Юр, я идиот..

***

Пока очередной скучный школьный день длился для всех учеников, хотелось побыстрее свалить домой, посидеть в телефоне и заняться своими делами. Среди всех желающих конца учебного дня был один парень, который ждал этого момента по другой причине.        Никита сегодня был так добр и приветлив, и даже ни разу за день не огрызнулся, что было редкостью. На уроках его мысли были заняты только грядущей встречей. Стоило ему один раз подумать о том, что всё может быть взаимно — он улетал на небеса.        Оставалось два урока до конца. Ник косился на Юру, с нетерпением ожидая их будущую встречу. Блондин, будто чувствовал, что ему сверлят в спину, повернулся и сразу же грозно уставился на Никиту. Тот лишь ехидно улыбнулся и показал большим пальцем на окно, в котором виднелись те самые ворота. Юра проигнорировал жест и до конца уроков избегал лишних встреч с одноклассником.        — А сейчас будут устные задачки. Охотник выстрелил, находясь на расстоянии сто семьдесят метров от лесного массива. Через сколько времени…        Мысли Юры были полностью заняты Ником и его ехидным взглядом, который заставлял сердце сжиматься с новой силой. Не хватало ему ещё и испытывать какие-либо чувства к однокласснику. Но сколько бы раз он не повторял про себя, что ничего не чувствует к Никите, как сердце становилось тяжелее, а лицо мрачнее. Подумать только, влюбиться в гомофоба, который к тому же позвал на стычку.        Блондин пропускал лекции учителя мимо ушей, под последний урок мозги и так не варили. Юноша сжал кулак, сосредоточился, вспоминая все удары, которым его вчера учил отец. Не хотелось идти за школу. Но если он сбежит, то ему придётся хуже, чем если бы он туда пришёл.        В какой-то момент Юре стало интересно, сможет ли он вообще ударить того, к кому неравнодушен.        Прозвенел звонок, после которого сердце блондина бешено заколотилось. В глазах потемнело от волнения, тело снова задрожало. Ноги уже начинали слегка подкашиваться, а руки заметно дрожать. Парень был уверен в своей физической силе. Он был неуверен в себе.        Долго ждать нельзя, иначе отхватит больше должного. Парень вышел из учебного заведения через запасной выход, миновав охранника, который следил, чтобы дети не пользовались этими дверьми, и направился к школьным воротам.        Никиту нигде не видно, на сердце Юры стало немного спокойнее. Однако тело уже отказывалось слушаться хозяина, а завалиться прямо на школьной территории возле камер — не лучшая затея. К счастью, неподалёку стояли скамейки, и парень решил сесть на одну из них, успокоиться на время.        На улице слышалось звонкое щебетание птиц, солнечные лучи грели дрожащее тело парня. Отовсюду слышались крики счастливых детей, идущих домой со школы. Однако сейчас почувствовать счастье конца школьного дня Юры не давало чувство страха. Руки предательски дрожали, хотя и без того всегда трясутся как у заядлого торчка. Юра спрятал лицо в ладонях, почувствовав себя страусом, спрятавшимся в земле. Тяжело вздохнув, он невольно посмотрел вдаль.        Там за дорогой, около многоэтажек, он увидел броский костюм, по которому тут же определил Никиту. Тот, в свою очередь, наблюдал за блондином, наверное, минут пять. Лукавая улыбка парня словно была видна издалека, отчего у Юры прошлись мурашки по коже. Ник махнул рукой, подзывая к себе и ушёл за угол здания. Юра, конечно, в Бога особо не верил, но покреститься не забыл. «Да поможет мне Бог».        Юноша встал со скамейки, отряхнул брюки и вялой походкой пошёл к зданиям, всеми силами стараясь не споткнуться по дороге от страха. Теперь он понял, что выражение «ноги подкосились» только что он прочувствовал на собственной шкуре.        Когда он уже подошёл, Никита повёл за собой парня в непонятный подъезд одного из домов. Разглядывая стены неизвестных зданий, Юра думал, что драки ему не избежать: другой причины для поиска уединённого места он не находил.        Они зашли в прохладное помещение, лязг двери прошёлся эхом по подъезду, сокрыв их в одиночестве. Гнетущая тишина заставила блондина нервно сглотнуть, ожидая наихудшего. Шатен угрюмо смотрел на взволнованного школьника. Он не решался сделать вещь, которую планировал. Глядя на Юру сейчас, мог сказать, что даже если бы он и признался в своих чувствах ему — одноклассник согласился бы, ради спасения своей жизни. Так Ник никогда не узнает, взаимно ли всё, а встречаться с человеком, чьи чувства неискренни — абсолютно пустое дело.        Однако, мысль о том, что Никита легко отличит искренность от лжи, вселила в него уверенность. И, наконец, решившись сделать задуманное, он стал медленно подходить. Сердце застучало в бешенном темпе, но Ник постарался медленно дышать, чтобы не сойти с ума.        Когда расстояние между парнями было в полметра, шатен осторожно вытянул руку вперёд и коснулся одного пальца сверстника, без плохих намерений. Он подумал, что такой лёгкий физический контакт поможет ему вселить доверие в одноклассника.        Однако Юра сильно расстроился, увидев, что Ник собирается нанести удар. Так он подумал ещё в тот момент, когда рука парня потянулась к нему. «Всё-таки не стоило ожидать чего-то другого от подобного человека».        Юрий замахнул руку назад и направил удар прямо в челюсть одноклассника, намереваясь нанести удар раньше, чем бы сделал Никита. Однако тот моментально отреагировал и поймал руку парня, похлопав ресничками от удивления. Но опомнившись, шатен неожиданно ласково улыбнулся и подошёл к юноше чуть ближе, обхватив запястье парня наверняка.        — Вот как? Думаешь я позвал тебя драться?        Он усмехнулся, наблюдая за всполошенным выражением лица, и в ответ на непонимание в глазах резко притянул Юру к себе за талию. Он почувствовал пальцами, как вздрогнуло тело парня. Их лица находились близко друг другу, дыхание Юрия чувствовалось прямо на лице Никиты. И, глядя на припущенные веки блондина, его слегка жалобный и непонимающий взгляд, на его расширенные зрачки, — Ник почувствовал какую-то взаимность.        Не в силе ждать ясного ответа, он прильнул своими губами к его. Сердце Юры заколотилось так, как никогда не стучало при беге. По телу забегали мурашки, а всё внимание сконцентрировалось на горячих губах Никиты, что нежно целовал его, проникая языком в рот всё глубже. Юрий не смог не поддаться нежному искушению и обхватил плечи одноклассника руками. Одной он стал скользить по шее парня, постепенно опуская свои длинные пальцы в волосы Никиты.        Он и не заметил, как уже прижал столь желанного одноклассника к стене. Оба чувствовали дыхание друг друга на себе, от чего ещё больше сходили с ума. Ник, уже не в силах спокойно дышать, завершил поцелуй, прикусив нижнюю губу опьяненного юноши. Он отвернулся и в неком смятении стал смотреть в сторону. Он никак не ожидал такой реакции от одноклассника.        Конечно, он учитывал то, что всё могло быть взаимно. Но Юра так страстно поцеловал Никиту, что в подлинности чувств он не мог засомневаться. У него пробежались мурашки по ногам, они словно стали ватными.        До этого момента ему казалось, что он единственный «не натурал» на всю школу, потому что даже учителя являлись отборными гомоненавистниками. Всего на несколько секунд он позволил проскочить мысли в своей голове о том, что у них может что-то получиться. Было бы глупо упускать шанс и потерять много ярких моментов.        Юра немного растерянно и при этом выжидающе смотрел на одноклассника, хотел услышать причину такого нежданного поступка. Поцеловать того, кого, казалось бы, вечно презирал. Но нежность Никиты сбивала Юру с толку: неужели ложь может быть настолько реальной? Хоть парню и казалось, что Никита максимум мог захотеть поэкспериментировать и попробовать с парнем, где-то в глубине души он надеялся получить признание. «Всё это глупые мечты», — парень разочарованно посмотрел в пол и уже думал, как свалить.        Никита, увидев томный взгляд парня, прочёл его мысли и чувства. Взглянув на себя со стороны, он понял, что никак не походил на того, чьи чувства могли бы быть искренними. Но, не глядя на последствие, лишь бы опровергнуть эту мысль, Ник снова крепко обнял юношу за талию и прошептал до невозможности слащавые слова, которые, он думал, никому никогда не скажет.        — Ты мне очень нравишься. Юр, я идиот. Прости меня за всё. Я...        Как представитель тех, у кого особая симпатия к высоким голосам, Юра хотел как можно скорее убежать прямо сейчас: в нижней части тела у него не просто кровь прилила. Вдобавок ко всему в голове многократно проигрывался страстный поцелуй, который Юрий мог представлять только в своих мечтах. Он понятия не имел, что сейчас ответить. Он впервые в жизни казался себе до безумия глупым, молча стоял и не мог сказать ни единого слова. А что, если это всё подстава, и сейчас где-нибудь стоит камера, снимающая их?        Но смотря на искренний взгляд Никиты, такие предположения Юра хоть и с опаской, но убрал. Не мог он отказать этим бездонно карим глазам.        — Если честно, ты тоже мне нравишься, давно. Ну, не то чт…        Его речь оборвал радостный тон Никиты: — Тогда давай встречаться. Я буду защищать тебя от уёбков, которые будут издеваться над тобой, Юр. Я сделаю всё, чтобы не разочаровать тебя. И искуплю каждый свой хреновый поступок.        Слова Никиты грели сердце Юры. Но некоторые вопросы всё-таки вырвались сами.        — Ты же сам из тех уёбков, которые… Ты ведь в компании тех, кто избивает всех потенциальных геев. Ник печально усмехнулся и, уткнувшись в шею парня, тихо ответил:        — Мне тоже нелегко слушать, как они поливают грязью представителей ЛГБТ. Но тем не менее я успешно скрывал свою бисексуальность.        — Так тебе ещё и девушки нравятся? — Юра незаметно для себя подумал о своей позиции в постели. — Только знай, что я под тебя прогибаться не стану.        — Не рано ли нам думать об этом? — Никита освободил парня от объятий и неловко улыбнулся.        — Ты знал, что у меня сегодня нет родителей дома? Пойдём, — Юра схватил руку парня и повёл за собой на улицу, улыбаясь в предвкушении будущего вечера. — Мы попробуем много всякого.