Игра с котом

Перемены в жизни всегда заставляют задуматься: а не ошибка ли это? Стоит лишь на секунду погрузиться в воспоминания о том, как все было раньше, мгновенно накатывает тоска по прошлому, хоть и не такому далекому. Перемены, как вирус, который несет в себе либо проблемы, либо укрепление всей системы в общем. И если попытки избавиться от вируса приводят к большим неудачам, а стоит ли его удалять? Или лучше принять и изменить то, что отторгает этот вирус. Может, тогда всё наладится? Солнечные лучи, с трудом пробиваясь сквозь щель темных и тяжелых занавесок, тонкой полосой падали на серую стену комнаты. Находящийся около кровати будильник уже давно бы прозвенел с попыткой разбудить спящего. Но не сегодня. Находясь в приятной полудреме, он все никак не желал покидать своё пригретое место. Его тело было очень расслабленным, а мир поставили на паузу, и все проблемы вдруг стали не так важны. Под теплым и большим одеялом, в котором, как ему казалось, можно было спрятаться от всего, он провёл бы весь субботний день. Но лёгкий стук в дверь заставил Юнги встать и содрогнуться от сквозняка, который пробежал по его босым ногам. — Доброе утро, братик. На пороге в комнату стояла Чонхи. В одной руке она держала плюшевого кота с длинным хвостом, а второй ото сна потирала глазки. Растрепанные каштановые волосы почти касались ее хрупких детских плеч, а на ногах были обуты теплые тапочки. — Мама с папой ждут нас внизу, — зевая, сообщила сестрёнка. Развернувшись, Чонхи побрела вниз, а следом, надев носки, и сам Юнги в растерянности поспешил вслед за ней. Спустившись в гостиную, где их уже ждали родители, парень заметил сумку с вещами, которая стояла у выхода. Мама в спешке бегала по гостиной и проверяла вещи, которые могла бы забыть, а отец сидел в кресле, скрестив руки на груди, и о чем-то глубоко думал. — Вы едете в командировку? — начал Юнги, кидая взгляд то на сумку, то на родителей. — Да, нам на выходных нужно разобраться с делами, поэтому мы едем в командировку, — не прекращая своих поисков, ответила мама. Отец все также сидел на кресле, но только уже помечал что-то в ежедневнике. Он вдохновлял Юнги, но также вызывал страх своим непробиваемым и целеустремленным характером. Еще с детства он строго воспитывал его и учил всему тому, чему его учил отец. Семья Мин отличалась спокойствием и строгостью. Пока все дети развлекались, Юнги был дома и учился. Поэтому его утешением стало творчество. — Чонхи будет у тети. Поэтому ты останешься один, — посмотрев на Юнги, произнес отец, — дом остается на тебе. — Хорошо, — задумчиво проговорил парень, садясь на диван, — позаботьтесь о себе. Их командировки были не частым явлением, но всегда, как в первый раз, волнительным. Он понимал, что родители — взрослые люди и все будет хорошо. Планы складывались на удивление замечательно, ведь у него будет время для того, чтобы закончить песню и мелодию к ней, не мешая при этом родным. — Малышка, пойдем собираться к тёте, — перебила тишину мама, застегнув сумку, — там будет двоюродный братик Минхо. Вы вместе поиграете. — А можно я надену то зелёное платье с цветочками? — Конечно, всё, что захочешь, — с улыбкой проговорила мама. На лице Чонхи появились ямочки от улыбки. Она была очень рада, что выходные проведёт у любимой тёти и братика Минхо. В гостиной воцарилась тишина, когда двое крылись на втором этаже. Но продлилась она не долго. — Мама сказала, что ты подружился с кем-то, — с интересом начал отец, — она несколько раз видела вас вместе у нашего дома. — Ммм, это мой одноклассник из параллельного класса. Он живёт по соседству, вот и ходим вместе. На лице отца не читались эмоции. Сложно было сказать, о чем он думает в данный момент. Поэтому Юнги уже привык быстро выходить из разговора, чтобы не ненароком не вступить в какой-либо конфликт. — Хорошо, будь осторожен, — словно прочитав мысли, сказал папа. Этот было напоминанием для Юнги. Хотя отец и не сказал этого вслух, парень всё понял. Проводив родителей и сестру, он направился к себе в комнату. Расправленная кровать так и манила его окунуться в сон, который уже никто не потревожит. Но договор с Чонгуком о встрече был на поверхности сознания и, как назойливый колокольчик, заставлял находиться в ожидании. Заправив кровать и приняв душ, Юнги переоделся в чистое и сел за стол. На часах пробил полдень, но никто не пришел. Ни через час, ни через два или четыре часа. Чонгук не сказал точное время, и контакта Юнги у него не было. Поэтому оставалось только ждать. Спустя какое-то время, немного пыльный чехол от гитары оказался в руках парня. Он медленно, словно эта самая хрупкая вещь на земле, расстегнул чехол и извлек от туда гитару. Это было потрясающее чувство. Подушечки пальцев уже горели от нетерпения поставить первый аккорд. И вот этот момент настал. Любимый инструмент издал первые звуки и разнёсся по комнате лёгким эхом. Пальцы ловко перебирали струны, и в голове подбирались красивые сочетания аккордов. Время шло. Солнце за окном уже не так активно играло бликами на раме окна, пробираясь сквозь лёгкую тюль в комнату. Звуки гитары сложились уже в точный набор нот, переплетаясь с текстом, который Юнги смело напевал, наигрывая мелодию. Ему нравилось то, что вышло. Песня олицетворяла его состояние с приходом весны. Относительная свобода, которая приходила с тёплыми вечерами, когда он возвращался домой один. На контрасте же страх. Вечный страх, который мурашками пробегал по телу, когда он вспоминал первую больную весну. Когда острая боль пронзила его тело, словно миллионы осколков от разбитого стекла. Когда тело горело. Когда чувства обострились, и все казалось чужим. Но весна стала самой лучшей порой после рождении сестры. Тогда все почувствовалось совсем другим. Чонхи принесла в дом тепло, и сердце Юнги нашло в себе силы биться для этого мира, не смотря ни на что. Но сейчас чувство разочарования и недоумения наполнило его. Чонгук не пришел. И вряд ли придет. Парень подошел к окну, чтобы убедиться, что его там никто не ждет. Так и оказалось. С одной стороны, его тревожила причина, по которой встреча не состоялась, но все же он верил Чонгуку. Это первый человек, которому Юнги решил довериться спустя долгое время. Желание попробовать что-то новое вдохновляло его, и прогулка могла бы скрепить их общение сильнее. Но пустота после несостоявшихся планов наполнила сознание, силы и настроение покинули тело парня. Он лежал один на холодной кровати и смотрел в окно. Маленькие листья, словно крылья бабочек шуршали на деревьях. Звук от них был отчетливо слышен. Этот шелест навеял воспоминания, которые Юнги так жаждал забыть. Та боль и отчаяние. В такие моменты он отторгал себя. Он не желал существовать. Все это казалось просто плохим сном. Но настоящие сны казались просто сказкой. С этими мыслями он провалился в сон, спокойный и долгий. Следующий день прошел как в тумане. Глухая тишина в доме отчетливо напоминала про одиночество. Холодное и больное одиночество. Но это не пугало, а скорее дарило необъяснимое чувство. Чтобы скоротать время, Юнги включил музыку. Спокойная, исцеляющая мелодия наполнила комнату, и парень растворился в ней, моментами окунаясь в недолгий сон.

***

Все началось ещё в далёком прошлом, когда двор семьи Мин был одним из самых тихих и таинственных. Погода стояла ясная. Сквозь густую крону танпхуна пробивалось солнце, падая редкими лучами на дорожки внутреннего двора. От ветра шелест листьев переплетался со звонкими колокольчиками, создавая атмосферу лёгкости. Этот день был бы таким же, как и все другие, если бы не кошка, которая оказалась не в то время, не в том месте. Кошки в Корее появились в 11-12 веке. Художники изображал их в традиционных картинах нежащимися среди цветов или наблюдающими за птицами. Однако любование этими милыми созданиями продлилось не долго. Люди стали верить, что за хвост кошки, входящей в дом, может держаться дух умершего. Но бывало и то, что в кошку мог вселиться дух убитой женщины. Страшные истории, которые разносились по всей Корее, заставляли людей с опаской смотреть на семейство кошачьих. А позже все это переросло в жуткий страх. Поэтому кошки стали редко встречаться в доме или на улице. Они стали обитателями заднего двора или помойки. Глава семьи Мин Джи Хун отличался своим скверным характером. Но его духовная сила не знала границ. В семье его любили и уважали, но порой за его жестокость очень боялись. В строгости воспитывались младшие. Дома всегда был порядок и тишина. Женщины занимались хозяйством, а мужчины — внешними вопросами, поддерживая статус и доход семьи. Поздним вечером, когда солнце пламенным шаром закатилось за горизонт, Джи Хун вышел на улицу. Холодный ветер неприятно обдал кожу лица и заколыхал длинные рукава чогори. Направляясь к выходу, чтобы удостовериться в порядке и тишине двора, он тщательно всматривался в попытках не упустить ничего. Нелюбовь к чужим на его территории воспиталась еще в детстве, когда отец каждый вечер заставлял прибирать двор и делать совместный обход перед сном. Оглядываясь по сторонам, глава заметил белый и пушистый комок, который прятался под кустом. Даже ночью было трудно его не заметить. Выдавали глаза, которые светились словно изумруды на солнце. Поспешив к кусту, он чуть было не спугнул это создание. Вспомнив все жуткие истории, связанные с нелюбимыми кошками, Джи Хун с яростью кинулся на кошку, хватая ее за холку, не давая убежать. Два взгляда встретились, но в обоих читался страх. Только вот у главы рода Мин страх был подавлен ненавистью. Смотря в глаза этого беззащитного создания, он видел разум, но остановить его уже не смог бы никто. Направляясь к колодцу, рядом с которым стояла огромная бочка с водой, он нес с собой белую кошку, которая по ошибке попала не в то место. Обида разлилась в сердце невинного животного, а вместе с тем и желание отомстить. Это стало началом конца. Ее смерть перевернула жизнь мужчин рода Мин навсегда. Проклятие окунуло их в то же чувство, что испытывала та белая кошка в последние секунды своей жизни. И так за годом в год, мужчины рода Мин с трудом проносили это проклятие. Дух женщины в теле кошки обрёк их на мучение в ходе полового созревания. Первая весна была самой ужасной и больной. А после чувства возбуждения и смущения перед кем-то обращали членов семьи, начиная с главы в Элурантропов (полу людей, полу котов). Это проклятие заставило всех последующих детей страдать и скрывать свои чувства к кому либо, потому что в любой момент могли появится ушки с хвостом, вызывая неприязнь общества к котоподобным. Только самые преданные и сильные девушки, которые не пугались этого проклятия, становились женами мужчин рода Мин и дарили своим мужьям прекрасных, но обреченных на страдание детей.

***

Новый рабочий день начался с прохладного утра. Свежий влажный воздух приятно обволакивал открытые участки тела. На траве появились капли росы, которые зажигались под лучами солнца и игриво переливались. Район постепенно оживал. Отдохнувшие школьники шли на учебу. Замученные взрослые шли на работу. Одна и та же картина изо дня в день. Но он не обращал на это внимание. Равнодушие посетило его, расползаясь в душе, как ядовитая змея. Хоть выходные и прошли бесполезно, это не служило бы поводом расстраиваться, потому что Юнги не раз проводил так свое свободное время. Только вот мысли о Чонгуке и его возможном пустословии назойливо пролетали в голове, мешая до конца расслабиться. Никогда еще Юнги не думал о чем-то так долго. Тем более не пытался изо всех сил отвлечься от свих мыслей. Проблема, возникшая на пустом месте, мешала, и это заставляло парня то и дело сомневаться и возвращаться назад. Раздражение прошлось по всему телу мелкой дрожью, когда он поймал себя на мысли, что ищет ЕГО глаза. И единственный вопрос, который так намеривался нагло задать Чон Чонгуку, крутился на кончике языка. Но с другой стороны. С какой стати он так зациклился на этом? Школьный двор в понедельник выглядел всегда более оживленным. Подростки бурно обсуждали прошедшие выходные по пути в класс. У входа Юнги заметил Чимина с Тэхёном и поспешил к ним. — Привет, — обратился Юнги к друзьям, выкинув неприятные мысли. — Утречка, хён. Чимин, как обычно, выглядел бодро, а его пухлые губы расплывались милой улыбкой. Он держал в руках жёлтый зонт и термос. Рядом стоял Тэ. Сегодня он был немного странным. Помятая рубашка, наспех заправленная в брюки, и отсутствие галстука, хотя обычно он всегда его носил. После недолгого разглядывания друзей Юнги осмотрелся. — Ты кого-то потерял? — глубоким голосом задал вопрос Тэхён. — Ммм.. —думая, что ответить, начал Юнги. — я? Нет, просто задумался. — Тэ, какой ты наблюдательный, — кокетливо произнес Чимин, — я тоже так могу. Смотри. Парень пристально посмотрел на Юнги, как будто сканируя его своим взглядом, и продолжил: — Юнги, я думаю, ты чем-то расстроен. Не отдохнул на выходных? Чимин не сводил взгляда с друга, подняв брови в ожидании ответа, перекладывая в руках термос. Тэхён тоже обеспокоился унылым видом друга и захотел узнать подробности. — Чимин, всё в порядке, правда. Я просто не выспался. И еще нам потом надо будет с тобой поговорить. Это важно. — Сколько же тебе надо спать, чтобы почувствовать себя бодрым, — со смехом спросил младший. — Наверное, вечность, — продолжил Тэхён, улыбаясь. — Хэх, возможно, даже больше чем вечность. Вы слишком хорошо меня знаете. Насчет разговора, я сообщу тебе, когда будет подходящее время. — Хорошо. Парни направились в сторону шкафчиков, чтобы переобуться и взять нужные вещи. — Нам нужно будет обговорить детали работы по биологии, — открывая свой шкафчик, сказал Тэхён, — и Намджун просил нас помочь ему в проведении школьного фестиваля сакуры. Вы же не против? Тэхён всегда отличался ответственностью. Но все же этот парень был той ещё загадкой. Только друзья видели в нем застенчивого и ленивого Тэхёна. Но все же ответственность не покидала его в нужный момент. Приятный бархатистый голос парня успокаивал и дарил чувство надёжности. Тёмные и красивые глаза были очень наблюдательными и в нужный момент ловили тебя на чувствах. Это и другое отличали Тэ от остальных. Многие считали его странным из-за его молчаливости и порой тяжелого взгляда. Но не Чимин с Юнги. Они ценили Тэхёна и относились к нему как к заботливому брату. — О, совсем скоро же ежегодный фестиваль, — со вздохом вспомнил Чимин. — Я не против, — вставил свои пару слов Юнги, — главное, чтобы меня не заставили участвовать в конкурсе переодевания или еще чего. Мрачные воспоминания, связанные с конкурсами, мелькнули перед глазами парня. Качая головой в отрицании, он посмотрел на друзей. — Меня вы в это не втягивайте. Вот Чимин, наверное, не прочь в этом поучаствовать, но компанию я не составлю. Пусть Тэ будет компаньоном, — с довольной ухмылкой закончил свою речь Юнги. — Эйй! А чего сразу я? Но после этих слов на Тэ был направлен умоляющий взгляд Чимина, перед котором мало кто мог устоять. — Тэ~ — Нет. — Ну, Тэхён~ — Айщ, что за подстава. Я подумаю, но ничего не обещаю. На этом сломленный, но еще не побежденный Тэхён уставился на довольное личико Чимина, который точно приготовил план, чтобы заманить серьезного парня в свои сети. — Не отчаивайся, Тэхён~, — копируя друга, произнес Юнги, — тебе пойдет розовое платье. Парень усмехнулся, увидев расширившиеся от возмущения глаза Тэхёна. — Не подкидывай ему идеи, — недовольно пробубнил тот и направился в свой класс. За ним, обернувшись к Юнги с улыбкой, поспешил и Чимин. — До встречи, хён, — поворачиваясь в сторону класса, произнёс младший. Тепло от разговора с друзьями разлилось в душе Юнги. Всё таки он не так одинок, как ему казалось. Друзья читают его настроение, словно открытую книгу. Их беспокойство о нем чувствуется и от этого становится порой трогательно. Окидывая взглядом подростков, идущих по своим классам, он незаметно для себя пришел в свою аудиторию и, как обычно, занял место у окна. Учебный материал, который так старательно вливали в детей учителя, пролетал мимо парня. Он медленно перебирал пальцами карандаш, иногда поправляя кепку по привычке. Стрелки на часах все также не хотели ускоряться, и от ощущения пространства и времени, которое почти застыло, становилось не по себе. День за днём проходили очень медленно. Но ни в один из этих дней Чонгук не пришел. Зарождалось такое чувство, словно этого парня никогда и не было. Не было их первой ссоры, первых неловких и раздражительных разговоров, за которыми последовало легкое общение, а после и зарождение доверия. Юнги часто вспоминал их последний разговор. Что было в поведении Чонгука не так? Может, что-то случилось? Наступил конец недели, и на смену раздражению пришла тревога. Долго обдумывая свои действия, строя план в голове, он направился туда, где его никто не ждал. Эхо от звонких ударов мяча о деревянное покрытие раздавалось в просторном помещении спортивного зала. Там на трибунах, громко что-то обсуждая, сидела компания парней. Пафосные ребята, которые то и дело поглядывали в сторону девушек, кидая пошлые шутки, выглядели уж очень противно для Юнги. Направляясь в их сторону, парень испугался, когда неожиданно на его плечо легла тяжелая рука. Но мгновенно испуг прошел, ведь в незнакомце он узнал своего приятеля. — Какими судьбами к нам? Неужто хочешь снова возобновить тренировки? — как всегда с ноткой позитива начал Хосок. Яркая футболка с закатанными рукавами свисала с тела парня, но под ней уж точно скрывалось далеко не худощавое тело. Лицо, которое всегда излучало радость, притягивало, и Юнги на секунду вспомнил времена, когда они часами могли соревноваться в игре в баскетбол. — Напугал, — недовольно пробубнил Юнги. Но тут же усмехнулся и выхватил баскетбольный мяч из руки друга, отбегая в сторону, — я здесь по делу. Но как-нибудь зайду и обыграю тебя. Вспомнишь вкус моей победы на своих губах. Юнги несколько раз отбил мяч и кинул его назад в руки Хосоку. Тот только ухмыльнулся и пошел дальше тренироваться с напарником, не обращая внимание на издёвки старшего. Подойдя к друзьям Чонгука, которые уже обратили на него внимание, Юнги хотел начать разговор, но его перебили. — Если ищешь Чонгука, то ты не по адресу. Мы сами не в курсе. Высокий накаченный парень с короткими волосами сидел в стороне и глядел на Юнги. — Как вы можете не знать? — спокойно спросил Юнги, — вы же его друзья. — Вот так. Он перед нами не отчитывается. Иди лучше к старосте, — отвернув в сторону голову, как бы заканчивая диалог, ответил тот. Все планы быстро узнать информацию от друзей Чонгука пошли коту под хвост. Но зато теперь он точно знал, куда ему идти. В кабинете старосты было тихо. Все занимались своими обязанностями или просто залипали в телефоне в надежде убить время. Намджун же сидел за столом, окруженный стопками бумаг и разбирался в каких-то отчетах. На его переносице вырисовывались складки, а глаза то и дело бегали, пытаясь разобраться в тексте. Подойдя к столу, за которым сидел староста, Юнги кинул приветствие, привлекая к себе внимание, и быстро перешел к делу: — Ты случайно не знаешь, почему Чон Чонгук из класса Б пропустил занятия на этой неделе? — Даже если знаю, то не скажу. Это его дело. Могу дать его номер. Сам позвонишь и он тебе все расскажет, — не отвлекаясь от бумаг, ответил Намджун. Он был загружен работой, и поэтому ответ прозвучал немного лениво и невнятно. Услышав неуверенное согласие со стороны Юнги, староста начал искать ручку, которая, как оказалась, спряталась у него за ухом в волосах. Написав номер на листочке, парень положил его на край стола и продолжил работу. — Что-то еще? — Нет, спасибо. Развернувшись, со вздохом, Юнги направился на выход, сжимая в руке листочек с номером. Улица встретила его мрачными тучами, которые заполонили весь небосвод, пряча все намеки на красивый закат. Все те же спешащие в домашний комфорт люди слились в серую массу. Все те же родные улицы. Шаг за шагом, вдох за вдохом, все чувствовалось как обычно. В комнате царила темнота. Стены, которые и до этого были серыми, сейчас казались максимально холодными и тёмными. Но приятная прохлада обволакивала и возвращала на землю, отгоняя все лишнее. Стрелки на часах двигались в привычном ритме, оповещая о том, что время идет. Сидя на кровати, он рассматривал листок, на котором небрежным почерком был записан номер. Но позвонить парень так и не решился. Теперь он понимал, что у Чонгука есть причина. И это в каком-то смысле его успокоило. Взгляд Юнги просверлил бы дыру в полу. До чего же странно было себя так ощущать. Парень откинулся на кровать и прикрыл глаза. Тишина в комнате, но бардак в мыслях, которые все же пришли к тому, что перемены не всегда приводят к той цели, которую ожидаем. Поэтому не стоит копаться в прошлом в попытках узнать, где же допущена ошибка. Это бесполезно. Ошибка может привести в последствии к наиболее выгодному результату. Следует лишь принимать то, что происходит, даже если изначально это кажется назойливым вирусом.