Исключительное притяжение

POV Ванс Неделю спустя       Сегодня с самого утра шел дождь. Но в целом все как обычно. Утром сходил на пары, в обед — общее собрание за дальним столом в столовой с друзьями. Единственное, что изменилось — это Алекс. Точнее — его отсутствие. Всю неделю они с Дэном приходили на пары после звонка и садились подальше от нашей компании, в столовую они не приходили. Ну или приходил только Дэн, а на вопросы: «Где Алекс?», отвечал что-то вроде: «Не знаю», «Занят», ну, и так далее по списку. А выловить светловолосого в общаге было вообще невозможно. Такое ощущение, как будто он просто не выходит из комнаты.       Я понимаю, что он делает это, чтобы не сталкиваться со мной. Ему нужно время все обдумать, да и мне, если честно, тоже… Но черт, я так хочу его увидеть, обнять, возможно, даже поцеловать, сказать, что все будет хорошо, что он может мне довериться… Хотя и понимаю, что этому не бывать. Как минимум не в ближайшее время это точно.       В любом случае, сейчас, сидя в столовой в шумной компании друзей, я не могу даже улыбнуться. Всю неделю я нахожусь в таком состоянии, и если по началу все пытались меня растормошить, то теперь они оставили все попытки и просто не обращали на меня внимания. Даже Нат не понимал в чем дело, хотя мы и жили в одной комнате. Пару раз он пытался выудить из меня хоть какую-то информацию, но после тщетных попыток решил оставить эту затею. Единственный, кто понимал, почему я так себя веду, был Дэн. Но и он старался со мной не контактировать, да и я не особо горел желанием. Мне не нужно было с ним говорить, чтобы понять, что Алекс все ещё зол и обижен.       Ребята говорили о какой-то ерунде. Я не особо вслушивался — все так же был погруженный в свои мысли. Мэри и Дэн о чем-то тихо переговаривались, но их было почти не слышно. Поначалу я игнорировал и их разговор, но в итоге интерес победил. Когда я начал прислушиваться, до меня стали долетать обрывки фраз. — Он хочет уехать… — Конца фразы я не услышал, но Дэн ответил кивком. Мэри после этого стала выглядеть обеспокоенно и кинула на меня быстрый недовольный взгляд. — …Лучше… хорошо… — …просил передать… нужно… ждать… — Конец фразы Дэна я так и не услышал, потому что ребята за столом громко засмеялись. Впрочем, парень с девушкой и так закончили разговор. Мэри опять посмотрела на меня, слегка покачала головой и, повернувшись к Сане, начала о чем-то разговаривать.       Быстро доев свой обед, я встал из-за стола и, кивнув всем, как бы прощаясь, вышел из столовой. На улице было промозгло, дождь так и не закончился, а холодный ветер немного задувал под лёгкую осеннюю куртку. Хорошо, что у меня с собой был хотя бы зонт. Сначала я думал пойти сразу в общагу, но уже подходя к ней, я решил завернуть на курилку. Мне надо было все обдумать, а для этого идеально подходит никотин. Курилки у нас были с лавочками и навесом, так что я сложил зонтик и сел в дальний угол.       Разговор шел явно про Алекса — это сто процентов. Но тогда появляется куча вопросов. Куда он собрался ехать? Зачем? Что и кому он просил передать? Неужели он пытается убежать от меня? Неужели я стал ему настолько противен, что он не хочет меня даже видеть? Хотя мы и так очень редко стали пересекаться. Да уж, разлука с ним для меня настоящая пытка. Я так привык наблюдать за ним, видеть его лицо и слушать его смех. От этого на душе всегда становилось спокойнее. Но после того дня, когда я впервые увидел его слезы, мне стало так больно… Я заставил это маленькое солнышко заплакать. Человека, который излучает сплошной позитив и радость. Чувствую себя после этого не то что мудаком, а настоящим монстром. Сколько ещё ему может понадобиться времени? Пару дней? Неделя? Месяц? Мое терпение уже на исходе, но мне приходится держаться. У меня просто нет другого выхода, кроме как ждать, пока он простит меня.       В размышлениях я не заметил, как сигарета дотлела. Я поджег вторую и затянулся. В голове крутились одни вопросы, но не было ни одного ответа. Я не знал и не понимал ничего, кроме одного — я люблю Алекса. Это было уже не просто увлечение или сексуальное желание. Это было нечто большее. Я волновался о нем, хотел заботиться и защитить; сделать так, чтобы он все время был счастлив. Я хочу видеть улыбку на его лице, слышать его смех, но вместо этого я заставил его плакать.       Я закрыл лицо ладонями и опустил голову. Настроение — вмазать самому себе, да посильнее, чтобы выбить всю ту дурь, из-за которой теперь мы оба страдаем. Вторая сигарета была скурена, но голова ещё не до конца проветрилась, да и желания идти в общагу не было. Все равно я его там не увижу, так что какой смысл куда-то спешить. — Не грузи себя слишком сильно. — Рядом раздался знакомый женский голос. Подняв голову, я увидел рядом Лиссу.       Девушка присела рядом и протянула руку в сторону моей пачки, как бы спрашивая «Можно?». В ответ я только кивнул, сам взял, уже третью по счету сигарету и посмотрел куда-то в сторону. Минуты две мы просто молча сидели и курили. Она ничего не спрашивала, а я ничего не говорил. — Все настолько плохо? — спросила она, когда бычки были отправлены в мусорку рядом. — Мы все подаем вид, что ничего не знаем и не замечаем, но на самом деле все очень волнуются. Я не знаю всех подробностей, но, вроде как, в этом замешана Джулс? Можешь не рассказывать, если не хочешь, но ты же знаешь, что можешь ко мне обратиться, если вдруг тебе понадобиться помощь. Мне грустно видеть, как два моих хороших друга избегают друг друга. — Я не хочу тебя грузить, прости. Это только между мной и Алексом. А Джулс виновата только в том, что не умеет держать язык за зубами, во всем остальном косячник я. — Я разговаривал уже больше не Лиссой, а скорее сам с собой. — Обида Алекса понятна. Я вообще удивляюсь, что он меня сразу не послал, а просто попросил подождать, пока он все обдумает… — Я резко потряс головой, чтобы прийти в себя и не сболтнуть лишнего. Лиссе можно доверять и я это знаю, просто не хотелось бы об этом распространяться. — Ладно, пошли в общагу, а то на улице холодно.       Девушка похлопала меня по плечу, приободряюще улыбнулась и мы направились в общежитие. На улице было тихо, слышно было только стук дождя по крышам и листьям. Вдруг у Лиссы зазвонил телефон. Имя на экране я не увидел, но по ее улыбке было понятно, что это Сана. Девушка кинула на меня взгляд и взяла трубку. — Привет, милая… Да, я уже подхожу к общаге… Ага… Стоп, что? — Лисса резко остановилась, а в ее глазах читался неподдельный шок. Мне стало интересно, что же ее так удивило, поэтому я встал рядом. — Что ты имеешь в виду? В смысле он съезжает? Да что, черт возьми, у вас там происходит? — Ее интонация сменилась с обычной веселой на громкую. Она посмотрела на меня все теми же удивленными глазами, а потом ее голос стал опять спокойным. — Да, я поняла. Я передам ему. Целую. — Что там случилось? Кто откуда съезжает? — Взгляд Лиссы стал виноватым и грустным. Я почувствовал, как раздражение и беспокойство нарастали. Тут что-то не так, иначе почему все сегодня смотрят на меня такими глазами? — Лисса, говори что там? — Ну это… В общем… Алекс то ли съезжает, то ли просто уезжает, я так и не поняла, но он уже собрал вещи и со всеми попрощался. Так что если ты хочешь успеть, то… — Девушка не успела закончить фразу, как зонтик выпал из моих рук, и я со всех сил помчался в сторону общежития.       Нет, я не могу его отпустить, не поговорив. Точно не сегодня и, тем более, не сейчас. Мы должны все прояснить. Я должен понять, в чем дело. Что у него случилось и почему он вдруг так резко решил уехать. Неужели это все из-за меня? Но почему он решил все так радикально поменять?       На тот момент, как я подбежал к общаге, Алекс как раз выходил из нее. Его взгляд был уставшим, создавалось ощущение, что он вот-вот заплачет. В одной руке он держал зонт, а другой тащил чемодан на колесиках. Я остановился в паре метров от него, но он меня как будто не видел, ну или, как минимум, прекрасно притворялся. — Алекс… — мой голос прозвучал тихо и неуверенно, поэтому слова просто растворились в шуме дождя. Парень просто игнорировал меня и, ещё раз посмотрев на дверь общежития, пошел в противоположную от меня сторону.       Нет уж, это все так не закончится. Я не могу этого допустить. Только я сдвинулся с места, чтобы побежать за ним, как парень вдруг остановился и повернулся в мою сторону. В его обычно веселых и ярких глазах сейчас бушевал океан боли, и я буквально прочувствовал эту боль. Я сделал шаг на встречу к Алексу, но он вдруг отступил на шаг назад. — Не подходи, — его слова прозвучали не громко, но для меня это был самый громкий крик. — Я не хочу тебя видеть, не сейчас. Не спрашивай почему, просто не надо. — Его плечи затряслись, а по щекам потекли слезы. — Просто не надо, я прошу тебя… — Алекс поставил чемодан и закрыл глаза рукой. — Алекс… — Я тут же сорвался с места, подбежал к нему и крепко обнял. Парень не ответил мне тем же, но и не пытался оттолкнуть меня. — Алекс, что случилось? Поговори со мной. Скажи мне, чем я могу тебе помочь? — Все это время я гладил его по голове и спине, пытался успокоить, но парень продолжал плакать все сильнее.       В какой-то момент Алекс отпустил зонтик и обнял меня в ответ. Он прижался ко мне, словно маленький напуганный котенок. Я продолжил его успокаивать, шептать на ухо слова поддержки, а своими объятиями я как будто пытался закрыть его от всего мира. Мое сердце разрывалось от вида его слез, я видел как ему плохо, но не мог ничего сделать.       Когда Алекс немного начал успокаиваться, я слегка отодвинул его от себя и нежным жестом вытер слезы с его щек. Я аккуратно положил ладони на его лицо и слегка приподнял, чтобы он смог посмотреть мне в глаза. — Алекс, ты — мое светловолосое чудо, мое солнышко, которое освещает даже самые плохие дни. Моя жизнь становится лучше каждый раз, когда я вижу тебя. Я влюбился в тебя благодаря твоей улыбке, и мне безумно больно видеть, когда ты так страдаешь. Прошу тебя, скажи мне, что случилось? Почему ты вдруг уезжаешь? Почему бросаешь все: учебу, друзей, меня?... — я хотел было сказать ещё, но вдруг парень положил свои руки на мои и слабо улыбнулся сквозь слезы. — Я тоже люблю тебя, Ванс, но мы не можем быть вместе. И нет, это не из-за той ночи, за это я тебя уже простил. Глупо было бы обижаться на это так долго, ведь мы тогда ещё были друг другу никем. Просто… — Алекс вдруг замолчал, закрыл глаза и осторожно опустил мои руки вниз. Когда он открыл глаза, я понял, что произошло что-то гораздо хуже, чем моя измена. — Я не могу тебе сказать, иначе ты просто возненавидишь меня, но поверь, я не могу здесь остаться. Так будет лучше для всех, прости меня.       Алекс ещё раз тяжело вздохнул, отпустил мои руки, которые до этого крепко сжимал, медленно поднял зонт и уже было собирался взять чемодан и уйти, но я резко схватил его за руку, развернул к себе и поцеловал.       Поцелуй был легким и нежным, молящим о прощении и ответах. Он был похож на поцелуй двух прощавшихся возлюбленных. Хотя почему похож, по сути так и было. Вот только я не собирался его отпускать. Я не могу видеть, как он уходит, не узнав причину. Мое сердце не вынесет очередной потери того, кого я люблю. — Я никуда тебя не пущу, пока ты не расскажешь, в чем блядское дело, — сказал я шепотом, когда мы разорвали поцелуй. Мои ладони все ещё лежали на его лице, а взгляд был направлен прямо в эти зелено-голубые глаза. — Я правда не могу, — Алекс отвел глаза и попытался повернуть голову, но я этого не позволил, развернув лицо обратно. — Я не хочу, чтобы ты меня возненавидел. Кто угодно, но не ты… — парень прикрыл глаза и покачал головой в отрицательном жесте. — Послушай меня, что бы там ни было, я все равно останусь рядом. Да будь ты даже серийным убийцей или психом, сбежавшим из больницы, — мне все равно. Мы пройдем через это вместе. Хорошо? Я и так уже извелся за эту неделю без тебя. И боюсь представить, что со мной будет, если потеряю тебя навсегда, даже не получив шанса показать тебе свою любовь, — говорил я шепотом, а дождь заглушал мои слова ещё сильнее, но я уверен, он все услышал. — Хорошо, надеюсь, ты не пожалеешь о своих словах, — Алекс напряженно выдохнул, поднял с асфальта зонтик, взял чемодан и развернулся к общежитию. — Но для начала давай зайдем внутрь, а то лично я уже замерз. — Парень выдавил из себя легкую улыбку, и от этого на душе стало гораздо спокойнее. Теперь у меня появился шанс все сделать как надо, и я его не упущу.