Песнопения богов смерти

Что вообще произошло, как можно было ехать со смертью и так нагло разговаривать, как будто он не может убить, когда захочет. «Наверное, я чем-то надышался в его машине». Чимин, который ни с кем не контактировал и почти не разговаривал год сейчас сидел и непринужденно болтал со смертью. После случая на крыше что-то в сознании Чимина перевернулось, он уже не так рвется умереть, стоило ему только пробовать сделать серьезный шаг в пропасть, как все нашло свое решение. Справится с потерей родителей всегда сложно, в каком бы возрасте человек ни был, так же и Чимин не мог быстро оправится от потери и не сможет еще долго. Но ведь мама с бабушкой всегда хотели, чтоб он был счастлив, а он что и делал последнее время, так это страдал. Смерть преследовала его, а теперь он был знаком с ней лично. Осознавать это было страшно до мурашек. 25 ноября. Я не умер. Придя домой, он первым делом посмотрел на календарь и на время и был в ужасе от того, сколько он спал. Это, наверное, сказалась бессонница, которая продолжалась уже месяц, и его таблетки. Вот почему голубоглазый удивился этому. В университет уже нет смысла идти, он и так опоздал на все пары. По этому можно привести себя в порядок и поразмыслить над происходящем. Первым делом Чимин отправился в душ, нужно смыть с себя остатки этих дней и не возвращаться сюда никогда. Он встал под горячую воду, она уносила с собой все тягостные мысли, и он просто расслабился ни о чем, ни думая, в первый раз за год. «Надо было делать так чаще» - все, о чем подумал Чимин.  После душа Чимин решил навести порядок в своей комнате, распахнул шторы, прибрал кровать, проветрил комнаты, свои недорисованные работы сложил в папку, чтобы потом дорисовать. Порядок был в его комнате, но вот мысли снова забились произошедшим. Чимин сел на кровать с ногами и стал смотреть в стену, раздумывая, что ему делать дальше. - Может мне переехать и завести собаку? – спросил вслух сам у себя Чимин. - Но ведь я не могу оставить эту квартиру, здесь единственное место, где я могу представить маму, как она ходит, как готовит, нет, наверное, я не смогу переехать. А вот завести собаку думаю, мама была бы не против, да мам? – сказал Чимин и посмотрел на потолок. – Мам, прости за то что тебе пришлось увидеть, у меня, правда не было выбора, но все же обошлось, я живой сижу тут и у меня все хорошо. На самом деле ничего было не хорошо. То, что он перестал думать о смерти уже лучше. «Но тот Юнги, кто он на самом деле, до сих пор не верится, что он бог смерти, может у меня галлюцинации или еще что-то вроде этого. Нет, я не хочу принимать это, нормальные люди же не общаются со смертью, и я не буду. То, что было в машине, было под действием обстоятельств. Больше я его видеть не хочу, кем бы он ни был» Если сказать себе, что больше не хочешь его видеть, было просто, то принять – нет, он хочет о многом расспросить его. Но так же хочет жить как нормальный человек. Принять это сейчас было не в его силах. Чимин прилег и как только его голова коснулась подушки его сразу унесло в царство Морфея. Чимин проснулся только под вечер, на удивление бодрый и выспавшийся, где-то в углу комнаты гудел его телефон, про существование которого он забыл. Чимин быстро нашел его и ответил на звонок. - Эй, Чимин, ты, где вообще был эти два дня?! Ты видел, как много раз я тебе звонил? Почему трубку не брал? – ему звонил его единственный друг Джин, который переживал за него. - Джин, прости, я был не дома, у меня все нормально. - Все нормально, у тебя? Ты сейчас пошутить решил? У тебя никогда нормально не было. Не ври мне. Так, давай встретимся прямо сейчас, приезжай ко мне. - Я думаю это не самая лучшая идея. - Я жду тебя час или еду к тебе сам. - Ой, все, ладно, собираюсь. Джин был единственный, с кем общался Чимин, но иногда из-за его истерик, Чимин бросался словами, от чего Джин уже давно мог перестать с ним общаться, но он этого не сделал, за что Чимин ему благодарен. Но то, что Джин будет выпытывать из него все, что случилось, ему не нравилось, поэтому он быстро начал придумывать отговорки. Ехать до центра города было не выносимо долго, раньше Чимин всегда стремился переехать, а сейчас он не может сделать это из-за привязанности к дому. Но, тем не менее, город ему нравился больше. Чимин сидел в автобусе, рассматривая вечерний город, он не о чем не думал, его голова немного ныла. Он увидел себя в отражении стекла, осунувшиеся плечи, огромные синяки под глазами, кожа болезненно-бледная, блондинистые волосы торчат в разные стороны. Смотря на себя, ему не верилось, что когда-то веселый и жизнерадостный мальчик стал таким. Чимин уже стоял на пороге квартиры Джина, думая как ему повезло. Он живет в центре, в новом, недавно построенном доме. Чимин звонит в звонок. Дверь тут же распахивается, будто Джин ждал его у двери все это время. Джин резко кидается на Чимина, тот отшатнулся. - Чимин, где же ты был? Я так волновался, - Джин уткнулся ему в шею и обнял его. - Прости Джин, я много рисовал на природе. - Ты врешь? – Джин отдалился и взял его за плечи. - Нет, зачем мне тебе врать, - Прости Джин, это для твоего же блага. - Заходи. Они сели за широкий мраморный стол на кухне, где уже стояло какао, которое так любил Чимин. И тут к нему пришло осознание того, что он не ел уже два дня. Его желудок в этот момент тоже вспомнил об этом и начал издавать характерные звуки. - Сколько дней ты не ел? – взволновано просил Джин. - Два. - Боже, зачем доводить то себя до такого? - Я не хотел есть. - Я сейчас что-нибудь приготовлю, выпей пока какао. - Спасибо Джин, - он благодарил не только за еду, но и за все, что он для него делает.