Да или Нет?

***

Связан ли глаз бога с самим человеком? Или он служит лишь катализатором способностей? Итэр стал задаваться этим вопросом с того самого дня, как побывал в Сумеру. Наблюдая за тем, как человек получает глаз бога. Когда он вернулся в свой номер в Ваншу, ему было, если честно, не до еды. В отличие от Паймон. Она сразу же покинула путешественника и направилась в сторону кухни, поедая запасы продуктов повара на складе, а потом и вовсе его добивая своими заказами на тысяча и одно блюдо. Итэр снимает шарф с плеч и складывает его аккуратно на спинку стула. Проводит ладонью по предплечью в бинтах и немного шипит от боли, но если бы он не принял удар огромной механической ладони своими руками — превратился бы в оладушек. После информации, полученной от Нахиды, внутри такие… Странные чувства, ведь неужели его сестра Люмин вовсе и не сестра ему? Итэр безумно запутался, между бровей появляются складочки, а взгляд щурится и прожигает пол в номере. — Тебя беспокоит что-то. Раздаётся со стороны окна низкий и немного даже охрипший голос, словно только после сна. Но Итэр знает, что Сяо спит только в его присутствии. Итэр никогда не забудет тот день, как Сяо рядом с ним отпустил копьё из рук и окончательно расслабил плечи. Тогда посиделки в тишине на крыше стали ключом доверия. В тот момент блондин и мечтать не мог, чтобы адепт коснулся своим лбом чужого бедра и смог равномерно и спокойно дышать во сне, полностью доверившись ему. Итэр не смел даже касаться его волос, максимум мог позволить себе наблюдать за ним. Если раньше от этого внезапного голоса за спиной светловолосый бы подпрыгнул, то сейчас лишь слабо улыбается. — Верно, меня много что беспокоит на данный момент. Тихо кивает блондин и глубоко выдыхает полной грудью. Разворачивается, и перед его глазами адепт, который переступает через окно и встаёт ботинками на пол, издав соответствующий звук и звон колокольчика на поясе. Сяо подходит и останавливается в метре, оглядывая его в ночном свете своими золотыми кошачьими глазами. Итэр опускает взгляд на глаз бога на кисти демона и затупляется на пару секунд. Брюнет же только выгибает бровь. — Можно я возьму твой глаз бога? — спрашивает Итэр и поднимает любопытные медовые глаза на бледное лицо охотника. — Зачем? Лишь сухо спрашивает Сяо и скрещивает руки на груди, напрягая плечи. Он явно не рад такой просьбе, учитывая его суженные глаза. — Меня кое-что интересует. — Так спроси. — Я хочу сам проверить. Итэр снова поднимает взгляд с глаза бога, и его уголок рта немного дёргается вверх. Сяо отворачивается, и прядки его волос забавно метнулись из стороны в сторону. Адепт никогда не любил смотреть в эти глаза, ибо отказать бывает очень трудно. Но глаз бога для человека — это невероятное сокровище, но ведь Сяо способен прожить и без глаза бога, верно? Хотя бы денёчек. — Двадцать четыре часа и потом я сразу же тебе его отдам. Сяо переводит взгляд со стула с бежевым шарфом на парня и цокает, снимает с перчатки свой глаз бога и подносит к чужой протянутой руке. Остановливает руку над ладонью путешественника и сжимает глаз бога, через силу отдавая его в чужие руки. — Двадцать четыре часа, ни минутой больше. Ни секундой, — последние слова он прорычал близко к чужим губам и отстранился от Итэра. Блондин смотрит на бирюзовый камень, и он немного увесистый, холодный и выглядит как обычный драгоценный кристаллик. Блондин видит, что Сяо уже хочет его покинуть и вернуться обратно на крышу, кончиками пальцев хватает за ткань на руке адепта, останавливая его. Сяо хмуро оборачивается и с вопросом смотрит на светловолосого. — Да или нет? — шепчет Итэр и сжимает глаз бога в руке. Даёт брюнету подумать и получает в ответ слабый кивок. Медленно касается своими губами чужой холодной щеки и так же отстраняется. — Спасибо. И в ту же секунду демон пропадает в тёмной дымке, оставляя после себя слабый холодок. Итэр прикрывает глаза и мотает головой, уходя в сторону постели. Прячет глаз бога под белую подушку и снимает штаны, чтобы наконец-то уснуть после тяжёлого дня. Расслабляет макушку на подушке и задувает свечу на тумбочке рядом. Переворачивается на бок и достаёт камушек, разглядывая в руках. Вещь мерцает светом, осветляя чужие румяные щеки. Прячет обратно под подушку и прикрывает ресницы, слушая пение сверчков на улице из приоткрытого окна.

***

Утром они покинули Ваншу и направились обратно в Сумеру, ибо у Итэра до сих пор остались вопросы. Он надеялся перепросить у Нахиды детали. Но сразу же дойти до города не вышло, темнело быстро, а дорога через разлом не лёгкая. Паймон всё не унималась и просила сделать привал на перекус. Блондин всеми силами отбивался от неё и давал в руки ей то фрукты, то овощи. Но ей мало. Нервы сдали, и только тогда они сделали лагерь. Итэр оставил свой чайник в своём номере в Ваншу, ибо попросту забыл. Паймон сидит у костра и пожирает последние запасы пирожков и жареной курицы. Парень же валяется в палатке и рассматривает глаз бога. Проводит большим пальцем по нему и немного сжимает в руках. — Паймон, а глаз бога напрямую связан с хозяином? — Без понятия, у меня его нет! — кричит с набитым ртом подружка. — Спасибо… Шипит Итэр и приподнимается в сидячее положение. Прикрывает рукой палатку и закрывает её, чтобы немного посидеть одному. Может быть, за эту выходку Сяо устроит ему самую тяжкую битву между ними за всю его жизнь. Но он снова поглаживает пальцем камень и касается его губами.

***

Брюнет сидит на крыше и наблюдает за людьми снизу. Сначала в его груди зародилось неприятное давление, словно ему слабо кто-то давит на грудь. Сяо это стало раздражать, настолько сильно, что деревяшка под его ладонью трещит. Он уже тридцать три раза пожалел, что доверил свой глаз бога Итэру. Он не был уверен до конца, что творит это Итэр, но внутреннее предчувствие его не подводило. В следующие минуты давление исчезает, но вместо него по коже бегут мурашки, а с губ срывается тяжёлый вздох. Сяо отходит от края крыши и отползает на середину. Сжимает руками ткань на предплечье и бегает глазами по деревяшкам. Внутри его груди стучит сердце, а тяжёлое дыхание не может прийти в норму. Сяо скрипит зубами, и по коже бегут мурашки. Оглядывается в надежде найти человека, который способен творить такое. Но этот человек сейчас находится за километры от охотника и безнаказанно может творить всё, что ему вздумается. Эти мурашки бегут от шеи по груди и ниже, останавливаясь внизу живота, скапливаясь в неприятный комок нервов. Сяо падает на спину и сжимает ткань на груди, пытаясь чуть ли не разорвать её в клочья. В голове появляется дымка, а выпускать тяжёлые вздохи хочется всё чаще и чаще. Облизывает сухие и потрескавшиеся губы кончиком языка, пытаясь их хоть чем-то смочить. — Д-демон. Сяо психует лишь тогда, когда эти мурашки начинают ползти уже ниже, и коготками царапает дерево, на котором сейчас лежит. С губ срывается тихий и сдержанный голос, а рука неосознанно тянется по ткани ниже. Но он резко сжимает кулак, с низким рыком исчезает в дымке, ища своей аурой слишком любопытного человека в его жизни. Сразу же появляется в палатке на границе с разломом и ищет глазами блондина. Грохота он создал немало, а румянец на его щеках говорит сам за себя, так же, как и его тяжело вздымающаяся грудь. Палатка немного дёргается, а на полу рядом с ним сидит Итэр, держа близко к лицу анемо глаз бога, а от него идет тоненькая ниточка слюны до немного покрасневших и опухших губ. Итэр хлопает глазами и немного улыбается. — Всё-таки связаны… — Мелкий… Глаза адепта светятся золотым цветом от злости, а щёки покрасневшие из-за возбуждения. Договорить шипением он не успевает, так как Итэр снова касается губами глаза бога, и того чуть ли не скручивает. Блондин снова позволяет уголкам рта подняться выше, а в глазах заиграли и заплясали маленькие демонята. — Да или нет? — спрашивает увлечённый занятием светловолосый, касаясь кончиком языка глаза бога, доводя Сяо перед собой до мелкой дрожи и сильного шипения. Но его оставляют без ответа, ведь за ворот облегающей кофты поднимают с пола и исчезают во мраке, оставляя Паймон одну есть свою жареную курочку. Она даже не услышала грохот и тихое шипение знакомого ей Адепта до этого. Сяо за ворот прижимает к стенке парня, немного даже ударяя Итэра макушкой о дерево. Но путешественнику всё равно на головокружение и слабую боль после такой поездки и от удара головой о стенку. Когда перед ним разгорячённый, злой, возбуждённый адепт, который скрывал любые свои эмоции, то на всё остальное становится мгновенно плевать. Путь хоть руку откусит, пусть оставит без глаза или вырвет ребро, он всё равно будет наслаждаться малозаметными деталями. — Весело тебе? — Ага. Честно кивает путешественник и проводит пальцем по мокрому от слюны глазу бога. Сяо стискивает зубы и отбирает свою вещь обратно, складывая её в перчатку. Но тяжёлое дыхание не смогло восстановиться и прийти в норму, а сердце не может перестать стучать и бить по рёбрам. Шалость Итэра снова удалась, а тысячелетняя стойкость Адепта пала снова крахом. Сяо тянет за шарф парня и утыкается лбом в чужой, сильно сдерживаясь. Сжимает губы в тонкую линию и игнорирует большие медовые глаза. — Ты не дал мне ответ, — не унимается светловолосый, уже готовит руки, чтобы обнять его за шею. Сяо тупит очень сильно, наверное, полминуты точно, но Итэр выжидает. Он ждёт, пока ему разрешат, словно верный пёс. Будь у него хвост, сзади бы он вилял из стороны в сторону. — Да. Прохрипел парень, и Итэр мягко коснулся губами чужих, прикрывая длинные ресницы. Рукой касается чужой груди и сжимает кофту, утаскивая к себе, ближе к стенке. Сяо сразу же кусает верхнюю губу путешественника, в то время как блондин оттягивает мягко нижнюю и мычит. Итэр немного скучал по уединениям, но сил на это не было ни у него, ни у Сяо. Максимум, который мог позволить себе блондин, так это поцелуй в щёку и мгновенное одиночество. Сейчас же ему нравится, что происходит. Безумно, до пьяного состояния без капельки алкоголя внутри организма. Светловолосый поднимает руки и обнимает чужую шею, а на своих бёдрах ощущает жёсткие перчатки и силу, с которой ладони сжимают его тазобедренные косточки. Брюнет кусает, оттягивает губу, и из его горла вырывается рычание. А оно вполне доводит до потери равновесия парня, заставляя растечься в чужих руках, словно сладкий и прохладный мёд. Итэр первый отстраняется и напоследок в ответ кусает губу, ощущая своё возбуждённое состояние снизу. — Позволишь? Блондин помутневшими глазами смотрит в чужие золотые, в которых можно увидеть явное желание. Руку опускает на чужой пояс, и уголки губ снова дрожат. Ему безумно хочется улыбнуться намного шире, но боится спугнуть Адепта своими эмоциями. Брюнет снова рычит и опускает свою лохматую макушку на чужое плечо, щекоча кончиками волос кожу. Итэр воспринимает это как «да» и развязывает верёвки на чужих бёдрах, немного приспуская ткань. Чтобы позволить себе коснуться чужой плоти кончиком пальца и услышать тихое шипение у своей шеи. Блондин опускает взгляд и делает из двух пальцев кольцо, проводя по плоти темноволосого. Сяо отодвигает одной рукой шарф с шеи и проводит своими клыками по тонкой коже путешественника, опаляя её горячим дыханием. Вторая рука сжимает оголённую талию путешественника, немного впиваясь коготками, и царапает кожу. Его острый слух позволяет слышать, как стучится сердце Итэра и насколько сильно сбито его дыхание. Демон делает укус на шее, когда Итэр немного сильнее сжимает рукой его внизу, пытаясь сдержать вздохи.

Сяо тихий во время интимных вещей. Даже во время поцелуя пытается дышать тихо, но это плохо выходит, когда с ним этот человек.

Итэр касается губами чужой макушки и срывается на тихий стон, когда его шею кусают, а после и вовсе зализывают языком ранку. Блондин приспускает ткань своих свободных штанов и прижимает брюнета ближе к себе, чуть ли не соприкасаясь грудью с чужой. Берёт в одну ладонь две возбуждённых плоти и делает первое и медленное движение, срывая стон с губ на чужое покрасневшее ухо. Сяо кусает его каждый раз, когда ему нужно сдержать свой голос. Брюнет ощущает, как болезненный комок снизу развязывается и приносит ему запретное удовольствие. От этого его голову окончательно кружит, как и голову блондина. Итэр делает медленные движения и продолжает выдыхать на заострённое ухо Адепта, иногда касаясь его губами и шипя от сильных укусов уже на плече. Сжимает немного сильнее ладонь и слышит уже несдержанный вздох у своего плеча, от которого колени начинают дрожать. — Я люблю тебя. Шепчет на ухо и касается ушной раковины губами, увеличивая темп ладонью. Сяо снова рычит и отрывается от шеи, чтобы в ответ укусить за мочку уха, чуть ли не сделав в ней своим клыком вторую дырку для серёжки. — Коснись меня… — тихо стонет парень, второй рукой сжимая волосы на загривке парня.

Итэр разговорчив, он любит раскинуться словами во время интима. Что приводит к покрасневшим кончикам ушей Адепта .

И Сяо касается, касается его губ своими и снова кусает, проводя кончиком языка по нижней губе. Слизывает крохотные капельки свежей крови из маленьких ранок. Оба ощущают, что скоро закончат, и потому Итэр доводит обоих до окончательного удовольствия. Брюнет снова утыкается лбом в плечо и вгрызается в шею, напрягая плечи. Наслаждение током простреливает снизу живота по позвонку и доходит до затылка, заставляя обоих потерять зрение и разум. Удвоенное тяжёлое дыхание заполняет пустую комнату, а градус чужих тел не даёт им замерзнуть от приоткрытого окна и холодного ветерка. Итэр первый приходит в себя и вытирает густую жидкость, растекающуюся между его пальцами, о кончик шарфа. Сразу же снимает его со своих плеч, потом постирает в речке, а пока он наслаждается тяжёлым дыханием «холодного» Адепта у своей шеи и слабой дрожью в чужих плечах. — Отнеси меня обратно в палатку. У Паймон будет истерика… Хихикает блондин и снова касается губами уха брюнета. Сяо убирает руку от поцарапанной талии и обнимает Итэра за поясницу, прижимая к себе ближе. Он лишь кивает на просьбу и вдыхает аромат парня, а светловолосый улыбается, пока его не видят. — Я тебе больше глаз бога не дам, — рыкает в шею и снова проводит кончиком языка по ранкам. — Мне он не нужен, я узнал уже всё, что мне надо… — снова хихикает путешественник и приобнимает того за плечи, наслаждаясь чужим теплом.

***