Лучшая мотивация.

Брюнет хмурится, внимательнее вглядываясь в решенную Шастуном задачу. Он ошибку осознает, но найти не может, поэтому бегает растерянным взглядом по действиям, проводя по каждой строке кончиком ручки, дабы не запутаться. Сам ученик в это время пялится, без особого угрызения совести, на своего репетитора, внимательно следя за каждым действием и что-то подмечая в голове. Он перекидывает ноги с одной на другую и двигается ближе, вдыхая любимый запах и также заглядывая в тетрадь. — Ну, что там? — мальчик кладет подбородок ему на плечо, чуть выпячивая нижнюю губу. Арсений оборачивается и тут же дергается, скидывая с себя ученика. Его излишняя тактильность часто сбивала мужчину с правильного русла, на что тот каждый раз лишь удрученно выдыхал. — Не могу найти ошибку… Наверное в расчетах, дай мне калькулятор пожалуйста… Попов протягивает руку, не отрываясь от тетради, и пару раз смыкает ладонь, призывая к действию. Шастун спохватывается, взглядом находя нужный предмет, и кладя его в теплую руку за долю секунды. — Вам не кажется все это бессмысленным? — он складывает руки на груди и падает на спинку стула, позволяя негативным мыслям лезть в голову. Предстоящий экзамен профильной математики выжимает из него все соки, но Антон правда старается. Старается учить формулы, не думая о том, как репетитор раскладывает его на этом столе… Судя по недавно решенной задаче — пока выходит так себе. Мужчина отвечает спустя несколько секунд, найдя наконец ошибку и довольно поворачиваясь к Антону. Грустная мордашка мальчика на секунду заставляет его растеряться, от чего он неловко поправляет очки, что съехали на нос. — Антон… Мы это уже обсуждали. — он кладет ручку на стол и поворачивается к мальчику всем корпусом, заглядывая в зеленые глаза. — Всё у тебя получится, тебе просто нужна мотивация… Шастун слабо улыбается, окидывая мужчину влюбленным взглядом и коротко облизывается, прогоняя из головы все плохие мысли. — Знаете, что может стать для меня отличной мотивацией? — он чуть щурится, наблюдая за реакцией и прикидывая насколько адекватный поступок он сейчас совершит. — Что же? — Попов садится удобнее и берет в руки свой стакан с любимым кофе, любезно приготовленное мальчиком. Антон делает паузу, следя за репетитором, переводит взгляд на его свободную руку, и резко вздергивая голову, кладет её на свое колено. — Вы. Мужчина тут же давится напитком, выпучивая глаза и пытаясь отдернуть руку. Но Шастун не позволяет. Чувствуя жар чужой кожи, он закусывает губу и мысленно думает о том, что сошел с ума. — Антон! Ты что делаешь? Ощущая, как дергаются подушечки пальцев на его коже, мальчик улыбается. Он прижимает их к себе, одновременно поглаживая и мурча от удовольствия. — Ну Арсений Сергеевич… — он говорит это с придыханием, стараясь сбить мужчину с толку. — Неужели вы не хотите помочь своему ученику? Попов теряется, замирая от столь новой для него интонации в голосе мальчика, и нервно сглатывает. — Как я могу тебе помочь? — он говорит это чуть тише, не сводя с ученика удивленного взгляда. — Потрогайте меня… — Шастун невинно хлопает глазками, сжимая чужую руку и ведя ей вдоль внутренней стороны бедра. — … вот здесь. Я буду вам сильно благодарен, и в следующий раз решу задачу правильно… Арсений откладывает наконец кружку и полностью фокусируется на ученике. Тяжелое дыхание юного тела, что мягко сжимает его собственную руку, сейчас заставляет его переступать через все собственные принципы. Нельзя приставать к ученикам… Нельзя трогать учеников… А если сильно хочется? Если эти самые ученики на протяжении нескольких занятий надевают эти блядские короткие шорты? Все равно нельзя? Заметив, что мужчина больше не дергается, мальчик медленно убирает свои руки, и также медленно раздвигает колени, давая больше пространства. Серые шорты натягиваются, обнажая светлую кожу и Антон замирает, ожидая дальнейших действий. Открывшийся вид приковывает взгляд моментально. И Арсений сам того не осознавая, ведет рукой, ощущая под пальцами горячие колени, на что ученик тут же довольно жмурится, наконец почувствовав инициативу. — Видите Арсений Сергеевич, не так уж и сложно… Он откидывается на спинку, вновь облизываясь и наблюдая за рукой, что выводила узоры на самой эрогенной зоне его тела. Выгибает спину и тяжело дышит, бросая редкие взгляды на самого Арсения. — Я не должен этого делать… — брюнет шепчет, ощущая как мальчик буквально плавится от его движений. Сглатывает вязкую слюну, боясь отводить любопытный взгляд, но остановиться не может. — Только не останавливайтесь! — Шастун чуть вскрикнул, тут же пугаясь от собственного голоса. — Прошу вас… Не останавливайтесь… Мужчина прикрывает глаза, делая пару глубоких вздохов, и продолжает вести рукой выше, отгибая серую ткань — И давно ты об этом думал? — С первого занятия… — он рвано выдыхает, чуть съезжая со стула, приближая таким образом самое долгожданное прикосновение. — Ты бессовестный, знаешь это? — Попов кидает взгляд на ширинку своего ученика, и закусив губу убирает руки. — Куда? — мальчик возмущенно поднимает взгляд полный возбуждения. Он нервно сглатывает, ощущая жар по всему телу и неимоверную пустоту. — Я не буду этого делать Антон. Я твой преподаватель, и моя задача заключена абсолютно в другом. — он мысленно дает себе подзатыльник, за полный неуверенности голос, но четко осознает, что все сделал правильно.