Мой великий музыкант...

— Ну, тогда тебе придется не сладко. Это уже моё последнее слово — снова стал грубым Густав. Он встал с постели сына и ушел. «Не буду терять времени даром.» Себастьян взял лист бумаги и карандаш. Постепенно проводя по листу, появлялся рисунок. «Эти огненные волосы, манера поведения и речи. Я так хочу найти эту девушку. Ее грубость очень обаятельна… Нет, ну что я за идиот влюбиться в первую встречную девушку? Однако она не такая как все…» Спустя полчаса рисунок был готов. Получилось очень похоже. «Только вот, куда я его спрячу? Если отец найдет что-либо подобное в моей комнате, то приятного мало.» Взгляд юноши привлекли пластинки. Он взял свою самую любимую и открыл. Согнув лист по полам, он положил его в упаковку, и засунул саму пластинку обратно. Парень взял лист и карашдаш и стал рисовать её снова. На это раз получилось лучше. — Себастьян, пора на урок скрипки — сказал Густав, даже не смотря на то, что у сына буквально 2 часа назад был экзамен — Что ты делаешь? — Себастьян сразу закрыл рисунок рукой. — Покажи — приказал отец. — Нет, просто пейзаж. — Быстро! — не дожидаясь ответных действий от сына он выхватил лист из его рук. — Хм… Не знал, что это называют пейзажем… — протянул Густав. — Я… Густав смял листок в руке и бросил на пол. — И это нечто тебе понравилось? Она даже не похожа на девушку. Что это вообще такое? — Закрой свой рот — прошептал Себастьян, чувствуя, как только-только утихший гнев просыпается снова. — Что? Что ты там вякнул? — Я сказал, что бы ты закрыл свой рот! — Ты, что совсем из ума выжил?! — Да, совсем. Не смей ее оскорблять — Себастьян и сам не понимал, зачем он защищает неизвестного ему человека. — Из-за какой-то непонятной девчонки ты затыкаешь мне рот?! Сейчас я тебя научу старших уважать! Наверное забыл?! Молчал, молчал, а тут на тебе! Мужчина потянул Себастьяна за ухо из комнаты. — Густав, — прошептала Мери — не нужно… Он так посмотрел нее, что женщина лишь, опустила голову вниз. — Отец, отпусти меня — стараясь не кричать сказал Себастьян. — Сейчас ты узнаешь!!! — Отпусти — уже настойчивее повторил юноша. Густав вел его в сторону подвала. Парень прекрасно понял, что дело пахнет жареным и лучше вырваться сейчас. Себастьян, что есть силы дернулся из рук отца. Это махинация удалась успешно. Через секунду он стоял у стены, держась рукой за ухо. — Раскормили мы тебя. Вон какой стал. Уже и мои методы не помогают. Я лично поеду за доктором Гансом. Пусть хоть он приведет тебя в чувства. Мне кажется, что у тебя началось либо обострение, либо приступ. Ты явно не в себе. Я с тобой и по-хорошему и по-плохому, ты никак не понимаешь. Тогда врачи тебе помогут, сделают из тебя наконец нормального ребенка. Посмотрите, молчал, мочал, а тут такое выкинул. Рот он мне затыкать будет, гляньте на него. Густав вышел из дома и направился к автомобилю. «Надо уходить, иначе мне конец. Он на полном серьёзе сейчас поехал к этому чокнутому Гансу.» Думал Себастьян, поднимаясь в комнату. Он поднялся в комнату, достал чемодан из шкафа и стал оперативно складывать туда вещи. Пиджаки с костюмов он брать не стал, а вот рубашки и брюки пригодились. Положив ещё пару обуви, он принялся за мелочевку. Взгляд юноши упал семейные на фотографии, которые стояли на полке. Он достал из рамок почти все снимки и положил вместе с остальными вещами. — На память… — тихо сказал юноша. Так же не забыл он несколько своих любимых пластинок, тот рисунок, что нарисовал час назад, небольшие карманные накопления, альбом и карандаши и пару книг. — Ну вроде всё собрал? — говорил сам с собой, что бы совсем не расстроиться юноша — Чуть на забыл! Он подошёл к шкафу и достал скрипку. Свои полученные награды он тоже положил в чемодан, так же некоторые документы, паспорт и т.д. Сняв этот идиотский пиджак, и растрепав волосы как учил Чес, он ещё раз оглядел комнату. — Ну, прощай… — сказал Себастьян и улыбнулся. Взяв в одну руку чемодан, а в другую чехол, надев свой розовый кулон уже в открытую, он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. Спускаясь по лестнице вниз, он заглянул на кухню. Мать стояла у плиты и что-то готовила. — Мама,… — протянул Себастьян. — Что, сынок? — отозвалась женщина, оборачиваясь. — Пока, мам. — Ты куда это собрался? — удивилась она — И где твой пиджак? Что это у тебя на шее? А волосы, что с ними? — закидала она его вопросами. — Мам, это не важно. Не отговаривай меня уходить, давай расстанемся не ссорясь? — Сынок, — она обняла его — Уже выше меня стал. — Да, … Мам, я тебя очень люблю. — А я тебя, я горжусь, что ты мой сын! Однако куда же ты пойдешь? — Ничего, найду себе место в этом мире. Все будет хорошо. — Себастьян, сынок, ну не уходи. Я отговорю отца. — Нет, мама, я уже достаточно натерпелся всего: унижений, криков, ссор, избиений и тому подобное. Я устал, не хочу. Сейчас он положит меня в психологическую клинику и дело с концом. Если спросит куда я ушел, скажи, что далеко. Я буду счастлив. — Сынок, где ты будешь спать? Вдруг с тобой случиться беда?! — Уже взрослый. Ничего не случиться. — А как же завтра? У тебя же праздник. — Ничего страшного, отцу все равно. — Ну тогда твой подарок я отдам тебе сейчас. Я быстро — она пошла наверх и вернулась со свертком в руках. — Что это? — удивлённо спросил Себастьян. — Открой и узнаешь. Дрожащими руками он открыл подарок. Там лежала джинсовка с обрезанными рукавами и рокерскими нашивками. Радость переполнила юношу. — Э.это м.мне? — дрожащим голосом спросил он. — Тебе, тебе, примерь-ка. Себастьян надел джинсовку. Она была ему как раз. — Ой какой красивый! Тебе идет. Я знаю что ты любишь рок и о кулоне тоже — на глаза Мери навернулись слезы. — Откуда? Я же так тщательно скрывал! — От материнских глаз ничего не скроется — по щекам сильнее побежали слезы. — Ну, мам, не плачь, а отец знает о твоём сюрпризе? — Само собой — нет. — Ну ладно тогда. Прощай, мам. — Сынок, я тебя так люблю! Такой ты уже взрослый. Женщина уже не сдерживала слез. — Мам, спасибо за подарок, это то, что я хотел. То о чем мечтал! — Ну вот и славно. — Мне пора идти. Отец скоро вернётся. Желательно, уйти до его возвращения. — Ну, с богом, Себастьян. — Меня зовут — Глем. Прощай, мама. Он развернулся и направился к выходу, взяв чемодан и скрипку в руки.