Дом, в котором живут чудовища.

«Уникальные и пугающие места Англии» Ульям Дж. Стоун, 27 апреля 2018г.

"...Общежитие номер сорок шесть на Уэллсли-роуд, было уникальным местом во всех смыслах этого до неприличия банального слова. Первой уникальностью, безусловно было название - «Обитель дьявола», исторические витки которого умудрились каким-то чудом (и это правда чудо!) охватить целых семьсот лет. Все самые важные события столетий отразились на этом бедном, четырехэтажном особняке, некогда, принадлежащем богатому князю. С самого дня постройки это здание преследовали мистические, если не сказать «дьявольские» неудачи; то один из строителей, случайно подвернув ногу упал в ров и свернул себе шею, то случайно упавшая балка, размозжила голову дочери владельца, приехавшей вместе с отцом, посмотреть на продвижение стройки. Охваченный приступом ярости, безутешный отец пронзил сердце прораба кинжалом, который, впрочем, на самом деле не был виноват в случившемся. После первых кровопролитий, несчастья прекратились и строительство благополучно подошло к концу. И даже первые несколько лет, князь с женой и теперь уже единственным сыном (который славился невероятной красотой) прожили беззаботно и счастливо в новом доме. Но, счастье закончилось так же неожиданно, как и началось – отец застукал своего сына с конюхом. Жена князя молила пощадить их единственного ребенка, но Бог и муж не слышали её молитв. Мужеложство - смертный грех. И сын расплатился сполна. Его и конюха привязали к лошадям и протащили до центральной площади, где сначала повесели. Не дав юношам задохнуться, их последовательно: кастрировали, выпотрошили, четвертовали, а после, отрубили головы, которые в назидание другим разместили на мосту. Случай был вопиющим, чтобы в приличной семье родился ребенок с такими противобожественными усладами. Элита - поощряла решение князя, но жена была безутешна. Обезумев от горя, она отравила собственного мужа и всех своих слуг, а после, обмотав горло шелковым шарфом - повесилась на чердаке. Претендентов и наследников на дом не было и долгое время особняк был заброшен. Кровавая история не привлекала покупателей, поэтому власти решили сделать из дома - церковное общежитие. Туда отправлял тех, кто находился в милости у церкви и нуждался в крове – нищие, капелланы и монахи. Дом снова наполнили смех и радость. Молитвы, казалось, отпугивают нечестивых духов, но, к сожалению, это только казалось. В одну лунную и безоблачную ночь небо над лесом озарило алое зарево. Дом пылал как свеча, со всеми жителями внутри, которые никак не могли выбраться наружу. Двери словно забаррикадировали снаружи. Никто не мог и стекла разбить, они вдруг стали прочнее всякого металла. В том пожаре не выжил никто, заживо сгорели все 74 человека. Целых тридцать лет, здание никто не реконструировал, детям было строго настрого запрещено туда ходить. Но дети… Пылающие природным любопытством и интересом нет-нет да бегали посмотреть на пепелище. Но стоила ли игра свеч? Нет, ангельские создания не умирали на территории особняка, но по каким-то странным обстоятельствам с теми, кто посещал дом, приключались немыслимые беды. Одну девочку загрызла бешенная собака, мальчик утонул в реке, возвращаясь домой с прогулки, еще одного ребенка затоптала лошадь. Дурные слухи быстро разлетались. Местные стали называть этот особняк - домом дьявола. Церковь отправила туда четырех священников, чтобы те освятили здание и отпели его молитвами, но никто из них, так и не вернулся после мессы. Они просто бесследно пропали. Остались только псалтири и священные писания, разбросанные вокруг особняка. Долгих семьдесят лет про это здание никто больше не вспоминал. Каменный забор и плиты порастали травами и вьюнками. Почерневшие от пожара стены, медленно рассыпались пылью. Особняка словно не существовало. Вернее, местные делали вид, что его не существует. Инфраструктура развивалась вокруг, но ни одна дорога не вела к тому дому. Он так и стоял окруженный деревьями, словно отрезанный от всего остального мира. Это длилось до тех пор, пока одна бедная семья из двух человек, спасаясь от лютого зимнего мороза, не решила, что они в любом случае умрут, так пусть лучше они умрут как люди, окруженные мнимым домом, который так же, как и они, никому не нужен. Семья поселилась на первом этаже в единственно уцелевшей комнате. Само существование этой комнаты, было невероятным чудом. Она не была повреждена ни пожаром, ни временем. Она словно все эти долгие годы, была изолирована и за ней кто-то ухаживал - такая чистота там была. Вопреки всем ожиданиям и страхам, эта семья прожила там долго. Всю жизнь их преследовала... Удача! Весной, во время работы в саду, женщина (жена хозяина) нашла шкатулку, наполненную золотыми монетами. Она так растерялась, что лишилась чувств, а когда пришла в себя, поспешила обрадовать мужа. Найденные деньги, они решили потратить на восстановление дома. Какой бы пугающей не была история этого особняка, деньги притупляют чувство страха. Рабочая бригада согласилась приступить к работе немедленно, за солидное вознаграждение, разумеется. Работу закончили быстро, без каких-либо происшествий. И еще одна радостная новость! Хозяйка ждала ребёнка!..» — Простите, сэр! — настойчиво произнес мелодичный женский голос. Фрэнк, вздрогнув оторвал взгляд от толстой книги в мягком переплёте с красноречивым названием: "Уникальные и пугающие места Англии", которую ему сегодня прислал по почте старый друг, Роберт. — Простите, я не слышал, как вы вошли, — голос Фрэнка был растерянным и уставшим, несмотря на то что за окном было ранее утро и лучи радостного солнца, заливали просторное фойе общежития. Он торопливо отложил книгу в сторону, предварительно запомнив страницу и поспешно поднявшись со стула, улыбаясь привычной, доброжелательной улыбкой посмотрел в иссиня-чёрные глаза девушки. Глаза… Бездонные глаза, похожие на глубокое ночное море. Фрэнк смотрел в них и ему казалось, что он видит, как волны бьются о каменистые скалы в этих глазах. Какая-то невероятная сила поглощала его, обволакивая и пленяя. — Ничего, — молвила она, не менее устало, — Это ведь общежитие номер сорок шесть, я правильно пришла? — Да-да, всё исключительно правильно! — Свой собственный старческий голос, словно вывел старика из объятий красоты, напоминая ему о том, кем он является на самом деле. Фрэнк не любил новых постояльцев. Возможно, в силу возраста, а возможно в силу его усталости от всех этих бесконечных: "Здравствуйте, как прошел Ваш день?". "Здравствуйте, Вы сегодня прекрасно выглядите!". Он не любил врать, но эта работа подразумевала ложь. Подразумевала, что он должен быть обходителен со всеми, даже со своими недоброжелателями. Он был обязан держать марку. Всё чаще, он ловил себя на мысли, что ему было дискомфортно прислуживать тем, кто намного лет младше него. Все эти пышущие молодостью и энергией люди, напоминали ему о том, как быстро пролетело его собственное время. Как быстро он стал старым. Фрэнк не любил старость и где-то в глубине души боялся её. Боялся, потому что знал, что после пятидесяти лет - включается обратный отсчёт. — Ваше утро, тоже началось не так, как вы того хотели? — Будто прочитав мысли консьержа молвила девушка, облокачиваясь на деревянную стойку ресепшена. Фрэнк удивлённо приподнял брови. Только сейчас он осознал, насколько красивая и в то же время измученная девушка стоит напротив него. Высокая, болезненно худая, в черных джинсах и ярко-красной толстовке. Каждое её движение было грациозным и "рваным", словно ей было больно от каждого своего движения, от каждого своёго вздоха. Лучи утреннего солнца не касались её бледного лица, но в свете преломлений, оно будто бы светилось изнутри. Кожа казалась гладкой и ровной. Красивый аккуратный нос, высокие скулы, длинные линии бровей и обрамленные пушистыми ресницами глаза, которые так предательски напоминали Фрэнку о море. Густые черные волосы были собраны в длинную косу, которая, обвивая шею, заканчивалась в области груди. — Когда ты ждешь от нового дня чудес, то их не происходит, — неторопливо произнес мужчина, сиплым голосом. — Ожидания никогда не оправдываются, — ответила незнакомка. Её потрескавшиеся бледно-розовые губы с трудном искривились в болезненной улыбке. — Простите, я очень устала... Можно мне заселиться? Les Miserables!* (лат. "Отверженные"). Лицо Фрэнка вдруг побледнело, взгляд потух. Как же он не догадался о том, что столь необычная особа, не может быть человеком? Его утро и правда, было не самым удачным в этом году. — Hic est tectumque! (лат. "Здесь ваш приют") — Вижу, вы не в восторге от того, что я тут, — девушка, понимающе кивнув головой поправила сумку на плече, — Не переживайте, я не «монстр», я простой человек. — Дело отнюдь не в вас, а в моих ожиданиях, которые в очередной раз, увы, не оправдались. Но позвольте спросить, если вы «человек», то что вас сюда привело? — Фрэнк неторопливо снял связку ключей с гвоздика на стене. — Простите, сэр, но я пока не готова отвечать на этот вопрос хотя бы потому, что сама до конца не понимаю сути происходящего. — Ваше право! — незамедлительно отозвался Фрэнк выходя из своего скромного деревянного убежища в просторное фойе общежития. — Следуйте за мной мисс... — Сэймур. Селена Сэймур, — буркнула она невнятно, осторожно ступая за консьержем. Общежитие было большим и очень старым. На противоположной стороне от входа, справа, располагался длинный коридор. Деревянные полы скрипели от каждого шага и не спасали даже старинные узорные ковры красивого малинового цвета. Стены были местами ободранными, но вопреки всему, это придавало зданию некий шарм. Внутри было чисто. На полках и огромных цветах вдоль коридоров не было даже пылинки и Селена не сомневалась, что массивные люстры на потолках в фойе, не являются рассадником всякой заразы. Меж цветов вдоль коридора друг напротив друга стояли дубовые шкафы, битком набитые книгами и журналами. Пройдя их, совсем неожиданно обнажался небольшой проем, с каменной лестницей ведущей на верхние этажи. — Запомните то, что я вам сейчас скажу, — будто вспоминая важную информацию произнес Фрэнк резко останавливаясь. Селена, вздрогнув замерла, едва не ударившись о спину старика. — В этом здании проживает много людей, но никто из них не знает о существовании четвертого этажа и чердака. Вход на этот этаж закрыт для простых смертных и наверное, я являюсь единственным исключением этого правила. Настоятельно вас прошу, не нарушайте правил этого места и... Будьте осторожны со своими соседями. Для обычных постояльцев — это общежитие временное пристанище, но вот для некоторых обитателей четвертого этажа, это настоящий дом и поверьте, они живут там дольше, чем я и мои покойные мама и бабушка вместе взятые. — Но, люди ведь могут увидеть, как я выхожу, что мне им говорить в таком случае? —Селена не отличалась болтливостью, но скрыть своё существование в месте, где полно простых смертных - не самая простая задача. — Обычно, постояльцы не суют свой нос в ту часть, где находится дверь на ваш этаж. Они испытывают чувство сильного страха от одно лишь взгляда в тот угол. Правда изредка попадаются уникальные экземпляры. Но кроме как таблички на дверях: "Осторожно, не входить" они ничего не видят. — И эта табличка, останавливает любознательных индивидов? — усомнилась Селена, на себе испытавшая людскую любопытность. — Разумеется!.. Нет, — усмехнулся Фрэнк и впервые за всё время общения, девушка уловила в его голосе странные мрачные интонации. — Они конечно же заходят в эту дверь и некоторые, особо стойкие поднимаются по лестнице на четвертый этаж, но в итоге - их ждет небывалое разочарование! — Что же их останавливает? — поинтересовалась девушка, невольно подумывая о хитро сплетённых чарах и рунических символах. — Железная дверь, — глухо ответил Фрэнк. Повисла неловкая пауза. — Правда? — нарушая гнетущее молчание, спросила удивленная Селена. — Вы не поверите, как часто людей в жизни от успеха ограждает самая обычная, запертая на ключ металлическая дверь. Потянув за ручку и поняв, что дверь плотно закрыта, никто не бежит за инструментами, чтобы срезать у двери петли. Это было бы как минимум неловко, ведь им придется объясняться, зачем они это делают. А люди, не очень-то любят выглядеть идиотами в глазах других людей. — Ну, тогда мне не о чем беспокоиться? — неловко произнесла Селена, чьи догадки о сложных магических ритуалах потерпели неудачу. — Есть о чём, постояльцам четвертого этажа, строго настрого запрещено общаться с обитателями других этажей. Как только я внесу вас в реестр, и получу вашу роспись, вы попадёте под чары, — Фрэнк стал подниматься по ступенькам, кивком показывая о том, чтобы девушка следовала за ним, — эти чары сделают вас "неприметной"... — ... и каждый, кто будет смотреть на меня в упор, до тех пор, пока я с ним не заговорю, не увидит меня. — Продолжила Селена, бестактно перебивая консьержа. — Именно! — согласился Фрэнк, ничуть не смущаясь того, что ему не дали договорить. — Прекрасные чары, которые изобрели ведьмы желающие выжить во времена гонений! Как только ты перестаешь обращаться к человеку, он тебя забывает навсегда. — Чары в этом доме, работают не совсем так, как вы говорите, — снова толика мрачных нот в голосе Фрэнка, от которых у Селены пробежали мурашки. Она не боялась старика, но отчего-то, он казался ей пугающим, неприятным. Было в нём нечто, что заставляло считаться с ним с первых минут общения. Он был невысоко роста. Сильно сутулый, щуплый. Лицо его было усеяно глубокими морщинами. Большой, сморщенный нос, напоминающий переспелую грушу. Седые, с грязно желтым отливом волосы, аккуратно зачесанные назад. Грустные, бесцветные глаза раненной лани устало смотрели на собеседника из-под густых седых бровей. Двигался он неторопливо, еле поднимая ноги. Красно-черная форма ему совсем не шла. Она не придавала ему важности, он был худ для неё. И всё-таки, нет-нет да мелькал в его глазах тревожный огонёк. Что это за огонёк такой, Селена не понимала, но точно знала, что лучше соблюдать все правила в этом общежитии. Сталкиваться лично с разгневанным консьержем, она не хотела. — Как только вы заговорите с простым смертным - он умрёт. — Что?! Почему?! — Селена от удивления ахнула, едва не уронив сумку на пол. — Мы умеем хранить тайны и хозяин понимает, что сознание человека, куда более непонятно, чем сами люди. Он даже сравнивал разум человека - с вселенной, и пришел к тому, что есть в них что-то общее с Богом. Человек может случайно вспомнить и тогда тайна будет раскрыта. Хозяин здания, не хочет так рисковать, поэтому и меры принимает радикальные. — Могу ли я предположить, что после разговора со мной, вы умрете? — Безусловно не умру! Я ведь сказал, я единственное исключение из всех правил этого дома. — Фрэнк издал странные звуки и Селена не сразу поняв, что он так смеётся - вздрогнула. — Вот и третий этаж! Третий этаж не сильно отличался от первого. Разве что дверей, которые вели в разные комнаты, было больше, и картины на стенах, прикрывающие явные дыры, которые почему-то никто не хотел замазывать, были более массивными. Проход на четвертый этаж был в самом конце коридора. Проходя мимо ветхих на первый взгляд дверей, девушка слышала разные разговоры. Кто-то смеялся, кто-то громко кого-то отчитывал. В комнате 39 некто неизвестный заливисто храпел, а в комнате 40 незнакомый мужчина бессовестно громко распевался, видимо готовясь к важному выступлению. Неожиданно, когда заветный проход был почти достигнут, дверь под номером 42 распахнулась и в коридор вышла высокая черноволосая девушка лет двадцати в длинном белом платье. Она поспешно закрыла дверь на ключ и не оборачивая направилась к выходу. Селена от растерянности прижалась к стене. – Договор не подписан, – прошептал Фрэнк, давая понять, что правила ещё не вступили в силу. – Добрый день, Фрэнк, – голос девушки был низок и бархатист. Она вежливо улыбнулась консьержу и доброжелательно взглянула на Селену. – Добрый день мисс Робертс, хорошего вам дня, – кротко кивнув головой ответил мужчина. – Благодарю и вам! Мисс Робертс даже не оглянулась, она пронеслась мимо компании как порыв ветра, оставив после себя шлейф дорогих духов. – Видите, они даже не оглядываются! – восторженно подметил консьерж и пошел дальше. Вход на секретный этаж был самым обычным. За дверью с табличкой пряталась еще одна лестница, правда уже деревянная. С красивыми резными перилами. Ремонт тут вроде как был получше, стены не были такими потертыми, но что-то зловещее всё же витало в воздухе. Даже свет майского солнца, казался тут холоднее, чем был минуту назад в коридоре. Может быть, из-за странного голубоватого цвета небольших окон у самого потолка, а может из-за чар, пропитывающих эту территорию. Поднявшись по лестнице, Селена увидела ту самую металлическую дверь, абсолютно не вписывающуюся в стилистику пролёта. Как будто две разные эпохи столкнулись тут лицом к лицу. — Если дверь открыть ключом, магия сработает и вас не убьет страшным заклятием. — Я так понимаю, тут везде наложены чары смерти? — Не везде, — быстро спохватился Фрэнк, — только на входе и на окнах, но вам нечего бояться. Металлический замок щелкнул и дверь распахнулась. Упругая сила толкнула Селену в грудь, она, судорожно вздохнув сделала шаг назад. Мир на короткое мгновение расплылся, и она увидела черную комнату. Запахло затхлостью и гнилью. В центре комнаты стоял высокий стул, на нём кто-то сидел, но света свечи было недостаточно, чтобы разглядеть... — Мисс Сэймур, с вами всё хорошо? — встревоженный голос Фрэнка разбил наваждение на множество осколков. Селена с трудом сфокусировав взгляд на испуганном лице консьержа, неуверенно кивнула головой. Она даже не заметила, как вцепилась в край перил, сломав ногти на левой руке. — Простите, я правда, очень устала. — Одними лишь губами прошептала девушка. — Тогда, все бумажные дела мы оставим на потом. Пойдемте, я вас провожу к вашей комнате. — Фрэнк ускорил шаг. Выглядело это нелепо, он стал сильно пыхтеть и тяжело дышать. Ко всему прочему, он захромал и его движения стали неровными, словно он каждый раз проваливался в неглубокую ямку. Четвертый этаж был наполнен светом. Атмосфера почти не отличалась от всего здания. На стенах так же весели громоздкие картины с разными известными личностями. Разве что ковёр на полу был не малиновый, а изумрудно-зеленый и узоров на нём совсем не было. С потолка свисали хрустальные люстры, в стеклах которых игриво мерцали лучи утреннего солнца. — Ваша комната номер двенадцать, — пропыхтел Фрэнк, давая девушке ключи, — Она на противоположной стороне коридора, вторая, после общего зала. — Общий зал? — Да, комната номер десять переделана в общий зал, чтобы жителям этажа не было скучно холодными вечерами. Там есть телевизор и музыкальное оборудование, чтобы отмечать совместные праздники. В каждой комнате есть свой туалет и душевая. Бельё уже в комнате. У вас тихие соседи, поэтому думаю, мешать они вам не будут. — А кто мои соседи? — поинтересовалась Селена с интересом разглядывая номерки комнат. — В комнате номер одиннадцать уже много лет живёт старушка, впрочем, никто из постояльцев этажа её не видел, только слышали, когда она возвращается. Комната номер тринадцать... Закрыта. — Там никто не живет? — Когда-нибудь я возможно вам расскажу об этом, но можете не беспокоиться, тревожить ваш сон никто не будет. — пропыхтел Фрэнк останавливаясь возле комнаты Селены, прекращая разговор о комнате номер тринадцать. Девушка мимолетно взглянула на неё. Самая обычная бежевая дверь, такая же, как и все остальные на этом этаже с золотыми цифрами, глазком и железной круглой ручкой. Замок щелкнул и дверь в её новую обитель бесшумно открылась. Селена осторожно переступила через порог, оглядываясь по сторонам. Комната была просторной. В правом углу стоял большой диван, напротив старинный книжный шкаф и такой же старинный деревянный стол с двумя стульями. Рядом со входом в комнату, слева, стоял компактный шкаф для вещей, справа же, была еще одна дверь, ведущая в уборную. — Скромно, но уютно. — Подметил консьерж, — Кстати, кажется, я забыл представиться. Меня зовут Фрэнк и с этого дня, я ваш друг, пока вы не нарушите правила, разумеется. Селена вздрогнула от интонаций в голосе старика и улыбнувшись, заверила его, что нарушать ничего не собирается. — Прекрасно, — пропыхтел Фрэнк, подходя к окну и распахивая тяжелые бархатные портьеры. Комнату заполнил свет. Окно оказалось огромным. Селена подошла к нему и с удивлением для себя отметила живописный парк на противоположной стороне улицы. — Я и не думала, что мои окна будут выходить на парк! Это прекрасно! — ахнула девушка от восторга. Солнечный свет ласкал её кожу и слепил глаза. Усталость навалилась на её плечи, и она каждым уголком своей души ощутила эту тяжесть. — Что ж, хорошего отдыха! Все бумажные дела, мы с вами решим после вашего пробуждения. Селена даже не заметила, как Фрэнк оказался в коридоре и не успев попрощаться, увидела, как захлопнулась за ним дверь. — Забавный старичок. — Пробурчала она себе под нос, бросая на пол тяжелую сумку с вещами. Она, не раздеваясь легла на диван, мысли её хаотично метались в голове, утаскивая её в пленительные объятия сна. Так много всего случилось за этот месяц, что хотелось просто выспаться. Просто отдохнуть. Почувствовать себя в безопасности.