Fortuna major

Дайте человеку маску —

и он скажет вам правду.

Оскар Уайльд

— Мисс Граймс, на каком основании вы интерпретируете колонизацию волшебных территорий как политически мотивированную экспансию, а не как следствие магического прогресса?       Я моргнула, выныривая из своих мыслей. — Что? — Вы указали в своем эссе это как причину. Объясните же. — Прогресс редко бывает бескорыстным, — я нахмурилась. — Чаще он лишь удобное оправдание. — И? — И если за «магическим» освоением следуют доступ к редким ингредиентам, монополия на них и усиление влияния над землями, — я повела плечом, — то это уже намеренный контроль ресурсов. А ресурсы — это власть.       Бинс несколько секунд смотрел на меня своими мутными глазами. — Мисс Граймс, — произнёс он, — ваша трактовка чрезмерно политизирована. В данном случае речь идёт прежде всего о развитии магических практик и расширении магического знания. — Скорее рационализирована, — бросила я.       По классу прошёл тихий шорох. Несколько человек зашептались, любопытно оглядываясь на меня. Я тут же прикусила язык, опустив голову. Чёрт. Граймс никогда бы так не сказала. — Историческая наука, — продолжил Бинс сухо, — требует большей осторожности в интерпретациях.       Я раздражённо втянула воздух. Что вообще он несёт? — Можно, профессор? — Грейнджер подняла руку на что получила слабый кивок. — В хрониках Совета волшебников за 1673 год упоминается конфликт между домами Розье и Селвин из-за контроля над алхимическими месторождениями. Но, думаю, это скорее следствие освоения территорий, а не его изначальная цель. — Верно, Мисс Грейнджер. Три балла Гриффиндору за обоснованный ответ.       Гриффиндорцы довольно загудели. Я фыркнула и оттолкнулась от спинки стула. — Сомневаюсь, что Розье или Селвин руководствовались одним лишь искренним желанием, — выпалила я.       С заднего ряда тихо усмехнулись. Золотая четверка переглянулась и покосилась на меня. — Подобные выводы, Мисс Граймс, носят весьма спекулятивный характер.       Я вскинула брови. В каком это месте? — Учитесь у Мисс Грейнджер, — он кивнул в сторону шатенки. — Она подкрепляет свои слова датами и источниками, а не субъективными предположениями.       Слабый смешок потянулся по всему классу. — Впрочем, — продолжил Бинс, — удовлетворительно я вам всё же поставлю. Хотя бы потому, что попытка выстроить причинно-следственную связь была.       Я уткнулась в пергамент, стараясь удержать язык за зубами. Вот же старый выро… — Розье и Селвин действовали не сами по себе, — донеслось с заднего ряда. — Совет волшебников тогда поощрял освоение территорий.       Я слабо повернула голову через плечо. Малфой лениво постукивал пером по пергаменту, развалившись на стуле. Я повела бровью и отвернулась. Ты-то че лезешь? — Контроль месторождений был частью политики Совета, а не побочным эффектом магического прогресса, — он хмыкнул. — Нестабильную территорию либо контролируешь ты, либо это делает кто-то другой. — Верно, Мистер Малфой, — Бинс медленно кивнул. — Упоминание роли Совета волшебников здесь существенно. Пять баллов Слизерину за корректное уточнение исторического контекста.        Серьезно? Я же сказала то же самое. По рядам послышалось радостное улюлюканье слизеринцев. Однокурсники тут же недовольно забурчали, пока Эттвуд прожигала взглядом задний ряд. Я медленно сжала пальцы под столом и уставилась в никуда. — Итак, на чём мы остановились…       Колокол заставил Бинса наконец-то замолкнуть. Я схватила сумку и первой выскочила за дверь, проталкиваясь сквозь толпу студентов и отталкивая их локтями.       Голова раскалывалась. Я не спала уже третью ночь подряд. Снова перечитывала книги, пытаясь высосать из них ещё хоть что-то — в слепой надежде, что я что-то упустила. Прокручивала мысли одной за другой, пытаясь понять, как получить доступ к Запретной или Архиву Двадцати Восьми. И ничего не находила. Это был чёртов замкнутый круг.       Я отшатнулась, опираясь на холодную стену и шумно втягивая воздух носом. В глазах резко потемнело. Прекрасно. Осталось лишь свалиться в обмороке посреди этой чертовой дыры. — Блять…       Зашипев от боли в виске, я оттолкнулась от стены и развернулась в направлении больничного крыла. С этим надо что-то делать. Иначе я окончательно свихнусь.       Спустя несколько минут я уже направлялась на улицу, нервно сжимая в ладони маленький флакон успокаивающего зелья. Помфри выглядела уж сильно обеспокоенной тем, что я так долго молчала, но в итоге всё равно протянула мне несколько пузырьков под строгий взгляд. Спасибо Господи, что без нравоучений.       Я плюхнулась на холодную каменную скамейку, скинув сумку на землю. Меня мутило, и глубоко вдохнув холодный осенний воздух, я скривилась. Вокруг уже начали появляться украшения к Хэллоуину, а со всех сторон ещё громче звучали тупые разговоры о предстоящей вечеринке.       Я цокнула и залпом выпила все зелье. Горечь полоснула горло, вызвав приступ кашля. Я поморщилась, откидывая пузырёк и всматриваясь в тусклое бесцветное небо.       И всё вдруг стало таким тихим. Пульс выровнялся, тупая боль в висках немного отступила. Я мягко откинула голову на скамейку и прикрыла веки, пытаясь хоть чуть расслабиться. Но к своему сожалению снова наткнулась на те же путанные мысли. — Ой, Эстель! У тебя в-всё в порядке?       Я нехотя раскрыла глаза. Фарлоу уже сидела рядом и оглядывалась по сторонам. Все эти дни я намеренно её не замечала, потому что мне было плевать. А она, похоже, всё-таки решила, что мы подруги. Блеск. — Я тебя все эти дни ищу. Ты тогда так быстро ушла, я даже не успела- — Всё нормально, — я сложила руки на груди. — Л-ладно, — она поёрзала на краю. — Слушай… ты тогда так и не сказала, передумала ли насчёт Хэллоуина. Ты же передумала, да? Давай пойдем вместе, пожалуйста! Пожа-а-алуйста!       Почему некоторые не понимают с первого раза? Я что, баклан? Я глубоко вдохнула, собираясь ответить как можно вежливее. — Мойра. — Там будет весело, честно! И потом, это всего пару часов и не надо ни с кем разговаривать, можно просто постоять в углу, и… — Малфой! Вы совсем идиоты?!       Голос Эттвуд резанул по ушам. Я повернула голову — вся компашка стояла у арки. Эттвуд что-то яро говорила слизеринцу в лицо, тот лениво прислонился к ограде. Нотт ухмылялся. Забини шептался с кем-то и не смотрел на происходящее. Я прислушалась. — Чего тебе, Эттвуд? — блондин осмотрел двор. — Соскучилась? — Разве только в ваших мечтах. — Зато я соскучился, — протянул Нотт. — Ну, с мечтами ты погорячилась, — Забини обернулся. — Пара раз и то много, или?       Парни прыснули от смеха, переглядываясь. — Вы отвратительны, — Эттвуд набрала воздух. — Не удивительно, что додума-       Я закрыла глаза и медленно выдохнула через нос. Господи, что за сюр. — Пойдём отсюда, — я повернулась к Фарлоу.       Она моргнула, медленно переводя взгляд с компании на меня. — А? Почему? — Мойра. Пойдем, — я встала, подхватила сумку. — Скорее.       Она замолчала и, чуть помедлив, послушно поднялась. Я направилась по дорожке подальше от однокурсников в другое крыло замка. Фарлоу нагнала меня и снова начала без устали болтать. Сколько можно уже?       Немного замедлив шаг, я краем глаза снова зацепила арку. Белобрысый слизеринец всё так же лениво стоял у ограды, пока его дружки и принцесса спорили. Я смотрела на них секунду дольше, чем хотела, и нахмурившись, отвела взгляд. Какое-то мутное ощущение не давало мне покоя, и его незнание бесило все сильнее. — …Он тебе нравится, да? — тихо произнесла Фарлоу.       Я покосилась на неё. — Ну… я вижу как ты смотришь… да и слухи же ходят, — она пожала плечами, опуская глаза. — Про дневник и про всё остальное. Я не осуждаю, честно! Даже наоборот, понимаю теб-бя.       Ну да, конечно. Куда без этого. Я молчала, вглядываясь в её бледно-красное лицо. Она видимо восприняла это по-своему и оживилась. — М-мне вот Забини нравится, — призналась когтевранка, наклонившись прям к моему уху. — Давно уже. Вот я и думаю всё время, может, сказать ему. — Зачем? — я отпрянула.       Фарлоу моргнула. — Ну… потому что нравится, — она растерянно захлопала ресницами. — Разве этого не достаточно? — Смотря чего хочешь получить в ответ.       Она открыла рот, потом закрыла. Задумалась и походу впервые с такой стороны. Я не стала ждать, пока она придумает ответ, и устало выдохнула. — И как ты собираешься ему сказать? — Ну, — она снова оживилась. — В общем, маскарад же! Никто не узнает меня. Можно говорить что думаешь, вести себя как хочешь. Делать что хочешь! Вот и я подумала… почему бы не воспользоваться? Весь вечер под маской и если что-то пойдёт не так — ну и подумаешь.       Я шла вперед по дорожке и слушала, не глядя на неё. Она подхватила меня под локоть. — И-и… я хотела сказать… Почему тогда и тебе не попробовать? Ну, с… — она оглянулась и зашептала, — с Драко. Он не узнает тебя, а ты наконец заговоришь. Может вы с ним классно проведете вре- — Сомневаюсь, — я высвободила руку. — Что это хорошая идея. — Ну, Эстель, не упускай шанс, — когтевранка застенчиво улыбнулась. — Нам в этот вечер можно быть кем угодно!       Я фыркнула. Да-да. Можно быть кем угодно. С чего ты решила, что мне это надо? Фарлоу сделала ещё шаг и только потом заметила, что я стою. — Эстель? Ты чего? — Ничего, — я раздраженно провела языком по внутренней части щеки. — Задумалась.       Задумалась о том, как ты мне надоела. Сделав глубокий вдох холодного воздуха и уставившись себе под ноги, я пнула носком камень с дорожки. Это чёртово зелье что, работает от силы 5 минут? Где обещанное спокойствие? — Так… пойдем на обед? Расскажешь о чём таком задумалась, — Фарлоу помялась рядом. — Там ещё сегодня мой любимый пирог с тыквой и кремом. Тебе же тоже нравится, да?       Я подняла на неё взгляд. И единственное, что я позволила себе в ответ, был тяжёлый выдох. — Я ненавижу тыкву. — Но… ты говорила, что любишь… — Фарлоу моргнула. — Особенно пирог… и-и сок ещё… — Тебе показалось, Мойра, — я уже двинулась вперёд. — А, ну… наверное да, — она тут же нагнала меня. — Там ещё суп должен быть. И что-то с картошкой. Ну, без тыквы в общем.       Я не ответила. Галька шуршала под ногами, и я пыталась сконцентрироваться на этом звуке, чтобы не слышать когтевранку. Получалось плохо. Впрочем, у меня здесь всё получалось плохо.       Фарлоу нашла места у края стола Гриффиндора и тут же принялась накладывать себе свой мерзкий тыквенный пирог, не прерывая рассказ про своих однокурсниц. Я налила себе воды, попутно кивая даже не зная на что.       Взгляд сам скользнул по залу. Всё на своих местах — все на своих позициях. Ничего нового, ничего выбивающегося, ничего настоящего. Я скривилась, поставив стакан на стол. Даже вода на миг показалась мне мерзкой. — … и она вообще мне ничего не сказала, представляешь? — Фарлоу подтолкнула меня локтем. — Эстель? — Угу, — я съела ложку супа. — Ты слушаешь? — Да. — И что думаешь? — Думаю, что она дура.              Фарлоу растеряно хихикнула. — Да… честно, не понимаю, как её взяли на Когтевран, — она перестала ковырять пирог. — А ещё не понимаю, что в ней находят. И что Забини в ней нашёл тоже…       Она обернулась назад, вглядываясь в стол Когтеврана. — Не понимаю, — повторила тише. — Совсем.       Я бесстрастно хмыкнула, продолжая есть. На удивление, суп казался весьма сносным. — Она вечно вертит задницей около Блейза, — Фарлоу снова повернулась ко мне. — Строит из себя не пойми кого. Такая же как Эттвуд! Ну или, не знаю, пытается ею быть. Понимаешь?       Я поставила ложку на край тарелки. Глаза сами нашли блондинистую гриффиндорку. — Да, — я слабо свела брови и безразлично чмокнула. — Как же без этого. — Смотри, Блейз идет, — когтевранка споткнулась на выдохе и дернула меня за рукав. — И твой Драко.       Мне показалось, что у меня заскрипела эмаль зубов. Я медленно повернула голову и увидела, как слизеринцы сели за свой стол, что-то бурно обсуждая. — Блин, он такой красивый, такой… — защебетала Фарлоу, не сводя глаз с Забини. — Как думаешь ему понравится мой костюм? — Откуда мне знать. Я же его не видела, — я откусила кусок шоколадного маффина. — Ну так пойдём на Хэллоуин и увидишь! — она взмолилась. — Пожалуйста. Я же одна не решусь. Осталось всего пару дней! Представь как будет классно, если мы появимся в парных костюмах! Я лилия — ты роза. Нарциссом ты же не захотела быть, вроде.       Я дёрнулась на слове нарцисс и снова впилась взглядом на Фарлоу. С натянутой улыбкой я вытащила из кармана флакон и со звоном поставила его на стол. — Не могу, — я сощурила глаза. — У меня бессонница. — Ого… — когтевранка удивленно посмотрела на флакон. — Бедная… Давно? Всё в порядке? Ты поэтому тогда ушла из библиотеки?       Я кивнула и убрала флакон назад. Надеюсь, теперь она отстанет от меня со своим Хеллоуином. Да и просто так, тоже было бы неплохо. — Блин, а я так надеялась, что мы пойдем вместе, — восьмикурсница поникла. — Я уже представляла как мы войдем в зал и все будут в шоке от наших костюмов и какие мы красивые, а потом мы подойдем к парням и-и-и заговорим и-и-и все будет так классно!       Я подавила желание едко усмехнуться. Да-да, подойдешь к нему, он весь сразу поплывет, завидев тебя в жалком костюме цветочка. Впрочем, мечтать никогда не вредно. То ли мне восхищаться её оптимизмом, то ли посмеяться над глупостью. — С чего ты взяла, что так будет? — я склонила голову к плечу. — Думаешь, маска прибавит тебе смелости? — Ну-у… я… не… — она растерянно отпила тыквенного сока. — Н-наверное… да? Под маской же можно быть другой?..       Я взглянула на слизеринский стол, сузив глаза. Да-да, тебя, Фарлоу, с таким выраженным стилем общения прямо-таки никто не узнает. Прямо под маской сразу станешь другим человеком. Наивная.       Хочет стать их частью? Я слабо покачала головой и облизала губы, чтобы скрыть усмешку. Начнет говорить, что думает — и сразу посыпется. А скажет ему правду — столкнется с правдой ещё жёстче.       Я поставила стакан на стол. Подняв взгляд на Малфоя и его компанию, я медленно моргнула.       Не посыпется лишь тот, кто и так притворяется.       Я зажевала губу, хмурясь и бегая глазами по столу. Снова откусив маффин, я только сейчас заметила, что рядом слишком тихо. Фарлоу сидела с опущенной головой и теребила пальцы. — Правда думаешь, что не сработает?       Я закатила глаза. — Я не знаю, Мойра, — отодвинула тарелку. — Но если не попробуешь, то и сама не узнаешь.       Фарлоу подняла голову. Помолчала секунду и вдруг растерянно, но широко улыбнулась. — Ты права, — она кивнула. — Д-да! Спасибо, Эстель! А ты мне поможешь? — М? — я уже встала из-за стола. — Ну, с костюмом. И мы повеселимся. И, может, у тебя пройдет твоя бессонница и ты тоже решишь пойти! — Это вряд ли, — я бегло осмотрела её. — Мне пора. — П-почему? Куда?       Нет, у неё явно талант. Во-первых, я не хочу. Во-вторых, с чего ты решила, что я хочу? В-третьих, какая разница? — У меня дела, — я уже направилась к выходу.       Фарлоу что-то ещё крикнула вслед, но я даже не стала оборачиваться. Сильнее покажу, что мне плевать — быстрее отстанет.       Я ускорилась к общежитию, так как до конца перерыва оставалось всего тридцать минут. Навстречу шла пара слизеринок, и я невольно замедлилась. — … никому не говорят, но я выведала у Гойла, какой будет его маска. — Чего? У Гойла? На кой дракл, Кейси? — Мерлин, Мелинда, не тупи. Знаем, какая маска у Гойла, узнаем, какая у Крэбба и потом методом исключения найдем Нотта, Малфоя и Забини! — А-а, вот что…       Я прошла мимо, пока не остановилась посреди коридора. И на секунду мне показалось, что я перестала дышать.       Два дня до Хэллоуина пролетели незаметно. Я спускалась по лестнице после лекции, завязывая волосы в небрежный пучок. Эта длина меня бесила. Она доходила почти до поясницы, постоянно попадалась в глаза и мешала, но я не могла с ней ничего сделать. К сожалению или к счастью.       Внутренний двор был почти пустым, и это радовало. Я облокотилась на каменную арку и вдохнула сырой воздух, растирая пальцы и наблюдая, как несколько первокурсников с метлами собрались у дальней стены.       Про однокурсников думать не хотелось. Слизеринский тройничок за эти два дня начал проявлять ко мне ещё больше интереса — даже с учётом того, что я старалась их избегать. Эттвуд, как и Фарлоу, не менялась. Про Моро молчу. Её, полоумную, будто с цепи сняли. Единственное, что улучшилось — я наконец выспалась. Да, с помощью зелья, но всё равно. Ничего не снилось, а это теперь дорогого мне стоит. — Ты выглядишь лучше с пучком.       Я повернула голову. Эттвуд стояла рядом у арки, с книгой под мышкой. Смотрела на меня и улыбалась. — То есть, привет, — она подошла ближе, поправляя локоны. — Ты снова так быстро ушла после ЗОТИ, и я не успела тебя поймать. Из-за них сбегаешь, да?       Я скосила на неё взгляд. Под «ними» она имела в виду слизеринцев или всех подряд? Что именно ты хочешь от меня услышать, принцесса? — Угу, — я сдержанно хмыкнула. — Мерлин, Эстель, не бери в голову, — Эттвуд встала рядом, облокотившись на ту же арку. Молчала секунд десять, что само по себе было странно. — Обращать на такое внимание — глупо. И, знаешь, я думаю, что тебе стоит научиться давать отпор. Иначе они не отстанут.       Я повернулась к ней, смотря в глаза. А я думаю, что тебе не стоит лезть с непрошеными советами ко мне. — Думаешь? — я подняла уголки губ. — Да, — она почему-то чуть нахмурила брови, а потом расслабилась и усмехнулась. — Боишься?       Мне захотелось рассмеяться. С неё, с себя или с этого тупого вопроса — не знаю. Вместо этого я отвернула голову, пряча улыбку. — Как ты поняла? — Ой, это было не сложно, — блондинка отмахнулась. — По тебе же видно.       Н-да. Столь проницательна, позавидовать можно. Я продолжила смотреть на мелких, сложив руки на груди и пытаясь унять смешок. Эттвуд чуть склонилась, удерживая книжку и пытаясь заглянуть мне в лицо. — Я не хотела тебя обидеть. Я лишь имела в виду, что у тебя все эмоции на лице написаны.       Да, Эттвуд, я открытая книга. Кто ж тебя, такую умную, придумал? Кого благодарить? Я шумно вздохнула, слабо кивая головой и снова повернулась к блондинке. — Ты подумай об этом, Эстель, — она поправила галстук. — И кстати, вот. Герми же тогда обещала тебе.       Она протянула мне небольшую книгу и снова заулыбалась. — Зачем? — я взяла её, чуть помедлив, и бегло осмотрела обложку. — Так про палочку почитать, — Эттвуд пожала плечом. — У тебя же ничего не изменилось. — Точно, — я фыркнула и запихнула книгу в сумку. — Слушай, ты пойдешь сегодня на маскарад? — Нет. — Серьезно? — Эттвуд чуть подняла брови. — Тебе стоит развеяться, Эстель. Явно не помешает. — Не выйдет, — я оттолкнулась от арки. — У меня бессонница. Помфри выдала лекарство. — А, — она заинтересованно меня оглядела и тоже оттолкнулась. — Поправляйся.       Я кивнула, состроив подобие улыбки, и уже начала разворачиваться к дорожке, ведущей к теплицам. — Что ж, — Эттвуд опередила меня, поправляя юбку. — Тогда идём на Травологию? Хорошо, что тут мы лишь своим факультетом, да? — Восхитительно, — я смерила её спину тяжелым взглядом, шагая по рыжей листве.       Я устало выдохнула, поправляя воротник теплой мантии. Британия не радовала осенней погодой. С каждым днём становилось всё холоднее и дождливее. Однако сегодня выглянуло слабое солнце. И я почему-то приняла это за знак свыше.       Спраут отпустила нас раньше — корни Асфодели обработали и разложили по лоткам быстрее, чем она ожидала. С этим предметом у меня не было проблем, хотя возиться с землей я никогда не любила. Плюс липкий сок заляпал рукав мантии, пришлось просить Грейнджер убрать пятна.       До вечера я еле дотерпела. В комнате уже царил привычный хаос. Соседки крутились у зеркала, попутно слушая какую-то магическую попсу и пританцовывая. Я молча лежала на кровати поверх одеяла, читая книгу Грейнджер. И с каждой строчкой понимала, что это не поможет. Ведь дело было не только во мне, но и в её палочке. — Лаванда, где мои серёжки? — Откуда мне знать? — Ты брала их у меня на прошлой неделе! — Да, но я вернула их тебе!       Патил загремела шкатулкой, что-то бормоча под нос, и я перевела на них взгляд. Она уже была в костюме — золотистый шёлк, монисто, браслеты на запястьях. Браун стояла у зеркала в розово-серебристом, с крылышками за спиной, и методично красила губы розовым блеском, не обращая внимания на претензии подруги. — Вот они, — Патил победно звякнула серёжками. — Под твоей пудрой лежали. — Я же говорила, что вернула. — Ты положила их не туда. — Это твоя шкатулка. — Всё, пошли!       Я вернулась к книге. С их стороны послышался слабый шепот. — Эм, Эстель?       Они обе повернулись ко мне, переглядываясь. Браун, держа помаду на весу, поправила грудь в туго затянутом корсете и многозначительно посмотрела на подругу. — Эстель, в общем, ты же никуда не идешь? — Патил чуть замялась. — Нет. — Ты же не собираешься рыться у нас в вещах? — выпалила Браун, не дожидаясь соседки. — А что, стоит? — я выгнула бровь.       Соседки застыли и синхронно моргнули. Браун растерянно фыркнула, взяла флакон своих вычурно сладких духов и зашикала на Патил, чтобы та пошевеливалась.       Через несколько минут они наконец ушли, и я резко поднялась с кровати, открывая окно на распашку. Всё ещё редкостная вонь, а не духи. Я облокотилась на подоконник, вдыхая вечерний воздух и рассматривая пестрые компашки на улице.       Замок уже давно был на ушах. Из каждой дыры доносился смех, мелькали костюмы, громкие крики заполонили весь двор. Я сунула в рот кислого червяка — единственное, что я взяла сегодня из того, что раздавали в коридоре — и задумчиво пожевала, глядя вниз.       Снова села, прожигая взглядом часы и слушая шум снаружи. Потом сунула в рот ещё одного червяка, читая упаковку. Этот мармелад был слишком хорош для книжного. Я успела нарезать бесчисленное количество кругов по комнате, пока в коридоре не стихло.       Проверив за дверью, я метнулась обратно к кровати, опустилась на колени и вытащила из-под неё большую чёрную коробку. Лакированное тиснение в виде нарцисса опять попалось мне на глаза, но я быстро откинула крышку, беря в руки плотную матовую ткань.       Переоделась я быстро. Прямые брюки, рубашка с застежками, кожаные перчатки и мантия — тяжёлая, глухого чёрного цвета, легла на плечи с весом. Я посмотрелась в зеркало, туго завязывая волосы, чтобы ни единый локон не вылез наружу. Чужое лицо смотрело в ответ — и я резко накинула большой капюшон.       Маска ждала меня на кровати. Серебряная, жутко тяжелая, с витиеватыми узорами и узкими прорезями для глаз. Я сглотнула, держа её в руках, и спрятала под мантию. — Господи, хоть бы это получилось, умоляю, — зашептала я, кусая губы и смотря в потолок.       Я буквально пролетела расстояние от общежития до первого этажа. Благо никого в гостиной, как и на лестницах, не было. В коридорах встречались парочки целующихся ребят, но капюшон отлично скрывал моё лицо, да и они были слишком увлечены друг другом.       Я завернула в первый попавшийся туалет, обошла каждую кабинку, толкая дверь и проверяя, пустая ли она. Мне, на удивление, повезло.       Вытащила маску из-под мантии; холодный металл аккуратно лег на лицо и в миг стал легче письменного пера. Я посмотрела в зеркало над раковиной, чуть поправляя перчатки, и увидела в отражении лишь блеск тёмного серебра. Отлично. Хоть убей, не узнают.       За это спасибо Граймс. Хватило полутора дней, чтобы мне прислали костюм — на что я, честно, не надеялась. Увидев дорогую ткань в коробке, я удивилась, почему всё так просто складывается в мою пользу. Впрочем, меня перестало это волновать. Пока я не открыла письмо.       Изменения были заметны с первой строки. Текст вдруг приобрел характер; слова сами противоречили друг другу — я перечитала трижды, прежде чем отложить бумагу. Первый раз Марселла Граймс ответила мне лично — первый раз мне стало жутко не по себе. — Смотри куда прёшь.       Я резко отшатнулась, когда какой-то парень чуть не снёс меня с ног после поворота к залу. Он еле удержался на ногах и что-то невнятно пробормотал себе под нос. Через секунду рядом появился второй, резко хватая его за воротник. — Да отвали ты, — фыркнул первый, дёргая плечом и качаясь. — У меня от-личная поход-ка.       Парень качнулся в сторону, и другому пришлось буквально вцепиться ему в рубашку. — Да стой ты спокойно, придурок! — Не командуй мне тут…       Он тут же запнулся о собственную ногу, повалился вперед и расплескал вокруг весь напиток, чуть не попав на меня. — Тебе мозги вышибло там же, где ты достал эту бурду? — огрызнулась я, отходя на шаг от парней. — Чё? Какую бурду? — его снова подтянули на ноги. — Это высококачественный пунш! — Не, друг, — второй содрогнулся от смеха, удерживая руку на плече. — У тебя там уже давно намешано всё подряд. — Кто намешал?!       Второй снова расхохотался, а я молча крутанулась на носках. Идиоты. Мерзкие, пьяные идиоты. Я ускорила шаг, стараясь не прислушиваться к голосам за спиной. Смех ещё несколько секунд доносился из коридора, прежде чем окончательно раствориться в общем шуме замка.       Только тогда я заметила, что слишком сильно сжимаю пальцы. Пришлось остановиться и медленно разжать ладони. Под перчатками вспотела кожа; я сцепила руки перед собой, растирая фаланги и пытаясь избавиться от неприятной дрожи.       Да что за чертовщина? Сердце колотилось так сильно, что на мгновение мне показалось, будто я слышу его сквозь музыку. Я раздраженно выдохнула и направилась к раскрытым массивным дверям.       Поправляя подол мантии, я переступила порог и замерла. Народу было столько, что сперва я даже не увидела самого зала. Громкий смех, толкания, крики — всё смешалось в один сплошной гул. Перед глазами мелькали только маски, костюмы и чужие неуклюжие танцы. Какая-то пьяная девчонка в виде вампирши чуть не наступила мне на ногу, утягивая за собой парня.       Я скривилась, больно впиваясь зубами в губу. Блять. Повсюду мелькали стаканы. Кто-то пил прямо из бутылки. Несколько старшекурсников сидели на широком подоконнике, передавая друг другу напиток. У дальней стены парень в маске оборотня шатался, размахивая палочкой так, что его пытались остановить две девчонки.       Блять. Блять. Блять. По загривку пробежал неприятный холодок. Я дёрнулась, отпрыгивая от пьяной феи, которая решила полезть обниматься. — Не лезь! — рявкнула я.       Девчонка растерянно моргнула, а я уже пятилась назад, отталкивая народ. У меня заболело в груди. Я оперлась на колонну спиной и уставилась в стену, но легче не стало.       Надо убираться. Я машинально сжала ткань рубашки. Сейчас же!       Я замерла от своей же мысли. Убираться? После всего, что сделала, просто сбежать? После этой блядской игры в Граймс? Нет.       Нет и ещё раз нет. Я сжала челюсть и выпрямилась. Я пришла сюда не для того, чтобы сбежать через две минуты. Медленно оттолкнувшись от колонны, я снова подняла взгляд на толпу. Воздух пропах сладким алкоголем, духами и потом. К горлу снова подкатила тошнота. Я скривила нос, поправила съехавший капюшон и двинулась вдоль стены, стараясь держаться подальше от центра и не обращать внимание на дрожь.       У дальней колонны мелькнул бледный силуэт. Я склонила голову к плечу, всматриваясь в костюм. Белое платье, искусственные лепестки на рукавах и что-то плохо напоминающее венок на голове.       Фарлоу. Издалека она действительно походила на лилию. Но лишь издалека. Я фыркнула и уже собиралась пройти мимо, когда заметила, куда именно она смотрит и мнётся на месте.       Чуть дальше, в стороне от основной танцующей толпы, стояла компания в одинаковых серебристых масках. Вот оно. Один из них что-то рассказывал, активно жестикулируя стаканом. Остальные смеялись и перебивали друг друга. Кто-то сидел на широком подоконнике, закинув ногу на ногу и передавая по кругу бутылку.       Я свернула к соседней колонне и прислонилась к холодному камню плечом, делая вид, что наблюдаю за залом. С такого расстояния музыка уже не заглушала их разговор полностью, и я прислушалась. —… допустил этих уродов до отборочных вообще? — Министерство. Из этой дыры пока не исключают за умственную отсталость. — Но мы над этим поработаем!       Послышался смех. — Бля, жаль. — Не сказал бы. — Чё? Почему? — Да квиддич окончательно стал бы скучным. — Дракл тебя, брось. — С чего бы? — Ну должен же кто-то наебываться с метёл после первого же бладжера.       Некоторые снова заржали. — Да-да, а потом пиздеть, что это храбрость. — И вылизывать яйца Дамболдору за баллы!       Кто-то громко фыркнул. — Гриффиндорское отребье этим никогда не отличалось. — Чем? Наличием мозгов? — я вклинилась, поворачивая корпус к компании.       Пять серебристых масок одновременно повернулись в мою сторону. На подоконнике парни засмеялись. — Ну надо же, — один из них хмыкнул. — А я думал, ты так и простоишь там весь вечер. — А ты меня ждал? — я усмехнулась, подходя к ним ближе. — Мерлин, ну чуть-чуть, да. — Ага, — другой приобнял его за плечи. — Но мне казалось, здесь уже собрались все, кто надел маску Пожирателя. — Неужели? Ты наверняка недосчитался.       Компания заулюлюкала. — Наверняка, — он закивал, переглянувшись с другом, а потом протянул мне стакан. — Тогда добро пожаловать.       Я взяла стакан, не спеша покрутив его в пальцах. — Забавно.       Я перевела взгляд на парня, облокотившегося на подоконник. Руки были скрещены на груди, голову он чуть склонил. — Что именно? — я прищурилась. — Достаточно подслушала? — Нет, — я чуть сжала стакан. — Хотелось бы узнать побольше.       Он фыркнул, оттолкнулся от подоконника и подошел ближе. — И чего именно хочешь узнать? — А ты всё расскажешь? — У тебя в привычке отвечать вопросом на вопрос? — А у тебя?       Кто-то свистнул. Парни рядом засмеялись. Один из них по-хозяйски закинул руку на плечо стоящего передо мной. — Ну всё, дружище, basta, — он качнул головой. — Вы так до утра будете, я тебя знаю. — Столько времени у меня точно нет, — хмыкнула я, оборачиваясь через плечо.       Компания снова расхохоталась. Парень передо мной о чём-то зашептался с другом. — Най-дем! — бросил кто-то с подоконника. — Легко! — Сомневаюсь, что через час ты вообще сможешь связать пару слов, — я тыкнула в него стаканчиком.              Он возмущенно замычал под общий гул. — Да он уже сейчас еле-еле, — крикнула третья маска рядом со мной. — Десять галлеонов, что из этого зала он на своих двоих не выйдет. Поспорим? — На мелочь? Скукотища. — У-у-у! — протянул он. — На что хочешь тогда? — Хочу, чтобы был смысл выигрывать. — Мерлин… — он придвинулся, поправляя маску. — У меня серьезный противник.       Парень передо мной усмехнулся. — Видишь? Я говорил. — Ладно, — другой хмыкнул, хлопая друзей по спине. — Пошли курить. Тут пиздец духота.       Несколько человек тут же двинулись к выходу. Кто-то нехотя слез с подоконника, другой допил остатки из стакана одним глотком. Часть серебристых масок осталась стоять на месте, что-то обсуждая.       Я провела языком по щеке. Блять. Чуть опустив голову, я уперла руки в бока. Мне что, как собачка за ними бежать? — Ты идёшь?