Последнее дело Дзёно Сайгику

Лестница вниз была довольно крутой, бетонные ступени стерлись под тысячей шагов и теперь напоминали наклонившуюся площадку, почти сливались друг с другом. Было влажно из-за дождей. Дзёно с отвращением подумал, что и в самом месте собрания явно вода течёт по стенам. Рассадник для плесени. Ещё и электричества в этом сыром подвале не было предусмотрено. Промозгло. Но других вариантов всё равно не было: слишком опасно появляться у основного штаба после громкого ограбления местного банка. Вопреки ожиданиям Дзёно внутри было не так уж плохо. Ответственные за обустройство и охрану помещения постарались на славу, зная характер босса и его представления о комфорте и уюте. — Нравится? — со смешком спросил Сато, наблюдая, как дезориентированный друг нерешительно вытягивал руки вперёд. Незнакомые места всё ещё заставляли пошатнуться уверенность Дзёно в собственном превосходстве, напоминали о его недуге и, казалось, насмехались над ним. Сато всё же немного проволок тяжёлое кресло по полу, предоставляя Дзёно хоть какие-то сведения о меблировке комнаты. Сайгику уверенно направился на звук, не боясь задеть что-либо или запнуться. Сато бы явно этого не допустил. Эта мысль приободрила, на губах вновь появилась расслабленная улыбка. Кресло было мягким, гладким, оно не пахло плесенью, не было сырым. Кресло было новым. Дзёно недовольно цокнул, прикинув примерные цифры расходов в связи с этим переездом. Складывалось ощущение, что последнее дело никакой материальной пользы не принесло. Сайгику услышал шорох ткани совсем рядом, а после и вздох — Сато сел в соседнее кресло и, видимо, подложил под спину подушку. Он не торопился начинать разговор, давая начальнику адаптироваться в новом окружении. Говорить о слепоте Дзёно было непринято, к тому же все о ней часто и вовсе забывали, но в таких ситуациях юношу лучше было не торопить. Он быстро заводился и нередко попадал словами по больному. Пахло воском и мятой. Видимо, источником света были свечи, а мятой, как догадался Дзёно, маскировали запахи города, попадавшие вместе с дождевой водой в комнату. Неплохо. Сайгику остался доволен проделанной работой, закинул ногу на ногу и прикрыл глаза. Исэ опаздывала. — Ты наведался к Соломону сегодня днём… — начал Сато, а Дзёно был готов поклясться, что тот гаденько улыбался. — Ты его скоро в могилу загонишь своими неожиданными визитами. — Если ему было нечего скрывать, то он бы не трясся передо мной как лист осины, — заметил Дзёно и вновь задумался. Поведение информатора настораживало. — Пусть твои ребята незаметно последят за букмекерской. Возможно, нашему другу кто-то угрожает. Сато с присущей ему шутливостью согласился и поменял тему, разглагольствуя об изысках японской кухни, о свежем кофе, что варят в центре города, о симпатичной официантке и о новой прическе Исэ. Сато в красках описывал ночные пейзажи Йокогамы, которые недавно успел застать, и предложил Дзёно поставить во временную квартиру проигрыватель. Как говорится, музыка, аудиокниги и всё такое. — Лучше позаботься о том, чтобы все мы поскорее смогли вернуться в нормальные жилищные условия. Надоело уже отсиживаться в этих трущобах, — поделился Сайгику. Сато довольно улыбнулся, уловив в его голосе спокойствие, мягкость и расслабленность. Дзёно постепенно возвращался из раздумий о работе к обычному общению с друзьями. Последнее время нажать на рычаг переключателя становилось всё сложнее. Исэ тайком делилась опасениями, что со временем эта «дружеская модификация» и вовсе перестанет существовать. Впрочем, не безосновательно. За последние три года, что они промышляли незаконной деятельностью, Дзёно круто переменился. И именно Исэ, что знала его дольше всех, чувствовала это сильнее остальных. — Полиция через пару дней уберётся оттуда, им уже наскучило бессмысленно шататься по району. У них всё равно никаких зацепок на нас нет, — беспечно отозвался Сато. Дзёно же решил, что выжидать им ещё недели две точно, прозябать в крошечных убогих квартирках и пить дрянной растворимый кофе. Дверь практически бесшумно отворилась, и Дзёно сразу же повернулся к ней, открывая глаза. В комнату попал запах сырости, мокрых волос и шерсти. Исэ с её излюбленным шарфом собственной персоной. Однако шаги на лестнице принадлежали не ей одной. Двое бугаев из её охраны учтиво кивнули Сато и вошли следом за начальницей. Должно быть Дзёно сидел так, что из дверного проёма его было не видно, а потому мужчины были неприятно удивлены его присутствию. Они получили в свой адрес тяжёлый пустой взгляд над своими головами и, стушевавшись под ним, попятились обратно на лестницу. Исэ весело фыркнула и велела подчинённым сторожить у дверей, пока она занимается взрослыми делами. Девушка потянулась, разминая затёкшую спину, преувеличенно небрежным жестом стянула с шеи промокший шарф, выжала его (Дзёно закатил глаза, заслышав мокрое шмяканье шерсти и стук капель о бетонный пол) и со стоном плюхнулась в оставленное специально для неё кресло. — Сайгику, солнышко, если ты и дальше так будешь смотреть на людей, нам придётся и самую грязную работу делать самим, — обиженно протянула Исэ и кокетливо надула губки. Дзёно вместо раскаяния устало вздохнул и направил свой взгляд на подругу, что сразу же хрипло засмеялась, переходя на кашель. Кресло Сато зашуршало. Должно быть, его хозяин хотел подняться и заварить чай, но почему-то передумал. Обсуждение пустяковых новостей и неудобств переезда молчаливо и единогласно было принято отложить. Исэ окинула собравшихся заговорщицким взглядом и, выдержав драматичную паузу, начала: — Как вы все прекрасно знаете, на прошлой неделе по Йокогаме начала распространяться любопытная новость: кто-то собирает настоящее досье на господина Сосэки Нацумэ… Дзёно думал, что Исэ красивая. Должна быть красивой, ибо в её окружении мужчины неосознанно задерживали дыхание, даже Сато спустя столько лет дружбы тихо вздыхал в её обществе. Дзёно думал, что паршивка знает, как именно влияет на свою… публику, а потому и привыкла распинаться, красоваться и любоваться собой в их влюблённых взглядах. Она была хозяйкой этого вечера, а потому Дзёно и не торопил девушку с рассказом, давая ей насладиться триумфом, сокрушительным успехом её премьеры. — Сегодня я организовала вам встречу с тем, кто, по слухам, и является заказчиком. Впрочем, я почти уверена, что это он. В прошлом соперничал с нашим Нацумэ за сердце одной прекрасной дамы, — Исэ театрально вздохнула, — в настоящем — его политический соперник. Мотив на ладони, да и успел он уже засветиться у более крупных организаций с вопросами о стоимости услуг. Каких, увы, не разглашается. — Не думаю, что этот пижон не потянул бы купить что-нибудь любопытное у тех же Семерых, — скептически хмыкнул Сато. Дзёно услышал, как Исэ сжала в тонких руках ткань своей юбки, а после через силу отпустила её. Представление попытались испортить, накал страстей поутих, она может не сорвать заслуженных оваций. Если бы на месте Сато был кто другой, Исэ бы точно не стала сдерживаться. Она медленно выдохнула и, будто не заметила замечания, продолжила: — Однако наш прекрасный заказчик не пожелал общаться со мной, предпочитая увидеть на пороге своего кабинета кого-то «менее похожего на школьную сплетницу». Полагаю, Сато-сан, вам там тоже будут не очень-то и рады, — проворковала Исэ и выжидательно посмотрела на Дзёно. В комнате повисла тишина, нарушаемая только треском огня свечей, дыханием собравшихся и их же сердцебиением. Все ждали вердикта Сайгику. — Всё это похоже на пустую трату времени, — наконец вынес он свой приговор. Браться за это дело почему-то не хотелось. Дзёно на протяжении всего дня после разговора с Соломоном ощущал странное предчувствие, которое в итоге вылилось в этот отказ. — Неужели великий Дзёно-сама испугался? — насмешливо проговорила Исэ и придвинулась ближе к Сайгику. Он рефлекторно отстранился, пытаясь хоть так уберечь себя от усилившегося запаха мокрой шерсти. — Твой информатор, Исэ, не дрожал от страха, когда сообщал тебе всё это? — прошипел Дзёно, явно не довольный тем, что его авторитет только что поставили под сомнение. Исэ последнее время стала слишком много себе позволять. Актриса, ослеплённая своим успехом, успела забыть, что зависит её карьера от режиссёра. — С чего бы — фыркнула и отстранилась. — Я же не сверлила в нём дыру взглядом. У меня в арсенале есть много более приятных способов, — понизила свой голос на пару тонов и перешла на соблазнительный шепот. Шорох ткани. — Исэ, прекращай… — не выдержал Сато, судорожно выдыхая. Девчонка задрала юбку, оголяя светлое бедро. Видимо, хотела произвести впечатление на Сайгику, но напрочь забыла, что подобное на него не могло подействовать. Дзёно расслабленно улыбался, почувствовав, что атмосфера в подвале переменилась. Оба его ближайших друга сейчас с затаённым страхом ждали реакции Дзёно. А он упивался их замершим дыханием, их участившимся пульсом и нервными переменами поз. — Соломон не горел желанием говорить про Нацумэ, — наконец прозвучал ответ в звенящей тишине. Оба выдохнули шумнее, чем предполагали. — Твой Соломон всегда ссыкует, когда дело начинает пахнуть деньгами, — сразу же вернулась к образу Исэ и небрежно отмахнулась от возражений. Дальше Дзёно спорить не стал, прекрасно понимая, что плохое предчувствие или интуиция не тянут на аргумент «против», когда все остальные обстоятельства кричат «за». А потому в завершение вечера было вынесено решение разделиться — Дзёно и Сато отправятся на эту встречу с заказчиком и, если всё пройдёт успешно, присоединятся к Исэ в поисках информации о Нацумэ. Сато, удовлетворённый исходом совещания, уведомив всех о своей усталости и необходимости добираться до дома целый час, покинул подвал. Дзёно уверил оставшуюся Исэ, что в состоянии самостоятельно добраться до своей квартиры, скрылся в тени дверного проёма. Исэ не торопилась покидать комнату, усаживаясь в своё кресло поудобнее. Из кармана пальто с шумом вытащила пластинку с таблетками. Сайгику напрягся, подозревая, что подруга всё-таки поддалась искушению. — Сколько у тебя осталось таблеток? — небрежно бросил, по-прежнему стоя к девушке спиной. — О, чёрт! Сайгику, нельзя же так к людям подкрадываться… — девушка даже выронила пластинку. Она ударилась о пол с глухим звуком. Слишком глухим. — Сколько? — требовательно повторил Сайгику, уже предполагая ответ. — Я пью их согласно рецепту, — как-то неуверенно ответила Исэ, а после вспыхнула, ощутив, что её поймали с поличным. — Ты не обязан меня контролировать, я уже большая! Дзёно не поверил в эти слова, горько усмехнулся своим мыслям, но, засунув странное беспокойство куда-то внутрь, заставил себя не продолжать разговор и просто уйти. Возможно, поступи он тогда иначе, всё сложилось бы не так плачевно. Возможно…

***

Встреча была назначена на десять утра, что, по скромному мнению Сайгику, было слишком рано для подобных дел. Более того, пройти она должна была в кофейне в здании министерства внутренних дел. Это тоже не добавляло удобств. Но играть приходилось по правилам заказчика. Как и договорились предварительно, Дзёно и Сато направились к месту встречи по отдельности. Было решено, что Сато страхует, а потому не светится перед заказчиком, Дзёно же ведёт переговоры. А потому ровно в десять нуль нуль он сидел за небольшим столиком и поглаживал тонкими пальцами столешницу из дорогого дерева, тканую салфетку и дно небольшой стеклянной вазы. Послышались шаги за спиной, но Дзёно не стал оборачиваться. Поднял голову на пришедшего только после того, как тот со скрежетом отодвинул стул, сел на него и заказал у официанта чашку кофе. Сайгику улыбался с прикрытыми глазами, позволяя себя рассмотреть. — Ближе к делу, — властным тоном начал предполагаемый заказчик. Дзёно вопросительно приподнял бровь, позволяя молчанию говорить за себя. Мужчина прокашлялся, а после продолжил: — Мне нужно развестись с женой, сами понимаете, человек я публичный, просто так это сделать не получится. А если у неё вдруг обнаружится любовник… Дзёно склонил голову, показывая, что внимательно слушает. Однако уже спустя пару минут предположений мужчины о том, где и как можно устроить облаву на его несчастную жёнушку, Сайгику окончательно убедился, что этот политик всего лишь воспользовался слухами про Нацумэ, чтобы решить свои проблемы. Возможно, он даже выставлял это дело в качестве проверки, неоплачиваемого тестового задания. Благо, Дзёно было довольно сложно обмануть: постоянное потирание ладоней, пот на лбу и вечно пересохшее горло собеседника говорили сами за себя. Этот мужчина боялся тех, кто приходил к нему с вопросами о деле Нацумэ, боялся, что его разоблачат, но всё равно продолжал свою игру. — Три миллиона йен, — ради приличия озвучил цену Дзёно. Это дельце можно было поручить смышлёным ребятам, что раньше ходили под Исэ. Как бы Сайгику ни мечтал избавиться от репутации тех, кто решает любовные вопросы, ему никак не удавалось это сделать. Деньги всегда нужны. — Устранение одной цели обойдётся в пять, на вторую скидка в десять процентов. Мужчина напротив замялся, явно пытаясь понять, к чему ему информация про «устранение», если он просит всего лишь о слежке с фотографиями. Дзёно же вежливо кивнул на прощание и вышел из кофейни. — Тупик, — констатировал факт подошедшему Сато. — Этот ищет детектива для компромата и просто пользуется шумихой среди таких как мы. — Тупик, — согласился Сато и по-дружески хлопнул Дзёно по плечу. — Тогда спать? Сайгику кивнул и, немного подумав, предложил Сато вечером дойти до дорогого казино в центре. Пусть это была не их территория, пусть подобная авантюра и была наказуема, но там определённо было больше информации. Нужно было раздобыть наличные, причём немало, чтобы особо не вызывать подозрений у охраны. — Соломон будет не в восторге, — заметил Сато и с нескрываемым скепсисом посмотрел на друга. — Ты же знаешь, я настолько хорош, что никто не может мне отказать, — улыбнулся Дзёно под ещё более скептическим взглядом. Впрочем, Сато было позволено сомневаться в привлекательности Дзёно, ведь он множество раз наблюдал за тем, как именно договаривался его босс с особо строптивыми. Соломон дураком не был и быстро смекнул, что лучше выполнить необходимые требования и забыть об этом внеплановом визите как о страшном сне. Разумеется, наобещали ему золотые горы за эту услугу, но букмекеру что-то слабо верилось, что это сомнительное дельце с Нацумэ выгорит. Спорить было совершенно бесполезно. Эти двое мёртвой хваткой вцепились в саму идею и теперь ничто не заставит их отступить от задуманного. В казино играла приятная инструментальная музыка, пахло дорогим парфюмом и вкусной едой. Дзёно, как только зашёл внутрь, подумал, что готов жить в этом месте вечно. Но Сато, что ещё раз придирчиво поправил воротник на его рубашке, быстро вернул друга с небес на землю: — М-да… С таким выражением лица ты совсем не похож на богатенького завсегдатая. Дзёно недовольно фыркнул, но глаза, до этого широко раскрытые от изумления, закрыл, принимая скучающий вид. Сато подхватил с подноса официантки два бокала с шампанским и один протянул другу. Сайгику кивнул в знак благодарности и неспеша побрёл вперёд. Он рисковал навернуться, опрокинуть что-либо или пролить игристое на кого-то из гостей, но всё равно упрямо двигался вперёд, вслушивался в разговоры, шелест ткани, стук фишек и плеск вина. Ему удавалось лавировать между гостями, игорными столами и автоматами. Но не удавалось услышать ничего полезного, что относилось бы к делу. — Вот где ты! — воскликнул Сато, что, видимо, на время потерял Дзёно. Последний был так поглощён своим путешествием по незнакомому месту, что даже не заметил этого. — Я обменял нам фишки. Настроение неумолимо падало. Дзёно чувствовал себя лишним в этой бесконечной развлекающейся толпе. Все силы уходили на поддержание образа и банальную координацию в пространстве, а потому Сайгику с досадой отметил, что так и не привык к всепоглощающей темноте. Нужно больше тренироваться. Голова уже гудела от перенапряжения, когда за радостными криками женщины, что выиграла в рулетку, Дзёно смог разобрать тихое «Нацумэ». Он без каких-либо раздумий поднялся со своего кресла и направился в сторону говоривших. По пути его перехватил Сато, заметив подозрительные перемещения. Сайгику недовольно шикнул на него и наклоном головы указал направление. Напарник хлопнул одобрительно по плечу и исчез с пути. Дзёно подсел за стол, где играли в покер, как он полагал, говорившие. В их пульсе не чувствовалось страха или недоверия к месту, его посетителям и тем более к слепому пареньку, что каким-то образом собрался выиграть этим вечером. Мужчины понизили громкость разговора, но с такого близкого расстояния от Сайгику не могло укрыться ни одно слово. План был прост до невозможности — выйти из игры, как только информации станет достаточно, и потратить по минимуму денег. Дзёно не имел ни малейшего понятия, как играть в покер в его состоянии, но крупье ничего не сказал, лишь достал колоду с выбитыми изображениями мастей на внутренней стороне. Сайгику был неприятно удивлён этим фактом, но отказывать себе хоть какое-то время поразвлекаться не мог. А потому педантично изучил пальцами каждую выемку на выпавших ему картах. Удачная комбинация. С первого раза. Мужчины назвали «Синий туман» — шайку из соседнего района, которую в своё время не очень удачно потревожил Нацумэ. Дзёно подумал, что было бы неплохо либо заручиться их поддержкой, либо сдать их кому-нибудь и избавиться от соперников. Но на этом улов не закончился. Соигроки почему-то вплели в разговор героя войны Фукучи Оочи, что в контексте казалось просто абсурдным. Но Дзёно, к тому моменту уже наученный горьким опытом, не решился отметать эту кандидатуру. Мало ли. Вдруг он не так прост, как кажется. Однако больше ничего любопытного не прозвучало, диалог ушёл в сторону банальной политики и обсуждения последних новостей. Дзёно послушно поднял ставку, скорее механически, продолжая обдумывать услышанные варианты. Оба казались сюрреалистичными, да и мужчины обсуждали новость слишком открыто. Позже, значительно позже Дзёно понял, что слухи о Нацумэ в целом стали расходиться из этого казино, а те, кто обсуждал их, неплохо поощрялись из кармана заказчика. Но в ту ночь вся эта информация представляла собой настоящую загадку. Дзёно молча пережидал непрекращающийся приступ смеха Исэ, сидя в своём кресле в уже знакомом подвале. Девушка всё веселилась от одной картинки: Сайгику в модном костюме в казино выигрывает в покер при том, что слеп как крот. Что-то подсказывало, что смешила в этой ситуации абсурдность самого нахождения парня в столь специфичном месте. Исэ бы с лёгкостью представила его в тёмной подворотне или даже в порту, но никак не в окружении богатеньких лентяев. А когда Сато сказал, что вёл себя там друг совершенно уверенно, хриплый смех не стихал ещё долго. — Ты закончила? — наконец не выдержал Дзёно, а Исэ вмиг послушно стихла. — Так… Вам удалось узнать заказчика? — робко поинтересовалась она, всё ещё будто бы побаиваясь Сайгику. — По большей части народ болтает про «Синий туман», Фукучи и некоего Сакамото из министерства внутренних дел, — ответил Сато, Исэ же вдруг впала в глубокую задумчивость. Впрочем, ничего удивительного, у мужчин уже было время обдумать новости, поэтому и вели они себя значительно увереннее. — Не думаете, что всё это дело рук самого Нацумэ? — вдруг заговорила девушка, обращаясь скорее к Дзёно. — Он тот ещё шутник… — Дзёно тоже так сказал… — отозвался Сато. Пару лет назад он бы расстроился, обиделся или, может, даже приревновал Исэ к другу. В то время он изо всех сил старался показать, чего на самом деле стоит, что соображает он нисколько не хуже Сайгику. Но время всё расставило по местам: Дзёно был мозгом, Исэ — ушами и глазами, а Сато принял на себя роль правой руки. Дзёно и Исэ никогда не заботились о командной работе, предпочитая действовать в одиночку. Стыдно признаться, но Сато до сих пор не знал, как они нашли друг друга и почему стали вдруг работать сообща. — Сайгику, сладенький, что ты думаешь? — всё же напрямую обратилась Исэ и по привычке состроила восхищённое выражение лица, от которого Сато передёрнуло. — Что сейчас нам лучше продолжать копаться в грязном белье нерадивых мужей и жён, перебиваться крышей и инкассаторами. — Ты не хочешь браться за это дело? — в очередной раз спросил Сато. Все в комнате знали ответ, но Дзёно молчал, позволяя победить большинству. Он всё ещё сомневался, это чувство подставы было иррациональным, совершенно безосновательным. К тому же им уже удавалось много раз выбираться из довольно затруднительных положений. А потому Сайгику молчал и надеялся, что из-за недавней оплошности его просто преследует паранойя. — Как по мне, Фукучи — самый неправдоподобный вариант, — вслух рассуждала Исэ, постукивая длинными ногтями по столешнице. Дзёно этот монотонный звук стал раздражать. Он звенел в голове чуть ли не колоколами после бессонной ночи в казино. — Какой мотив? Не думаю, что они вообще хоть раз пересекались. — В войну всякое могло случиться… — хоть Дзёно не был в восторге от затеи, он всё равно нехотя принимал участие в диалоге. По итогу решено было проверять в первую очередь Нацумэ и Сакомото. Исэ настаивала на том, что нужно разделить обязанности и отправить её собирать информацию на господина Сосэки, чтобы как можно скорее обрадовать заказчика. Сато идею поддержал. Дзёно молчаливо согласился, хотя и чувствовал, что не стоило этого делать. Впрочем, всё могло бы обернуться ещё хуже будь они всё время вместе. — Ты к Сакамото? — безразлично бросил Сато спустя несколько дней. Дзёно молча кивнул, хотел поинтересоваться делами Исэ, но вместо этого спросил: — Говорят, Нацумэ был в порту утром? — Да, я всё проверил. Этот сукин сын будто испарился. Появляется, где вздумается, потом исчезает. По всему городу мотаюсь, — парень не упустил возможности пожаловаться и в качестве утешительного приза получил неловкую улыбку и дружеское похлопывание по плечу. Больше Дзёно ничего не сказал. Он молча двинулся в сторону остановки. Сайгику не видел, что его друг хотел что-то спросить, не видел и волнения на его лице, но с тревогой вспоминал его голос. Преувеличенно весёлый. У парня явно было что-то на уме, какая-то проблема, но он почему-то не стал ей делиться. Может, в личной жизни что не ладилось? Дзёно со вздохом забрался в автобус, идущий до порта, где, как он выяснил, любил выпить господин Сакамото. Всю дорогу ему никак не удавалось сосредоточиться на деле, мысли так или иначе возвращались к Сато или Исэ. Последняя прошлым утром отправилась на очередную вылазку, оставив всех своих подчинённых на попечение Сато. Однако мысль не успела сформироваться — Дзёно сел за барную стойку возле мужчины. Он пах бумагами, чернилами, потом, губной помадой своей помощницы-любовницы и её же духами. Сайгику знал этот аромат. Именно так пах господин Сакамото, в кабинете которого он не так давно побывал. Дзёно не любил неожиданностей, а потому педантично готовил свои планы. Наверное, такая негибкость, неумение и нежелание адаптироваться к новым условиям, страх уязвимости и сыграли во всей этой истории главную роль. Но сейчас Дзёно был непоколебим. Уверен в себе и своих силах. А потому спокойно заказал виски начал диалог: — От меня тоже недавно девушка ушла, — без промедления соврал юноша, невесело хмыкнул и сделал глоток. Напиток неприятно обжог горло, Сайгику едва сдержался, чтобы не закашляться. Дешёвое пойло ни в какое сравнение не шло с тем алкоголем, к которому он привык. — Мирэ… — простонал уже изрядно выпивший мужчина. Дзёно растянул губы в улыбке. Всё шло по плану: Сакамото не задавался вопросами, кто к нему подсел, зачем и что от него хочет. Сайгику не верил, что этот господин был заказчиком, но вполне мог обладать любопытной информацией не только относительно искомого объекта, Нацумэ, но и любого другого рода. — Все женщины одинаковы… Ведутся на тех, кто красивее или богаче, — Дзёно с лёгкостью вложил в голос горечь и уловил, что нащупал верную дорожку. Сакамото заворочался, пытаясь принять удобную и устойчивую позу, чтобы при этом видеть Дзёно. — Ушла, как только я ослеп… — Тварь, — пьяно подытожил мужчина, а Дзёно воздержался от порыва закатить глаза. Он рассчитывал услышать что-то пооригинальнее. — Ушла к придурку, что поверил в свои силы и эти абсурдные слухи про Сосэки Нацумэ. Кто он вообще такой, что за любую сплетню о нём готовы платить? Или просто помешанному идиоту никуда деньги девать?! — несколько наиграно возмутился Дзёно, но его собеседник не почувствовал этого. Лишь наклонился к юноше чуть ближе и доверительно ему сообщил: — Нацумэ — важная шишка при правительстве уже долгие годы. Если бы у меня было достаточно денег, я бы заказал его у Семерых, но они явно загнут цену, — горько усмехнулся мужчина, а Дзёно про себя отметил, что собеседник знает довольно много о тёмной стороне правительства. — Кто эти Семеро? — с лёгкой неприязнью бросил Сайгику, а после жестом велел бармену налить господину Сакамото за его счёт. Мужчина приободрился, найдя себе щедрого друга на вечер. Дзёно же мрачнел с каждым мгновением, проведённым в его обществе. Хотелось блевать от грязи бара, от липких стаканов, дешёвого пойла и всей ситуации в целом. Если бы не Исэ и её предостережения, Сайгику бы с удовольствием проводил данный разговор в немного ином ключе, не строя из себя неравнодушного прохожего. Если бы Дзёно работал один, он бы выловил этого несчастного в его же квартире, а, выяснив, что к заказу на Нацумэ он не имеет никакого отношения, говорил бы уже иначе. Но вокруг были люди, а в голове всё ещё звучал голос подруги. — Единственные, кто действительно могли бы разрушить его карьеру и освободить путь более талантливым политикам. Дзёно с трудом удержался от усмешки. Разумеется, Сакамото под «более талантливыми политиками» подразумевал себя. Сайгику в силу своей педантичности навёл справки об этом экземпляре и не мог сказать, что он выдавался чем-то помимо парочки особенно громких провалов. Что ж, немудрено… Человек, что не смог скрыть любовницу от жены, а жену от любовницы не вызывает подозрений на скрытые таланты. — А как к ним попасть? — всё же спросил Дзёно, особо не рассчитывая услышать что-то новое. — Ты смешной, пацан, — мужчина коротко рассмеялся. — Если ты им понадобишься, они сами тебя найдут. Об этом Дзёно прекрасно знал. В силу своей способности он прекрасно подходил для работы в организации, а когда он был значительно младше и толком не мог себя контролировать, его даже пытались привлечь. Но четырнадцатилетний мальчик с треском провалил пробное задание, а потому сильные мира сего отмахнулись от него как от мусора. Впрочем, после нескольких инцидентов вновь заинтересовались, только вот Дзёно к тому моменту встал на ноги и не горел желанием прислуживать кому-либо. Потому и не часто пользовался способностью, остерегаясь внезапных предложений, угроз или шантажа. Ему всё ещё было, что терять, хотя сам он в этом никогда не признался бы. Разговор с Сакамото окончательно наскучил, а потому Дзёно молча покинул мужчину и вышел из бара. Свежий прохладный воздух был как никогда кстати. Ветер приносил запах моря. Сайгику немного поёжился и запахнул пиджак сильнее. Двинулся в сторону дома. Что-то было не так. В голове проносились мысли об Исэ, Сато, казино и встрече с Сакамото, неожиданно перескакивали на проигрыватель, оставленный на прошлой квартире, на потёртую фотографию, забытую там же, на родителей, на войну, что закончилась шесть лет назад. Странное чувство тревоги, чего-то упущенного никак не покидало. Дзёно чувствовал себя в ловушке, будто кто-то подстроил абсолютно каждое событие в его прошлом, чтобы привести его этим вечером на набережную. А потому он резко развернулся в противоположную сторону, на ходу доставая телефон, чтобы вызвать такси. Телефон как по сигналу зазвонил. Дзёно ловким жестом принял вызов, не дав голосовому помощнику озвучить имя контакта. — Исэ пропала! — на одном дыхании выпалил Сато. — Её с прошлого полудня нигде не видели, телефон вне зоны связи. Я проверил все места, где она могла быть. Её нигде нет, Сайгику! Вот оно что, вот что уже начало беспокоить Дзёно ещё до встречи в баре. Отсутствие Исэ. Сато настоял на том, чтобы бросить все силы их небольшой организации на поиски Исэ. Дзёно не возражал, беспокоясь за подругу не меньше, хотя вслух уверенно говорил, что с ней ничего не могло произойти, что она залегла где-то на дно. — Давай ты растворишься и поищешь её? — в очередной раз предложил Сато, а Дзёно проигнорировал. — Так ведь будет быстрее. — Она не в первый раз проделывает этот трюк. Будем искать, как делали до этого, — холодно отозвался Сайгику, когда внутри сходил с ума от волнения. Если с Исэ, что в своё время приютила его, что-то случится… Нет, нет и ещё раз нет. Дзёно упорно отгонял от себя воспоминания и все предположения. Он никогда не видел её лица, её тела и одежду, но почему-то мог с лёгкостью представить во всех деталях её мёртвое тело в самых различных вариациях. Это пугало ещё сильнее. — Сато, — спустя ещё несколько часов безрезультатных поисков Дзёно окликнул друга, — не ходи никуда сам. Но друг лишь хлопнул дверью на прощание. Сайгику остался один в сыром подвале штаба. Забрался в кресло, поджав ноги, и уставился немигающим взглядом в противоположную стену. Где-то глубоко внутри он знал, чувствовал, что живой Исэ им не найти. Что забили тревогу они поздно. Дзёно не хотел знать, что именно с ней произошло, не хотел касаться её холодной кожи и спутанных волос. Не хотел слышать её молчание. Поэтому и не рвался на поиски, стараясь отсрочить момент расставания, заранее оплакивая их с Исэ долгую дружбу. Однако Дзёно не успел погрузиться в воспоминания, как в комнату ворвался один из подчинённых Сато. Он застал Сайгику задумчивым, с опущенной на колени головой, и подумал, что по-настоящему опасный человек не мог так выглядеть. Но холодный, немного скрипучий голос с неприкрытой неприязнью его быстро вернул в реальность: — Что ты тут забыл? — Сато-сан звонил, сказал, что напал на… Дослушивать Дзёно не стал, резко поднялся с кресла и уверенно направился прочь из штаба. Будто всё это время только этих известий и ждал. На ходу велел собрать группу человек из десяти, взять всем пистолеты, ножи и вообще всё, что смогут найти. Нехорошее веселье вдруг охватило Дзёно. Возможно, Исэ ещё жива. Тогда придётся отбивать её. Мысль, что она просто прячется больше не приходила. Сайгику был абсолютно уверен, что она сунула свой нос, куда не надо, и не смогла замести за собой следы. Глупая девчонка слишком сильно уверовала в свои силы. Сато стоял в глубокой тени заброшенного жилого дома на самой окраине города. Таких серых неприглядных домов с провалившейся крышей в округе было много. Война оставила здесь свой отпечаток, а местные власти почему-то не захотели его стирать. — Там люди, они говорили об Исэ, — быстро прошептал Сато бесшумно подошедшему Дзёно. Последний сдержанно кивнул и подошёл ближе к окну с выбитыми стеклами. Вслушался в приглушённые звуки. Должно быть, люди старались не шуметь и расположились в глубине дома. Человек семь. Может меньше, может больше. Дзёно был не уверен — слишком сложно уловить. Сато молча наблюдал за другом. Закрытые глаза, ни следа улыбки на губах. Напряжённая поза. Дзёно никогда не показывался таким в организации. Сато даже думал, что его босс — какое-то воплощение бога, всегда уверенный в своих решениях и действиях, всегда недосягаемый и ловко скрывающий эмоции. А его способность… Сато видел её только однажды, но тот случай хорошо отпечатался в памяти. Позже Дзёно отчитал его за безответственность, сказал, что больше не пойдёт на такой шаг, и, что больше подобных чрезвычайных случаев быть не должно. Семнадцатилетний Сайгику ловко осадил взрослого мужчину под тихое хихиканье Исэ. В тот день он был абсолютно спокоен. В каждом его движении чувствовалась какая-то скука и расслабленность. Чего нельзя было сказать об этом вечере. Сато будто со стороны наблюдал за тем, как его подчинённые тихо снимали дверь с петель под чутким руководством Дзёно, как они проходили внутрь, целясь в темноту. Как его друг неуверенно двигался вперёд, касаясь рукой стены и прощупывая каждый шаг. Сайгику прислушивался. Это знали все, а потому старались практически не дышать. Казалось, всё замерло. Никто не двигался целую вечность. Только пар вырывался с медленным дыханием присутствующих. Дзёно и вовсе, казалось, не дышал. Сато внимательно смотрел на его тонкую фигурку посреди комнаты, освещённую светом далёких фонарей. Он был красив: точёный профиль, едва заметная самодовольная улыбка и тонкий палец, указывавший направление. Спуститься в подвал незамеченными не удалось. Поэтому перестрелка началась уже на лестнице. Самая невыгодная позиция для нападавших. Но, как успел сообразить Дзёно, похитители были в меньшинстве, а потому их довольно быстро оттеснили вглубь комнаты. Он шёл следом за Сато и сжимал в руке лишь нож с зазубренным лезвием. Сомнительный способ обороны, но друг ничего по этому поводу не сказал, кидаясь на помощь своим шестёркам, предварительно оттолкнув босса к стене. Звуки выстрелов стихали, зато теперь громко звучали стоны и крики, глухие удары и лязг металла. Перестрелка плавно перетекла в поножовщину. Дзёно рассеянно вертелся на одном месте. Звуки лились со всех сторон: упавший стол, разбитая посуда, рыдание, шипение потушенного огня. Сайгику никак не мог выбрать, куда идти и что делать, замирая практически открытым для любой атаки. Иногда Дзёно казалось, что слепота делает его невидимым и для других. Казалось, что он всегда имеет четкое представление о перемещениях и действиях окружающих. Но не в этот раз. В этот раз людей было слишком много. Сайгику дёрнулся по инерции, немного заваливаясь назад, отступил и схватился за плечо, которое сразу же прошила острая боль. Дзёно услышал стук пистолета о бетонный пол и понял, что стрелок обезврежен. Но на пальцы сквозь одежду просачивалась горячая кровь. Повезло, что пуля прошла по касательной и не застряла в мягких тканях, но приятного от этого было немного. В голове проскользила досадная мысль, что способность могла уберечь от ранения, если бы Сайгику вовремя сообразил, успел ей воспользоваться и в целом не относился к ней как к чему-то лишнему. Будто своим упрямством и непринятием пытался себе что-то доказать. Раздался последний выстрел, оборвавший тихий скулёж, и «чисто», адресованное Сато. Мужчина переводил дыхание и окидывал помещение рассеянным взглядом. Наткнулся на Дзёно, что по-прежнему с прямой спиной стоял у стены и придерживал плечо. Невесело хмыкнул: он с самого начала предполагал, что Сайгику выйдет из этого дома раненым. Но, надо признать, его обострённые чувства здорово сэкономили время и позволили обойтись без лишних жертв. Сато был спокоен ровно до того момента, пока Дзёно не поджал губы и не отвернулся к стене, пряча выражение своего лица. Внутри мужчины что-то оборвалось. Когда он шёл к своему подчинённому, заявившему, что нашёл Исэ, он уже знал, что найдёт её мёртвой. Так оно и вышло. Тело девушки лежало на полу, изогнутое в совершенно неестественной позе. Её некогда прекрасное лицо заплыло из-за синяков, губы потрескались, нос сломан и, судя по опухоли, далеко не один раз. На ногах и животе в нескольких местах чёрные обугленные полосы. Множество порезов. Дзёно вышел из оцепенения только когда услышал болезненный крик Сато, что рухнул рядом с телом на колени. Сайгику чувствовал в воздухе запахи крови, экскрементов, пота и слёз. На языке оседал привкус бензина и сажи. Несложно было догадаться, через что перед смертью прошла девушка. Дзёно судорожно сглотнул, провёл влажной ладонью по лицу, возвращаясь в эту новую, чужую для себя реальность. Реальность без Исэ, её забавных обращений к нему, без её смеха и дурацкого шерстяного шарфа. Сато рыдал. Захлёбывался собственными слезами и криками, что рвались наружу. Исэ в организации любили все, но Сато как-то по-особенному. Дзёно не знал, были ли его друзья мужем и женой, либо же любовниками. Его как-то не особо волновали их личные отношения, пока они не мешали делу. Но Сайгику всё равно чувствовал вину за эту ужасную смерть, вину, что не успел, что с самого начала не послушал Сато и не воспользовался способностью. Из-за этой глупой упрямости они и потеряли Исэ. — Почему она не воспользовалась способностью? — в отчаянии прошептал Сато, склонившись над девушкой, вглядываясь в лицо, искажённое болью. — Девочка-вспышка… — безэмоционально ответил Дзёно. Его мутило, изнутри что-то рвалось, хотелось пасть на колени рядом с подругой и пройтись руками по её лицу, уверяя себя, что всё это — часть её спектакля. Что с Исэ всё хорошо. Но Дзёно знал, что это не так. И не мог себе позволить безрассудств, как это сделал Сато. Кто-то должен был оставаться в здравом уме, кто-то должен был задвинуть горе подальше и взять ситуацию в свои руки. Этим кем-то Дзёно и стал. — Её способность убивает всё вокруг. И её тоже. Она надеялась и ждала нас до последнего. — Эти придурки!.. — в сердцах выкрикнул Сато и рывком поднялся с колен, приближаясь к Сайгику. Дзёно ловко перехватил направленный в него кулак, вывернул руку и с силой пнул напарника в живот коленом. Тот захрипел и повалился на пол, ещё сильнее пачкаясь в грязи. Дзёно брезгливо вытер окровавленную руку, что успел замарать во время схватки, о собственную одежду. Парень окинул комнату невидящим взглядом, услышал торопливые шаги за спиной и утвердительно кивнул. — Нужно убираться отсюда, — озвучил своё решение прибывшим подчинённым Сато и другу, что вновь подполз к трупу некогда прекрасной девушки. Дзёно слышал, как он в полубреду шептал ей что-то, как убирал с её лица волосы, пропитанные кровью, слезами и слюной. Дзёно слышал и хотел бы заставить Сато подняться и выйти, оставив прошлое за этой дверью в подвал. Но не мог, давая ещё несколько мгновений на прощание. — Нужно забрать её с собой… — рассеянно, куда-то вперёд, в каменную стену, сказал Сато, а после обернулся на расслабленного босса. Дзёно лишь безразлично пожал плечами и принялся лениво разъяснять, как ему казалось, очевидные вещи: — От её тела разит бензином. Думаю, ей влили его в горло. Уверен, что хочешь нести труп? Она всё ещё может воспламениться. Сато эти слова не вразумили. Юноша не решился на новую попытку ударить Дзёно, а потому просто прокричал ему в спину: — Из-за тебя она умерла! Дзёно поморщился. Голова от шума начинала болеть. Сайгику отмахнулся от друга и направился к лестнице, замирая на первой ступеньке. Где-то глубоко внутри пульсировало «из-за тебя она умерла!», голосу друга вторили призраки прошлого. В словах Сато Дзёно слышал самого себя, маленького, беспомощного и напуганного. Только что ослепшего, но не чувствовавшего боли из-за шока. Дзёно вслушался в дыхание людей на лестнице, насчитал девятерых. Значит, погиб только один. Хорошо. Можно сказать, отделались лёгким испугом. Сайгику устало выдохнул и, немного помолчав, обратился к подчинённым Сато: — Залейте подвал керосином и быстро. — Нет! Нам нужно вытащить её! — взвыл Сато, что всё ещё сжимал в своих руках мёртвую подругу. Дзёно раздражённо дёрнул плечом и, делая шаг вперёд на лестницу, бросил безапелляционным тоном: — Выполняйте. — Но там Сато-сан… — какой-то мужчина набрался смелости возразить. Дзёно на секунду остановился, поискал взглядом говорившего. Тогда всем присутствующим показалось, что на лице босса проскользило нечто похожее на боль или отчаяние. Правда, оно скрылось также быстро, как и появилось. — Он сам знает, что делает, — вот и весь ответ. Дзёно вновь развернулся и принялся неторопливо подниматься по лестнице. Подчинённые же в ужасе уставились Дзёно в спину, что был сейчас готов сжечь заживо своего партнёра, своего напарника, своего… друга. Но Сайгику выглядел расслабленным. Он улыбался с закрытыми глазами, будто видел самый прекрасный сон в своей жизни. Наверное, так и было. Дзёно, как король, как настоящий художник, получивший мировое признание за свой шедевр, поднимался по лестнице из подвала под аккомпанемент стонов, под крики Сато и звуки льющегося керосина. Даже жутчайший смрад и усилившаяся головная боль не портили впечатление от вечера. Даже смерть Исэ казалась не такой уж ужасной в эти мгновения. Всё, о чём сейчас жалел Дзёно, — то, что он не мог видеть всей картины. — Мудак, — прорычал Сато, стоило ему только оказаться на улице рядом с Дзёно. Тот лишь снисходительно кивнул. Что-то начинало мешать наслаждаться произведением искусства, что-то внутри болезненно ворочалось. — Не лейте керосин напрасно! Мы не миллионеры, чёрт бы вас побрал! — выругался Дзёно, а после уже спокойно велел поджигать и отвернуться от дома. Сам же остался стоять лицом к нему. Ему терять всё равно уже нечего. Ночь на несколько секунд превратилась в день. Дзёно чувствовал кожей горячее прикосновение маленького солнца. Тело Исэ выпустило свою способность наружу, уничтожая здание с фундаментом. Утром скажут, что с очередным эспером произошёл несчастный случай. Никто даже не обратит внимание. — Нам нужен новый план, — безапелляционно заявил Дзёно, когда все, в том числе и Сато, повернулись к изувеченной земле, где раньше стоял дом. — Траур можно отложить. Дзёно чувствовал, что Сато закипал ненавистью к нему. И почему-то упивался этим. Заглушал свою тоску по Исэ, заполнял чужой яростью и чувством собственного превосходства пустоту, образовавшуюся с её смертью. Сайгику знал, что это неправильно, но противиться этому не собирался. В конце концов, всеобщий страх перед неизвестностью, что дарил Дзёно, и сплотил всех этих людей вокруг него. Кто-то явно намеревался оставить его ни с чем. Дзёно же не был намерен отдавать что-либо без боя.