Сделка королей

Как мне принять эту нынешнюю ситуацию? Что мне делать?» Ее голова была вихрем хаоса, размышления о своей ситуации заставляли ее чувствовать себя настолько смущенной и взволнованной, что она была на грани того, чтобы разрыдаться. «Бьюсь об заклад, там большой переполох. Прошло какое-то время… Интересно, как дела у детей. Интересно, спят ли они? Они меня ищут?» «Возможно, нет…» «В конце концов, мое существование не имело значения» «Никто никогда не скучал по мне… Даже моя собственная семья» Когда на ум приходили эти меланхолические мысли, ее сердце разбивалось, и ее охватила невыносимая головная боль. «Мне нужно взять себя в руки. Мне нужно сосредоточиться на настоящем моменте. Она ругала себя. В конце концов, эта странная новая жизнь в этой незнакомой стране - это все, что у меня есть» Темы романов, которые она любила читать, часто касались таких тем, как одержимость, сдвиги между измерениями и тому подобное; зная о них, она была уверена, что справится. Возможно, если она осмелится задуматься, она обнаружит, что может быть… счастлива. - Я смогу, - твердо сказала она себе. «Не многим людям удается жить новой жизнью». К тому же ей было всего двадцать, впереди у нее была вся жизнь. Она могла делать что угодно. «Может быть, Бог действительно сжалился надо мной и дал мне новую возможность. Да, мне нужно думать об этом как об отпуске. Если это роман, я могу использовать его как средство начать все сначала!» «Возможно, я не стану героиней этой истории, но я буду жить такой же потрясающей жизнью» «Это пустая трата времени - пытаться выяснить, был ли это роман или сдвиг в измерениях. Я буду жить настоящим и принимать вещи такими, какие они есть». Наполненная оптимизмом и решимостью наилучшим образом использовать участь, выпавшую на ее долю, она могла предвидеть предстоящие дни, наполненные волнением и приключениями. «Что мне делать в первую очередь? Я должна адаптироваться как можно быстрее» Удивительно, но она могла читать слова и говорить на языке этого мира, поэтому ситуация была под контролем. «Под контролем…» - фраза ее сильно взбодрила. Она контролировала свою судьбу. Она выберет, что с ней будет дальше. Она никогда не была религиозной, но сейчас ее радость от реализации всего потенциала этого необыкновенного дара заставляла ее хотеть поблагодарить любого бога. Разработав стратегию, она решила, что ее первейшая задача - быстро адаптироваться к этой жизни. Она больше не хотела останавливаться на достигнутом. В конце концов, размышления об этом ничего не решат. «Наверное, мне следует поговорить с графом лично» Йелли, которая осторожно наблюдала за Аметистией, когда она стояла рядом, прервала ее мысли, когда она спросила: - Мисс, только вчера вы вызвали такой шум, сказав, что хотите выйти замуж, но теперь вы не хотите… что заставило вас передумать? Господин приложил столько усилий, чтобы найти для вас подходящую пару, и все же ... может быть, вам больше не нравится сын маркиза Кренсона? Аметистия, которая отдыхала на роскошном диване в углу спальни, посмотрела на нее. «Поскольку я решила приложить усилия и вписаться в этот мир, мне следует установить контакт с горничной, которая меня обслуживает» «У меня нет причин любить или не любить кого-то, кого я никогда раньше не встречала». - Тогда, есть ли еще кто-нибудь, кто вам нравится? Учитывая ваш ... возраст? - Йелли резко оборвала предложение, поняв, что сказала свои самые сокровенные мысли. Почувствовав ее деликатное упоминание о возрасте, Аметистие пришло в голову, что 20-летняя женщина в этой стране, называемой Сехар, вероятно, считается старой девственницей, которая вот-вот окажется на полке. Она вздохнула. «Представьте себе ирония, когда для меня двадцать - это лучший момент в моей жизни!» - Йелли, вчера мне приснился… сон. Это был ужасно страшный сон. - Однако Йелли Аметистия ответила сознательно небрежно, как будто ее не смущали никакие общепринятые правила. - Сон? - Да. Это было больше похоже на предчувствие. Или, может быть, это был кошмар… это было так травмирующие… Я не могу тебе сказать каково это. Однако этот сон укрепил мою решимость. Я не собираюсь в ближайшее время жениться. Надеюсь, ты при мне не упомянешь больше слово «брак». - Но… сон - это просто сон. Какой сон вам приснился? На мгновение я задалась вопросом, поверит ли она мне, если я скажу ей правду. - Что я тридцатишестилетняя женщина, состоящая в браке одиннадцать лет. Но она, вероятно, отметит это, сказав, что это слишком абсурдно даже для сна. - Ну… в любом случае, даже не произноси слово «брак» передо мной. Дав понять, что она больше не хочет продолжения разговора, Аметистия закрыла глаза и вернулась к своим мыслям. «Интересно, что это за сон?» «Жизнь тридцатишестилетней Хиён? Или двадцатилетний Аметистии? Один из них сон?» «Если бы этот мир был настоящим, а я действительно была Аметистией, то, прежде всего, мне нужно решить вопрос о моем предстоящем браке» Оставив Аметистию наедине с собой, Йелли тихо вышла из комнаты. Как только она закрыла дверь, графиня Лохикин, бродившая по коридору перед комнатой, поспешно поманила Йелли. - Йелли, тебе удалось ее спросить? Почему Аметистия вдруг так себя ведет? Я уверена, ты помнишь, что вчера случилось. Йелли терпеливо ждала, пока графиня закончит говорить, и нерешительно ответила. - Ну… мадам, она сказала, что ей приснился кошмар. И я думаю, она считает это предчувствием. - Кошмар?! Предчувствие? Вот и все? Итак, она поделилась содержанием своего сна? - Нет, мадам, дама не поделилась подробностями. Чувствуя, что графиня очень настаивает на подробностях, Йелли извинилась, сказав, что больше ничего не знает и ей нужно возвращаться к работе. В ту ночь граф Лохикин попросил Аметистию о частной аудиенции. И вскоре она обнаружила, что стучится в его дверь. - Заходи. Когда она вошла, она посмотрела на комнату, запах старого дерева, дыма и слабый цветочный аромат цветов, исходящий из вазы на столе, доносился до нее. Она села в плюшевое кресло перед его столом напротив него. Он был ее отцом, но она понятия не имела, чего от него ожидать, что заставляло ее нервничать. Ее собственный отец, которого она знала, никогда не был ласковым. Мрачный и холодный, он был типичной патриархальной фигурой, глубоко укоренившейся в своих взглядах, отказывающейся терпеть что-либо, кроме того, что он считал правильным. «Не удивлюсь, если граф будет именно таким. Я действительно не жду чудес от мужчин» - Мне нужно тебе кое-что сказать. - Граф Лохикин смотрел на свою дочь, которая казалась далекой от своего обычного «я». Каким-то образом она почувствовала тепло в его взгляде и почувствовала себя подсознательно расслабляющейся. «Значит, он заботился об Аметистии» - Отец, как я сказала сегодня утром, у меня нет желания жениться. Я хотела бы внести ясность в этот вопрос. Надеюсь, вы откажетесь от предложения руки и сердца, чтобы я не выходила замуж за маркиза Кренсона. Брови графа Лохикина удивленно поднялись, но в остальном он оставался спокойным. Она не могла сказать, был ли он недоволен ее сопротивлением или впечатлен. - Но это совершенно не то, что ты сказала вчера. Ты это понимаешь? «О Боже. Верно, вчера ... Что Аметистия сделал накануне?» «Но подождите, мне не нужно насильно поднимать то, о чем я ничего не знаю. Я могу просто обойти это!» - Да. Мне жаль. Я уверена, что это ставит отца в затруднительное положение. Но я совершенно уверена, что хочу отказаться от этого брака. - Хм… - Граф Лохикин молча погладил свою бороду, видимо, глубоко задумавшись. - На самом деле… я до некоторой степени понимаю, почему ты устроили весь этот спектакль. Я уверен, что ты была в ужасе, узнав о помолвке своей подруги Мараи. «Мараи? Это кто? Во всяком случае, мне действительно все равно, выйдет она замуж или нет» «Пожалуйста, Боже, не позволяй мне женится» - Честно говоря, я был немного расстроен, когда ты устроил эту сцену… - Граф Лохикин не смог сдержать смешок, сорвавшийся с его губ, когда он вспомнил трюк своей драгоценной дочери накануне. - Возможно, это к лучшему. Если ты так хочешь, пусть будет так. Я хочу только одного. Твоего счастья. - … - Аметистия потеряла дар речи от восторга. «Аллилуйя!» Он был идеальным отцом, из тех, что часто появлялись в утренних драмах как отец героини, всегда внимательный к желаниям дочери. «Ну … кто знал, что такие отцы могут существовать? Теперь у меня есть такой же!» Она была убеждена, что эта ее новая жизнь была подарком от Бога, компенсацией за все невзгоды, с которыми она столкнулась в своей прошлой жизни. - Не волнуйся, я поговорю с маркизом Кренсоном. - Спасибо, отец. - Аметистия благодарно улыбнулась ему. Однако, к ее удивлению, граф нахмурился. Ее реакция как-то расстроила Лохикина? - Они говорят, что когда дочери вырастают, они не так сильно любят общаться со своими отцами, так что я думаю, это то, что мы сейчас переживаем. Моя маленькая девочка, кажется, все больше и больше отдаляется от меня… - печально сказал граф Лохикин, с любовью глядя на своего старшего ребенка. «Ах, они, должно быть, хорошо ладили. Я не удивлен» - Нет. Это не правда. - Даже сегодня утром ты забыла свое утреннее приветствие… и в эти дни ты мало улыбаешься… «Утреннее приветствие? Ох… Он имел в виду поцелуй в щеку, который я видела сегодня утром. О Боже. Их отношения, должно быть, были не просто хорошими. Она определенно была в лучших отношениях со своим отцом, чем я ожидала» Подумать только, что этот хладнокровный мужчина средних лет был в плохом настроении из-за того, что его дочь не приветствовала его. Аметистия почувствовала укол вины за это. - Я постараюсь не забыть об этом завтра. Глядя на улыбку Аметистии, граф выглядел убежденным: - Хорошо. Хочешь еще что-нибудь сказать? - Ах! У меня есть просьба, отец. - Просьба? - Да. Мне было интересно, смогу ли я найти репетитора. - Репетитор? - Да. Разве я не могу? - Что ж, найти будет не сложно, но ты уже окончила академию. «Ошибочка вышла» «Значит ли это, что я уже окончила школу? Но мне еще так много нужно узнать об этом мире. Если я буду продолжать спрашивать Йелли, она подумает, что я сошла с ума. - Ну… я хочу узнать то, чего не узнала, пока училась в академии. - Например? Куда бы вы ни пошли, то, что вы изучаете в школе, примерно одинаково. Я уверена, что-то же самое относится и к этому миру. Должно быть, я изучала только академические предметы. В конце концов, в моей прошлой жизни в школах меня не учили тому, как выжить в обществе. - … Я хочу больше узнать о мире. - Что?! - Зал наполнил подбадривающий смех. - В самом деле, ты меня седым сделаешь! «Что я не так сказала?» Когда граф Лохикин громко рассмеялся, Аметистия не могла не улыбнутся. - Хорошо. Я поищу его. Подойдет ли наставник по культуре? - Да! Спасибо. - Тебе еще что-нибудь нужно? - …Нет. - Хорошо. Я буду здесь еще немного, так как у меня есть дела. Иди ложись спать. - Не ложитесь спать слишком поздно, отец. - Хорошо. Спокойной ночи. - Гм, гм. - Когда она повернулась, чтобы уйти, граф Лохикин кашлянул, выжидающе глядя на Аметистию. «Хм, что это было? Что с этими выжидающими глазами? Может быть…?» - Ах. - Аметистия улыбнулась, когда она встала со своего места и осторожно чмокнула графа Лохикина в щеку. - Спокойной ночи. - Аметистие было неловко, но граф казался довольным и счастливым. На следующий день с помощью Йелли Аметистия смогла вовремя добраться до столовой. Как обычно, пара Лохикиных уже была там и ждала. - Хорошо ли спалось? - Да. - Она ответила с улыбкой. Она уже села в свой стул, вспоминая вчерашний разговор с графом, она встала и подошла к паре, неловко поцеловав каждого из них в щеку, и снова села на свой стул. «Я чувствую, как пылают мои щеки» Затем Матин прибежал в столовую, поцеловал их обоих и быстро сел на свое место. - Матин, что я сказала о бегах в столовой? - Графиня мягко сделала выговор Матину и обратилась к графу. - Дорогой, тебе следует иногда твердо отчитывать его. - Что? - Он больше не слушает меня. - Хорошо, я сделаю это. Граф Лохикин и Матин переглянулись и пожали плечами. Меррилда села последняя, и завтрак начался; сегодня был свежий салат с жареным мясом, суп и мягкий хлеб. Кушая мясо из салата, Аметистия слушала разговор графа с графиней. - Разве ты не говорил, что собираешься работать сегодня по делу об одобрении кредита? «Работа?» Заинтересованая, Аметистия осторожно обратила пристальное внимание на информацию, которой они обменивались. - О верно. Да. Я пойду утром. - Если работы много, просто наймите больше людей. - Тем не менее, дело об одобрении ссуды зависит от меня, поскольку я являюсь окончательным утверждающим лицом. - Хм, я полагаю, ты прав. - К счастью, на этой неделе не так много дел. Это все просто нужно пересмотреть. - Если ты устал, я могу тебе немного помочь… - Нет, все в порядке. Ты и так занята. Даже после того, как ты покинула дворец, у тебя по-прежнему много работы, которую нужно сделать. - Ну, это правда, но ... - Полагаю, это должно быть с двойным доходом. «Поскольку графиня Лохикина упомянула, что она является окончательным утверждающим, она должна быть кем-то важной роли. Кстати о ссудах, может быть ... она глава банка?» Вчера вечером граф Лохикин упомянул официальные документы, и теперь они называют дворец его местом работы. Итак, он, должно быть, работает на страну, а ее мать, похоже, владеет банком. Несомненно, Аметистия родилась с серебряной ложкой. В то время, когда здесь была Аметистия, граф и графиня казались идеальной парой, нежной и уважительной по отношению друг к другу и к своим детям. Даже после долгих лет совместной жизни граф уделял жене заслуженное внимание. Это заставило Аметистию задуматься о своем замужестве в прошлой жизни ... Вдруг она снова услышала голос мужа: - Какая разница, знаешь ты это или нет? - Просто отдай мне. Почему ты такой любопытный и пытаешься все знать? - Ты должна уметь справляться со всем самостоятельно. Я должен тебе все рассказывать?! … Эти снисходительные и пренебрежительные тона, как ее мнение, казалось, никогда не имело значения, она вздрогнула при напоминании. Брак Лохикинов был полной противоположностью ее брака; полны искреннего уважения и привязанности друг к другу. Это было выгодно с точки зрения Аметистии. Принадлежащий к привилегированной семье с высоким социальным положением, ни один мужчина не сможет проявить к ней неуважение или плохо обращаться с ней. «Настоящей двадцатилетней Аметистие даже не понять, как ей повезло!» *** Несколько дней спустя Аметистия смогла встретиться с репетитором и учителем гуманитарных наук, которого она просила у своего отца. Он был молод и стройен, больше походил на симпатичного студента инженерного университета, чем на репетитора гуманитарных наук. - Здравствуйте, мисс Лохикин. Я Фрой. - Да. Рада встрече. Аметистия время от времени все еще изо всех сил пыталась принять свою новую личность; так как она не могла представиться как Хиён, как раньше, она вообще пропустила приветствие. Несмотря на то, что это было грубое поведение, Фрой, похоже, не возражал. - Я слышал от графа, что вы хотели узнать больше об окружающем мире? - Да. - Вы действительно отличаетесь от других женщин. - Глаза Фроя загорелись интересом, когда он посмотрел на нее. - Это… это так? - Да. Это не обычная мысль среди молодых благородных дам. - У меня очень любопытная личность. - Понимаю. Итак, что вам интересно в этом мире? Я сделаю все возможное, чтобы научить вас всему, что знаю. «Уф. Какое облегчение, что он не из любопытных!» - Я бы хотела больше узнать об Империи. - Империя… Я уверен, что вы уже знаете ее историю, но я думаю, что нам следует начать с этого. Империя Сехар - это нация, образованная по благословению Богини Фростин. Богиня пролила свет на мир, полный тьмы… - Да, не такая уж и пустая история. Это ее замечание вызвало у него необычайную реакцию; его глаза расширились, когда он рассмеялся, явно удивленный. После того, что Аметистия показалась удивлена, его смех утих, и он заговорил, вытирая слезы с глаз. - О Боже мой. Пустая? Пожалуйста, не говорите ничего подобного в другом месте. Вы будете арестованы за оскорбление божественности. - Хорошо. - Лицо Аметистии покраснело от смущения. - Тогда, кроме суетной истории, что еще вас интересует о Империи? Аметистия набралась смелости и сказала: - В Империи обязательно жениться? Вы понимаете, что это очень странный вопрос? - Хотя его брови удивленно приподнялись, он ответил спокойно. Аметистия кивнула. Фрой может подумать, что это легкомысленный вопрос, но для нее это было чрезвычайно важно; ее жизнь и будущее зависели от его ответа. - Обычно, когда женщинам исполняется восемнадцать, они отмечают церемонию совершеннолетия и принимают решение о партнерстве. Однако в Империи брак - это свободный выбор. Нет закона, обязывающего вас жениться. Она почувствовала, как тяжелое бремя надвигающейся гибели медленно покидает ее сердце. Однако ей нужно было уточнить еще одну вещь. - Тогда ... в Империи, какое место занимают женщины? Наблюдая за парой Лохикиних, она предположила, что мужчины и женщины имеют равные права, но не могла быть уверена, применимо ли это только к семье Лохикиних. Судя по книгам, которые она читала раньше по всемирной истории, литературе, романам, женщины всегда имели меньше прав по сравнению с мужчинами. Этот мир казался смесью современного и средневекового, и, если он ничем не отличался от мира, который она знала, она думала, что ее обязательно ограничат. Для нее было абсолютно необходимо, чтобы у нее было как можно больше информации, чтобы различать то, что она может и не должна делать, и действовать соответственно. - Хм… это слишком интересный вопрос. У вас есть пример? «Ой. Ответ должен быть очень сложным» Аметистия долго думала, что сказать дальше, как адекватно сформулировать то, что она хотела узнать от Фроя. Жизнь женщины, с которой она была знакома, была предназначена для того, чтобы жить как чужая рабыня. Мир может быстро меняться и возлагать на женщин их долги, но большинство женщин, подобных ей, которые не были ни напористыми, ни талантливыми, которым нечего было назвать своим, безоговорочно принадлежали своему отцу, если они не были замужем, а затем своему мужу, когда они были женаты. Были и для своих детей, когда они стали родителями; не понимая, чего они хотят, и живя жизнью безмолвного подчинения. В точности как я. - Разрешено ли женщинам путешествовать в одиночку, или… уезжать за границу для получения высшего образования, или открывать собственное дело, или их рабочие места ограничены? Как мужчины реагируют на женщин? - Вы ... задаете действительно странные вопросы, вы в курсе? - Да. Она прекрасно понимала, насколько абсурдными могут казаться эти вопросы для него, но ответы на них были для нее абсолютно необходимы. «С юности я прожила всю свою жизнь на условиях, продиктованных моим отцом, пока не женилась. Я не могла свободно поехать на выпускной с моими друзьями, потому что он не позволил. Если я когда-нибудь не соблюдал установленный им комендантский час, в доме разразилась ярость огненного дракона» «Ничего не изменилось даже после того, как я вышла замуж. Роль просто перешла от отца к мужу; это было его одобрение, я стремилась встретиться с друзьями или даже навестить своих родителей. Этого никогда не было: «Я иду к родителям», всегда было: «Могу ли я пойти навестить своих родителей?» «Теперь, оглядываясь назад, и удивляюсь, почему все так было» И в тот момент, когда она стала матерью, ее дети стали центром ее вселенной, она отодвинула свои желания и потребности, чтобы удовлетворить их, охотно принимая эту судьбу. «Когда я жила для себя?» Она погрузилась в мысли о своей прошлой жизни, слеза чуть не упала ей на щеку, когда голос Фроя прервал ее задумчивость: - Империя Сехар подчиняется закону Императора. И любой, независимо от своего статуса или звания, может устроиться на работу, начать свой бизнес и поехать за границу для учебы или отдыха. Но, конечно, бывают исключения. - Исключения? Тело Аметистии напряглось при упоминании исключения. «Возможно, он имел в виду замужнюю женщину?» - Рабы. Но поскольку дама не рабыня, вы волны делать все, что хотите. «В моем мире замужняя женщина и рабы были синонимами. Надеюсь, здесь дело обстоит не так ...» - Ой! Рабы? - Да. Рабы - это те, кто принадлежит другим. Таким образом, без разрешения владельца им не разрешается путешествовать, иметь собственную работу или открывать свой бизнес. Хм, но рабство было отменено, так что теперь единственными оставшимися рабами являются официальные государственные служащие. - Хвала Господу! «Я спасена!» - Несмотря на то, что они рабы и не имеют полной свободы, с ними не обращаются плохо. Им платят за справедливый труд. Если они хотят поехать в отпуск, им нужно только спросить своих владельцев. - О, я поняла. «Это то, что они называют современным рабством? Что ж, совсем недавно моя жизнь была именно такой» Может быть, потому, что они верили в богиню или потому, что их правительница была женщиной, по крайней мере, они, похоже, не плохо обращались с женщинами здесь. Точнее, казалось, что это место не было ни патриархальным, ни матриархальным. - Я хочу узнать больше о королевских и благородных семьях Империи. - Нынешней Империей правит Ее Величество Беличе. Ниже представлены две королевские семьи, одна из которых - герцог Скейд, единственное родство нынешнего Императора. (Переводчик: Император здесь женщина, и обращаются к ней как к Императору, так и как к Императрице) Империя Сехар имеет иерархию социального положения, начиная от Императора, двух королевских семей, аристократов, волшебников, рыцарей, простолюдинов, свободных людей и заканчивая рабами. Скейды и Родены были давними семьями, которые дополняли Императора с момента основания Империи Сехар. Среди них семья Скейдов была самой престижной семьей, наиболее близкой по силе и власти к Императору. Фактически, 23-й герцог Скейд был единственным кровным родственником и младшим братом правящего Императора - его звали Алексент Фростен де Скейд. В Империи Сехар по благословению богини принцесса всегда рождалась единственной дочерью раз в несколько десятилетий. Затем эту принцессу короновали. Таким образом, не было кровавых битв за преемственность, страна была стабильной и, следовательно, имела потенциал для развития в великую Империю, достигнув мирной эры даже до сегодняшнего дня. В редких случаях после рождения наследницы престола рождался мужчина, но как только принцесса была коронована Императором, он покидал дворец. И хотя с ним обращались как с членом Императорской семьи, он оставался на должности, которая помогала Императору. Даже такие случаи были редкостью, поэтому было очень мало людей с платиновыми волосами и красными глазами, что было чертой королевской семьи. Предыдущий Император был единственной в истории, с момента основания Империи Сехар, родившая двойняшек. Беличе стала нынешним Императором и правила Империей в возрасте двадцати одного года. Что касается принца Алексента, он принял титул 22-го герцога, а позже стал 23-м герцогом и принцем Скейдом. Император Беличе столкнулась с дилеммой посерьезнее, чем ее государственные дела. Ее единственного младшего брата теперь называли «кровным герцогом». Казалось, он не собирался жениться и был поглощен только своей работой. Герцог был известен не только в Империи, но и в других странах как наркоман. Если одна из двух семей, поддерживающих Империю Сехар, рухнет или преемник исчезнет, ​​в опасности окажется не только Император. Вся Империя Сехар может быть потрясена. В каком-то смысле брак герцога был важнее, чем брак Императора. *** Император Беличе, которая подписывала документы, скопленные в офисе, спросила Каруне, своего первого секретаря, стоявшего перед ней. - Хм… какие-нибудь новости с его стороны? - Нет, Ваше Величество. Как известно, он довольно упрям. Если бы он был одним из тех, кто следовал приказам, он бы никогда не стал причиной этого затруднения. Беличе нахмурилась, передавая утвержденный документ Каруне. - Интересно, понимает ли он в этой своей деревянной голове хоть что-то? Думаю, это означает, что я должна вмешаться. Лоб Беличе нахмурился, думая о том, как заставить своего наглого брата подчиниться ее воле: - Хорошо, я приглашаю всех молодых леди из благородных семей на вечеринку в память о завершении строительства дворца Беличеан в этом году. Конечно, главное задание этого мероприятие будет поиск невесты герцога. - Да Ваше Высочество. Я сделаю как вы прикажете. Дворец Беличе был отдельным дворцом, построенным в ознаменование вознесения Беличе на престол Императрицы. Он строился более восьми лет и близился к завершению. Это было также место, где Беличе и ее жених, герцог Роденский, отпраздновали свой предстоящий союз. Карун тихо вышел из офиса, держа в руках свежо подписанную копию платежного документа, подписанного Императором. Ее Высочество выглядело встревоженным, вероятно, из-за отложенного замужества герцога, что ж, это был законный повод для беспокойства. После ухода Каруны Беличе, оставшаяся теперь одна, потерла усталые глаза и пробормотала себе под нос: - Клянусь, я постарела на десять лет из-за тебя, Алекссент. Я не удивлюсь, если в следующий раз найду седые волосы. *** Ген, помощник герцога Скейда, выпрямился перед ним, держа в руках папки, полные документов. Несмотря на то, что была поздняя ночь, кабинет герцога был теплым от тлеющих огней в камине. Алекссент просматривал документы, его красновато-черные глаза смотрели на прекрасно выраженное лицо, а его короткие платиновые волосы были взлохмачены. Несмотря на роскошную теплоту этого места, Ген чувствовал себя так, как будто он стоял посреди замерзшей дороги. Он осторожно открыл рот, чтобы что-то сказать. - Дворец отправил срочное сообщение. - И я уверен, что это касается той же темы. - Да. Это правильно. Не желаете ли ответить? - Дай это мне. На представленном Геном документе была печать мирового древа - эмблема Императора. Герцог выхватил его из рук Гена и, не колеблясь ни секунды, бросил в пылающий огонь камина. Письмо Императора с треском вспыхнуло и вскоре обратилось в пепел. - Ваше Высочество! - В ужасе Ген заговорил, прежде чем смог взять себя в руки. Герцог поднял бровь, словно хотел напомнить ему не переходить черту, и продолжил читать свои документы как обычно. - Я сам отвечу на этот вопрос. Не пора ли сдаться? Какая она настойчивая! Интересно, что герцог Роден нашел в этом упрямом человеке? - Ваше высочество. Даже если вы брат и сестра, она Императрица. Такие слова - проявление нелояльности. - Пока Ген делал ему выговор, герцог Скейд просто пожал плечами, вероятно, даже не слушая его. Его наплевательское поведение расстраивало его. Выполняя часть своих обязанностей, Алекссент полностью игнорировал другие, более важные. Чувствуя себя неловко, поскольку это было уже 58-е письмо от его сестры, Ген тогда решил, что он должен что-то с этим сделать; он не мог дольше уклоняться от приказов Императрицы и предпочел бы обманом заставить герцога жениться, чем столкнуться с гневом Беличи. Когда он остановился от работы с документами, чтобы подумать о решении, Ген предложил идею: - Если вам не нравится брак, почему бы не заключить брак по контракту? - Контракту? - Да, и просто довести брак до конца. Сначала потушите пожар, прежде чем… Герцог заговорил еще до того, как Ген успел закончить фразу. - Найди одну.