречу младшему, листая свой альбом с красной обложкой, который уже почти закончился, остался последний пустой лист. В оговоренном месте он услышал, как со спины к нему приближаются быстрые шаги, но он не успел развернуться, как сильные теплые руки обняли его за талию, а на плечо упала кучерявая голова.       — Привет, — сказал младший шёпотом и с быстрым дыханием, — Так рад тебя видеть.       Хван улыбнулся и облокотился на младшего, накрыв руками чужие ладони.       — Это взаимно, Чонин. Ты давно здесь?       — С утра.       — С утра? — старший округлил глаза и развернулся лицом к Яну, — Ты с утра бегаешь? Все нормально?       — Да, Хенджин, со мной правда все хорошо. К тому же, доктор разрешил мне снова заниматься атлетикой.       — Он сказал, что ты можешь позволить себе минимальные нагрузки.       — Для меня это минимум, — хитро улыбался младший.       Хенджин закатил глаза, но тоже улыбнулся.       — Ладно, только сильно не нагружай себя. Идём, на сегодня тренировка закончена.       — Ну можно ещё пару кругов? — захныкал Чонин, но мягкий взгляд Хвана отговорил его продолжать уговоры.       Хенджин взял его за руку и они отправились домой к младшему.       Пока Ян принимал душ после тренировки, старший старался что-то приготовить. Чонин как мог пытался научить парня готовить, но на данный момент у Хенджина получались только блинчики. Их он и приготовил.       Пока младший уплетал обед, Хван вновь начал заманивать его в свой план. Потихоньку, помаленьку.       — Чонин, какие планы на завтра? — непринуждённо спросил старший.       — Ну, закончить школу, а там посмотрим.       — Да. Поздравляю, кстати.       — Рано еще поздравлять, — сказал парень и кушал блинчики, — кто знает, что произойдет.       — Ничего страшного, я надеюсь. Выйдешь на сцену, тебе вручат диплом, повесят медаль, подарят цветы, конфеты, кубки и отпустят.       Ян был отличником, да, но он каждый раз смущался, что его хвалят за это.       — Да ладно тебе, — сказал младший и прятал розовые щеки под челкой, — Ничего такого не будет. Обычный выпускной.       — Возможно… — загадочно протянул Хван, — Как хочешь провести завтрашний день?       — Я бы хотел побыть с тобой. Может, сходим в ресторан или погуляем где-нибудь. Мне, если честно, все равно где, главное чтоб с тобой.       — Мне приятно. Но точно не хочешь ничего особенного?       — Не нужно ничего. Завтра исполнится моя мечта, это уже событие.       Хван улыбнулся, вспомнив, как младший говорил ему об этом зимой. Как же он был счастлив, что мечта Чонина исполнится.       — Ну хорошо, тогда отметим это где-нибудь, окей?       — Полагаюсь на тебя.       — Доверься мне. Кстати, твой дядя придет?       — Конечно. Он сегодня вечером возвращается. Наконец-то. Эти его деловые поездки уж слишком частые стали.       — А родители и брат с сестрой? — осторожно спросил старший, от чего Ян слегка похолодел.       — Нет. Ты же сам знаешь. Я их не жду. Давно не жду.       — А хотел бы? — продолжал осторожно спрашивать старший, переплетая пальцы с Чонином.       Ян опустил голову, а очки сползли на кончик носа. Он крепко сжимал ладонь старшего, принимая всю его поддержку.       — Нет, — все же улыбнулся младший, — Не хочу, чтобы день испортился. Моя семья и так придет. Большего не нужно.       Хенджин тепло улыбнулся и потянулся через стол к Яну за поцелуем. Его губы были сладкими от сиропа.       — Ммм, какой сладкий лисенок.       — Да ну тебя, — краснел Ян.                     Утром Хенджин проснулся до будильника. Хорошее начало дня.       Он заранее приготовил сумку с нужными вещами, поэтому еще раз проверил сумки друзей, пока Минхо грозил отшлёпать его за это, ведь Ли всегда готовился заранее.       Погода была прекрасная. Лето наступило, а вместе с ним и приятная жара. Хван надел светлые клетчатые брюки, белую вязаную жилетку, поверх накинул рубашку такого же цвета и белые кеды. Это был цвет его сегодняшнего настроения.       За завтраком собрались все семеро. У каждого была своя задача. Быстро все обговорив, они закинули сумки в машины Чана и Минхо и отправились выполнять задумку Хенджина.       Чонин шел к своей школе на свой последний звонок. Все экзамены были позади, как и ночные зубрежки. Старшие даже не сомневались в том, что Ян все сдаст на отлично. Больше переживал.       Когда он подходил к школе с опущенной головой, он даже не заметил рядом стоящего Хенджина, пока тот не взял его за руку.       — Эй, Чонин, о чем задумался?       Младший немного вздрогнул от неожиданности, но обрадовался, увидев хена.       — Х-Хенджин…прости, я не заметил тебя.       — Что-то не так? — спросил Хван и обнял Яна за талию.       — Нет, — сказал парень и обнял в ответ, — Просто разные мысли. Знаешь, мне почему-то слабо верится, что я сейчас иду получать диплом и больше не приду в школу. Дальше будет…совсем другая история. Новая история.       — Это же хорошо. Я куплю новый скетчбук и заполню его новыми воспоминаниями. Будем вместе их создавать.       — Я буду счастлив, Хенджин, больше мне ничего не нужно.       — Как и мне. Идем, а то опоздаем.       Парни зашли в главный зал, где предстояло награждение выпускников. Первым удивлением для Чонина было то, что поздравить его пришли не только Хан и Минхо, но и остальные. Его дядя тоже уже был здесь и болтал с парнями о чем-то, что смешило всех.       — Привет, пап. Ребята, а вы что здесь делаете?       — Как что? — наиграно спросил Чанбин, — Ну, типа, тебя пришли поздравить? Не?       Чонин слегка рассмеялся.       — Нет, ты не так понял. Я рад вас видеть, просто думал, вам это скукотищей покажется.       — Неверно ты думал, — ответил Сынмин, — Не каждый день заканчиваешь школу, особенно на отлично.       — А сам то? — сострил Чанбин, ведь знал, что Ким тоже был да и остается отличником.       — Ну да, — ухмыльнулся Сынмин.       — Ладно, мы поняли что вы пятёрочники, завалите уже, — ворчал Банчан, — Идемте, а то все хорошие места займут.       В зале уже собралось много выпускников. Все были в школьной парадной форме, как и Ян — серые брюки, черный клетчатый пиджак, такой же галстук и белая рубашка.       Чонин ушел к своему классу, оставив друзей и дядю, а Джисон проскользнул следом, чтобы заснять несколько моментов. Учителя помнили его и его любовь к фотографиям, поэтому пригласили чтобы он отснял все это событие.       Учителя произносили трогательные речи, поздравляли выпускников, звучала милая музыка, родители вытирали слезы платками, а подростки перешептывались о том, куда пойдут пить пиво после всего этого. На сцену вышел директор. Перед тем, как начать награждать отличников, он произнес такую длинную и душную речь, что Вонхэ даже закипел. Чонину уже немного наскучили эти монотонные речи и он глазами начал искать знакомые лица. Но когда он только встретился взглядом с Хенджином, его пригласили на сцену дабы вручить диплом.       Ян слегка дрожал. Все казалось ему ненастоящим и он ждал подвоха. Он так боялся, что сейчас сделает шаг и все это счастье, которое у него есть, треснет под ногами и он провалится в бездну. За то время, что он жил с готовностью умереть в любую минуту, он разучился обращать внимания на какие-либо радости, даже самые маленькие. Он жил моментом, не жалея себя. К чему опасаться упасть, если ты все равно окажешься внизу, в холоде, в темноте. Ему было так страшно все это время. Хван был его утешением. Когда старший держал его за руку, страхи Чонина отступали, все было ярким и живым. Но стоило ему оказаться одному, снова просыпались мысли, от которых хотелось кричать, лишь бы не слышать их.       Но вот он идет навстречу своей мечте и ничего.       Ничего плохого не происходит. Земля не уходит из-под ног, а кровь не покидает вены.       Все хорошо.       Директор школы много раз похвалил Яна за отличную учебу, успехи в спорте, в шахматах и программировании, несколько раз пожелал удачи в будущем и почти расплакался, отпуская такого способного юношу в новую жизнь. Ему вручили букет цветов, диплом с отличием и золотую медаль. Так же ему вернули все его спортивные награды, которые хранились в школе как почетные призы учеников. Словом, школьный шкафчик почти опустел, когда награды Чонина убрали и теперь Яну придется покупать вторую полку для всех этих кубков.       Парень несколько раз поклонился учителям и директору, поблагодарив за теплые слова, и под особо громкие аплодисменты своих друзей спустился со сцены. Правда, ему не хватило рук, чтобы унести всё и помогать ему подбежали хены.       После всего этого торжества Чонина из школы на руках вынесли Чан и Чанбин, размахивая его же кубками. Все это фотографировал Хан, который так же ярко улыбался, как и все остальные. Когда они, наконец, его отпустили, то все разом обняли, повторяя как они рады за младшего.       — Чонин, ну все! — сказал Чан, — Поздравляю тебя с окончанием школы! Теперь будешь как мы, жить в общаге и питаться лапшой каждый день.       — Ну нет, — улыбался Ян, — Я, в отличие от вас, умею готовить.       — В отличие не от всех, — подчеркнул Минхо.       — Как ощущения, Чонин? — спросил Феликс.       Младший на несколько секунд задумался, пока к нему подошел его дядя и обнял за плечи.       — Знаете, все хорошо. Так спокойно. Мне даже не верится.       — Почему не верится, пацан? — спросил его Ян старший, а Хенджин наблюдал за лисом через плечи друзей, заранее зная, какой ответ может дать Чонин.       — Раньше все казалось таким далеким и… Но вот оно. Все здесь и сейчас и это…реально. Спасибо вам, ребята, что поддерживали меня. Правда, вы самые лучшие. Не знаю, смог бы я все это пройти, если бы не вы, — младший немного покраснел, взглянув на Хвана, — И…тебе спасибо, Хенджин. Без тебя я бы точно не стоял сейчас здесь. Я бы просто…исчез.       Хенджин и сам покраснел. Ян еще не признавался ему при всех сразу, так что он прикрыл лицо руками.       — Ой, да ладно вам, — Хан закатил глаза, — Давайте отложим сюси пуси и двинем уже куда-нибудь.       Друзья рассмеялись.       — Перед тем как ты, Хан, выразился, двинуть куда-нибудь, мне обязательно нужна фотка, — сказал Вонхэ, — И это не обсуждается. Мне уже достаточно лет, чтобы фоткаться со своим пацаном на фоне школы, с цветами и прочей мишурой. Так что давай, настраивай аппарат.       Джисон сфотографировал двух Янов, пока те счастливо улыбались в камеру. Чонин держал в руках свой диплом, а у Вонхэ в руках были кубки младшего. После нескольких кадров, к ним двоим присоединились и остальные. Парни улыбались и радовались в камеру. Джисон тоже хотел в кадр, поэтому попросил проходящую мимо выпускницу сфотографировать их вместе.       Вот кадр: в середине Чонин, улыбается так ярко, что его глазки стали маленькими черточками. Справа от него дядя, Феликс, Сынмин и Чанбин, которые тыкают друг друга в щеки, а слева Хенджин, который облокотился на кучерявую голову своей, Банчан и Минхо, спереди на корточках был довольный Джисон.       — Ну, теперь я по-дедовски доволен, — выдохнул Ян старший, — Жду копии, Хан.       — Обязательно, дядя.       — Хорошо. Что ж, ребятки, я пойду.       — Вы точно не хотите с нами? — спросил Хван, но Чонин не совсем понял его вопроса.       — Точно, Хенджин. Оставлю вам этот день, а потом как-нибудь выберусь с Чонином. Удачи вам.       — Хорошо, дядя, — брюнет улыбнулся ему и поклонился, это же повторили и остальные, — До свидания.       — Пока, ребята.       Ян Вонхэ помахал рукой и с улыбкой покинул парней.       — Куда он ушел? — не понимал Ян, — Я думал, мы отметим где-нибудь.       — Так и есть, — ответил Хенджин.       — Что…ты о чем?       — О том, что мечты сбываются, Ян Чонин. Идем со мной.       Парни дошли до своих машин и сложили школьный стафф Чонина в багажники, где были их сумки, а Чонин по прежнему ничего не понимал.       — Хенджин, что ты задумал? Что вообще происходит?       — Увидишь.       Они сели по машинам и двинулись в направлении, которое задумал Хван в своем плане. Все, кроме Чонина знали, куда они едут. От этого с их лиц не пропадали улыбки.       Парни проехали город, оставив высотки и шумные дороги позади. Впереди была только открытая дорога, освещаемая ярким солнцем.       Ян сидел на заднем сидении с Хенджином и ничего не понимал.       — Может вы, все-таки, скажете мне куда мы едем?       — Потерпи, Чонин, — улыбался Хван, — Ты скоро все сам увидишь.       — Вы же не везете меня в какой-нибудь лес, чтобы закопать?       — Больно надо, — ответил Хан, который сидел спереди рядом с Минхо, — Хотели бы тебя прибить, не брали ли бы с собой Хенджин-хена. Сиди спокойно. Скоро уже приедем.       — Куда?       — Сиди, блин, — не унимался Джисон.       — Мы правда скоро приедем, Чонин, — сказал Хенджин и взял младшего за руку, — Думаю, тебе это понравится.       — Ладно, — Ян улыбнулся и опрокинул голову на плечо Хвану.       Через полтора часа поездки все парни въехали в до боли знакомый Чонину городок. Маленькие магазинчики, невысокие домики и добрые люди, гуляющие по узким улочкам.       Ян бегал глазами по окрестностям и начал догадываться, куда они приехали, но не стал спешить с выводами. Но его догадки подтвердились, когда вдали на горизонте он заметил голубую гладь воды.       — Хенджин, мы что…мы…       — Да, Чонин, — улыбался старший и в ответ получил более счастливую улыбку лиса.       Все восемь доехали до того самого пляжа, где сбылась мечта Хенджина прошлой осенью. Где они с Чонином бегали по холодному песку от таких же холодных волн и радовались как дети. Только сегодня был жаркий день в начале лета.       Все страхи, вся боль, все слезы и гнев наконец-то остались в прошлом.       Чонин буквально выбежал из машины. Он побежал по белому песку, проваливаясь в него кедами, и смотрел на бирюзовую воду, позабыв все на свете. Хенджин смотрел на него и не мог вспомнить момента, когда был более счастливым.       Парни вышли из машин и начали собирать свои сумки.       — Воа, вот это вид, — сказал Банчан, — Давно я на море не был.       — Я вообще последний раз море видел только дома, — сказал Феликс, — Хотя здесь намного лучше.       — Да, лучше, — поддержал его Сынмин.       Хван подошел к Чонину и посмотрел на него.       — Ну как? Нравится?       — Нравится?! — вскрикнул Ян и вытаращил глаза, — Ты спрашиваешь, нравится ли мне это место? То самое, куда я фактически привез тебя, чтобы в любви признаться? Ты… — Чонину не хватало воздуха в груди, — Хенджин, это просто невероятно.       Ян потянул старшего на себя и крепко его обнял, укутываясь в плечи, а руками прижимая к себе. Он тянул его сильнее, хотел, чтобы старший всем своим телом почувствовал, как он сильно его любит. Но Хван и так это знал. Знал и любил с такой же силой.       Ян поднял голову и потянулся к пухлым губам, зарываясь руками в темные густые волосы, а Хенджин придерживал младшего за талию, сжимая бока. Любимые острые губы он смаковал с нежностью и теплом.       — Хватит уже вам, — сказал мимо проходивший Чанбин, — Мы сюда купаться приехали, идем уже.       Парни рассмеялись в поцелуе и оба покраснели, пока мимо к воде пробегали остальные друзья. Они скидывали с себя футболки и прыгали в голубые волны, радуясь лету как дети.       Хван облокотился своим лбом на лоб Яна и мягко водил рукой по его щеке. Чонин обнимал его за плечи и был так счастлив и так спокоен в этот момент, что хотелось навсегда остаться в этом месте.       — Хенджин, ты для меня все, что в этом мире существует. Я не смогу представить свою жизнь без тебя. Ты все, что мне нужно. Скажи, ты останешься со мной?       Старший тепло улыбнулся Чонину. Просьба остаться давно стала для них идентичной словам «я люблю тебя».       — Да, Чонин. Хоть навечно.       Парень оставил еще один поцелуй на щеке Яна, а затем взял его за руку и они побежали к воде.