Королева школы

— И мне сейчас идти к Ванессе Владимировне? — Смотрю в пол и хочу очутиться где-нибуть в другом месте. — Я не в состоянии, я просто устала морально. И я боюсь. — Психолог как раз в таких ситуациях и помогает. — Директриса сжала мои плечи и я подняла на нее взгляд, почувствовав, как одинокая слеза скатилась по щеке. — Мэри, я доведу тебя. — Даже не пытаюсь вырваться, все равно это ничем не поможет. — Мне одеться надо. — Подхожу к подоконнику и беру толстовку. — Ирина Сергеевна, если она изнасилует меня в собственном кабинете, я вам этого никогда не прощу. — Перестань. Никто тебя не насиловал и не собирается. — Как же меня бесит ее недоверие, хочу застрелится, а лучше застрелить ее и Васнецову. — Все? — Она оглядела меня каким-то оценивающим взглядом. Только киваю, смотря в пол. — Идем. — Директриса подходит и берет меня за руку, выводя из туалета. — Зачем меня таскать за ручку? Я не собираюсь убегать. — Пытаюсь вырваться, но понимаю, что сил особо нет, я попросту устала. — Вы даже в этом мне не верите? Ирина Сергеевна ничего не отвечает и только сильнее сжимает мою ладонь. Вздрагиваю от резкого звука звонка с урока и вижу, как двери классов начинают открываться, выпуская толпы детей в коридоры. Хотелось бы мне тоже быть среди них. Просто учится, просто дружить, забегать на переменах в столовую или тусоваться в туалете с Жекой, рассказывая всякую ерунду. Я просто хочу быть нормальной, без всех этих проблем. Почему сейчас я оказалась именно в таком положении? Чуть не спотыкаюсь на лестнице, пока меня за собой тянет директриса, и если бы она не удержала меня, то я бы сейчас явно поцеловала бы эту самую лестницу. И все равно выхода никакого, ведь обращусь в полицию, сделаю только хуже, на стороне Васнецовой будут все, а на моей никто. Мы наконец-то подходим к кабинету психолога и я тихо вздыхаю, стараясь не расплакаться. Нельзя реветь, я не покажу то, что боюсь ее или того, что мне больно. Директриса без стука заходит в кабинет, а я предпринимаю последнюю попытку вырваться, стараясь зацепиться за дверь, но неудачную и меня резко вталкивают внутрь, перехватив за обе руки. — Хватит! Ну, отпустите меня, достали постоянно держать. — Повисаю у нее на руках и закатываю глаза, видя, как Васнецова вышла из-за стола и подошла к нам. — Беглянка нашлась. — Сказала она и улыбнулась, наклонившись ко мне. У меня желание в нее плюнуть. — Еще убегать планируешь? — Она странно ухмыльнулась и положила руку мне на голову. Пытаюсь стряхнуть ее, но почему-то не выходит. — Если вы меня еще раз попытаетесь изнасиловать, то да. — Чувствую, как ее рука стала жёстче, да и хватка директрисы не ослаблялась. — Мэри, прекрати. — Слышу злой голос Ирины Сергеевны и резко подаюсь вперед, пытаясь вырваться, но только причиняю себе боль, видимо от ее рук у меня прямо синяки останутся. — Хватит! — Директриса сжимает мои руки и я морщусь от боли, она может меня так не стискивать? — Идите к черту! Вы мне тут не верите, а я правду говорю. Что вам Ванесса Владимировна сказала? Почему ей верите, а мне нет? — Опять перехожу на повышенные тона и чувствую, как начинаю злиться. — Она меня изнасиловала раз и думаете, что на этом остановится? Я что-то чувствую, что нет. Но вы, конечно, будете защищать ее. Идите вы… — задумываюсь, куда бы их послать обеих, но без мата. — Ладно… — С каким-то разочарованием говорит Васнецова и подходит к столу, открыв ящик. — Честно говоря, я думала, что можно будет обойтись. — О чем она? Внимательно смотрю за ее действиями и тут же дергаюсь, увидев в руке Васнецовой ампулу и шприц, резко поворачиваю голову на директрису, но она стоит так, будто все так и надо. Ванесса будто специально подходит ближе и на моих глазах ломает ампулу. — Ирина Сергеевна! — Пытаюсь вырваться, но она не дает, она что, с ней заодно? — Она мне сейчас это вколоть собирается? — И как будто в ответ на это Ванесса ели заметно кивнула. — Ирина Сергеевна, ну, сделайте что-нибудь! — Директриса никак не отреагировала на мои крики, а Васнецова тем временем открыла шприц и набрала в него содержимое ампулы. — Мэри, тише, я сделаю аккуратно, ты почти ничего не почувствуешь. — Говорит эта стерва, а у меня слезы на глазах. Почему они обе меня предали? Не Ирина Сергеевна десять минут назад стояла со мной в туалете и говорила, что поможет? А в итоге что? — Тебе будет легче. — Я не в психушке, чтоб меня препаратами какими-то колоть! — Васнецова подходит ко мне и я пытаюсь ее укусить, вывернув голову в сторону. — Ты на грани там оказаться, скажи спасибо, что ты еще спокойно ходишь в школу и живешь дома. — Грозно сказала директриса, вздохнув и перехватив меня поудобнее, подвела к столу. Она тут же аккуратно отодвигает в сторону все бумаги и укладывает меня грудью на столешницу, зафиксировав в таком положении. — Ванесса, можно быстрее, ее все-таки тяжело так держать. — Слезы во всю текут по щекам и я пытаюсь ногами, отпихнуть и Васнецову, и директрису, но тут же чувствую вторые руки, которые сдергивают с меня штаны и немного приспускают нижнее белье. — Не надо! Это унизительно! — Чувствую, как холод и боль пронизывает ягодицу и что-то вливается в мой организм. Самое страшное, что я даже не знаю что это. — Вы даже не имеете на это право. — Васнецова вынимает иглу из моей задницы и мягко хлопает по ней ладонью, от чего я вздрагиваю и сжимаюсь. — Это было лишнее. — Процедила директриса сквозь зубы и подняла меня, подтянув штаны. Тут же она подводит меня к креслу, сажая в него, а я чувствую себя полным ничтожеством. — Дальше сама справишься? — Обращается Ирина Сергеевна к Ванессе и она только утвердительно кивает. — Нет. — Поднимаю на нее глаза полные слез. — Не уходите, пожалуйста. — Она смотрит на меня и я пытаюсь вытереть подступившие слезы, но все равно вижу ее расплывшийся силуэт вместо четкого изображения. — Не оставляйте меня с ней. — Кажется, что время просто замедлилось, а может мне просто очень не хотелось, что бы настал момент, как она уйдет. — Мэри, — Она вздохнула и как-то странно посмотрела на меня, будто на секунду поверила, что мои эмоции настоящие. — Все будет хорошо. Я тебя уверяю, это все твоя фантазия. — А боль от лишения девственности и разрушенная психика тоже мне кажется, это я все фантазирую? Директриса бросает взгляд на Васнецову и выходит из кабинета, закрывая за собой дверь. Выдыхаю и опускаю глаза вниз, не в силах смотреть на Ванессу. Мне просто плохо, я не знаю что мне ввели, но эффект был странным, не такой, как в прошлый раз. Меня не тянуло спать, но появилось какое-то искусственное спокойствие, будто бы мне выключили негативные эмоции и тревогу. Васнецова ухмыляется и как-то странно смотрит на меня. Я не выдержу ее приставаний, просто сойду с ума. Почему Ирина Сергеевна позволила поставить мне этот укол? Что ей наплела Васнецова, что она согласилась меня подержать? — Мэри, как ты себя чувствуешь? — Ванесса садится за свой стол, напротив меня и опирается на локти. Не отвечаю ей. Просто не хочу разговаривать с этой тварью. — Мэри, не молчи. — Только хмыкаю и поворачиваю голову в сторону двери. Хочу уйти. — Ты хочешь продолжить у тебя дома сегодня? — Краем глаза поглядываю на нее и мотаю головой. — А что тогда начинаешь капризничать? — Сказала так, будто я маленький ребенок. — Что вы мне вкололи? — Она хмурится, видимо не желая отвечать на мой вопрос. — Как ты себя чувствуешь? — Повторяет она свой вопрос, оставляя мой без ответа. — Мне нужно знать твое состояние. — Вздрагиваю, от школьного звонка, видимо на урок. Как же я афигенно провожу все последнее учебное время в кабинете психолога или директора. — Что бы знать можно ли меня иметь? — Поворачиваю голову в ее сторону и стараюсь смотреть прямо в глаза. — Нет, не можете. — Она поднимает бровь, явно возмущенная моим ответом, но только ухмыляется. — Моя маленькая девочка, хочешь сразу поговорить об этом, давай. — Непонимающе смотрю на нее. Если она только попробует меня тронуть сейчас, я закричу так, что сюда полшколы сбежится. — Что ты устроила за представление сейчас и зачем нажаловалась Ирине Сергеевне? — Она такая спокойная, что мне даже кажется, что она сидит на успокоительных. — Я сказала правду. — Чувствую, каким расслабленным становится мое тело и я уже не чувствую ни капли злости или страха в отношении к этой женщине, только некую неприязнь. — И что тебе дала эта правда? — Она внимательно смотрит на меня, видимо пытаясь понять о чем я думаю. К горлу подкатывает ком, но слез просто нет. — Она меня убила. — Так и есть. — Ирина Сергеевна не поверила мне. — Закрываю лицо ладонями, но не плачу, а просто смотрю на темноту от моих рук. — Но это еще не конец. — Ты и дальше будешь пытаться что-то доказать? — Она говорит таким удивленным голосом, будто я должна была в секунду смирится, что я жертва насилия. — Ты же понимаешь, что ничем хорошим это не закончится? — Для вас. — Резко отрезаю, хотя на деле получается очень даже мягко, по другому просто не получается. — Я добьюсь справедливости. — Я говорила не тихо, но из-за прижатых к моему лицу ладоней, выходило как-то сдавлено. Наверное, минуту я так сидела, желая очутиться где-нибудь в другом месте, нежели в кабинете у психолога, но прервал мои мысли голос Васнецовой: — Кстати, держи. — Убираю руки от лица и вижу, как она достает из-под стола мой рюкзак. — Откуда он у вас? — Аккуратно беру его в руку, понимая, какой он тяжелый. — Ирина Сергеевна говорила, что он был у Жени. — Открываю и смотрю все ли на месте, а то от этой можно всего ожидать. — Твоя Женя и передала. — С чего бы Жека так поступила? Задумываюсь и смотрю на пачку сигарет, покоящуюся в маленьком кармане рюкзака. Безумно хочется курить, но я закрываю карман на замочек и кладу рюкзак у своих ног. — Мэри, ты меня должна услышать, — Поднимаю на нее глаза и вижу какая она серьезная. — ты же понимаешь, что твои попытки кому-то пожаловаться ни к чему не приведут, ты только закапываешь себя. — С одной стороны она права, а с другой… может блефует? Испугавшись за свою задницу. — Я не буду молча терпеть ваше насилие надо мной. — Сжимаю руками кусок моей толстовки и прикусываю нижнюю губу. — Так жаждешь оказаться под наблюдением у психиатра? — Наверное, это даже лучше, чем быть с такой, как Васнецова. — Или очень хочется в психиатрическую больницу? Положить крест на образовании и карьере? — Нет, Мэри, не поддавайся, она просто манипулирует тобой. Говорю сама себе и пытаюсь рассуждать здраво. Я смогу. Я докажу ее вину и директриса извинится передо мной за то, что была не права. — Нет. Мне очень захотелось справедливости. — Сжимаюсь на кресле, обнимая ноги за колени и утыкаюсь в них лицом. — А может ты в тюрьму хочешь попасть? — От такого заявления даже поднимаю голову с открытым от изумления ртом. — А что ты так удивляешься? Вспоминая твою мать, ничего удивительного тут нет. Ты сейчас дерешься со всеми, кто как-то тебе не угодил. А что будет дальше? Ты растешь, сила тоже увеличивается, как и неумение контролировать себя. — Внутри будто что-то разбилось, но никакой злости я не чувствовала, максимум что-то странное, пытающееся пробить стену безразличия, вызванную этой инъекцией. — Я просто не хочу с вами разговаривать. Вас зачем позвали? Что бы мы обсудили драку, так? Вот и обсуждайте. — Снова поворачиваю голову в сторону двери и тяжело вздыхаю. — Хорошо, — Она еле заметно улыбнулась. — Расскажешь, в чем было дело? — Вы видели эту Медовник? — Она только качает головой. — Я еще с ней не работала, первая ты. — А стоило бы посмотреть. Выглядит, как шалава. — На моем последнем слове вижу, как она недовольно на меня смотрит. — Малявка, а курит еще к тому же. — Знаю, что сейчас я больше похожа на стукачку, но мне как-то все равно. Если эта Медовник решит тоже сдать меня, то мне не страшно. Даже директриса знает, что я курю. — И ведет себя просто ужасно. Такое ощущение, что ей все должны. А вы меня знаете, я не прощаю тех, кто оскорбил меня или мою подругу. — А она кого оскорбила? — Васнецова закинула ногу на ногу и откинулась на своем стуле, внимательно смотря на меня. — М? — Женю. Кого еще. — Пожимаю плечами. Даже не знаю, с чего я вдруг стала такой разговорчивой, но все равно говорила я монотонно, без каких-либо намеков на эмоции, глядя на дверь, как в пустоту. — Она ее ссыклом назвала, вот я ей и показала кто тут настоящее ссыкло. — Мэри, — Не оборачиваюсь на ее голос. — Посмотри на меня. — Нехотя кошу взгляд в ее сторону. — Ты сейчас не в состоянии сидеть на уроках, поэтому тебя нужно отвести домой. В любой другой раз я бы вызвала твоих родителей, но не в твоем случае. — Она намекает на то, что она меня отвезет? Нет, лучше сама дойду, чем с этой. — С вами я не поеду. — Снова смотрю на дверь. Просто хочу выйти отсюда, оказаться на свободе, тут я чувствую, что как будто задыхаюсь в тесноте этого кабинета. — С кем угодно, только не с вами. — Я, к сожалению, и не смогу. — С удивлением поворачиваю голову в ее сторону. — Мне еще с Владой разговаривать. — Видя мое непонимание, она поспешно добавила. — Как раз Медовник. — Обязательно зацените ее внешний вид и вынесете ей по этому поводу мозги, как мне с утра. — Она только ухмыляется. — Поэтому отвезет тебя Ирина Сергеевна. — Все равно не лучше, но хоть не с этой. — Я ей сейчас напишу и она придет, тебе помочь встать? — Я же не инвалид, что она мне тут свою помощь предлагает? Или у меня от этого препарата должны были ноги отказать? — Обойдусь без вашей помощи. — Выпрямляю ноги и встаю, чувствуя, какие они ватные. Что же она мне вколола? — И вообще, я бы и сама дойти до дома могла. — Вижу, как она покачала головой и взяла телефон, проведя на нем быстро несколько действий, встала, направляясь ко мне. — Моя маленькая девочка, такая строптивая и непокорная. — Сглатываю, пытаясь отойти от нее подальше. — Я тебя люблю, будь немного мягче. — Желание ее послать, но я сдерживаюсь. Сейчас еще директриса придет в этот момент, будет вообще прекрасно. — А я вас нет, будьте сдержанней, хотя бы немного. — Смотрю в пол и вздыхаю, пытаясь найти у себя внутри хоть немного чувств, но их нет, как же тяжело от этого. — Я все равно добьюсь справедливости. — Моя уверенность пошатнулась уже ни раз, но не испарилась полностью, я все еще надеюсь победить Васнецову. — Опять ты за свое. Такая настырная. — Она долго будет мои качества перечислять? Сколько можно? — Когда же мне уже сломать тебя… — Произносит она как-то задумчиво, разглядывая мое лицо. Поднимаю на нее глаза, стоя в полном шоке. Она сейчас сказала, что хочет сломать меня? — Никогда. Не дождетесь этого. — Сжимаю руки в кулаки, но она, заметив это, только улыбается. — Милая моя маленькая девочка, — Она сама-то не устала меня называть не по имени, а такими длинными фразами? — Я просто играю с тобой, если бы я захотела, то давно сломала бы уже, да и ты уже пошла трещинами. — Она наклоняется ко мне и мягко целует, от чего я невольно дергаюсь и тут же слышу, как поворачивается ручка и дверь открывается. Васнецова тут же отлетает от меня, а в кабинет входит директриса, как-то недовольно посматривая на Ванессу. — У вас все в порядке? — Обращается она к Васнецовой и та, с уверенностью и полным спокойствием, кивает. — Мэри? — Она смотрит на меня и я тоже нехотя киваю. В любом случае, сейчас Ванесса реально ничего мне не сделала. — Она уже готова. — Васнецова поднимает с пола мой рюкзак и протягивает мне, заставляя взять его в руки. — Иди. — Она подпихивает меня к директрисе, проведя рукой по спине. Ирина Сергеевна берет меня за руку и мы выходим из кабинета, закрывая за собой дверь. Директриса со мной не разговаривала, даже когда мы вышли из школы и подошли к ее машине. Она подводит меня к передней двери и разблокирует двери. — Садись — Коротко бросает она и я медленно опускаюсь в кресло, захлопнув за собой дверь. Ноги, как вата, а в голове белый шум. Интересно, а когда закончится действие этого препарата? Директриса обходит машину и садится за руль, пристегиваясь. Следую ее примеру и тоже щелкаю ремнем безопасности. — Вы знаете мой адрес? — Откидываю голову на кресле и стараюсь пробудить в себе какие-нибудь эмоции. Может если я это буду чаще делать, то быстрее получится что-то почувствовать? А можно ли вывести эту хрень из организма? Где-то читала, что вода в это лучший помощник. — Я же директор, мне не составило труда посмотреть. — Только киваю и мы выезжаем с парковки около школы. — Ну, что, не изнасиловала тебя Ванесса Владимировна? — Морщусь от этого ее прямолинейного и совсем некорректного вопроса. — Нет. — Кусаю губы и поворачиваю голову в окно. Какое же серое небо, но дождя нет, видимо будет уже скоро. — Но поцеловала. — Вспоминаю ее действие перед входом директрисы. — Понятно все с тобой. — Протянула она так, что я вообще пожалела, что что-то сказала. — Довезу тебя тогда до подъезда, а там уже сама. — Ну, хоть за ручку до квартиры не потащит. Дальше ехали мы молча, да и в целом, дорога была не слишком длинной, что бы вести какие-то содержательные беседы. Подъезжаем прямо к моему дому и она ставит машину на ручник. — Спасибо. — Отстегиваю ремень и уже собираюсь выйти из машины, как неожиданно блокируются дверцы. — Ирина Сергеевна, вы зачем двери закрыли? — Поворачиваю к ней голову, а она как-то странно смотрит на меня. Вроде строго, а вроде с какой-то усмешкой. — Мэри, хотела тебе сказать. — Начинает она, а я, к своему удивлению, не чувствую даже страха, просто ничего. — Отдай свои сигареты. — Сглатываю и сжимаю кулаки. — У меня нет сейчас с собой. — Из-за монотонности голоса было вообще непонятно, что я пытаюсь соврать. — Мне обычно покупают, а сегодня я не встретилась с моим поставщиком. — Даже поджимаю губы, как бы от обиды на саму себя. — То есть тебе не составит труда показать мне рюкзак сейчас? — Вот сука, опять не верит что ли? — Так, что бы удостоверится. — Прижимаю рюкзак поближе к себе. Вот прямо нет желания лишаться своей пачки сигарет. Да, у меня есть еще лежащая в кармане, но там от силы штуки две. — А может они у тебя в куртке? — Она резко хватает меня за плечи и залезает в первый карман. Не найдя ничего интересного кроме жвачки и ключей от дома, она другой рукой проникает в мой второй карман и с улыбкой извлекает почти пустую пачку. — Да там осталась чуть ли не одна сигарета. — Поправляю куртку и обиженно смотрю на нее, вертящую в руках коробочку. — И вообще, вы же знаете, что я курю. Что такого? — Когда все эти фразы говоришь монотонно, создается впечатление, что я просто робот. — Не хочу, что бы ты губила свое здоровье. — Она кидает пачку в контейнер на боковой дверце машины и открывает двери. — Иди уже, и лучше ложись спать, отдохни, а потом позанимайся, впереди выходные. — Только вздыхаю и открываю дверь машины, выходя из нее. — И так же завтра у тебя личный сеанс с Ванессой Владимировной, помнишь? — Хлопаю дверью и прижимая рюкзак к себе, подхожу к дому. Достала напоминать об этом. Сколько можно? Ей удовольствие доставляет работать моей личной напоминалкой? Захожу в квартиру и вздыхаю. Мне прямо не комфортно в моем текущем состоянии, хочется просто лечь спать и проснуться уже нормальной. В целом, я так и поступила, тут же раздевшись и накинув легкую футболку, ложусь в кровать и укрываюсь одеялом. Зарываюсь лицом в подушку и тут же чувствую запах Васнецовой. Точно, это прямо ее цветочные духи. Выпихиваю подушку с кровати. Она теперь наказана, пока из нее не выветрится весь аромат Ванессы. Ложусь на другую подушку и стараюсь уснуть, отогнав все мысли.

***

Проснулась я через несколько часов, ещё некоторое время я просто лежала на кровати, переворачиваясь с боку на бок и стараясь понять, появились ли у меня все чувства или действие препарата ещё не закончилось. Кое-как встаю и потягиваюсь, идя в ванную. Умывшись, понимаю, что ужасно хочу есть. Готовить что-то долгое не хочется, поэтому достаю макароны и ставлю под них воду. Найдя в холодильнике сыр, натираю на терке, а когда вода закипает, бросаю туда макароны. В целом, получилось вкусно, да и сложно испортить такое простое блюдо. Поев, я долго сидела за столом, смотря на пустую тарелку, наверное, стоило заняться уроками, но настроения не было совсем. Поставив телефон на зарядку, смотрю на три пропущенных от Жени, наверное беспокоится. Тут же набираю ее, перезванивая. — Алло. — Жека почти сразу взяла трубку, обрадовав меня своим голосом. — Привет, звонила? — Сажусь на диван так, что бы провод от зарядки не сильно натягивался. — Хотела спросить как ты и что произошло после твоей встречи с директрисой? — Поджимаю губы и вздыхаю. С одной стороны, я не хочу нагружать ее моими проблемами, с другой, мне так хочется кому-то высказаться. — Повела к Валькирии и там мне немного промыли мозг снова, а потом домой отпустили. — А почему домой? А не на уроки? — Вот как ей объяснить, что мне что-то вкололи после чего я во первых, лишилась эмоций, а во вторых, вырубилась на несколько часов. — Не знаю, да и знать не хочу, в целом, я сейчас дома и я этому даже рада. — Просто закрою тему, ну, не хочу я ее в это все посвящать. — Хочешь ко мне прийти? — Ой, Мэри, нет, прости. — Затараторила Жека и я как-то поникла. — Мы с родителями на дачу уезжаем на все выходные, так что встретится вообще не получится. — Хотелось бы мне тоже провести эти выходные с отцом, а не с Васнецовой. — Ладно, ничего страшного. — Тут я что-то вспоминаю и тут же спрашиваю. — Женя, а ты отдавала мой рюкзак Ванессе Владимировне? — На секунду в трубке повисает тишина. — Она сама его у меня забрала. Просто пришла и сказала отдать. — Только вздыхаю, да, верить Васнецовой точно нельзя. — А что? Тебе его не передали? — Все передали. Спасибо, что сказала. — На том конце раздается томное «угу». — Ладно, иди собирайся на дачу, хорошо провести время! — Даже улыбаюсь, представив себя на ее месте. — Спасибо, и ты тоже не скучай! — Женя вешает трубку и я бросаю телефон на диван. Иду к рюкзаку и достаю из его кармана сигареты. Пусть меня лишили одной из моих пачек, но как же хорошо, что не всех. Уже думаю закурить в квартире у окна, но что-то меня останавливает и я понимаю, что хочу пойти прогуляться. Сейчас уже время ближе к вечеру, вряд ли кого-то из пед. состава встречу, в особенности психолога или директрису. Собралась быстро, даже не стала проверять в зеркале как выгляжу, вообще не до этого. Хочется выпить и покурить, но пока из набора, который мне для этого нужен есть только сигареты. Как же я жду своего восемнадцатилетия, что бы не думать как достать то, что хочу, обходными путями. На улице было прохладно и по ощущению, недавно явно прошел дождь, надеюсь, я под него не попаду хотя бы. Заворачиваю в парк и закуриваю. Осенний ветерок неприятно задувал под расстёгнутую куртку, но застегнуть ее было сложно, так как я зачем-то надела очень толстую толстовку, так что края куртки даже не сходились. В парке было достаточно тихо, не смотря на расположившуюся рядом дорогу. Лавки со всякими вкусностями еще не закрылись, а только включили вечернее освещение в виде гирлянд и подсветок для вывесок. Вдоль всего парка росли кусты и деревья, за которыми старательно ухаживали садовники, а так же стояли лавочки, на которых сидели влюбленные парочки или бабушки и дедушки с собачками, которые либо лежали у них на коленях, либо прыгали внизу, стараясь растормошить хозяина и заставить продолжить прогулку. Вдруг замечаю знакомое до боли лицо, которое всего пару дней назад хотела набить. Линой сидит на скамейке и что-то читает. Это она пытается казаться умной или что? Зачем читать книгу в парке? Дома же удобнее и комфортнее. Тем более в такую прохладную погоду. Понимаю еще летом, когда тепло и хорошо, а тут больше похоже на простую попытку выпендриться. Стараюсь пройти с невозмутимым лицом, что бы она меня не заметила, вот только видимо у меня это плохо получилось. — Мэри, привет. — Слышу, как она назвала меня по имени и ускоряю шаг, не отвечая ей. — Мэри, можно тебя на секундочку? — Оборачиваюсь и вижу, как она подвинулась на лавочке, освобождая мне место. Закатываю глаза, но подхожу ближе, не садясь. — Мы вроде не общаемся так близко, что бы разговаривать вместе в парке. — Почему мне так не везет. Кого угодно встречу, но этот человек все равно помешает мне наслаждаться прогулкой. — Не начинай сразу с наезда. — Она сказала это каким-то обиженным голосом и я с непониманием уставилась на нее. — Я просто спросить хотела. — Поджимаю губы и вздыхаю. — Жене нравится Саша Егоров? — Впадаю в ступор от такого. То есть Линой решила выяснить у меня информацию про Жеку? Не на ту напала, я не крыса. — Нет, он стремный. — Она только закатывает глаза. — У нее нормальный вкус на парней, в отличии от некоторых. — Ты на меня намекаешь что ли? — Она оказывается может понимать прямые намеки. — Он мне не нравится и я всего лишь хотела сказать, что мы не пара и становится ей не собираемся. — Вот зачем мне эта информация интересно? Ну, по крайней мере могу Женю успокоить. — Поэтому не надо ему говорить, что я с каким-то парнем параллельно гуляю. — А вот тут уже неудобно как-то получается. — Вот сука, он все тебе рассказал что ли? — Она кивает и отодвигается еще больше, приглашая сесть. — Крыса. — Обиженно смотрю на скамейку и все-таки решаю присесть. — Ладно, ладно, извини, что так вышло. Я не думала, что он всем все рассказывает. — Надо пометку делать, что ему доверять нельзя. — Но вы же с ним не встречаетесь, значит это никак не повлияло на ваши отношения, наверное. — Да это ничего, ты тоже прости. — Поворачиваю голову в ее сторону и не вижу той издевки в ее глазах, что обычно. — За тот случай с преподом, я не хотела тебя подставлять, просто так получилось. — Ничего себе, просто получилось. — Это все, что ты хотела мне сказать? — Собираюсь уже встать, как она хватает меня за руку. — Ты чего? — Вопросительно смотрю на Линой, а она как-то смутилась. — Я просто хотела спросить, как у тебя дела? — Хлопаю глазами и снова сажусь рядом с ней, больше от шока, чем из-за желания. — Ты ходишь какая-то сама не своя, да и о драке слышали сегодняшней все почти. — Я вроде нормальная ходила, не показывала, что страдаю. Что она выдумывает? Она меня не так давно знает, чтоб судить о моем нормальном поведении. — А откуда все в курсе? — Женя бы не стала трепаться, может Васнецова? Хотя, она же психолог. — Ну, про драку с этой малолеткой. — Я узнала от Саши, а кто ему сказал, так я уже не в курсе. — Только тяжело вздыхаю. — Не волнуйся, никто особо это не обсуждал. — Просто все привыкли, вот и не говорили. Это может у нее какой-то интерес вызывает. — Слушай, у меня проблем в жизни и так хватает, что бы еще о каких-то разговорах переживать. — Пинаю камень, что оказался под моими ногами. — Не делай вид, что мы подружки, я все еще зла на тебя за ту выходку, да и как-то не хочу вообще общаться. Ты из статусной семьи, мы из разных слоев общества, понимаешь, Линой? — Просто Лина. — Говорит она. — Не очень люблю свое полное имя, да и мама тоже, но отец настоял. — Какая мне вообще разница кто ее назвал. — У меня так-то тоже проблем в жизни много. Если ты думаешь, что у меня все в шоколаде, то это совсем не так. — Хорошо, допустим, у каждого свои проблемы. У богатых тоже, но мне зачем эта информация? Ты хотела мне сказать про Сашу? Сказала. Теперь я хочу пойти погулять в гордом одиночестве. — Снова хочу встать, но почему-то задерживаюсь. — Почему ты такая? — Бросаю на нее странный взгляд. — Неужели мы не можем просто пообщаться? — Она издевается? — У меня есть подруга с которой я общаюсь, поэтому не нуждаюсь еще в ком-то. — Что она привязалась? — Если тебе что-то надо от меня, так и скажи. Не надо для этого пытаться стать моей подругой. — Хотя я не готова исполнять то, что она скажет. Грамотно послать я тоже умею. — А что от тебя обычно просят? — Как-то заинтересованно протянула она. — Ну, если по учебе, то списать химию и биологию, а если про личные отношения, то могу побить кого-нибудь или припугнуть. — Часто люди, что бы не решать свои проблемы, просто перекидывают их на кого-то. Это удобно. — За деньги? — Нет, за крошки хлеба. — Конечно. — Пожимаю плечами и достаю из кармана помятую пачку сигарет. — Не куришь? — Нет, конечно. Если отец узнает, мне такое устроят. — Она покачала головой и вздернула брови. Я достаю зажигалку и закуриваю, сразу делая глубокую затяжку. — Кури только в сторону, что бы не пахло, пожалуйста. — Только киваю и выдыхаю дым в противоположную от нее сторону. — Почему ты перевелась к нам? — Снова делаю затяжку. — Такая вся крутая в обычную школу. — Папа настоял, что бы я училась в обычной. Ему не нравятся закрытые или школы, как он выражается, для детишек богатеньких родителей. — Смотрю на тлеющую сигарету и киваю. — В принципе, это правильно, наверное. — Пожимаю плечами, я слышала, что в таких школах почти не учатся, а больше смотрят на достаток. Оттуда и оценки. — А ты почему такая жестокая? — Она видимо договорила свой вопрос по поводу того, почему я такая. — Не важно. Я же не спрашиваю тебя почему ты такая зазнавшаяся. Отвали от меня. — Может и грубо звучит, но не хочу я с ней разговаривать. Она только поджимает губы и молча смотрит в книгу. — Я пойду. — Хороших выходных! — Вижу, как она улыбается. Не обиделась на то, что я ее буквально послала? Или хорошо маскируется? — И тебе того же. — Буркнула я себе под нос и закутавшись в куртку, поплелась в глубь парка.