Ветвь ольхи, венец из дуба

Жирные карпы плавают близко-близко… Лия не трогает, — леди не полоскают руки в пруду! — только смотрит, но… Ей отчего-то кажется, что матушка непременно поймёт, о чём Лия думает — если застукает. Поймёт и накажет, а как иначе? Лия через такое уже проходила… Карпы мелькают в воде красно-жёлтыми солнечными вспышками. Лия спешит на занятие с мастером Ривеллоном — и не оглядывается. Магия ей даётся небыстро, но это семейное — у матушки тоже… дар пробудился довольно поздно. Пока что они с наставником налегают на теорию, чтобы потом можно было быстрее наверстывать. Лия любит учиться, и Лия знает: лучший учитель, самый великий учитель — практика. Нужно просто… привыкнуть смотреть на карпов иначе: не как на живых рыбок, а как на ещё одно украшение. Созерцать с пристойного расстояния пруд и думать совсем о других вещах… Лия старается. Через четыре дня карпы дохнут. Расчёт получают пятеро слуг, прежде чем выясняется: пруд отчего-то наполнен морской водой. Что за ужасная, извращённая порча? Мага, который её наложил, так и не удаётся найти. Лию никто не подозревает — даже она сама.