Dark stories

15 июля 1992 года — Я не понимаю, ты на метле что ли раньше не сидел? Что за херня, сынок? Нахмурившийся Маркус вздохнул, но на отца по-прежнему старался не смотреть. Септимус сидевший за обеденным столом напротив него, наоборот очень внимательно изучал младшего сына. — Ты блять не понимаешь, о чем я тебе говорю? — Я понимаю, — сквозь зубы процедил Маркус. — Ну тогда я жду хоть каких-то пояснений. То, что я видел это уровень десятилетки. Это не выход из виража, это херня редкостная. Я сейчас не буду считать, сколько ты потеряешь в скорости, но там прям пиздец. — А я типа не в курсе, да? Конечно я в курсе, — Маркус, наконец, перестал вертеть чашку с кофе и отпил. — Ты мне блять сейчас не хами! — слегка повысил голос Септимус. — В курсе он! Если ты в курсе, то что за херня, я еще раз повторяю. — Я говорил уже, — Марк был недоволен и собой и тренировкой и не мог понять, что хочет от него отец. — У метлы крен, я не могу ее с такого угла вывести на нужную глиссаду после выхода из виража, и получается то, что получается. — Вот не надо мне тут зубы заговаривать. Даже при крене можно вывести хорошо, если заходить в вираж под более острым углом, потому что… Донна, что за херь? Эльфийка в кружевной наволочке, появившаяся в столовой поклонилась и дрожащим голосом сказала: — Простите хозяин, но к Вам мистер Малфой с сыном. — Ну, еб твою мать! — Септимус недовольно взглянул на часы, показывающие пятнадцать минут второго. — Ну зови их, че. Маркус осторожно, чтобы не привлекать внимание отца встал, но тут Септимус удивленно заметил: — А куда ты собрался? — Так к тебе Малфой пришел, — недоверчиво посмотрел на отца Маркус. — Мне-то, что тут ловить? — Так, сел и допил кофе. Я тебя еще никуда не отпускал, — Септимус показал рукой на стул. — Если у Люциуса проблемы со временем, и он припирается на пятнадцать минут раньше — это проблемы Люциуса. Что, мне или тебе теперь из-за этого мудака кофе не допивать? Мы с тобой договорим, а он посидит, послушает, раз так дома не сидится. Маркус сел обратно, тяжело вздохнув и попытался допить кофе. Вкус почти не чувствовался. Тренировка была неудачной, он это знал и выслушивать дополнительные претензии от отца не хотелось. Метлу надо было менять. В столовую вошли Люциус Малфой с сыном. Люциус был в длинной бархатистой мантии черного цвета, расшитой серебряными листьями. Длинные платиновые волосы, убранные в аккуратный хвост, украшенный большим черным бантом, дорогие перчатки, трость. Драко также одетый во все черное, но без таких изысков, довольно улыбался. Ему нравилось ходить вместе с отцом по делам. А уж когда дело касалось квиддича, то это был просто подарок. Люциус слегка улыбнулся и кивнул, в качестве приветствия. — Септимус, друг мой, я рад тебя видеть в полном здравии, — Малфой снял перчатку и протянул Септимусу руку, которую тот, встав со стула, неохотно пожал. — Позволь представить тебе моего сына Драко. — Да знакомы вроде с Мелким-то. Че как? — Септимус пожал руку Драко, который дернулся, не ожидая такого крепкого рукопожатия. — Спасибо, мистер Флинт, все хорошо. — Драко тогда был еще ребёнком, а сейчас ему уже 12. Маркус, — Люциус повернулся к Маркусу. — Рад тебя видеть. — И я Вас мистер Малфой, — подняв взгляд на гостя, заученно отчеканил Маркус. — Люц, мы с тобой вроде на половину забивались. Так что вот садись сюда и кофе пей, а я пока с сыном закончу. Донна, принеси два кофе, — крикнул Септимус. — Драко кофе не пьет, — пытался пояснить Люциус, но Септимус уже не обращал на него никакого внимания и вернулся на свой стул. — Так, на чем мы там с тобой остановились? — На глиссаде, — с раздражением ответил Маркус. — Точно! — Септимус хлопнул рукой по столу, и начал рисовать на столешнице пальцем. — Если войти в вираж под более острым углом, то даже с креном ты на нормальную глиссаду выйдешь. Так что не пори мне херню. — Да нет тут херни! — Маркус злобно посмотрел на отца — Метла с креном, мне не выйти так. Я типа что первый день на метле, я типа по-твоему не врубаюсь? — Ну, видимо, нет, — Септимус был раздражен. — Где блять острый угол? Что-то я нихуя не увидел! Даже попытки какой-то. — Септимус, извини меня конечно, — вмешался в разговор, встревоженный Малфой, — но я тут с сыном. — А я блять с кем? — Септимус удивленно посмотрел на Люциуса, а затем продолжил. — Метла у него с креном! Херня это все. — Да я плохо захожу в такие углы, — Маркус старался держать себя в руках, но получалось не очень. — Я ж не технарь, я не мелкий. Мне так не войти. — Ах, ты плохо в такие углы заходишь! Ты ж мой сладкий! — Септимус наигранно приложил руку к сердцу, а затем жестко потребовал. — Планер мне дал! Маркус, уже зная, чего ему ждать, чуть помедлив вынул черный планер и, перегнувшись через стол, передал отцу. Септимус взял планер, открыл и стал листать. — Он не может войти в такой угол. А с бабами встречаться значит может, да? Хоть бы имена блять не писал. Марк, ну еб твою мать, никакой конфиденциальности. — Это не тот месяц, — невозмутимо пояснил Маркус. — Сейчас июль, у меня там никаких баб нет. — Я бы на твоем месте этим не гордился, — Септимус достал палочку и аккуратно прикоснулся к открытому листу. В расчерченной таблице появлялись новые записи. Затем внимательно изучив, он удовлетворенно закрыл планер и отлеветировал его сыну. Маркус открыл блокнот и скривился: — А когда мне отдыхать? У меня типа каникулы. — Когда нормально из виража начнёшь выходить, тогда и отдохнешь, — Септимус не мигая смотрел на младшего сына. — Да у меня и так тренировки каждый день, а ты еще добавляешь! — недовольно заметил Маркус. — Ну, значит этого недостаточно. Вот еще позанимаешься. Или забей, но ни одному клубу на хер не упал такой охотник, — Септимус вопросительно посмотрел на сына, а затем добавил. — Хочешь в клуб, будешь у меня с утра до ночи пахать, на метле спать будешь! Я ясно выражаюсь? — Да, — Маркус вздохнул и захлопнул планер. — Не слышу? — Да, сэр! — чуть громче сказал Марк и встал. — Мне можно уйти? — Можно, — Септимус отпил кофе. — Ты к Корри собрался? — Да, — кивнул Маркус. — Мне нужно эссе по травологии написать. — Ну, сходи к Корри, перекатай с него, — взглянув на часы Септимус задумался. — К ужину вернёшься? — У меня тренировка в пять, так что к пяти вернусь, — пояснил Марк. — Ну и лады. Все пиздуй нахер! — Септимус махнул рукой. — Бесишь меня сегодня! Маркус, попрощавшись с Люциусом и Драко, вышел из столовой. Септимус устало покачал головой. — Вот чем старше, тем хуже. Хамит же еще блять. Ладно, пока что я свои отцовские обязанности выполнил, давай к твоему делу перейдем. — Ты разрешаешь ему списывать? — Люциус неодобрительно смотрел на Септимуса. — Че? — Септимус сначала не понял, что имеет в виду Малфой. — А ну, так конечно. Что значит разрешаю? Я очень на этом настаиваю, тем более у него такой Корри есть. Марк не самый мой умный сын, он в квиддиче хорош, а травологию пусть лучше с Корри перекатает и сбережет всем нервы. И себе, и мне, и мадам Стебль. — Ты не думаешь, что ты оказываешь ему медвежью услугу? — Люциус удивленно поднял бровь. — Это ведь может испортить ему жизнь. — Ну, вот я с тебя семь лет списывал и вроде все норм, — Септимус допил кофе и внимательно посмотрел на Люциуса. — Драко, я тебе списывать не разрешаю, если что, — повернувшись к сыну, сказал Люциус. — Так что? Квиддич вроде? Ты про квиддич что-то хотел обсудить, — Септимус улыбнулся, предвкушая интересную беседу с Люциусом о квиддиче. Можно будет глумиться не переставая. — Да, — соглашаясь с Септимусом, Люциус кивнул. — Мой сын хочет играть в команде Слизерина по квиддичу. Он давно уже занимается. И я хотел, чтобы ты посмотрел и может какие-то свои рекомендации дал. — Ну, давай глянем, — Септимуса начинала забавлять эта ситуация. — Не уверен, правда, что Маркус набирать кого-то будет. Вроде у него полный состав. Но в запас всегда игроки нужны. Пойдем на задний двор, покажешь, что как. Люциус растерялся. — Зачем нам на задний двор? — Летать, — невозмутимо пояснил Септимус и встал. — А я думал, ты воспоминания посмотришь, я вот захватил, — Люциус вынул из кармана несколько пробирок с туманом. — Не, нахер, — отмахнулся Септимус. — Я сам лучше гляну, вживую. Метлу взяли? — Нет, мы как-то не рассчитывали, — Люциус беспокойно взглянул на сына. — У нас и времени не очень много, да и Драко не по форме одет. — За полчаса управимся. Не по форме и хер с ним. Мантию снимет, и в костюмчике полетает. Люц, вот блять, идти на просмотр без метлы. Ладно, сделаю скидку, поскольку ты к квиддичу очень не близок. Донна! — перед Септимусом снова появилась эльфийка. — Глянь Марк уже упиздовал или еще здесь. Если здесь, то пусть сюда метлу свою занесет. Эльфийка поклонилась и исчезла. Через пару минут в столовую зашел настороженный Маркус одетый в штаны для квиддича и майку. На плече у него была метла — И куда ж ты мой сладкий в таком виде собрался? — спросил с издевкой Септимус. — Точно ли к Корри? Или по бабам? — Нет, — Маркус как обычно сарказма не понял. — У меня на июль бабы не запланированы. Зачем тебе метла? — Посмотрю, что там за крен, — Септимус протянул руку. — Давай сюда. Маркус поколебавшись несколько секунд неохотно отдал метлу. — Все теперь свободен, — Септимус показал на дверь и Маркус еще раз попрощавшись, ушел. — Не по бабам, конечно. А нахера тогда в квиддичную форму рядиться? — Люциус удивленно посмотрел на Септимуса, а тот пояснил. — Потому что бабы обожают игроков в квиддич. Во время матча можно слышать, как с них трусы от предвкушения слетают. Хочешь трахнуть телку, переоденься в форму и вперед. — Драко не слушай его, — Люциус обеспокоенно посмотрел на сына, который кажется, наслаждался такой обстановкой. — Драко, слушай меня, — усмехнулся Септимус. — Я тебя жизни-то научу. — Давай ты остановишься только на своих детях, — Люциус выразительно посмотрел на друга. — И не будешь передавать это сакральное знание дальше. — Как скажешь Люц, — засмеялся Септимус, затем закинул метлу на плечо. — Ну пошли.

***

Септимус с метлой на плече шел впереди, не обращая казалось никакого внимания на гостей. Люциус пытался идти быстро, но не бежать, потому что бегать, по его мнению, было неприлично. Драко отстал от отца на пару шагов. Люциус беспокойно оглядывал дом. Они пересекли большой холл и зашли в один из коридоров. Все выглядело довольно мирно, но Люциус помнил, что происходило в этом доме. Это спокойствие было обманчивым. Решив как-то отвлечься, он сказал Септимусу в спину: — Твой отец со мной не поздоровался, кстати. — Да, он тебя не очень любит, — усмехнулся Септимус. — Забей. — Он вообще разговаривает? — чуть холоднее уточнил Люциус. — Ну, в целом да, — Септимус казалось, не понял подкола. — Марку все замечания делает, что тот вылитый отец. Но Марк считает это комплиментом. Да Люц, не парься. Он и при жизни был с прибабахом. А уж в виде портрета совсем странный. Так, нам сюда. Септимус завернул из коридора вправо и, открыв дверь, они вышли во внутренний двор. Несколько скамеек, коротко подстриженная трава, чуть вдалеке возвышались три позолоченных кольца. Люциус вздохнул — они оказались на поле для квиддича. Сам он эту игру не любил и не понимал, поэтому чувствовал себя неуверенно. А вот Драко от удивления замер. Да, обычно внутренние дворы выглядели иначе. Люциус надменно ухмыльнулся: — Зачем ты у себя дома сделал стадион? — Я взрослый мальчик и могу позволить себе стадион на заднем дворе, — не обращая внимания на Малфоя, ответил Септимус. — Это не стадион, Люц. Это тренировочная база. Посмотри, размеры не те. — Ну, тут я тебе поверю, — Люциус оглядывался вокруг. — Не знаток стадионов. А зачем он тебе, тем не менее? — Я тут Марка дрессирую, да и сам молодость вспоминаю. Ты бы тоже такой сделал, если сына хочешь в квиддич отдать. Так Малой, иди сюда. Снимай мантию, — Драко поспешно расстегнул и положил на скамейку и остался в черной водолазке и брюках. — Держи, — Септимус подал ему метлу. Драко с некоторым волнением взял ее. — Метла капитана сборной Слизерина. Ничего себе! — Угу, практически святыня, — ухмыльнулся Септимус. — Давай, покажи, что умеешь, заодно посмотрю есть ли там крен, или кто-то очень умный и хочет себе новую метлу. Драко с опаской сел на метлу и, задержав дыхание, поднялся в воздух. Ветер был холодный, метла плохо слушалась. Подножки были настроены очень неудобно. Оглянувшись на ожидающего отца и внимательно наблюдающего мистера Флинта Драко поднялся еще выше к кольцам, описал дугу справа, затем, как учил его тренер, слегка наклонил метлу и вошел в малый вираж. Метла его не слушалась. Было тяжело. Он напрягся и описав еще два круга сделал переворот вокруг оси метлы и спикировал вниз. Еще раз это повторять он не хотел. Отец выглядел довольным, а по мистеру Флинту он не мог понять понравилось тому или нет. — Неплохо да? Для двенадцати лет, — в голосе Люциуса слышалась гордость. Драко улыбнулся. Это явно стоило того. — Вполне, вполне, — Септимус прищурился и после того, как Драко спрыгнул с метлы взял ее в руку. — Покажи мне финт Вронского. Драко опешил. Это был сложный элемент, и он никогда его не делал. По правде говоря, он слегка боялся его выполнять. Но он ведь был еще ребенком, а детям его делать не разрешают. — Я не делаю его, я ведь ребенок, — Драко покачал головой. — Вообще ни разу не делал? — Септимус выглядел удивленным. — Никогда? — Нет. Это опасно и мой тренер мне не разрешает, — Драко посмотрел на отца, ища поддержки. Люциус был в замешательстве. Он не мог понять должен был Драко его делать или нет. — А ну да. Я что-то позабыл, — Септимус слегка скривился. — Я ж с обычными игроками работаю, а не с детьми. Ладно. А встань на метлу. Драко снова удивленно посмотрел на мистера Флинта. Его тренер запрещал вставать на метлу, говорил, что это уровень профессиональных игроков. Ему до этого еще далеко. — Я еще ребенок. — И че? Это ж прикольно. Давай! — Септимус повернул метлу горизонтально, отпустил, и она сама повисла в воздухе. — Тут высоты то метр. Драко снова посмотрел на отца. Тот по-прежнему не мог понять насколько это необходимо, но кивнул на метлу. Люциусу уже становилось неловко перед другом. — Я не умею, — Драко ощутил страх и четкое нежелание делать это. — Ой, да блять, было б, что тут уметь. Марк то уже свалил. Ладно, сам покажу. Септимус снова взял метлу, в руку и, оседлав ее, поднялся в воздух, пролетев по дуге над Люциусом и Драко, он развернулся и, зависнув на метр у земли, сказал: — Смотри! Ногами упираешься в подножки сильнее, руками берешься чуть впереди, не где обычно, затем переносишь вес тела на руки и, — оттолкнувшись от подножек, он поставил обе ноги на древко, — прыгаешь на метлу. Затем руки отпускаешь, ноги слегка присгибаешь в коленях и выпрямляешься, — Септимус встал во весь рост. — А дальше чувствуешь метлу, держишь баланс. Никакой магии. Все ясно? — Драко нервно кивнул в ужасе наблюдая за всем. А Септимус спрыгнув с метлы сказал. — Повтори. Драко осторожно взял метлу, снова поднялся в воздух и завис в метре от земли перед отцом и мистером Флинтом. Ему не хотелось все это делать. было непонятно, страшно и то, что от него требуют, чего-то сверх его возможностей, ужасно раздражало. — Уперся ногами и на метлу прыгнул. Давай! — приказал Септимус. Драко нервно вздохнул. Ладони вспотели. Отец внимательно смотрел на него. Не хотелось перед ним выглядеть неумехой. Поэтому стиснув зубы Драко прыгнул. Он удивился, когда понял, что ноги попали на древко. — Согни колени, руками отталкивайся и выпрямляйся, — командовал Септимус. — Давай, Малой! Чуть быстрее. Драко медленно отпустил руки. — Не отпускай! — строгий голос Септимуса пугал. — Оттолкнись ими. Драко снова взялся за древко, потом попытавшись оттолкнуться, он медленно стал выпрямляться, боясь упасть. Его качало, он пытался не смотреть на землю. Дюйм за дюймом он пытался встать. Казалось прошла вечность. И вот он стоял на метле, боясь шелохнуться. Люциус приосанился, он был доволен. Септимус странно улыбнулся, наклонил голову на бок, обошел метлу, оценивая позу Драко, затем положил руку ему на спину и с ощутимым усилием толкнул. Драко от неожиданности не понял, как он упал. Вот он стоял, а через секунду он лежит на газоне. Левую руку пронзила боль. Он застонал и садясь прижал руку к себе. — Септимус, ты что сделал? Ты зачем его уронил? — Люциус в растерянности смотрел то на сына, то на друга. — Проверял, как он падает, а зачем еще это делать? — удивленно посмотрел на друга Септимус. — Кстати, падает херово. Вставай Малой, посмотрю твою руку. Драко неловко поднялся, а Септимус уже подошел к нему и выдернул левую руку вперед. Аккуратно, но сильно нажав большим пальцем провел от локтя до запястья, а затем также начал прощупывать пальцы. Когда он нажал на безымянный, Драко от боли закричал, но на Септимуса это никакого впечатления не произвело. Он наоборот надавливал на безымянный палец еще медленнее и еще сильнее, словно издеваясь. Каждый раз в руке словно вспыхивала боль. Драко старался больше не кричать, но немного стонал. Затем Септимус к облегчению Драко отпустил безымянный палец и взялся за мизинец. Боль пронзила с новой силой. Также тщательно ощупав палец, Септимус наконец отпустил Драко и ухмыльнувшись сказал: — У тебя сломаны только два пальца, а орёшь, как баба. Ну что это такое? — В смысле у него сломаны пальцы? — опешил Люциус. — Ты сломал моему сыну пальцы? — Люц, не ори, — Септимус покосился на друга. — Он упал с метлы и сломал два пальца. Поверь это такая херь. — Его надо срочно к колдомедику! — Люциус начал судорожно соображать. — Зачем? — Септимус смотрел на него, как на идиота. — Ну, он его вылечит. Костерост даст, — пытался придумать что-то Люциус. — Костерост и я ему дам. Нахер колдомедиков-то дергать по такой херне? — Септимус вздохнул и покачал головой. Люциус вечно создавал проблему из ничего. — Пошли. У меня костерост в доме. — Может это опасный перелом? — Малфой не мог понять такое явное безразличие к здоровью его сына. — Может там нужны специальные дозировки? — Не опасный, средние фаланги и сустав сломаны, — Септимус отмахнулся. — Срастётся минут за двадцать. Дозировки я и сам знаю. Люц, я сколько лет отлетал. Поверь, это даже не стоит того, чтобы нервничать. Ты блин кипешуешь, как будто он первый раз у тебя что-то ломает. — Вообще-то первый, — уже начиная злиться, выпалил Люциус. — Серьезно? — Септимус удивленно взглянул на Малфоя. — Ну ты пиздец. В теплице его держишь что ли? — Нет, — Люциусу стало немного неловко. — Просто Цисси очень переживает о его безопасности. — Люц, ему 12. Ну, при чем тут Цисси? — Септимус неодобрительно качал головой. — До трех лет понянчила и хватит. — В любом случае не говори Цисси про перелом. Хорошо? — Как скажешь, мой сладкий, — ухмыльнулся Септимус. Они вышли в холл. — Беатрис, любовь моей жизни. Что за цветы? Беатриче в длинном коралловом платье несла охапку белых цветов. — Молочные олеандры. Хорошо растут в этом году, но не знаю, что насчет свойств. Как ты думаешь повлиял дождь или нет? В этом Лондоне все дожди и дожди. Такой неприятный климат, фу прям. А сами цветы очень изящные, посмотри, крупные такие. Может их в спальне поставить или в холле? Не знаю, где лучше будут смотреться. Это так сложно. Люциус, как я рада тебя видеть, — Беатрис обняла его. — Какой ты красивый. А можешь повертеться, я на мантию хочу посмотреть. Санта Лючия! Это серебром вышито? — Беатрис, я тоже рад тебя видеть, — Люциус старался быть вежливым, но паника не отпускала. — Но давай в следующий раз. У меня у сына травма. — Два пальца сломал, — с усмешкой пояснил Септимус. — Слушай, ну он так на тебя похож, — Беатрис казалось, вообще не обратила внимания на слова о травме или на плачевный вид Драко. — Посмотри, от Нарциссы почти ничего. Септимус, ну согласись. И цвет волос невероятный. Вот знаешь, такой платиновый очень редкий, мне очень нравится. И то, что вы такие бледные, это прям очень красиво с таким цветом волос, — Беатрис снова взглянула на нервного Люциуса и ахнула. — Мерлин! Люциус, какой бант у тебя. Подожди, я посмотрю. — Ладно, Беатрис, — Септимус засмеялся. — Люца сейчас удар хватит. Его Малой свалился с метлы и сломал два пальца. Притащи костероста. — Ну ладно! Но бант, очень стильный, — Беатрис улыбнулась бледному Люциусу. — И добавь обезбола в костерост, — Септимус уже уходя, крикнул жене в спину. — Зачем? — Беатрис удивленно развернулась. — Ну, добавь, — Септимус остановился и, повернувшись, выразительно качнул голову в сторону Малфоя. — Я в комнату Корри Малого положу. Притащи туда. — А слушай, — вдруг спросила Беатрис. — Марко к ужину придет? Я у него забыла спросить, он после обеда сразу к Корри пошел. — Да, он раньше даже явится, — Септимус пытался уйти. — Хорошо, — Беатрис не обращала ни малейшего внимания на всю ситуацию. — А Октавио, не знаешь? Ты говорил с ним утром? — Слушай, я не их секретарь, — Септимус начинал злиться. — Думаю, придет. Он не говорил, что задержится. Все тащи костерост. Беатрис улыбнулась и завернула в соседний коридор. — Септимус, извини, конечно, — Люциус был в шоке, — но твоя жена ненормальная. Я говорю, что у моего сына травма, а она про бант спрашивает. — Люц, мои дети ломали все кости, какие есть у них в теле. Ее этими двумя пальцами ты вообще не впечатлишь. Как в целом, и меня. Так, заходите — они подошли к двери, и Септимус открыв ее пригласил их в комнату. Всучив метлу Люциусу, Септимус усадил Драко на кровать, затем, дождавшись Беатриче с бокалом голубого зелья, он подал его Драко. — Пей осторожно. На вкус так себе, но лучше, чем чистый костерост. Вот и молодец. А теперь ложись и спи, — Он уложил обмякшего Драко, укрыл его лежащим рядом пледом. Затем забрал метлу у непонимающего, что происходит Люциуса, и вытолкнув Малфоя вышел из комнаты.

***

Зайдя в свой кабинет, Септимус, достал палочку, взмахнул и отлеветировал в угол комнаты все предметы, находящиеся на огромном письменном столе из черного дерева. Затем обойдя стол, положил на него метлу и кивнул Люциусу на большой резной стул с подлокотниками. Люциус, немного помедлив сел, все еще с недовольством поглядывая на Флинта. — Люц, не криви ты рожу, — Септимус выравнивал метлу на столе. — Сейчас Малой поспит полчасика, у него все срастется и будет как новенький, и попрыгаете вы дальше по своим важным делам. — Прости, но для меня это не рутинное событие, — Люциус пытался оправдаться. — Поэтому, да я слегка взволнован и раздражен. Септимус вытащил из ящика стола несколько банок и тряпок, а затем начал внимательно осматривать прутья на метле. — Ты слишком трясешься над Мелким, а это ему неполезно. Тем более ты решил его в квиддич отдать. А он там себе много чего переломает, поверь мне, — не отрываясь от прутьев, пояснил Септимус. — Если ты так из-за двух пальцев паришься, то может квиддич — это херовая идея для твоего пацана? — Я не трясусь, — Люциусу уже надоело оправдываться, и он решил перейти к сути сегодняшнего визита. — Что в целом скажешь насчет Драко? Септимус взял одну из тряпок и стал выверенным движениями протирать ей метлу. — Честно, Люц. Идея херовая. Не заточен пацан под квиддич. — В смысле? — Люциус даже подался вперед. — Он же хорошо летает. Ты видел, как он вокруг метлы делает переворот. — Да это простенький трюк, его не запарно научиться делать. Я тебя могу научить за полчаса. Удивишь Нарциссу, — Септимус прищурившись, окинул взглядом метлу, затем открыл одну из банок, обмакнул в нее тряпку и начал аккуратно смазывать прутья. — Парень квиддич не любит, зачем тебе его мучить? — Он любит! — не согласился Люциус. — Он очень много про него читает и вообще. — Это и видно, — Септимус обмакнул тряпку еще раз. — Любить смотреть и любить играть — это разные вещи. Он должен с метлой засыпать и с метлой просыпаться. В любое время дня и ночи быть готовым летать. А ему это не нравится. Ему сам квиддич нравится, а играть в него нет. Он кайфа от этого не получает. — По-моему ему все нравится, — Люциус продолжал настаивать. — Я ему метлу Марка дал, на что он обратил внимание? — Септимус взглянул на друга и вопросительно поднял бровь. — То, что это метла капитана Слизерина. — А это плохо? — удивился Малфой. Он бы тоже отметил этот факт. — Если б я Марку дал метлу Эдварда Моле, он бы конечно после подрочил пару раз, не сомневаюсь, — Септимус усмехнулся и продолжил смазывать прутья. — Но сначала бы узнал, какое время разгона с точки покоя, какая грузоподъемность, как выставлены балансы, почему подножки такие и так далее. У Марка вот на метле подножки нестандартно стоят. Он сам переставил, ему так удобнее. Малой об этом даже не заикнулся. Он вообще метлу толком не осмотрел. Я понимаю, что ему хочется быть в команде. Типа это круто. Но это не про игру, Люц. — Вообще-то он с детства мечтал играть в квиддич, — Малфой продолжил гнуть свою линию. — Спорим, что нет, — выпрямился Септимус и взглянул другу прямо в глаза. — Это ты об этом мечтал, потому что сам не играл, но ты видел, как это круто. А он просто старается соответствовать образу идеального сына в твоих глазах. У меня трое сыновей, и только Марка я отдал в квиддич, потому что у старших способностей к этому нет. Твой Малой похож на моего старшего, тоже старательный, хочет все правильно сделать. Мелкий твой летает, и от этого кайфа не получает. Он очень старается, но облегчение он чувствует, когда спрыгивает на землю. А Марку я с пяти лет, как метлу выдал, так я мальчика больше дома не видел. И слава Мерлину. У меня силовое поле стоит здесь, чтобы насмерть не убился, ну и раньше, где мы жили, тоже стояло. У него в жизни два состояния — он или спит или летает. Вот эти мелочи типа поесть, помыться, подрочить, на уроки сходить — это все суета и тлен по его мнению. Ты сам видел, как он к Корри собрался. В итоге Корри бы сидел на лужайке, писал им эссе, а Марк сверху круги наматывал и свои любимые трюки отрабатывал. А я видишь ему все обломал, метлу забрал. Так что придется ему Корри так доставать. А Малой твой летает только во время тренировок и не больше. Лапки у него мягонькие. Где мозоли на ладонях? Если пахать, как следует, даже перчатки не спасут. Значит он не пашет, как следует. Это и видно. Халтурит, фальшивит, недорабатывает. И это все и хрен с ним, главное, что ему это не нравится. А через силу хорошего игрока не сделать. — Ну, он все-таки не в профессиональном клубе играть будет, а в школьной команде, — Люциус решил сойтись на таком компромиссе. — Там другие требования. — Требования везде одинаковые, — парировал Септимус. — И там и там нужны слегка упоротые игроки. А у тебя пацан из рамок не выходит. На метлу он не вставал, финт Вронского не делал. Я не спорю, это не уровень детей, но поверь мне те, кто с квиддича прутся, все эти элементы делали не по одному разу лет с семи. Марк сколько себе костей переломал, пока смог из финта вывернуть, а годам к десяти он вывернул. Коряво, грязно, но вывернул. Это я не говорю про все остальное. А ты издеваешься над парнем, заставляя его играть, — Септимус отложил тряпку, зачерпнул из другой банки светло-серой мази, распределил ее по длине древка и, взяв другую тряпку, начал аккуратно полировать. — Но ведь если его потренировать, то он сможет сыграть, — Люциус не хотел признавать правоты Флинта. — Его максимум это обычный середняк, — Септимус казалось, был поглощен полировкой. — Отдай его лучше на зельеварение, он вроде такой аккуратненький у тебя, там это ценится. Да и у Марка команда собрана. На чье место ты хочешь Малого поставить? — На позицию ловца, — обозначил Люциус. — Ловца, — фыркнул Септимус. — Ну конечно. Ловец Слизерина тоже очень средненький игрок, звезд с неба не хватает, но у него опыта больше, и он постарше. Твой Малой тут явно проигрывает. — Ты бы мог повлиять на Марка, чтобы он принял нужное решение, — Люциус прищурился. — О, тут ты не по адресу, — Септимус поднял обе руки вверх. — Команду набирает кэп и все решения принимает кэп. Если на него будет влиять хоть кто-то, то весь авторитет пойдет к херам. Я могу с ним обсудить что-то, но решения он принимает сам. И твоего Малого он к себе не возьмет. — А если у Драко будет самая лучшая метла, это ведь изменит ситуацию? — Люциус не мог понять, в чем проблема. — У него по-прежнему не будет опыта, и он по-прежнему будет мелким, — Септимус казался непробиваемым. — И, честно, Люц, вот такие не умеющие играть пиздюки, на топовых метлах смотрятся глупо. — Я могу, например, купить метлу Маркусу, — выразительно посмотрел на метлу Люциус, — а то это уже старая. — Люц, ты меня сейчас хочешь оскорбить? — Септимус нахмурился. — Ты думаешь у меня нет денег на метлу своему сыну? — Нет, ты меня не так понял, — попытался объясниться Люциус. — Конечно у тебя есть деньги и все такое. Это я пытаюсь ситуацию прощупать. — Ладно, сделаю вид, что я тебя понял, — Септимус по-прежнему был недоволен. — Если ты купишь метлу Марку, то Марк и метлу не примет и Малого не возьмет и тебя пошлет нахуй. Он может, он у меня способный. Ты хочешь, чтобы кэп перед всей командой показал, что его можно просто за метлу купить? Что любой из них может быть заменен по щелчку пальцев? Парни не поймут, а мнение парней в команде очень важно. — А если я куплю всей команде метлы? — Люциус глубоко вздохнул. — Ого, у кого-то столько золота, что в сейф не влезает, — засмеялся Септимус. — Ты хочешь реально купить семь новеньких метел этим малолетним утыркам? — Ты не ответил, — Люциус был крайне серьезен. — Если я куплю им всем новые метлы, то Марк возьмет Драко в команду? — Скажем так, — прикинул Септимус, — в этой маловероятной ситуации, Марк явно задумается. — Какие метлы сейчас самые лучшие? — Малфой решил не ходить вокруг да около. — Серьезно? — Септимус хитро улыбнулся. — Нимбусы хороши, сейчас в августе новая модель выйдет, Нимбус 2001. Но это прям охереть, как дорого, мой сладкий. — У меня есть деньги, тем более на моего сына, — надменно улыбнулся Люциус, а затем решил все-таки уточнить давно мучавший его вопрос. — Что ты с метлой делаешь? — Привожу ее в порядок, летали все-таки, — Септимус погладил метлу рукой. — И да, крен есть. Так что метлу Марку я сам куплю. — Нет, не покупай, — Малфой поднял руку. — Я куплю всем одинаковые, так у Марка будет больше стимула выбрать Драко, — затем с отвращением взглянув на тряпки и мази спросил. — А эльфы метлы чистить не умеют? — Люц, ну кто ж метлы эльфам доверяет?! — Септимус посмотрел на него, как на дурачка. — Если играешь в квиддич, то метлу свою должен знать идеально, каждый дюйм наощупь. Чистить только сам. Ну что ты! Так что готовься закупить Малому все необходимое для ухода за метлой. И я дам тебе контакты парня, который его научит за метлой следить. А в Хогвартсе для этого Маркус будет. А кстати, забыл тебя предупредить. Ты ведь в курсе, как в раздевалке парни общаются? Твой сладкий пирожок не упадет в обморок от слова «хуй»? — Мне кажется, что ты утрируешь, — Люциус слегка скривился и закатил глаза. Сам он в раздевалку в школе ни разу не ходил, но остальные ребята из команды, кроме Септимуса, в общей гостиной вроде разговаривали сносно — О нет, — Септимус даже улыбнулся от такой чудесной перспективы. — Поверь мне, Малой узнает много новых слов. Маркус очень старательный в этом плане и у него охерительный словарный запас. Я сам его учил, практически. Он твоего сына всякому интересному научит. Боул ему запрещенку продаст, типа магловских сигарет и огневиски. А заодно научит пить и курить. Тоже способный мальчик. Мне он нравится. Смазливый Эдри телок научит клеить, а когда на тренировку припрется Корри, а он обязательно припрется, то и не только клеить. Поверь, он расскажет твоему милому сыночку, что у девчонок под юбками во всех подробностях. Ты бы обсудил вопросы предохранения сейчас, пока ему 12. А то они слишком быстро растут. — Рано пока это обсуждать, — Люциуса подобные темы для разговора всегда смущали. Он мог слушать истории Септимуса, но сам в качестве рассказчика выступать не хотел. — Да, — согласился Септимус. — Подожди, пока от него телка залетит, там и начнешь просвещение. Самое время. — Он ребенок, — раздражённо пояснил Люциус. — Какие телки? — Ему 12 Люц. Какой блять ребенок? — Септимус не мог понять шутит Малфой или нет. — Все, попрощайся со своим сладким сыночком. Сейчас чем дальше, тем хуже. И не держи ты его в теплице, ему это не надо. — Я не держу, — Люциус всегда не понимал, что от него хочет Септимус. — У него есть учителя, и он прекрасно воспитан и образован. Все, о чем ты рассказываешь ему не надо. — Портишь парню жизнь, — вздохнул Флинт. — Может и хорошо, что его в команду возьмут, хоть узнает реальную жизнь. А то такой он у тебя милый. Когда он столкнется со сраной реальностью, у него должна быть хоть какая-то броня. Ладно, я тут закончил, кости уже у него срослись. Пошли разбудим твоего пацана. Септимус закинул метлу на плечо, достал палочку, вернул на стол все висящие в воздухе предметы и вместе с Люциусом вышел из кабинета. Пройдя через холл и завернув в правое крыло Септимус подошел к одной из дверей. Снова вытащил палочку, взмахнул несколько раз, молча снимая заклинания, затем зашел внутрь. Люциус осторожно последовал за ним. Комната была небольшая и светлая с двумя окнами у левой стены. В левой части комнаты стояли два бирюзовых дивана и маленький столик между ними, дальше у окна был расположен пустой письменный стол. А всю другую часть комнаты занимали принадлежности для квиддича. С правого боку стояла пустая подставка для метлы, чуть правее огромный стеллаж на котором были аккуратно расставлены различные мази для полировки метел, очистки прутьев, полировки прутьев, краски для метлы, тряпки разных видов, порошки для перчаток и другие средства для ухода за метлой и амуницией. На других полках лежали десятки перчаток и щитков разных размеров и цветов. Ниже несколько квоффлов и даже две биты, три закрытых ящика с бладжерами и шахматная доска. Второй стеллаж был забит книгами о квиддиче, журналами о квиддиче, разными свитками. Учебники занимали небольшую сиротливую полку сбоку. На отдельной полке были свалены в кучу бинты и фиксирующие повязки. Ниже стояли многочисленные флаконы с костеростом, с мазями от синяков и какими-то другими зельями. В самом центре стеллажа в силовом поле парил изумрудный значок капитана сборной. Вся правая стена между стеллажами и вокруг них была обклеена плакатами и вырезками со светловолосым охотником в синей форме. По бокам висели вымпелы «Лионских львов». Рядом стоял манекен, одетый в форму сборной Слизерина. — Видишь Люц, сколько добра? Ты запоминай, тоже придется покупать и специальную комнату выделять. Марк-то все это в своей гостиной хранит. Это еще тренировочной формы тут нет, она в шкафу висит, — Септимус аккуратно поставил метлу на подставку и защелкнул замки на рукояти. — Это комната Маркуса? — Люциус удивленно оглядывался. — Я думал, мы за Драко идем. — Так идем, конечно. Просто метлу занесем, что с ней ходить. Пошли, нам туда, — Септимус показал на дверь в углу комнаты. Открыв ее они зашли в небольшую спальню. Посередине стояла аккуратно заправленная темно серым покрывалом большая кровать, справа от нее тумбочка. Больше мебели в комнате не было. В правой и левой стене спальни были двери. — Там ванна, а тут гардероб. Нам в гардероб, — кивнул влево Септимус. Открыв дверь, они зашли в огромный шкаф, где висели, наверное, сотни рубашек, брюк, костюмов, мантий. Пройдя десять шагов, они завернули за угол. — А зачем столько одежды? — удивленно спросил Люциус. — У Беатрис спроси. Я без понятия. Но я считаю, раз ей надо, пусть покупает. Септимус внезапно открыл дверь, и они оказались в комнате, где спал Драко. — Какие у тебя проходы тут хитрые, — восхитился Люциус. — Так, а то! — Септимус довольно улыбался. — Думаю, в твоем замке тоже такого хватает. Марк и Корри считают, что я не в курсе этого прохода. Угу, в моем доме я о чем-то не в курсе. Но пускай так думают. Это даже весело. Малой, че как? — Септимус потрепал Драко по волосам и тот проснулся. — Болит рука? — Нет, не болит, — Драко все еще был сонный. — Ну и славненько. Видишь Люц, — полчаса и все ок. — Септимус помог Драко встать — Но на будущее. Обезбол с костеростом мешать не следует. Это не позволяет чувствовать свое тело и понимать, как там что у тебя срастается и работает. Приходится, конечно, терпеть, но оно того стоит. — Спасибо за совет, но я сам решу, как лучше для моего сына, — Люциус пригладит слегка растрепанные волосы Драко. — Ну так ясен хер. Кстати, вот, — Септимус подошел к столу, взял бумагу и перо, и что-то записал. — Контакты хорошего тренера и ниже контакты парня по метлам. Чиркни им. Тренер Эртон топовый, и охерительно занят, но ты заплати ему по двойному тарифу, и он согласится. Он твоего Мелкого, как следует погоняет летом. Падать хоть научит. Будет зверствовать, но поверь Малому это сейчас самое то. — Спасибо, — Люциус взял бумагу. — Драко, ты уже в порядке? Нам уже пора идти. Септимус, я пришлю тебе приглашение на ужин. Вы же с Беатрис придете к нам в следующую пятницу? — Как я люблю твои званые ужины, — Септимус подошел и обнял Люциуса. — Придем обязательно, а сейчас пойду бумаги поразгребаю. Писем с утра из Федерации пришло, что пиздец, — отпустив Люциуса Септимус отошел к кровати, показывая, что провожать до двери он не намерен. — Рад был видеть! Пока Малой. Люциус поклонился, толкнул Драко и тот, замешкавшись, тоже поклонился, и они вышли за дверь.