Про слабости
28 марта 2022 г., 16:09
Сегодня в департаменте прошли геройские сборы и совет, на котором определялось будущее страны, как обладателя несметного количества сильных причуд. Изуку неприятно передернуло от мысли, что их всех принимают лишь за боевую единицу, пушечное мясо, готовое всегда подставиться под удар. Но не время было раскисать, не время было и для отдыха, так как его, после мероприятия, тут же направили на задание.
Мидория зашел в штаб за папкой с подробностями дела и встретился за одно с Ураракой, с которой договорился о встрече еще на прошлой неделе. Вот уже месяц он бегал от одного преступника к другому. Злодеи не спят по ночам, потому Изуку их порой проклинал, но что поделать, если и ему самому данная работа в радость? Его в пустой квартире никто не ждал и не будет ждать еще долгое неопределенное время, так что занять себя чем-то нужно было почти всегда.
Парню очень хотелось наконец ощутить что-либо в своей чертовой однотонной жизни. Ведь всё рано или поздно забывается. Совсем скоро он забудет и те яркие краски, которыми было окрашено всё его теплое юношество, прошедшее в академии вместе с друзьями. Но одно ярко-рыжее пятно на памяти Мидории не сотрется никогда. Оно хоть и выцвело спустя столько лет, но оставалось всё таким же черствым, грубым и... Горячим. Казалось, дотронешься легонько и прожжешь свою плоть до костей; огонь дойдет до твоего сердца, а после испепелит его, оставив лишь пыль. Так и случилось.
Ему несомненно нравилось помогать людям, которые вверяли ему в руки свою жизнь, не хотелось бы их разочаровывать, но, даже храня чужие сердца, Изуку не мог почувствовать себя действительно важным и нужным. А он желал этого больше всего на свете. Он мечтал встретить человека, которому Изуку был бы необходим, словно кислород. Парень хотел стать чьей-либо слабостью.
Конечно, он бы ни в коем случае не стал бы пользоваться подобным доверием. Мидория не такой.
Дело носило название "Шизофреник" – не очень-то и страшно звучало, на взгляд Изуку. Его заботило больше то, что в подробностях описан след про-героев из класса "S", которых обычно называли "наемники". Вот это уже звучало по-свойски устрашающе. Героев-наемников привлекали лишь в особо опасных случаях: крупных террористических актах, во время военного положения, но чтобы в делах героев ниже рангами.. Этого Мидория откровенно не понимал, но промолчал, не став задавать лишние вопросы. Он и сам был лишь на один ранг ниже этих машин-убийц, поэтому для себя выделил лишь то, что задание попалось очень сложное и запутанное. А такое он любил.
Пробыв в пути до места назначения всего пару часов, он успел вынести главное из отчетов штаба: задание определённо связано с террористом-психом, а еще из-за него на кону жизни сотен людей. Вероятно, парня не стали об этом предупреждать из-за какой-то особой тайны, скрывающейся за поверхностной пеленой дела. А стоило бы. Теперь Мидория невооруженным взглядом мог увидеть необъяснимые "подводные камни" в описании происшествия. Однако понять, что же происходит на самом деле, он вот так легко не может. Видимо, ему все же понадобится помощь тех "специалистов". Всё же он предпочитал работать один, хоть и жить не мог без чьей-либо потребности в нем самом.
Дальше произошло то, чего герой боялся всю дорогу: его встретила группа наемников во главе с их лидером, отдающим приказы четко и громко, да так, что у Изуку вскоре зазвенело в ушах. Ему безусловно льстил тот факт, что такому, как он, доверили такое государственно важное задание, но терпеть подобную атмосферу и напряжение он не был готов. Все взгляды направлены на него: каждый отличался неким безумством в глазах. Страшным до дрожи в коленях. Его даже самые свирепые злодеи так не пугали, как эти люди, которых еще называли про-героями. Любого из них можно было поставить на первое место в рейтинге самых мерзких внешностью.
У них всех судьба незавидная: многие попали в эту "S" программу именно благодаря своим до ужаса сильным причудам, неконтролируемым и вредоносным. Их когда-то кто-то посчитал слишком опасными для нахождения в обществе, поэтому и создал этот "сорт" героев. С одной стороны наемники должны быть благодарны такому исходу событий, ведь они вполне могли свернуть на кривую и грязную дорожку... Но с другой Изуку начинал понимать, что каждого из такой группы мучали тренировками и кололи им подавляющие причуду наркотики. Если выбирать из двух зол, то Мидория бы выбрал третью и сошел с ума. Настолько он представить не мог, что существуют такие сильные духом люди.
Напоминали они ему один силуэт из прошлого...
...но парень приехал сюда не поддаваться течению ностальгии, а работать. Да, так и есть.
Погодите... Что же это?
– Каччан?
его Кацуки когда-то любил его. Это был неоспоримый факт.
Или Изуку хотелось так думать?.. Он никак не мог понять, что же в голове у этого засранца.
– Спасибо, Каччан, твоя идея очень хороша. Ну, это неудивительно.
Изуку явно почувствовал, что Кацуки немного волнуется из-за этого прозвища, придуманного еще в детстве. Может, стоило бы прекратить эту фамильярность?
Нет. Он не хочет рвать ту единственную нить, что связывала их всегда и будет связывать вечно.
– Что правда, то правда, – произнёс напоследок наемник.
Молчание затянулось. Часы тикали, время на исходе, а Бакуго уже собрался уходить. Мидория очень хотел его чем-то задержать, но поводов у них не было спустя столько-то лет, не было и общих связей, нельзя никак будет найти друг друга, если вот так все оставить сейчас. Конечно, Изуку по своему желанию мог бы пробить по базе данных наемников определенной группы, но нужно ли это для него самого? Зачем ему возвращать человека из прошлого?
Но ведь это было... Не какое-то там прошлое. Это было самое прекрасное время. Время его ушедшей и беспросветно уходящей с каждой секундой молодости. Его когда-то счастье стояло перед ним, собралось уходить вместе с тем отголоском былого времени. Казалось, будто сейчас решалась вся его судьба. Судьба его жизни – останется ли в ней для счастья место или нет.
– П-Погоди!.. – Кацуки почувствовал, как его схватили за руку и чуть потянули на себя. Он недоуменно обернулся:
– Чего тебе еще?
Возможно, было бы не ошибкой сказать, что Бакуго тоже желал этого крупицей своей души. Нет, точно не ошибкой. Кацуки и вправду хотел на минутку задержаться, поговорить с ним об их одноклассниках, спросить про них, где они, как они... Может быть, им нужен этот разговор по душам. Между прочим, Бакуго искал какое-то время потерявшегося Мидорию. Он не забывал о нем никогда.
– Может, сходим после работы в кафе? Я знаю одно место, в котором подают хорошие острые закуски. Ты их л-любишь, я это... Хорошо помню, – Изуку почувствовал прилив стыда за эти слова, но, возможно, благодаря ним Бакуго ответил короткое:
– Да.
И быстрым шагом вышел из кабинета.
***
– Злодей и его сторонники будут находиться в этой рекреации, а заложники по соседству, но и они будут оккупированы прибывшей недавно подмогой. Армия этого психа не многочисленная, но причуды их сильны настолько, что мы пригласили целых две группы спецназа ранга "S" по десять человек в каждой. Ваша роль в этом плане не столько важна, сколько в самом планировании и оценке. Мы пригласили вас помочь нам в составлении операции, а за все остальное ручаются наши наемники, – монотонно выложил генерал, мирно попивающий кофе. С его усов медленно стала стекать пара капелек, переползая в заросли волос на подбородке. Мидорию бросило в невидимый нервный тик. Он был рад, что ему не придется участвовать в кровопролитии, но и также разочарован. Без него справиться не могли что ли? – Позвольте спросить, генерал, почему именно меня направили к вам? Разве других, более опытных, не нашлось? – Мне посоветовали вас герои из штаба X в Токио. Они очень лестно отзывались о вашей рациональности в каждом деле и прекрасной интуиции. Но и я не уверен, что прекрасная интуиция поможет нам поймать наконец этого особо опасного злодея. – Тем не менее, вы все же решили мне довериться. Благодарю вас. Я могу начать прямо сейчас, но мне нужна тишина и один из наемников для составления более полного взгляда на ситуацию. Да и мне... Мне просто интересно их субъективное мнение. Позволите? – Без проблем. Будут особые пожелания, Спайдер-Деку? Насколько я понял, вы знакомы с одним из второй группы. Могу присл- – Буду очень благодарен! Пришлите его, пожалуйста. И... Эм... Передайте, что его не станут допытывать разговорами. Спасибо. – Изуку проводил генерала и сел за свободное кресло перед рабочим столом с картой здания. Он глубоко вздохнул и выдохнул, ожидая встречи с тем самым силуэтом из прошлого.***
– Каччан?
Мидория шокированно распахнул глаза. На мгновение он испытал тот самый страх. Казалось, их отношения в целом состояли раньше только из страха, гнева, грусти и... Одинокой тихой любви.
Абсолютно пустые глаза. Почти что зеркальные. Но все такие же ярко-красные, как его разгоряченная после битв кровь. Кто бы мог подумать, что им суждено было вновь встретиться и сплести свои судьбы воедино?
Сердце обоих неприятно защемило; повеяло ностальгией по тем временам, когда они еще могли смотреть друг на друга без этой тоскующей по любви боли. Тоскующей по их совместным тренировочным битвам, моментам, когда Кацуки Бакуго подначивал Изуку прогулять урок, пока тот упрямо не хотел этого делать, ведь он был отъявленным ботаном. А Кацуки Бакуго вечно задирал его из-за этого, хоть и искренне любил.
Тоскующей по детству. Детству, каким его всё еще очень четко помнили они: сладким, как конфета, и беззаботным, словно звездочки на ночном небе, – они сияли, хоть и проводили все время на черном покрывале вселенной, освещая дорогу космонавтам-героям, как мечтали тогда дети. Сейчас же Изуку понял, что они лишь ждали своего последнего часа – взрыва. И ведь они вплоть до своего конца сияли.
А они с Кацуки могли так же сиять?
Изуку мечтал об этом.
– Это ты?.. Ты же, да?
– Ты все такой же сопливый урод, чертов Деку.
***
Мидория нервно постукивал ручкой о стол, чем начал раздражать сидящего напротив него наемника. Он одарил оппонента холодным и острющим взглядом, намекающим на его закипающее терпение. Герой ниже рангом осторожно положил ручку и отвёл глаза, пытаясь собраться с мыслями. Ему нужно было разобраться с планом, но все никак не выходили из головы только с большей силой наплывающие воспоминания, явно старающиеся утопить Изуку. Он вдруг понял, что слишком громко для бормотания стал говорить, и смутился. Кацуки язвенно цокнул, а потом резко начал: – Вот тут, – он твёрдо указал пальцем на определенную область в карте. – наши сидят с засадой. Если мы прижмем их к углу со всех сторон, то ему, если до твоей тупой бошки дошло почему, некуда будет бежать. Мы всё сделаем сами, тебе не нужно рисковать своей геройской шкуркой, и мы не получим нагоняй от твоего любимого начальства, – Бакуго чуть помедлил, а потом усмехнулся. – Они тебе что, мамочка с папочкой? Так берегут, что все наши только и хотят тебя прирезать, а потом, как трофей, поставить твою голову над камином, хах. Изуку сглотнул и неровно задышал. Хоть это было еле заметно, он все равно всей душой желал, чтобы Кацуки этого не заметил. Улыбка Бакуго сошла с лица так же быстро, как и появилась. Ему явно не нравился ни Мидория, ни тот факт, что они снова встретились. Героя утешило лишь то, что наемник был в хорошем расположении духа, как это можно заметить по его сговорчивости. Но сходиться с ним или даже записывать его номерок "так, на будущее" он все равно не собирался. Ему хватало общения с бывшими одноклассниками. Урарака, к примеру, или Тодороки. Да, так и есть. Но Изуку точно показалось, что его оппонент скучал по дням минувшим, что ему все те моменты действительно были дороги, хотя насчет этого сомневаться себе дороже. Герой искренне считал, что***
Они сидели каждый с кружкой пива, забываясь о том, зачем всё же эта встреча состоялась. Казалось бы, просто встретились два выпускника, раньше хорошо друживших, но никто из них не решался начать разговор и разрядить обстановку. Но так ли все плохо было? Мидории хватало и многозначных взглядов Бакуго, то и дело метающихся через стол – туда-сюда. Наемник молча анализировал оппонента, да и герой тоже старался понять, что же у другого на уме. Раньше они понимали друг друга с полуслова... – Как этот дерьмоголовый с электрическим? Где-то таких идиотов все же приняли? – этого вопроса вполне следовало ожидать, но Мидория не сразу понял, о ком речь. – Ты о Киришиме и Каминари? Я сохранил общение только с Киришимой из них двоих, но по его словам у них все хорошо. Каминари вроде даже помолвлен с кем-то. Его не сильно это удивило. Он лишь кивнул своим мыслям и вновь замолчал. – Как ты, Каччан? Этот вопрос казался простым, таким повседневным, но хотелось столько всего рассказать, выложить по полочкам, чтобы все недопонимания разрешились, чтобы никто больше не засыпал по ночам с тревожными мыслями друг о друге, но Кацуки показалось излишним проявление чувств в данной ситуации. – Нормально. Сухо, холодно и слишком больно. Мидории правда хотелось узнать побольше о жизни своего... друга, но тот никак не хотел признавать их связь. Или Мидория просто не мог понять причину такого поведения Кацуки. – Почему тебя взяли в наемники? Ты очень хорошо контролировал свою причуду в старшей школе, что же произошло? – и снова Изуку пытался наладить контакт, переступая через грань дозволенного. – Тебя это не должно волновать. Думаешь, я так легко раскрою тебе свою слабость? Не на того напал, чертов Деку. Герой чувствовал обиду наемника на себя. Столько лет он не интересовался его судьбой и тут в удобный ему момент спрашивает о самом неудобном и мрачном. Изуку понял, что облажался. – Прости, я не додумался, что это больная тема для тебя. Прости. И они вновь замолчали. Посторонние шумы слились воедино и ушли на второй план, уступая громким голосам в их головах. Каждый думал о своем, накручивая себя, утопая в этом потоке. Они вот-вот упустят шанс всё исправить. Может, так и должно быть? Может, такова их судьба. Не всегда всё должно идти так, как хочется. Мидория чувствует, как упускает нечто важное, а Бакуго вдруг встает, оставляет деньги за напитки и еду и уходит, не бросив ни взгляда. Сердце Изуку застучало, как бешеное, будто его шмальнули разрядом. Он и вправду что-то упускает, а тревожные мысли его всё не отпускают, пытаясь затянуть в свое темное болото. Если он сейчас же не сделает то, что велит ему его разволновавшаяся душа, то точно пожалеет. Образ уходящего из его жизни Бакуго прибавляет ему сил. И он выбегает из кафе. Кацуки вновь почувствовал, как его схватила всё та же сильная и окрепшая за столько лет рука, но так ласково и чувственно, что парень не мог позволить себе не обернуться и не посмотреть на вспотевшее лицо отчаянного Изуку. Его глаза выражали стойкую уверенность, а слабый огонек воспылавшей вдруг надежды придавал сил не меньше, чем восклик генерала. Кацуки и самому себе не мог поверить. Неужели все еще можно было исправить? Герой и наемник, не отрывая взгляда, пытались рассмотреть друг в друге что-то и зацепиться за это, чтобы больше никогда не отпускать. Они не могли упустить этот момент. – Пожалуйста, скажи мне, в чем твоя слабость! – Это ты, идиот! Из-за тебя меня взяли в наемники! Зачем мне укрываться от пуль, если на мне всё равно всё заживет, как зажило мое сердце?! – Что?.. – Ты втоптал его в грязь, как мог, чертов Деку. Если ты думал, что после этого поступка я выкарабкаюсь, то да, молодец, я смог принять твое отсутствие, но теперь тут, – Кацуки ткнул себе в грудь. – не тот Каччан, которого ты когда-то знал. Ублюдок, да я- Его тут же заткнули поцелуем. Даже у такого сильного духом человека может быть такая серьезная и глубокая слабость. И Изуку вдруг понял, что именно этого ему так не хватало в последнее время. Они вместе помогут друг другу.
