Королева школы

— Мэри, не надо! — Кричит моя подруга, закрыв глаза от страха. — Он не стоит будущих последствий! Я, не слушая ее, замахиваюсь и тут же бью Дэну по лицу кулаком, другой рукой все еще прижимая его к стене. Раздался достаточно неприятный хруст, а из его носа тут же хлынула кровь. — Чтобы я тебя даже близко с ней не видела. — Зло проговариваю, протягивая Жене учебник, что он до этого держал в руке. — Только попробуй еще хоть кашлянуть в ее сторону, я предупреждаю. — На этом моменте делаю паузу и понижаю голос, говоря более угрожающе. — В следующий раз будет хуже. Ден зажал нос рукой и со стоном осел на пол, закрыв глаза. Мне не было его жалко, я даже испытывала какое-то отвращение к нему и ко всем его действиям в данный момент. Хоть по внешности он и был симпатичный парень, но точно не в моем вкусе, тем более отбитый, без чувства юмора и довольно глупый. В общем, больше минусов, чем плюсов, поэтому такого было не жалко бить. Спокойно я вышла из класса, хлопнув дверью и скрыв за ней Даню. Иду, даже не оборачиваясь, а вслед за мной бежит, все еще напуганная, Жека, держа в дрожащих руках учебник и сильно прижимая его к груди. — Он же директору пожалуется. — Сказала Женя, когда мы уже вышли из школы. — Не боишься последствий? Тебя и так на учет поставили, как бы в детскую комнату милиции не забрали, а если еще и твоему отцу позвонят. — Она закусила губу, как будто это угрожало ей, а не мне. — Слушай, хоть Дэн еще тот мудак, но не крыса, не думаю, что он пойдет жаловаться. А даже если так, то пусть, он получил по заслугам, нечего было тебя задевать. — Пожимаю плечами. — С отцом разберусь, а до полиции вряд ли дойдет, не такие уж там и серьезные травмы. — Говорю, а сама понимаю, что вполне дойдет, ведь нос хрустнул, вроде даже я его сломала, а это уже идет, как уголовная ответственность. — Я хочу тебе верить. — Женя протягивает это как-то грустно и поджимает губы, смотря на меня с сочувствием. Видимо, она уже в мыслях пересмотрела все плохие варианты, которые со мной могут произойти, если Дэн все же пойдет к директору или расскажет родителям кто его так избил. Когда накаленная обстановка отступила, мы перешли на другие темы и продолжали идти, весело болтая, будто ничего и не произошло страшного. Именно за отходчивость я и люблю Женю. Она хоть и паникер, но никогда долго над одной ситуацией думать не может, особенно, если эта ситуация и мысли, неприятны для меня. — Ты же завтра поможешь мне с контрольной? — Спросила вдруг Женя, глядя на меня как-то жалобно. — Я подумаю. — Протягиваю и хмурюсь, но при виде ее озадаченного лица, смеюсь и игриво толкаю ее в бок локтем. — Конечно помогу, ты что? Мне не сложно, но все же, с тебя батончик. — Шоколадный? — Она усмехается и почему-то потирает бок. Может я слишком сильно ее задела? — Разумеется. — Женя прекрасно знает меня. Знает мои вкусы и предпочтения, поэтому я даже не удивлена, что ей не составляет труда вспомнить вкус моего любимого батончика со злаками. На половине дороги наши пути расходились и, обнявшись на прощанье с Жекой, дальше я пошла одна. Пиная, на протяжении всего пути, камень, я наконец-то добралась до дома и поднявшись на шестой этаж, вошла в квартиру. Папа опять был в командировке, поэтому снова я одна. Достаточно грустно приходить в пустую квартиру, понимая, что тебя никто не встретит, что некому рассказать о каких-либо интересных событиях, что произошли с тобой за этот день, хотя я и привыкла к такой жизни. Мамы у меня не было, а папа вообще не занимался мной, иногда только звонил и интересовался как дела и жизнь, хватает ли мне денег, нет ли проблем в школе и личной жизни. Мне кажется, что делал он это только для справки, как что-то должное в бланке заданий, потому что в основном спрашивал вопросы по клише, а дальше не интересовался. Он постоянно пропадал в командировках по работе и просто переводил деньги на счет, оплачивал квартиру, но в целом, я жила практически самостоятельно. Появлялся он редко, может несколько раз в месяц, а бывало и в два. Я скучала, правда. Но что я могу сделать? Он старается обеспечить меня лучшим, поэтому и постоянно работает. Мне остается лишь смириться и ждать его звонка, чтобы хоть немного скрасить свою жизнь разговором с любимым и родным человеком. В холодильнике был салат, который я приготовила вчера. Понюхав его, для того, чтобы убедиться, что он еще не испортился, я поставила его на стол. Достала тарелку и хлеб, поставила чайник. Таким образом поужинав, я села делать уроки. Хоть у меня и была дурная слава среди всего педагогического состава в школе, но только по поведению, у меня никогда не было проблем с оценками, я всегда легко усваивала материал и отвечала если не на отлично, то хорошо. Тройки появлялись у меня крайне редко, а про двойки я даже никогда и не думала, так как считала их недопустимыми оценками для себя. Быстро справившись со всеми заданиями по алгебре, наступила очередь физики. Уже несколько минут перерешивая задачу, так ничего не поняв, решила посмотреть решение в интернете. Нашла довольно быстро и увидев ход решения, сразу поняла, что я делала не так. Задача была простой, просто из-за моей невнимательности, я переписала другие данные и все пошло не так. В принципе, как всегда, я страдаю только из-за себя и своих действий. Наконец-то закончив с уроками, наступило время отдыха. У кого как, а у меня делу — час, потехе — время. Расстелив диван, и удобно устроившись на нем, я стала смотреть ролики на ютубе, стараясь полностью погрузиться именно в них, забыв про все проблемы и заботы, которые преследуют меня буквально каждый день. Завтра по расписанию важная контрольная по биологии, и я знала, что меня слёзно будут умолять помочь, ведь я, практически единственная из класса, кто знает естественно-научные предметы и дает списывать. Мне не сложно, особенно, когда за это благодарят материально, тем более, что этим я подтверждаю и поддерживаю свой авторитет в глазах знакомых, одноклассников и друзей, что необходимо делать время от времени. Неожиданно, видео зависло, а на экране появился звонок. Звонила Жека и я, зло вздохнув, подняла трубку. Я была раздражена из-за того, что она отвлекает меня от просмотра интереснейшего видео с обзором на новую игру и от того, что увидев ее имя, почему-то я сразу подумала о ситуации с Даней и снова голову заполнили плохие мысли. — Да. — Отвечаю, как можно спокойнее, чтобы Женя не обиделась или не поняла меня неправильно. Все же, она ни в чем не виновата, тут виновата только я и мое непостоянное настроение. — Я тебя отвлекаю? — Видимо, я все-таки выдала себя эмоциями, иначе не могу объяснить ее беспокойный тон. — Давай рассказывай, я просто ютуб смотрела. — И все же, что она начинает с этих вопросов? Если позвонила, пусть говорит то, что нужно было, а не оттягивает до последнего. Я готова ее выслушать, даже если буду в гневе, но все же, если она просто хочет, чтоб я разговаривала с ней по пути ее похода в магазин за чипсами, то я точно все ей выскажу. — Ладно. — Она выдыхает и походу собирается с мыслями, чтобы что-то мне сказать. — Мэри, в общем, есть информация, что в классе новенькая. — Неожиданно. Я даже пару секунд молчу, пытаясь переосмыслить информацию, что только что получила. — После начала учебного года уже прошло два месяца, не кажется тебе, что это странно? — Или по блату, или переводится из параллельного класса нашей же школы. — Я о том же. — Поддакивает Женя и я только ухмыляюсь. — Говорят, что она из какой-то статусной семьи, но это только по моей информации. Пока не точно. — Хм, похоже, что придется ставить на место выскочку. — Протягиваю и даже улыбаюсь. У нас уже был один папенькин сынок в классе восьмом. Я не скажу, что прямо добивалась того, чтобы он ушел из школы, но после очередной темной за гаражами из-за доноса на нас с сигаретами, он не выдержал и свалил. — Она тебе еще ничего не сделала, успокойся. — Женя явно нервничала из-за моего состояния, но я пока и не собиралась злиться или проявлять агрессию. Просто я терпеть не могу выскочек, поэтому так и сказала. Пару минут мы еще болтали о всякой всячине, пока мне наконец-то не удалось отвязаться от нее и сбросить вызов. Посмотрев на время разговора, я была в шоке, наверное, поэтому папа оплатил мне безлимитные минуты, потому что разговариваю я по два часа. Хотелось отдохнуть, сегодня и так перенервничала, пока защищала Женю. Даня сам виноват, нечего было лезть и приставать к ней, а тем более отбирать учебники. Как в первом классе, честное слово. Оказалось, что он этим занимался давно, а Жека от меня скрывала. Если бы сказала раньше, то может и не ломала бы нос, обошлось бы простым запугиванием, но когда я узнала, что он делал это неоднократно, то взорвалась. Да, может и перегнула палку, но зато он понял, что не только меня, но и моих друзей трогать нельзя. Я пошла в душ — самое лучшее и приятное событие за день. Теплая вода, пар заполняющий ванную комнату — все такое романтичное. Я даже бомбочку запустила, и вода окрасилась в розовый, а в воздухе запахло лавандой. Пока я лежала в ванне, то чуть не заснула. Именно тогда поняла, что пора бы выходить. Закончив с водными процедурами, я вышла из ванной в окутавшую меня прохладу гостиной и тут же зазвонил телефон, на экране высветился номер папы, неужели он вспомнил, что у него есть дочь? — Привет, солнышко. — послышалось на том конце трубки, голос был мягкий и какой-то слишком сладкий, видимо папа был пьяный. — Как у тебя дела? Денег хватает? — Да, пап, все хорошо, я в порядке. — мне хотелось побыстрее закончить этот разговор, вообще не нравилось разговаривать с папой, когда он практически не соображает. — Точно? — Задумываюсь. В принципе, мне правда на все хватает, но иногда нужны деньги в запас. — Пап, я вспомнила. — Тут же у меня в голове появляется план, как остаться в плюсе, при этом вроде бы ничего не делая. — Мне нужны деньги на кроссовки, а то мне надо что-то на физкультуру носить, а мои не предназначены для этого. — Я врала, я давно не ходила на физкультуру, мне просто казался этот предмет ненужным. Но выманивать у папы деньги надо было только на нужные вещи, иначе мог что-то заподозрить, хотя в его состоянии сейчас явно не до размышлений. — Да, солнышко, сейчас переведу. — Улыбаюсь и прикидываю на что потрачу то, что он пришлет — Ладно, удачи! Будь умницей. Люблю тебя. — Я слушала эти теплые слова, но они были какие-то ложные, а на душе ничего, никакого тепла, которое должно вроде бы присутствовать при разговоре с родителем, который далеко от тебя. Я знала, что эти слова говорит не папа, а алкоголь в нем. — Да, пап, постараюсь, спасибо тебе. — Замолкаю на секунду и все же решаюсь спросить — Ты, кстати, когда приедешь? — Я надеялась получить приблизительную дату, все-таки иногда я скучаю по отцу, хотелось бы, что бы прямо сейчас я могла обнять его, почувствовать запах его тела и защиту. Да, наверное, именно защиту от всех проблем. Когда рядом тот, к кому можно обратиться. — В этом месяце не получится, наверное, ближе к концу ноября. Не расстраивайся, котенок, я люблю тебя. — На глаза уже хотели навернуться слезы, но я сдержалась. — И я тебя… — я положила трубку и кинула телефон на диван, вздохнув. Походив от скуки по квартире, переодевшись и немного постояв у зеркала, я легла спать. На телефон пришла смс о зачисление на счет десяти тысяч рублей. «Неплохо» — подумала я про себя и тут же погрузилась в глубокий сон. Утро было хорошим, потому что первое уведомление на телефоне гласило о начислении денег, а второе от моей Жени, в котором говорилось, что она достала сигареты и передаст их мне сегодня в школе. Видимо, она решила отблагодарить меня таким способом за вчерашнюю потасовку. Собралась я достаточно быстро, и не завтракая, пошла в школу, по пути забежав в магазин и купив шоколадку, которую съем во время уроков. — Мэри — я вздрогнула, почувствовав руку на плече, голос был неприятно знакомым. — Пойдем ко мне в кабинет, уроки для тебя сегодня отменяются. Директриса смотрела на меня, как на какое-то нелепое создание, она была выше меня на полголовы, хотя рост у меня не маленький. В голове сразу всплыли недавние события с Дэном, неужели все-таки пожаловался? Нехотя, я поплелась за директором, она же еще и за руку меня взяла и вела так по школе, я от стыда чуть не сгорела. Боялась, что заметят, еще слухи пойдут, которые мне вообще не нужны. Ирина Сергеевна открыла дверь кабинета ключом и протолкнув меня вперед, прошла следом. Села за стол, и кивнула на стул напротив нее, тем самым предложив мне присесть, видимо диалог намечается долгий. Она некоторое время рассматривала меня оценивающим взглядом, а после, взяла какую-то стопку бумаг со стола и полистав их, пробегая глазами каждую, остановилась на одной и снова посмотрела на меня. Все это проходило в таком напряженном молчании, что мне все больше хотелось свалить отсюда, еще и Жеку надо как-то подкараулить. — Вчера ты сломала Даниилу нос, а что будет дальше? — начала сразу с наезда директриса — Руки, ноги? Твой характер невыносим, ты понимаешь, что твоя вспыльчивость не доведет до добра? Ты же не глупая девушка, одиннадцатый класс, приличный аттестат. Ты губишь свое будущее своими выходками. — Он сам нарвался, не хотел отдавать Жене учебник. — начала было оправдываться я, хотя терпеть не могу это делать, но она перебила меня и продолжила. - Мери… — протянула Ирина Сергеевна так, как будто я самый безнадежный человек в ее жизни. — Есть множество способов решить конфликт по-другому, распускать руки нельзя. На самом деле я даже могу тебя оправдать, все-таки понятно от кого у тебя такой характер, твоя мама тоже сразу переходила к насилию, и куда это привело? Вот зачем было начинать эту тему? Она же знает, как я к этому отношусь. Моя мама сидела в тюрьме за избиение человека до полусмерти, потом вышла, начала новую жизнь и бросила нас с папой, и я понятия не имею где она сейчас. Поэтому говорю всем, что у меня ее просто нет, как будто и не существовало. Обычно люди сразу меняют тему после этого, но есть и настырные, или просто невоспитанные, и вот они начинают допрашивать что с ней, поэтому я говорю, что она умерла. Все равно это никто не проверит, а вопросов сразу нет. Маму я практически не помню, да и посадили ее, когда мне было 3 года, поэтому по сути, ее действительно никогда не существовало в моей жизни, для меня она мертва. — Я не хочу об этом говорить, и я не такая! — я пыталась говорить спокойнее, но видимо плохо получилось. — Ну вот, ты опять начинаешь агрессировать, все ясно, я уже даже не знаю, что с тобой делать. — запричитала директриса и опять начала свою песню о том, что людей надо любить и избиение не выход из конфликта. В конце она еще добавила, что меня могут посадить в колонию несовершеннолетних, если я не прекращу, начиная с сегодняшнего дня и не попрошу у всех прощения за свои необдуманные и резкие поступки. — Эти поступки еще и глупые — то и дело добавляла она, я уже спать хотела, ее слова были, как колыбельная. — Пойдешь к Ванессе Владимировне. — были последние ее слова, перед тем, как сложить стопку бумаг и встать из-за стола. Звучало, как приговор, а колыбельная сменилась тяжелым металлом. Нет, почему опять она? За что? Директриса сейчас и так промыла мне мозги лучше, чем любой психиатр. — Но, Ирина Сергеевна… — протянула я, глядя на нее замученным взглядом — Зачем мне туда идти? Мы это уже проходили. Это все-равно бесполезно. — И слушать ничего не хочу, ступай, скажи спасибо, что ты только у нее на учете стоишь, а вообще, уже давно можно было тебя и к крупному специалисту отправить, а там и психбольница не за горами. — Протянула она и махнула рукой, как будто показывая рядом психбольницу — Сегодня же зайди к ней, а лучше прямо сейчас, все равно от уроков ты освобождена, вперед! — сказала она, провожая меня за дверь — Я все равно узнаю, если ты не была там, и силой затащу. — Угроза была вполне реальной и настроение сразу упало на ноль, хоть и так было никаким. Мало того, что я день учебы пропустила, так еще и идти к этой Ванессе. Ванесса Владимировна — наш школьный психолог и я уже давно стою у нее на учете. Не женщина, а точная стерва, даже от ее взгляда меня пробирал озноб. А такая проницательная, ничего от нее не скроешь, любого читает, как книгу. Не люблю я к ней ходить, она постоянно затрагивает самые болезненные для меня темы, а я не плачу, не люблю это делать. Слезы — показатель слабости, так же, как проявление эмоций, кроме агрессии естественно. Не пойти я тоже не могла, угроза со стороны директора была вполне выполнимой, и я все равно попала бы на прием к психологу. — Привет! Ты где шатаешься? Мне как биологию писать без тебя? — встретила меня в коридоре Женя. — А сама нет? Мозгов не хватает? — огрызнулась я. Женя не обижается, она терпит мои выходки, за это я ее и люблю. — Новенькая объявилась. Она такая стерва. — проигнорировала мое замечание Женя — Ты, наверное, сейчас будешь в шоке, но не вспыхивай быстро, просто она послала Евгению Олеговну. — Кого?! — чуть ли не вскрикнула я — Она совсем страх потеряла? Как чувствовала, что придётся ставить кого-то на место. Кого-то, кто почему-то поселился в нашем классе. — А в голове всплыли слова директрисы, но их тут же затмил гнев. Это наш преподаватель химии и я ее любила, как родственницу. Мы даже иногда сидели в кабинете и пили чай, рассказывая друг-другу о жизни. Это прекрасная женщина, которая души во мне не чаяла и всегда была на моей стороне. Она мне заменила родителей. А в большей степени мать. — Она опоздала на урок, и преподаватель сделала ей замечание, а та ее послала. — продолжала рассказывать мне Женя. — Евгения Олеговна сначала удивилась, а потом как-то притихла и урок прошел в ужасном напряжении, все косились на эту новенькую, но никто ей ничего не говорил, наверное, все в курсе, что у нее за отец такой. — И что за отец? — тут же спросила я. — Я без понятия, но вроде депутат, или бизнесмен, но в общем влияние имеет большое и статус тоже, да и денег много, судя по одежде и последнему айфону у Линой. — Кого? — Ну, имя у нее такое. Линой. — Ухмыляюсь, ведь мне прямо интересно, это в каком состоянии алкогольного опьянения надо было быть, чтоб так назвать дочь. У нас все любят химичку и никто, никогда, и не при каких обстоятельствах не мог позволить открыть рот в ее сторону, а тем более послать на три веселых буквы. — А вот и она! — показала Женя рукой в сторону стройной блондинки в юбке и пиджаке. — Сейчас разберемся и посмотрим, кто еще отправится туда, куда она ее послала. — Прошептала я себе, но Женя походу тоже услышала, потому что прижалась к стенке, отойдя от меня. Сжав кулаки, я пошла в сторону этой особы. — Эй, ты? — Я подошла и резко дернула ее за руку, развернув к себе лицом. А она симпатичная, мне даже жалко будет портить такое личико. Ее непонимающие глаза смотрели на меня и буквально раздевали взглядом, такое неприятное чувство, как у психолога в кабинете. Я даже зависла на секунду, но тут же собралась, отведя взгляд в сторону. — А, это ты, которая разбивает всем лица — улыбнулась она и выставила руку для рукопожатия — Я Линой. Откуда она меня знает? Может ей фотки мои показывали, но зачем, и кто? Я посмотрела в сторону Жеки, но она стояла с испуганным лицом, глядя на нас, и походу была не причастна к распространению информации про меня. Ладно, с этим разберемся потом, а сейчас цель прямо по курсу. Я ударила по ее протянутой руке и прижала за плечи к шкафчику. Боковым зрением я заметила, что вокруг уже столпились несколько человек, но я старалась не обращать на них внимания, в отличии от Линой, которая внимательно следила за всеми зрителями, что останавливались посмотреть на спектакль. — Ты чего это? Я тебе еще не переходила дорогу. — сказала Линой, смотря мне прямо в глаза, опять этим взглядом, который заглядывает куда-то в душу. — Ты оскорбила Евгению Олеговну, а значит оскорбила и меня. — сказала я, еще сильнее прижимая ее к дверце, во мне все кипело, переполняла ярость, я уже была готова ее ударить. — Хочешь ударить меня? Не боишься последствий? А я гарантирую, что они будут. Знаешь, кто мои родители? А на училку мне все равно, она не имела право делать мне замечание. — сказала эта стерва, улыбаясь. — Мне плевать кто ты, и твои родители! — крикнула я и с размаху ударила по дверце шкафчика, прямо рядом с ее головой. Она стояла спокойно и даже не пошатнулась и не дернулась, словно не заметила, как в миллиметре от нее пронесся кулак. Я уже хотела ударить ее по-настоящему, но неожиданно, она начала кричать: — Помогите, ай! Больно! — плакала она, я даже от неожиданности ослабила хватку — За что ты меня так? Я же ничего не делала. Я стояла в совершенном непонимании и уже отошла от нее, как меня резко схватили за руку и прижали к себе. — Что здесь происходит? — голос принадлежал Ванессе Владимировне, я его узнаю из тысячи, такой пронзительный и строгий — Мэри, ты зачем это сделала? — Она развернула меня к себе, словно хотела посмотреть на мое выражение лица, я бы тоже не отказалась это сделать сейчас. — Я не била ее! — закричала я, больше от гнева, но и непонятный страх присутствовал, как она смеет меня так подставлять, это так не справедливо. Если это правда, и у нее действительно богатые родители, то они и весь педагогический состав точно поверят ей, а не мне, тем более с такой славой, как у меня. — А почему костяшки разбиты? — подняв мою руку, сказала Ванесса и опять заглянула мне в глаза. — М? — Да я шкафчик ударила! Не била я ее! Она симулянтка, врет она все! — кричала я, пытаясь вырваться, но железная хватка становилась все грубее, что в какой-то момент мне даже больно стало. — Да, Ванесса Владимировна, я видела, что Мэри не била ее — вступилась за меня Женя. — Она ничего не делала, только дверцу ударила, она ее даже пальцем не трогала — продолжала подруга. — Разберемся. — сказала психолог и схватив меня за руку, потащила меня за собой. Что у них за манера, вечно хватать меня за руки, неужели я сама не могу идти? Я обернулась, и увидела ухмыляющуюся Линой, в толпе ребят и учителей. Как же хотелось ее побить и сломать не только нос, как Дену, а все, что перечисляла директриса. Она точно заслужила большего. Хотелось, чтоб она умоляла меня о пощаде, а я не остановлюсь, только сильнее прижму ее. Я точно побью ее после того, как меня выпустит Ванесса, на улице меня никто не остановит, и никакие последствия меня не устрашают. — Думала я, пока меня тащили на 3 этаж в кабинет психолога.