Когда Флафф спасает мир

Возможность пригласить Маринетт в особняк предоставилась уже через день. Отец изучил всю информацию об избраннице сына, вспомнил, что видел глазами Хлои в её комнате: фотографии, вырезки, журналы мод, наборы для рукоделия и незаконченный наряд на манекене, и согласился, что чин родителей тут не важен. Девушка действительно подавала надежды и могла запросто стать его конкуренткой, а этого нельзя было допустить. Поэтому в назначенный час Адриан вместе с гостьей подъехал к воротам особняка. Девушка сильно волновалась, но когда её верный напарник был рядом, то и встреча со знаменитым дизайнером казалась не страшнее встречи с Бражником очередной битвы с одержимым акумой. – Пап, познакомься ещё раз, это – моя напарница Ледибаг одноклассница Маринетт Дюпен-Чэн. – Рад снова встретиться с юным дарованием! – Габриэль из вежливости изобразил улыбку. – Прошу, проходите. Мой дом всегда раз приезду талантливых гостей. Маринетт только и смогла, что пропищать подобие «спасибо», как Адриан взял её под руку и утащил от двери дальше в дом. Обед проходил превосходно. Как только первое стеснение прошло и глава семейства решил расспросить девушку, почему она решила пойти учиться на дизайнера, беседа сдвинулась с мёртвой точки. Юноша радовался: отец наконец-то решил отобедать вместе с ним. Габриэль был приятно удивлён тем, насколько глубоки познания девушки в моде и дизайне, в частности, она помнила все его прошлые коллекции, которые не помнил даже он сам. Натали же радовалась за обоих Агрестов, потому что с появлением Маринетт в этом доме оба мужчины как будто бы очнулись ото сна и вели себя как обычные жизнерадостные люди. Девушка принесла с собой лёгкость и аромат жизни: она была как свежий ветер, ворвавшийся в старинное затхлое помещение, как лучик света, пробившийся через щёлку в плотных занавесках, как горный цветок, распустившийся на серых и холодных камнях этого дома. – Хорошо, мадемуазель Дюпен-Чэн, Вы уже не раз демонстрировали своё интуитивно-природное чувство стиля и... мне нужен ваш маленький совет. Пойдёмте в мастерскую, там сейчас проходит последнюю доработку платье из новой коллекции. – Мой совет? Вам?! И я даже смогу увидеть то, что Вы ещё никому не показывали? – этот день был полон сюрпризов для Маринетт. Если бы она ещё наперёд знала, каких... – Да, есть одно платье. Его уже видела пресса, поэтому я могу открыть секрет, но оно выглядит каким-то незавершённым. У меня уже есть идеи, правда, они не окончательные. Стало любопытно, какие ассоциации этот наряд вызовет у Вас? – он встал из-за стола, приглашая последовать за ним. Адриан, видя, что его девушка опять смущена, поспешил подать ей руку. Натали же расценила этот жест по-своему, находя отношения детей очень нежными и милыми. Она искренне порадовалась, заметив, как юноша буквально расцвёл рядом с этой девушкой из вполне себе средней и ничем не выдающейся семьи. Значит, он выбрал её за особые качества, раз рискнул пойти на ссору с дочерью мэра, защищая Дюпен-Чэн. – Итак, мадемуазель, вот это бархатное платье. Показ уже через неделю, так что доработка должна быть выполнима по срокам. Что бы Вы сюда добавили? – Дайте-ка подумать... – волнение Маринетт мигом прошло, чему она сама очень удивилась, когда внимание переключилось на дизайнерскую работу. – Ни пояс, ни широкий ремешок сюда не подойдут, они только испортят образ, разделив его пополам. Хмм... А аксессуары можно добавлять, или это должно быть элементом платья? – уточнила она. – Можно добавлять всё, что душе угодно! Я даю Вам силу эмм, полную свободу для творчества. На этом столе можно найти некоторые элементы декора, всех их можно использовать, – он указал рукой на дальний стол, заваленный лентами, пуговицами, бантами, нитями бисера и прочей мелочёвкой. Маринетт с энтузиазмом стала изучать содержимое творческого беспорядка, а Адриан переглянулся с отцом: «Гляди, как она тебя обставит», – подтрунивал над отцом тёплый мятный взгляд. «Ну-ну, посмотрим, сможет ли она меня впечатлить. Я хочу сам убедиться, что никто не подсказывает ей во время творческого процесса и она всё придумывает сама», – ответил другой, холодно-серый взгляд. – У меня есть идея, но нужны нитка и иголка или хотя бы портняжные булавки, – попросила Маринетт. Получив недостающие иголки, она принялась наскоро соединять лоскутки ткани, гнутую палочку и вуаль в непонятную конструкцию. – Простите, а у Вас будут в коллекции перья? Мне бы хотелось дополнить декор несколькими пёрышками... – В этой коллекции нет, но кое-что осталось с предыдущей, там к платью шла шикарная шляпа с павлиньими перьями, – Габриель пошуршал в ящиках и достал коробку, наполненную перьями разнообразных форм и расцветок. – А-а-апчхи! – чихнул Адриан. – Прости, Маринетт, я не говорил – у меня аллергия на некоторые перья. – Ой! Прости, я не знала! Ведь на моей конкурсной шляпе было перо... – Нет, с ним всё в порядке, я же сказал – на некоторые, например, голубиные, куриные, на перья попугаев. – А на павлиньи? Ведь я думала использовать их, но если потом из-за меня ты не сможешь выйти в город, потому что все модницы купят этот наряд... – Не беспокойтесь, мадемуазель, я потому и использовал шляпку из павлиньих перьев, поскольку у моего сына нет на них аллергии. – Уф, тогда всё хорошо. Дайте мне ещё минут пять-десять, и я закончу, – девушка перестала замечать кого-либо, полностью отдавшись созиданию и даже немного высунув от усердия язык. Габриэль с интересом смотрел на неё и вспоминал молодого себя, когда придумывал и рисовал первые эскизы и был настроен покорить ими весь мир. – Маринетт, а что это будет в итоге? Сумочка или веер? – Адриан сам с интересом смотрел за процессом рождения шедевра. – Угадал, это сумка-веер, – отвлеклась она, – в таком платье некуда положить ни ключи, ни телефон, не говоря уже о квами зеркальце и косметичке. Простой клатч смотрелся бы грубо, а это – мини-сумочка, которая может быть использована как веер благодаря крупным павлиньим перьям. Мелкие белые пёрышки между ними просто визуально разделяют крупные, добавляя воздушности и свежести этой довольно громоздкой конструкции. Круглая же ручка-кольцо, выполненная из дерева, придаёт естественности и удобно ложится в руку. Её желтизна идеально сочетается с синим фоном. На голову я предлагаю маленькую шляпку с полями из тёмной вуали двух цветов, которая придаст образу загадочности. Любая модница, надевшая это вечернее платье, не останется без мужского внимания. «Знаю я одну даму в похожем платье, которая удостоилась моего пристального внимания,» – Габриэль оценивающе посмотрел на манекен. – Что ж, неплохо, но чего-то не хватает. – Вы совершенно правы! – продолжила Маринетт. – Но среди этих вещей нет того, что бы сюда подошло... Нужно лёгкое украшение, не бусы и не вышивка, а именно маленькое, на булавке... Лучше из золота, чем из серебра, и с каким-нибудь синим камешком... То ли цветок лилии, то ли брошку-бабочку... – Габриэль напрягся. – Нет, только не бабочку, нужна птичка, только не такая птичка, какая была у Вашей секретарши на пресс-конференции, которую я посмотрела. Цвет подошёл, а фасон – не очень... Надо подобие сектора круга, чтобы напоминало веер и перекликалось с сумочкой общим мотивом, что-то похожее по форме на павлиний хвост... – дизайнер удивился и попросил подождать его немного. – Как насчёт такой брошки? – он протянул золотистого павлина, грудка которого была выполнена из синего камня, как и кругляшки, украшавшие его раскрытый хвост. – Это же... – Маринетт была в смятении. Она чуть не выдала секрет, что подобное украшение ей уже знакомо, поэтому решила включить свой актёрский талант, – это же гениально! Где вы смогли откопать такой подходящий экземпляр?! Это уникальная брошка, я нигде таких не видела. Она будто бы создана для этого платья! – Правильно, потому что она сделана на заказ. Сегодня утром изготовили первую, позже будут остальные, – подтвердил Габриэль. – Я точно так же, как и Вы, раскритиковал выбор моей секретарши для конференции, и вскоре она показала мне набросок броши, которую случайно увидела в толпе. Я аналогично восторженно отреагировал на её предложение, потому что лучшего украшения для синего бархата придумать сложно. Что ж, остальные аксессуары мне тоже понравились. Если Вы не против, я использую их в своей коллекции, предварительно немного доработав. И да, я не забуду подписать сумочку Вашим перевёрнутым именем, как это было на шляпе. Признаюсь, не сразу распознал такой витиеватый копирайт. Смотрите, вот тут, – он провёл пальцем линию, – если сделать золотую вышивку полукругом, то получится прелестная сумочка! – вдруг зазвонил телефон, и это спасло Маринетт от передозы эйфории. Ещё бы! Её идеи не только понравились великому дизайнеру, но и на вещи, выпущенной под брендом Габриэля Агреста, будет золотом вышито её имя! – прошу прощения, мадемуазель, мой перерыв закончился. Адриан, если гостья не против, можешь показать ей свою комнату, а я должен успеть многое сделать для будущего показа.

***

– А твоя комната ничуть не изменилась, – отметила Маринетт, впервые официально попав сюда через дверь. – Какой смысл что-то менять, если отец всё равно попросит снять плакаты или обратно перекрасить стены в серый цвет... – Он у тебя излишне строгий. Вот мой папа, наоборот, вместе со мной перекрашивал чердак в розовый цвет и помогал мастерить освещение из фонариков на балконе, а как он затаскивал туда через перила катушку от кабеля, ставшую столиком, – это отдельная история! Как-нибудь расскажу, чего ему стоило «сделать свою единственную дочь счастливой», – она постаралась повторить интонацию папы. – У тебя потрясающие родители. Жаль, что мы начали общаться уже после исчезновения моей мамы, вы бы подружились. Кстати, а твоя волшебная сила может дать хоть намёк, что с ней и где её искать? – прозвучал его вопрос, полный надежды. – Не бойся, нас не подслушивают, иначе бы мой квами поднял тревогу. – Хм, чтобы получить ответ, мне надо сконцентрироваться на том решении, которое я хочу получить. Можешь уточнить свой вопрос? – Да, давай начнём с самого простого: кто может знать, что случилось с моем мамой, и может хоть что-то рассказать о происшествии? Тикки, ты же не против попробовать поискать ответ вместе с нами? – Я буду рада помочь, – квами вылетела из сумочки. – Если честно, то поиском пропавших людей занимается Баркк, квами собаки, но если прошло много времени и вы даже не знаете примерного места, где начинать поиски, то поиск среди тысяч следов может не дать результата. – Ладно, тогда попытаем удачу испытанным способом. Тикки, трансформация! Супершанс! – в руки упала пятнистая коробочка, точно такая, в которой обычно хранились талисманы. – Ну же, открывай! – Адриан мялся в нетерпении. – Что там внутри? – Внутри... Ещё одна брошка павлина? – Маринетт вынула копию броши, которую недавно держала в руках, только чёрно-красной расцветки. – Погоди, я сфотографирую, надо показать это Мастеру. Вероятно, владелец этой броши или квами павлина может что-то знать. – Хорошо, – задумалась Маринетт, – тогда сделаем так: чтобы не вызывать подозрений, минут через десять я уйду через дверь, а ты присоединишься позже, когда будешь уверен, что тебя не хватятся. – Котлично, мяуя Леди! Значит, у нас есть целых двадцать мяунут! – Адриан достал из закромов кусочек сыра, и Плагг молча удалился с ним, довольный результатом дрессировки подопечного. – Десять у мяуня и десять у тебя, Мурринетт … – Тикки наконец-то расслышала намёк в коверкаемых словах и, вылетев из сумочки, последовала за собратом в дальний уголок, чтобы не мешать сплочению команды.

***

– Адриан, ты у себя? Отец просит тебя спуститься. Адриан? – не получив ответа, Натали решилась войти в комнату. – Ну что за подростки! Компьютер за собой не выключает, окно распахнутым настежь, несмотря на начинающийся дождь, оставляет, – бурчала секретарша, запирая окно. – Адриан, ты в ванной? – ответом была тишина. – Ладно, хоть компьютер выключу… – она пошевелила мышкой, выводя монитор из сна. В этот момент любопытный Дуусу высунулся из кармана и удивлённо пискнул. – А где эта женщина сейчас? – спросил квами. – Которая? Что на фото? Это – мать Адриана, Эмили Агрест, она пропала больше месяца назад и никто больше её не видел. А что такое? – удивилась Натали. – Квами нельзя называть имён бывших владельцев, но это была она. Больше шестидесяти лет я пробыл у одного мужчины. Мы были вместе, несмотря на то, что мой камень чудес повредился и он довольно редко им пользоваться в полную силу. Каждое превращение забирало не только мои силы, но и его. А затем злой человек украл талисман у моего законного хозяина и начался ад. Брошь переходила из рук в руки почти каждый день, меня стали считать злым демоном, вселяющимся в человека дьяволом, пожирателем душ, выпускали в подвалах и горных пещерах на собраниях каких-то странных людей, странно одетых в металл и шкуры и совершающих ритуалы. Они называли меня предвестником апокалипсиса. Ещё несколько раз я оказывался в неизвестном крупном городе... В последний раз я умолял очередного хозяина не использовать талисман, но он не послушался и лишился здоровья. Затем по непонятным причинам я оказался тут, во Франции. Именно эта женщина рассказала мне, что купила мой талисман в каком-то китайском магазине, оформив заказ со смартфона, и брошь доставили ей почтой. На мой вопрос, зачем она потратила деньги на треснувшее украшение, она ответила, что видела подобное на одном удивительно проницательном человеке во время своей поездки в Китай и ей почему-то очень захотелось иметь подобную брошку. – То есть Эмили теоретически могла видеть твоего законного хозяина? – догадалась секретарша. – Она рассказывала, что привезла много чудодейственных мазей и бальзамов от одного провинциального травника. – Да, мой хозяин прекрасно разбирался в растениях, так что, вполне возможно, это был он. Я не могу сказать наверняка, поскольку всегда прятался, когда в лавку заходили покупатели. Эта женщина была умна и послушалась меня, не используя талисман и даже не прикладывая к одежде дольше, чем на полчаса, чтобы не навредить себе и ребёнку. – Погоди, ты говоришь сейчас о её четырнадцатилетнем сыне? – Я говорю о её дочери, пока не рождённой. Именно я сообщил ей, что чувствую тревогу и надо бы обратиться к врачу, но она медлила. Когда же мне удалось уговорить её отправиться к местному лекарю, её состояние резко ухудшилось. Не знаю, почему она отправилась пешком, но на её счастье мой талисман был приколот к её наряду, как оберег. Прежде чем моя хозяйка потеряла сознание, я успел подать сигнал тревоги, испугавшись за малыша, а потом кто-то снял с неё брошку и меня снова утянуло в талисман. Затем было ещё несколько новых хозяев, но все они сильно заболели, балуясь с превращениями и теряя жизненную энергию буквально за минуты, поэтому последний человек посчитал талисман проклятым и вообще выкинул. Но что было дальше, я не знаю – когда хозяин отказывается от камня чудес, квами затягивает в него и мы засыпаем, – Натали только сейчас поняла, что в прошлый раз была так сильно перепугана догадкой о том, что ювелир может раскрыть личность Маюры, что совершенно не догадалась спросить, а кем же до неё были хозяева этого талисмана. У неё из-за подготовки коллекции вообще было не так много времени, чтобы пообщаться с новым волшебным другом, а в свободное время Маюра пыталась самостоятельно разыскать следы Эмили. – Дуусу, почему ты не рассказал об этом раньше?! – Так талисман сейчас исправен, Вам ничего не угрожает. Если бы это было не так, то я строго-настрого запретил бы перевоплощаться. Но Вы сами помните, как я, наоборот, попросил Вас прогуляться и показать мне город. Вот почему я так мало видел из современного мира – брошью было небезопасно пользоваться, она стала саморассыпаться. Меня призывали, создавали монстра, и снова отправляли в спячку, но, благодаря Вам, всё изменилось к лучшему! – Дуусу прижался к Натали, и на её лице наконец-то появилась улыбка. – А Эмили, где она сейчас? – с интересом и надеждой спросила Натали. – Не знаю, я не видел. Обычно на этот особый сигнал квами реагирует кто-то из стражей с талисманом единорога. Это – несколько обученных человек, сменяющих друг друга на круглосуточном дежурстве, которые в супергеройском обличии прикосновением рога могут обезвреживать яды и лечить смертельные ранения. Их не принято тревожить без острой необходимости, но если женщина именно бесследно пропала, то её надо искать в Храме Единорога. Только я не знаю, где это, – никто, кроме избранных, не знает, потому что люди истребили всех животных-единорогов в желании добраться до талисмана, дарующего бессмертие своему владельцу, или хотя бы до рога, чей порошок в составе зелий делает их не менее могущественными. – Но если они могут так быстро лечить людей, то её должны были выписать из больницы, то есть вернуть из Храма Единорога обратно домой, не так ли? – не совсем поверив в моментальное исцеление, засомневалась Натали. – Да, так и должно быть, если человек помнит свой адрес или при нём есть документы. Единственное, по возвращении домой его ждёт блокировка в памяти тех воспоминаний, которые связаны с Храмом. Всё ради его сохранности, чтобы никто даже случайно не смог проболтаться, где он находится. – Слушай, а как быстро прибывает отряд спасения? Раз талисман украли, то и сумку с документами тоже! Что делают тогда? – Тогда идёт поиск по родственной крови. Редко, когда человек – круглый сирота без братьев и сестёр. Магия позволяет найти его родственников, даже если те отправились в путешествие, и передать выздоровевшего человека на их попечение. Это занимает пару дней максимум, – ответил Дуусу. – Видимо, в этот раз не вернули… Я первым делом позвонила её родной сестре в Англию и попросила помочь с поисками. Если бы хоть какие-то новости появились, её сестра Амели сразу же сообщила бы нам – она знает, как сын скучает по матери. Габриэль весь извёлся, он каждую неделю звонит в Лондон, но ему говорят, что никаких вестей нет. – Тогда не знаю, я – обычный квами и рассказал всё, чем мог помочь.

***

Примерно месяц назад. Эмили Агрест действительно достаточно быстро нашли и забрали в Храм Единорога. Получилось бы быстрее, если бы талисман павлина не находился на грани разрушения и не передавал очень слабый сигнал. Дуусу не мог себе позволить взять силы у владелицы талисмана, рискуя её здоровьем, а поэтому определить местоположение можно было лишь с точностью до полукилометра. Этого времени хватило, чтобы мелкие воришки стащили украшения и сумочку, не устояв перед соблазном такой лёгкой наживы. Так что помощь, которая обычно прибывала в самые короткие сроки, чтобы спасти пострадавшего героя и не допустить перехвата талисмана врагами, на этот раз малость опоздала. Уже в Храме женщине пояснили, что даже само по себе ношение повреждённого талисмана может давать побочные эффекты на её здоровье. Квами не нужно считать за очень умное домашнее животное и выгуливать на свежем воздухе. Но раз расколотый талисман был похищен неизвестными, то ей теперь ничего не угрожает и её вернут к кровным родственникам. В потайном кармане пиджака Эмили всегда носила фотографию сестры и без колебаний назвала её адрес в Лондоне. Так и решили, что она навестит сестру и порадует её новостью о скором пополнении в семействе Агрестов, а ещё посетит расположенную там же одну из лучших клиник для будущих мам. Приняв облик обычный людей, двое послушников Храма постучались в дверь. Амели, конечно же, узнала, обняла и расцеловала сестру, поскольку сама вторые сутки не могла сомкнуть глаз после звонка из Парижа, а когда узнала, что скоро станет тётушкой во второй раз, так вообще расплакалась. Служители Храма Единорога убедились, что доставили женщину домой, и, отозвав сестру в сторону, сказали, что Эмили необходимо поспать, а родственники не должны пугаться, если она не будет помнить события нескольких последних дней. Это якобы побочное действие целебного травяного отвара, которым они её вылечили, когда нашли без сознания на улице. Когда они ушли и Амели закрыла за ними дверь, Феликс сообщил, что его тётя крепко спит прямо на диване в гостиной, а потом спросил, означает ли её беременность то, что ему придётся поделиться наследством не пополам. В этот момент в голове у его матушки что-то перещёлкнуло. Какого замечательного сына она вырастила! Молодец, никогда не забывает о самом главном. Телефон в её руке с уже занесённым пальцем над кнопкой вызова Габриэля Агреста так и остался невостребованным. – Конечно, нет, моё солнышко! – она погладила сына по голове. – Тебе не надо будет ни с кем делиться наследством, если про это наследство никто не вспомнит. Но ты уже большой мальчик и понимаешь, чем могут закончиться эти игры. – Разумеется, мам, иначе бы я даже не спрашивал, – Феликс покопался в телефоне и показал матери снимки с недавнего модного показа. – Я тут недавно нашёл в интернете любопытные фотки. Говорят, дочка простого булочника выиграла конкурс дизайнеров и твой французский племянник уже начал заглядываться на неё, представляешь? А вот на этом снимке его папаша уже знакомит сына с будущей невестой, как я думаю, раз Адриан лично подписывает ей постер. Такими темпами они ещё детишек наплодят, те переженятся на посудомойках и уборщицах и разорят то, что наш благородный род накапливал несколько поколений! – Умничка моя! Пока я убивалась из-за пропажи сестры, ты сохранял хладнокровие и думал о будущем. Давай теперь подумаем о нём вместе. До утра есть время – нам надо договориться, как объяснить твоей тётушке внезапное перемещение обратно в родной дом. Причём объяснить так, чтобы даже мысли о том, чтобы вернуться к Агрестам и иметь со старой семьёй мало-мальские контакты, у неё не возникало.

***

Возвращение к главному времени повествования, вторая половина сентября. К сожалению, Мастер не знал личности того, кому досталась брошка павлина, более того, он был уверен, что к нынешнему владельцу она попала незаконно или, как минимум, совершенно случайно. Фу рассказал, что, когда он был моложе, один из учителей носил эту брошь, но тот был травником, обучающим лекарей в городах, и странствующим монахом, помогающим людям по пути своего следования. Он был одержим идеей создания целебного эликсира, изгоняющего любые болезни, поэтому ходил по горным деревенькам и самым дальним, не тронутым цивилизацией, уголкам природы. Один или два раза в год он возвращался в Храм Ордена Хранителей. Обычно это было целым представлением, потому что транспортом ему служил дракон-сентимонстр. Он приносил не только новые рецепты, но и изобретённые им зелья для квами. – Кстати, ту ранозаживляющую мазь, что я вам отдал, тоже изобрёл он. Но вот уже много лет его никто не видел и не получал от него вестей. – Много лет? Это сколько? Вы же, вроде как, перенеслись на пару десятков лет назад и оказались в Париже. Может ли это значить, что монах ещё жив и с ним можно встретиться? – Слушайте, вы правы! Это у меня, у старика, уже все события в голове перемешались от множества временных перемещений, минуточку... – Фу покопался в ящике стола и достал оттуда потрёпанную записную книжку. – Да, прошедшим летом он ещё посещал Храм, но у меня тут пометка, что он отправляется за самым прекрасным цветком на свете – последним ингредиентом, нужным для зелья вечной молодости. Он был стар, так что вполне логичное желание... – Мастер, если талисман не у него, значит ли это... – Нет, не обязательно. Он мог найти преемника, кого-то из тех, кто преуспел в приготовлении магических или же просто целебных зелий, и передать талисман ему. Чтобы собрать некоторые травы, нужно исходить несколько гор. Знаете, в отличие от обычного мула, лошадь-сентимонстра кормить не обязательно, и она никогда не устаёт, поэтому такая способность талисмана очень ценна для травника. – Мастер, Тикки сказала, что квами собаки может искать людей. Как Вы считаете, она сможет взять след? – Возможно... Это интересная идея. Как же я сам не догадался! Эх, старость – не радость… – Потому что Вы искали нового владельца камня павлина, а мы будем искать предыдущего. Но атаки на город участились, и после последней мы сами еле уцелели. Поиски же могут занять по времени и месяц, и два, которых у нас нет! – возразила Маринетт. – Даже из-за разных часовых поясов мы не сможем находиться в Китае дольше нескольких часов, потому что перед коллежем нам надо будет хоть немного поспать! – Как раз-таки времени у нас вагон, – усмехнулся Фу и вынул ещё одну коробочку с талисманом-браслетом. – Только этот талисман придётся носить мне. – Он слишком опасный? – прищурился Адриан. – Вовсе нет, если использовать его с умом. Талисман Змеи позволяет вернуться во времени к моменту его активации. В нашем случае всё предельно просто: вы ещё подростки, ваше время ограничено пятью минутами. А я же из-за всех этих прогулок во времени смогу получить до двух часов на каждую попытку, и количество попыток не ограничено. Для внешнего наблюдателя, то есть для вас, пройдёт не более двух часов, но я, как хозяин талисмана, буду помнить всё, что было в предыдущие попытки поиска, и не начинать заново, а продолжать поиск. – То есть, вся розыскная деятельность может отнять не более одной ночи? – Совершенно верно! Но Баркк сейчас не со мной. Надо будет найти сначала того, кто носит сегодня его талисман, и попросить о помощи. – А Бражника мы можем найти по следу? – задала логичный вопрос Маринетт. – Если у вас есть его личная вещь, то да. Собака ведёт человека не по запаху, а по информационному следу или ауре. Предмет, долго находившийся у человека, как бы пропитывается его энергией, и именно «запах» этой энергии чует квами. Вы, наверное, замечали, что домашние питомцы становятся со временем похожи на своих хозяев, и наоборот, хозяева перенимают у них некоторые ужимки и прыжки. Ну вот, а неживые предметы просто пропитываются информацией от ауры хозяина, но не изменяются. Погодите минутку, я напишу сообщение хозяину талисмана собаки. У него сейчас глубокая ночь, поэтому звонить будет некультурно. Вайзз, панцирь. – Минуточку, – теперь пришёл черёд Адриану удивляться. – То есть коммуникатор есть у всех супергероев, а не только у двух с главными талисманами? Тогда, теоретически, я могу позвонить самому Бражнику и предложить ему сдаться?! – Не у всех. Видишь ли, не всем людям суждено носить талисманы, и не всем подходят те или иные силы. Вспомни: ты сам подсознательно почувствовал, что талисман лошади тебе не подходит, выбрав Вайзза. Если бы я настаивал на Каалки, то, возможно, у тебя получилось бы открыть портал, но не туда, или же не было бы карты... – Карты? У ПегаБаг её тоже не было... или была? – задумалась Маринетт. – Хе-хе, ты просто не успела изучить все скрытые способности этого украшения. Вот у йо-йо же есть функция безразмерной сумочки? – Да, и я была удивлена, как туда помещается столько печенья! Но йо-йо при этом не становится тяжелее. – А у меня безразмерные карманы: я случайно обнаружил, когда положил туда телефон, а потом долго не мог найти! – Вот видите, а у других карманы могут или не расстёгиваться, или совсем отсутствовать. Ваш костюм и его возможности являются результатом синтеза энергии квами и вашей ауры. Поэтому я очень долго искал владелицу для серёжек – тебя, Ледибаг. Если почти все могли призвать удачу, то придумать, как использовать полученный предмет, могли единицы из них. Или боевые навыки были на высоте, но их сила восстановления работала вполовину слабее. Чаще не работали дополнительные функции багфона, из-за чего герои не могли вовремя связаться и терпели неудачу. Так у и меня есть только трое квами, с которыми удаётся воспользоваться коммуникатором после перевоплощения, и Вайзз – один из них. Любопытно, что неработоспособность багфона больше характерна для юношей, у девушек с квами удачи отношения складывались намного удачнее. – Вижу, Вы заразились от меня шутками на игре слов, – хихикнул Адриан. – А потом, после сотни попыток, Вы нашли Маринетт и поняли, что она – та самая, так? – Нет, её нашла Кроликс, но я был слеп и не понял намёка, а Маринетт привёл ты, Адриан, – тут подростки синхронно вытаращились на Мастера. – Странно, в прошлых петлях я рассказывал вам эту историю, неужели в этой забыл? – слушатели кивнули. – Ну, тогда берите свои кружки, присаживайтесь и слушайте...