Отражение

— Не нравится мне это. Зачем он сюда приходил? Что хотел увидеть у нас на руках? Метку Ридлла? — не понимал Северус. — Что ты в итоге ему показал? — спросил Суревес. — Ничего. Пока ты разыгрывал безумие, цветущие буйным цветом, то я просто сидел в углу. Думал, что подобное правдоподобное поведение вынудит директора открыть больше информации, — скривился зельевар. — И ничего не вышло, — усмехнулся. — Альбус не тот, кто будет толкать речи, рассказывая каждый пункт своего гениального плана, — ерничал малефик, за что получил подушкой в голову. Близнецы уже привели себя в приличный вид, когда делегация с Дамблдором покинули Азкабан. И все же Суревес был согласен с Севом. Неспроста Альбус лично приперся в тюрьму. Он что-то хотел увидеть. Убедиться, потому что ни на какие вопросы они не отвечали, но директор по виду ушел совсем не расстроенным. — В любом случае. Ушел и ушел. Как ты смотришь на том, чтобы провести пару дней в Принц-мэноре? — предложил малефик. Оказалось, что с мэнором все было не так плохо, как думал Северус, который видел лишь голые стены дома. Сур не зря оползал весь дом. Он сумел спасти несколько комнат, спрятав их в пространственных карманах. В этот список входила библиотека, зельеварческая и микробиологическая лаборатория. Все остальное Суревес еще не успел связать, поэтому столь тщательно выбираемая мебель и домовики действительно сгинули в огне. Так же как и ангар за мэнором. И стоило малефику очнуться в тюрьме и добиться их с Северусом свободы, как он развернул бурную деятельность, которой на первый взгляд не было конца и края. Малефик нанял новых домовиков, назвав их Как и Когда. И с их помощью Суревес разбирал старинный мэнор по камушку, вырезая на каждом рунический рисунок. Монотонная, долгая, ответственная работа. Впрочем, зато малефику было чем заняться даже в плесневых стенах Азкабана.

***

— Нет, да ты издеваешься, — прошипел себе под нос Северус, грохая котлом. — Сев? — вопросительно приподнял брови Суревес. — Звал? — Звал. Иди сюда, — позвал зельевар, но так как будто приглашал в могилу. — О, проблемы? — спросил Суревес, увидев что зельевар колдует над телом Люциуса. Уже просто телом. Они перенесли слепок души сиятельного лорда на картину, честно стыренную из Малфой-мэнора. Так что теперь Северус работал с восстановлением тела, развлекаясь так, как ему бы ни одно научное сообщество или общественность не позволила. — Это ты мне скажи. От твоих проклятий нет лекарства. В него хоть кровь единорога, хоть дракона, хоть слезы феникса лей, но он как был разъеденным, так и остался, — ворчал Северус, недовольный переводом ингредиентов на бесполезное дело. — Ну нет, так нет. Давай вырастим новое, — пожал плечами Суревес, а зельевар закрыл лицо рукой, делая медленные вдохи. — Ты обещал Нарциссе мужа через месяц, а не через двадцать лет, — наконец сказал Северус, избавившись от острого раздражения под кожей. — Есть. Есть у меня пару идей на примете, — задумчиво сказал Суревес. — А пока давай-ка соберем с него все, что можно. Вообще нужно только ДНК, но вдруг что. Малефик достал другие инструменты, а Северус пристроился рядом, собираясь потом выведать, что задумал близнец.

***

— Когда ты сказал вырастить заново, то я представлял себе это несколько иначе, — невыразительно сказал Северус, наблюдая за Суревесом, что поливал странное растение. — Ха, — отозвался Суревес, довольный, что сумел впечатлить зельевара. В скромном садике за Принц-мэнором были грядки, где Суревес для души выращивал некоторые растения. И тут же малефик разместил новопривезенный из-за границы экземпляр. Похожее на белую морковь магическое растение имело одно интересное свойство. Были описаны несколько случаев, когда случайно пролитая на клубень кровь от царапины приводила к тому, что впитав с себя другую ДНК, растение повторяло полностью строение тела. Конечно, тогда полезные свойства, ради который и выращивали это растение, терялись, но Суревес видел в этом большие перспективы. С парой месяцев для «восстановления» Люциуса они действительно погорячились. У них были и другие дела помимо некогда сиятельного лорда, хотя из их затеи получилась очень веселая головоломка. Нужно было вырастить тело, проверить в нем наличие магии, как-то выбрать и поместить новую душу. В общем работы непочатый край с учетом того, что этот масштабный проект был их не единственным. Азкабан пусть и не был той тюрьмой для них, но все равно влиял на близнецов. Сковывал. Подавлял. Заставлял лично Суревеса хандрить, хотя и Северусу явно не нравились стены тюрьмы, как их не окрашивай или сколько светильников не понавешай. Но и деваться отсюда им было пока некуда. Общество знало их как преступников, Принц-мэнор все еще был непригоден для жизни больше, чем на пару дней, а Тупик Прядильщика они все же продали.

***

Так прошли еще несколько месяцев. Близнецы снова навестили Малфой-мэнор ради того, чтобы познакомить Нарциссу с новым Люциусом. Суревесу из десятка неудачных экспериментов все же удалось вырастить одно идеальное тело, а Северусу поддержать растительный сосуд, приспособив его к человеческой жизни. Было трудно, но было и интересно. С душой получилось даже легче, чем они рассчитывали, хотя и намешали они много разного. Они оставили слепок памяти предыдущего Люциуса, а к нему присоединили сознание умирающего человека. Хорошего человека, по иронии судьбы, который потерял свою жену и сына во время «взрыва газа», как любят писать в маггловских газетах по поводу нападения Пожирателей. Суревес называл такой обмен кармой. И все же это все не помешало оплести Малфоя плесенью, буквально заставив белую культуру прорасти в его нервную систему. В Малфой-мэноре они гостили еще неделю, ради проверки своего эксперимента. Северус ради такого занял местную лабораторию. Ему было скучно сидеть рядом и вести бесполезные беседы. Суревес же не то, чтобы был служанкой леди, чтобы блюсти приличия при встрече женщины с мужчиной, но малефик не хотел налажать с Люциусом, да и Нарциссе насколько он мог заметить было несколько спокойнее. Они с Северусом, конечно же, не стали расписывать ей каждый этап их гениальной затеи, но леди Малфой относилась к Люциусу как к незнакомцу. И в сущности была права, хотя Суревес уже видел подвижки. Нарцисса умела держать себя и свои эмоции в руках, но также хорошо она умела играть на публику. Никогда не стоит недооценивать женщин. Суревес прекрасно это знал, так что никогда не смотрел на Нарциссу как на вещь, принадлежащую Люциусу, хотя именно такие отношения и были в их прошлом. Это Малфой развлекался как мог, распуская павлиний хвост в Министерстве, став ярым Пожирателем, а также не обременяя себя изличшими стыдом и совестью. Нарцисса им воспринималась как красивая кукла, что должна быть послушной и ласковой, а также подарить ему наследника. На этом ее функция заканчивалась, что просто никак не могло уложиться у Суревеса в голове. Его женщины не привлекали в романтическом плане, но он мог оценить их красоту, а также их возможности. Нарцисса была красива. Но также под видом кроткой леди имела твердый стержень и имела свой характер. Малефику нравилась эта ведьма, а леди Малфой определенно нравилось то, что с Пожирателями ее семья больше не будет связана.