Как быть с этим тауматургом?

      Вполне обычный вечер. Все куда–то спешили, заканчивали работу, уходили с рабочих мест, лишь в замке назревала буря. Блэк стоял перед Варнером и недовольство со страхом били мелкой дрожью в руках, бережно спрятанных в долгих рукавах мантии, а белые изысканные глаза сверкали надеждой. Варнер же хитро улыбался, приподняв брови и наблюдая за реакцией мага от открытых издевательств над ним. Пока только моральных, отметил про себя правитель. Блэк видел своих родителей, без сознания в темнице, но с ними вроде всё более-менее нормально и они без ран. Однако Варнер не спешил их отпускать, лишь шантажировал их убийством, самым жестоким и страдальческим методом. — Отпусти моих родителей. — голос не дрогнул, а лишь набрал оборотов. — Я же сделал что ты просил! Ты говорил что отпустишь! — отчаянно крикнул Блэк, а Варнер лишь залился громким смехом, так и давя на чувствительные нервы и подводя к краю ножа. — Да... Но я знаю что ты работал не один. Поэтому их тебе не видать. — правитель тихо рассмеялся. — Было невозможно за такие сроки выполнить это в одиночку! Ты даёшь невозможные задачи! — Возможные. Просто ты слишком жалок и слаб! Любой другой успел бы и сам, а тебе, ничтожному, лишь бы от работы отлынивать. — Отпусти моих родителей! Прошу! Они ничего тебе не сделали! — на глазах готовы были навернутся слёзы, а ноги унизительно подкоситься, чтобы упасть на колени перед этим тираном. — Хах, зарыдай ещё! Ты ведь только можешь что рыдать и жалеть себя. Как я и говорил, ты ничтожество.       Холод отразился на его лице. С последними словами он спустился по ступенькам вниз и глядя на него сверху вниз направил на Блэка руку, которую обвило тёмное свечение. — Ничтожество.       Больно. Жуткая боль наполнила всё тело, иглами впиваясь во внутренности и путая мысли. Блэк в ужасе упал на колени до треска сжав в кулаке одежду на руке. Крики, единственный звук в большем зале, вырвались из горла царапая его словно до крови колючими лозами. Легкие сдавило и дышать было трудно, а сердце разрывалось на части вместе с телом и кричало от боли. — Прошу!... Я сделаю что угодно... Только отпусти их... Пожалуйста... — сквозь громкие всхлипы хриплым голосом умолял иссушитель, не имея сил даже пошевелиться, потому что казалось что от одного движения его тело просто начнёт кровоточить. Стыд и боль слезами заливали пол, оставляя Блэка наедине с болью.

***

      Тауматург прогуливался по замку. Дела успешно сделаны, можно было и насладиться вечером с Варнером где то в саду. Он отправился в зал где обычно и находился правитель, но от увиденного его ноги будто отказали. Душу больно тронуло, словно нож всадили под рёбра недалёко от сердца. Лололошке было плевать на людей, которых пытают Варнер с Тенью, сейчас же ситуация была совершенно другая. — Святой Арнир. Варнер!... — начал Лололошка. Он быстро преодолел расстояние между ними и приблизился к господину, становясь стеной между Блэком и ним. — Можешь хоть раз не пытать людей, которые мне дороги? Я понимаю, тебе плевать на всех, кроме меня, но, пожалуйста, послушай меня и не трогай именно его?! — говорил седой тихо, ядовито шепча чуть ли не на ухо Варнеру, но голос казался непривычно грозным, словно не смотря на рану, тауматург сейчас поднимет меч на своего супруга.       Варнер нахмурился и скосил взгляд на сидящего на полу Блэка. — Я делаю то что хочу. С каких пор тебе самому не плевать кого я пытаю? Чем тебе этот несчастный иссушитель так угодил? — тихо прошипел Варнер. Сейчас, к своему незаметному удивлению, он в самом деле начал ревновать тауматурга к Блэку. — Не знаю. Может потому что я не безсердечная тварь? Он мне дорог, так же, как и ты. Я не хочу ссориться, так что просто отпусти его и я сам о нем позабочусь. — Ох, а может ты ещё теперь и уйдешь к нему? Ты только мой! Если захочу, просто убью этого иссушителя со всей его семьёй и всё на этом! Ты знаешь, что я это могу. — Ревнуешь? — удивлённо заметил он, — Такой великий человек ревнует? Я не собираюсь к нему уходить, и никогда не стану, потому что верен. Сейчас же просто отпусти его, об остальном поговорим позже. Ясно? — Делай что хочешь. — Варнер махнул рукой и повернулся лицом к стенке, мысленно проклиная Блэка с Лололошкой.       Лололошка без слов отвернулся от господина. Быстро подойдя к Блэку он присел рядом на корточки, тихо говоря. — Вставай, пока Варнер нас обоих пинком не выгнал.       Блэк с трудом смог даже подняться и просто прижаться к Лололошке. Мало того, что магия Арнира иссякает и если бы Блэк сейчас жил здесь, то мог бы умереть даже от этого, так ещё и Варнер вновь наслал какое-то заклятье... Он вообще не особо уже понимал что происходит, было слишком больно даже дышать и в глазах всё потемнело, мешая хоть как-то оценить ситуацию.       Тауматург тяжело вздохнул. Он телепортировался вместе с Блэком за город в старый дом, в комнату Лололошки. Аккуратно усадил Блэка на кровать и окинул оценивающим взглядом. Для замученного Блэка телепортация – очень сильный стресс. Поэтому ему будет некоторое время не хорошо, но оставаться в замке и тем более вести иссушителя в любую комнату не рекомендуется. Тем более пока Варнер там. — Прости. Ты бы всё равно не захотел оставаться в Арнире, тем более в замке. — Лололошка положил руку ему на плечо. — Как ты себя чувствуешь?       Боль в теле отступила и предоставила место тошноте и головной боли. Блэк мог лишь прижать ноги к себе, по-прежнему обнимая себя за предплечья и тихо вздрагивать, всхлипывая. Дрожа, его глаза бегали, но это не было так заметно, а слёзы блестели на чёрных щеках. Весь его вид вызывал жалость и сочувствие. — За что?.. Почему именно я? Что я сделал, что бы заслужить всё это?.. — голос сильно дрожал, прерываясь всхлипами. — Варнер жестокий. Ему не нужны причины для пыток, он просто наслаждается этим. — безэмоционально заметил седой.       Лололошка подсел к иссушителю и прижал к себе. Он легонько поглаживал того по плечу, стараясь утешить, но всё равно держался как то отстранённо. Блэк прижался к нему, но успокоиться смог далеко не сразу. Эта истерика затянулась приблизительно на час. Глаза были ещё мокрые от слёз, а дыхание пришло в норму уже не прерываясь на тяжёлые глотки воздуха. Иссушитель устало продолжал опираться на плечо тауматурга, борясь со стыдом от открытого проявления слабости при Лололошке и наступившей апатии после длительной моральной, и не только, мясорубке. Глаза жгло и немые отголоски боли затаились где-то в глубине, так называемой, души. — Спасибо... — прошептал иссушитель. Голоса практически не было. — Пожалуйста. Тебе сделать чего-нибудь? Блэк слабо кивнул. — Кофе, если можно. — Хорошо, подожди немного.       Лололошка отстранился от мага и вышел из комнаты. Монотонно заваривая кофе, он пытался понять свои эмоции, что молчали и не давали ответа. Одна кружка, ему же в горло ничего не лезло.       Тауматург вернулся в комнату с горячим напитком в руке и со спокойным «держи». Блэк трясущимися руками взял кружку и отпил немного.       Лололошка присел к стенке, казалось дырявя её, но смотря в пустоту. В голове была куча мыслей разного рода. Большинство о Варнере. Стоит ли дальше ему доверять и выкладывать всю информацию?       Блэк неспеша пил любимый напиток, стараясь окончательно успокоиться. А если Варнер что-то сделает с его родителями? Или ещё хуже. Найдет поселение и уничтожит всех? Ведь родителей то его он в Незере как-то нашёл... Он боялся не столько за себя, сколько за семью и других. Иссушителей ведь и так слишком мало осталось... — Варнер с Тенью мне не говорили о своих планах на тебя. Так, что они сделали? Можешь не говорить, но мне просто нужно знать всю ситуацию.       Блэк глубоко вздохнул. Он немного подумал и решил всё же кратко рассказать. — Когда Варнер первый раз предлагал мне работу я не особо понимал кто он. Предлагал он не плохие деньги. Конечно, я согласился, ты сам знаешь как сейчас у меня всё туго с ними. В итоге, ничего из обещанного я не получил. И с этим измерением... Я отказывался, не верил. Старался хоть как-то его избежать. Думал может всё-таки отстанет, но как-то он нашёл моих родителей. Сам не знаю как, но ему это удалось. И много чего ещё делал... Он обещал что отпустит их, но безрезультатно. А сейчас. — он сделал паузу зарывшись одной рукой в волосы. Сейчас я боюсь, что если он нашёл их, то значит вероятно нашел и всё наше поселение. Я боюсь что он может что-то сделать не только моим родителям, а вообще всем. — И даже со мной не посоветовался.       Лололошка перевел взгляд куда-то в бок. Иногда всплывают мысли, что Варнер совсем его не ценит, хотя он знал, что это не так. Просто что-то в их отношениях точно не в порядке. Или только в Варнере. Или Лололошка уже начинает снимать розовые очки и смотреть на деяния супруга по новому, другим взглядом.       Блэк смотрел в одну точку и неспеша пил кофе. Руки била мелкая дрожь. Он просто хотел что бы всё это закончилось и стало как раньше, как было до чумы, до изгнания и до Варнера. Казалось что просто сдохнуть проще, чем терпеть всё это, но не сдавался только ради семьи и Гектора. Им не понравится, если Блэк сдаться. Даже когда всё настолько плохо и ужасно. — Оба потом от меня получат... — тихо прошипел седой. — Тебе уже лучше? — Немного. — Блэк склонил голову к плечу. — Хоть что-то уже. Есть хочешь? — в ответ Лололошка увидел лишь кивок. — А поточнее? — Не знаю. Главное что-то нормальное. Остальное не важно. — А ещё точнее? Мы знакомы мало, не могу я по интуиции тебе что-то дать. — Я правда не знаю. Я в последнее время вообще чуть ли не одним кофе питался... — Что ты есть любишь? — Да ничего особо. Чёрный шоколад разве что? Но это особо едой не назвать... — Я всю жизнь им питаюсь. Даже с собой вечно беру. — Лолошка заглянул в карман на поясе и достал оттуда черный шоколад. — Держи. Говорят настроение поднимает, а пока будешь есть шоколад, подумай чего из нормальной еды хочешь.       Блэк взял шоколад и стал неспеша есть, немного расстягивая удовольствие. Ещё когда их только изгнали он стал отказывать себе в таких вкусностях, стараясь растянуть имеющиеся деньги по максимуму. В голове крутились мысли о чём угодно, но точно не о том, что можно было бы поесть нормального. Повисла тишина. Каждый погружен в свои мысли, седого же интересовал Блэк, отчасти. — Здесь прохладно. Тебе не холодно? — вопросительно глянул на Блэка. — Мне даже летом часто бывает холодно, но я уже привык.       Лололошка поднялся и вышел из комнаты, он вернулся уже с пледом и закутал Блэка в него. Седой вновь покинул комнату чтобы принести кота, которого положил на колени иссушителю. — Говори прямо всегда. Не стесняйся. — Попросил парень садясь возле него.       Блэк поудобнее зарылся в плед и обнял кота, утыкаясь носом в холку животного, почёсывая и поглаживая его. Иссушитель прикрыл глаза. Сон нахлынул внезапно. Он слишком устаёт, да и после такого стресса хотелось уснуть и не просыпаться месяц. Без сновидений, просто спать и набираться сил.       Седой одной рукой приобнял Блэка за плечи, другой же гладил кота. — Стоит дать ему имя...       Блэк положил голову на плечо тауматурга, хоть и примостится поудобнее мешали наплечники на манти. На его слова иссушитель сонно кивнул. Ещё немного и он уснёт, но рядом с Лололошкой казалось даже и засыпать не страшно, наоборот спокойно. Будто тот способен и сон от кошмаров уберечь. — Тобиас? Не знаю. — глянул на Блэка. — Можешь остаться здесь на ночь. Я согрею эту комнату магией. — Спасибо. — прошептал Блэк и вскоре в самом деле уснул, обнимая мурчащего кота и прижимаясь к Лололошке. «— Он спит? Блять... Что делать то теперь? »       Лололошка был немного в панике. Никто не засыпал у него на плече. За все эти тридцать шесть лет. Седой просто сидел и не шевелился, всё это время и сверлил взглядом спящего Тобиаса, но что-то делать всё же пришлось. Лололошка аккуратно постарался переложить Блэка с себя на кровать. И у него это получилось. Теперь иссушитель спокойно спал, укутавшись в плед и обнимая кота. Тауматург скинул мантию на стул думая о том, чем занять себя на всю ночь       Кошмар тревожил даже в эту ночь Блэка. Он прижался к спящему коту и уткнулся в его мягкую шерстку, нахмурившись. Лололошка заметив это присел рядом. Он робко протянул свою руку к волосам мага и начал легонько поглаживать. Вскоре, не зная почему, вовсе лег рядом, приобняв и продолжая гладить по голове, а Блэк же крепко вцепился в него. Седой вздохнул и принял данную ситуацию. Ничего уже не поделаешь, придется спать вместе. В обнимку. Иссушитель всё равно со своих объятий не выпускает. От ситуации и данного факта почему-то приятно потеплело в душе.

***

      Блэк проснулся только часа через четыре, но вставать не спешил. Он всё ещё не выспался, ему просто вновь приснился кошмар. Хоть и не такой же жестокий, какими они были в последнее время, но всё же. Покидать объятия Лололошки не хотелось. Иссушитель как-то даже начал привязываться к нему. Блэк поднял голову, рассматривая спящего. С ним было спокойнее. От него даже исходило некоторое тепло. Душевное. Это пожалуй даже важнее, чем просто физическая температура тела. Тихо хмыкнув себе под нос Блэк провалился в сон, на этот раз без кошмаров.       Тауматург лежал рядом с Блэком, а между ними Тобиас. Он бы спал дальше, но вновь по каким то причинам проснулся посреди ночи. Вставать так же не хотелось, но чисто по нуждам пришлось. Придя в комнату обратно он замер посреди комнаты сонный, забыв про Блэка и открыл окно. Высунувшись из окна он вдохнул утренний воздух пытаясь охладить тёплое тело. Вскоре он закрыл окно и весь холодный лег дальше обнимать кота с иссушителем, стараясь вновь провалится в сон. — Холодно. — пробурчал Блэк, поежившись. Он попытался ещё сильнее укутаться в плед, зарываясь в него с головой и чуть сильнее сворачиваясь в клубочек. — Чего ты там бубнишь?.. — сонно пробормотал седой, что был на пол пути ко сну. — Холодно, говорю... — Блэк открыл глаза, которые слабо светились в темноте. Сейчас это было прекрасно видно. — Мм... ясно. — повернулся на другой бок, спиной к Блэку, — Спокойной ночи.. или утра? Спи дальше.       Блэк тяжело вздохнул и поднялся с кровати, оставляя кота и плед на месте, не смотря на холод. — Не хочу уже. Я лучше вернусь в лабораторию. — Угу, удачи. Если Тень будет приставать к тебе или захочет закончить своё дело – я не виноват. — Если сдохну, только лучше будет. Хоть страдать от этого всего не нужно будет. — Блэк тяжело вздохнул и телепортировался в свою Лабораторию, где он сразу пошёл в библиотеку. Библиотека и спальня - самые тёплые места в Лаборатории. А наверху холоднее всего, но Блэк больше всего времени проводит именно там. Иссушитель взял первую попавшуюся книгу и погрузился в чтение. К нему тут же прибежала Вин, устроилась на коленях, почувствовав что хозяин вернулся, и радостно замурчала. ... Кот потянулся и тихо мяукнул, тыкаясь мордочкой в лицо Лололошке. Подняв его над собой парень задумался над последними словами Блэка. — Иногда он меня поражает своей тягой к смерти. Но если так подумать, то я такой же. Тебе так не кажется? Беспомощное мяуканье от своего положения, больше похожее на гул сирены, прозвучало в ответ. Приняв его как согласие, Лолошка уткнулся в подушку, полностью погрязнув во сне.