Ещё один Учиха

День подходил к концу, когда мальчишка, пошатываясь, вышел из госпиталя. Его мир крошился и тлел. Рюзаки щурился, пытаясь рассмотреть дорогу. Гранатовый Шаринган сожрут рыбки кои. Реальность хуже кошмаров, Рюзаки. Кто это когда-то сказал? Рюзаки едва видел из-за рези в глазах. Блики света как кунаи впивались в сознание. Вокруг прыгали тени. Он знал, что с ним происходит. Нужно спрятаться. «Какой ты медленный», — голос в голове был таким знакомым, что Рюзаки безумно рассмеялся. Наконец-то! «Рикудо! Почему ты не отзывался раньше?» «Без Мангекё план бы не сработал. Я же сказал, когда пробудишься — поговорим. Но это заняло слишком много времени». Рюзаки не обращал внимания на ворчание старика. Он оскалился. С помощью Мудреца он рассчитывал разобраться с угрозой Конохи. Рикудо Хагоромо считал Рюзаки своей марионеткой, живым воплощением воли, которая должна выполнить определённую задачу. Мнение инструмента Мудреца не интересовало. Учиха не сразу осознал, что его телом управляют. Пробегая мимо ворот Конохи под маскировкой, он попытался замедлиться и вернуть себе контроль. Ничего не вышло. «Эй, я могу и сам». «Ты можешь прыгать по деревьям, знаешь в каком направлении двигаться и, главное, понимаешь, как нам победить Мадару и Зецу?» — насмешливо ответил Рикудо. «Мы только потеряем время». Хагоромо отправил Рюзаки в уже знакомую тьму. …Он очнулся, когда почувствовал, как что-то мелкое щекочет кожу. Не сдержав крика, Рюзаки резко встал и потряс руками. Кругом была темень. Пахло землей. Учиха показалось, что его заживо похоронили: подземный коридор с небрежно обработанными стенами уходил в обе стороны. «Возьми кунаи», — приказал Рикудо. «А сам не можешь?» — раздраженно подумал Рюзаки, но послушно схватил оружие. «Делай, как я говорю. Я могу управлять твоим телом. Но непосредственно Шаринганом ты должен пользоваться сам. Мы же не хотим, чтобы Мадара вырвал твой глаз и стал сильнее?» «Зачем бы ему?» «Потому что трансформируется в Риннеган от моей чакры?» «О. Я не подумал об этом. Так я смогу получить Риннеган, когда овладею Вечным Мангекё?» «Да…» … Если выживешь — повисло в воздухе. Мудрец передал Рюзаки знания о технике воплощения, которую можно было сделать только с помощью Мангекё Шарингана. Тренировки с Яманака помогли Рюзаки быстро усвоить её принципы. «В твоем мире было излучение, смертельное для всего живого, оно опасно и здесь. Имитируя радиацию, мы убьём Зецу. Без его подпитки Мадара долго не продержится. Ты его убьёшь, а потом вырежешь глаз, препятствуя возрождению», — уверенный голос Рикудо приговором звучал в голове мальчика. «Ты с ума сошел? Мадара даже мертвым мог уделать всех пяти Каге. Мне одному с ним не справится». «Техника подействует и на него. Значительно ослабит. Прояви милосердие и прикончи его». «На меня излучение повлияет?» «Нет». Рюзаки сложил печати и напитал кунаи: — Мангекё Шаринган Кансин но доку «Откуда ты знаешь про все это?» «В данном случае техника не обернется против хозяина, потому что выполнена с помощью Мангекё. А откуда знаю… Я наблюдал за вашим миром. У меня даже имя было. Ты его знаешь». «Масаши Кишимото» «Вообще-то, правильно Масаси Кисимото. Но не важно. Тебя заметили. Жди моего сигнала. Целься сначала в дерево». Как глубоководная рыба, Рикудо скрылся в сознании Рюзаки. Без чужого контроля навалилась усталость. Мышцы ныли, а в глаза словно насыпали песка. Обуви на нем не было. Сколько же он не осознавал себя? Рюзаки услышал приближающиеся хлопки, словно кто-то шел перепончатыми лапами по земле. К Учихе вышел страж. Половина его тела растворялась в тьме, вторая — бесформенный слепок, лицо лишь отдаленно напоминало человеческое. — Какой маленький. Ути. Посмотрите на его глазки. Зецу рассмеялся не открывая рта — жуткое эхо разнеслось вокруг. — Как ты тут оказался, мелочь? Впрочем, неважно. Пойдем. С тобой хотят познакомиться. Руки Зецу вытянулись длинными жгутами, которые жестко спеленали Рюзаки. Не обращая внимание на удобство пленника, Зецу понёс его во тьму пещеры. Рюзаки тысячи раз представлял, как увидит Мадару. Ему нравился момент первого появления в манге. Было в нём что-то величественное. Этого шиноби ничто не могло сломить. Реальность оказалась страшнее фантазий. Учиха увидел иссохшего старика, чья тонкая кожа едва не просвечивала. Седые пыльные волосы были свалены в колтуны. Мадара сидел неподвижно, скреплённый с древом толстыми ветками, края которых терялись в его одежде. От сурового шиноби остался только взгляд. Риннеган в правом глазе смотрел прямо и строго. В нем сияла неугасимая ненависть. Зецу поднес связанного Рюзаки прямо под нос Мадаре, края которого хищно трепетали. — Смотри, я нашел красноглазого крота. Я молодец? Старый Учиха медленно протянул руку и острым ногтем провел под глазом Рюзаки. Мангекё Шаринган рассматривал сильнейшего Учиху. — Забавно. «Самое простое — захватить… знакомого человека. Ты знаешь его привычки, манеру речи и… как он будет действовать в сложной ситуации», — наставлял Яманака. Рюзаки знал Мадару. С первых дней как он встретил Хашираму. Бесконечные войны. Потеря брата. Унизительное перемирие. Создание Конохи. Отчуждение собственного клана. Что из этого было выбором Учихи, а что — воздействием Зецу? Мадарой восхищались и боялись, называли Призраком Учиха. Он жонглировал сильнейшими биджуу как игрушками. До последнего противостоял Сенджу, убийце дорого брата. Он страстно жаждал получить Коноху, своё детище. Но его выкинули как ненадежного союзника. Рюзаки знал о Мадаре всё и немного больше. «Хочешь быть марионеткой? Посмотри, во что ты превратился?! Ты этого хотел?» Шепот Мангекё Шарингана звучал в голове Мадары, отвлекая, как комариный писк. На мгновение Рюзаки захватил Учиху и приказал его ртом: — Отпусти мальчика. «Сейчас», — прошипел Хагоромо. Едва Рюзаки освободили — в тот же миг взмахнул руками — кинул сразу три куная, как учил Рёма. Два попали в дерево, третий — в Мадару. Четвертый и пятый уже отклонил Учиха. Шестой Рюзаки кинуть не успел — его стиснули ветви-руки Зецу. — Маленький пронырливый паразит… Белый яростно сжимал ребра Рюзаки, кроша и давя. Учиха дорого хотел продать свою жизнь. У него теперь был Мангекё — бесконечным жутким фантазиям можно было дать свободу. Он рвал, жег, выл и проклинал. Железная яростная воля и больная фантазия, подкрепленная отчаянием. Борясь с меркнувшим сознанием Рюзаки видел, как из глаза Мадары потекла кровь. Он слышал предсмертный вой Зецу. Чувствовал, как размыкаются жёсткие объятья умирающего паразита. Рюзаки попытался встать на ослабевшие ноги. Каждый вздох боролся с болью. Рядом раздались шаги. Мальчишка дернулся в сторону, но не успел отползти. Его схватили за шкирку, как нашкодившего кота. В левое плечо Мадары попал кунай — от раны шли черные полосы гниющей плоти. Из глаз — и слепого, и Риннегана, — текла кровь. — Думаешь, твои фокусы подействовали? Мадара не ожидал ответа. Истративший весь запас чакры Рюзаки дрожал от слабости. С отвращением он почувствовал, как глаза защипало от слёз. — Глупый Учиха, не ты первый… Мадара поднял руку, формируя печать, но его прервал удушливый кашель. Кровь запузырилась на иссохших губах. Яд стремительно разъедал последние живительные силы. Не совладав с приступом, Учиха откинул мальчика и яростно начал царапать собственную грудь, как будто надеясь вырвать яд. Рюзаки отполз подальше. Он не отрывал взгляда от агонии человека, который страшно хрипел и яростно вращал глазами. Сгнившее к этому времени дерево уже не поддерживало потолок — он начал медленно проседать. «Вырви его глаз. Здесь сейчас все рухнет», — подал голос Хагоромо. Но Рюзаки не пошевелился. Вид умирающего вызывал в нем жалость и ужас. На теле Мадары расцветали язвы, пахнущие мёртвой плотью. «Шевелись», — приказал Рикудо и захватил контроль над Рюзаки. Мальчик тяжело встал на ноги и медленно приблизился к Учихе. Мадара упал на колени. Его лицо оказалось на одном уровне с Рюзаки. Старший Учиха смотрел в глаза младшего. Риннеган потух. Теперь Рюзаки видел мутный от боли взгляд смертельно уставшего человека. Теплое дыхание Мадары коснулось щеки мальчика. — Мне жаль. Рюзаки не хотел причинять еще большую боль. Учиха сопротивлялся — руки дрожали, когда Рикудо приблизился к лицу Мадары. Старый Учиха усмехнулся. — Мы всегда были для них лишь игрушками. Хагоромо резко вырвал глаз. Мадара судорожно вздохнул и рухнул на пол, скукожившись в позе эмбриона. «Уничтожь глаз», — последний приказ Рикудо. И больше Учиха не ощущал его присутствия. Как гнилое яблоко Рюзаки держал вырванный Риннеган. Под ногами лежал Мадара. Мальчик не шевелился до тех пор, пока старший Учиха не затих, и Мангекё Шаринган показал мертвое тело, из которого медленно вытекала ядовитая кровь. Рюзаки рыдал как маленький ребенок.