Il mio amore

Люди считают ценным то, что имеет срок годности

Руневский День не задался с самого утра: рабочие словно специально делали что-то не так, выводя меня из себя. Новую мебель в кабинет привезли на два часа позже обещанного, кофе оказался слишком крепким и через чур холодным, дождь пошёл именно в тот момент, когда моя машина осталась далеко позади и мною было принято решение о прогулке по центральному скверу. Надев синий костюм тройку от небезызвестного дизайнера, я вновь поспешил в контору в надежде закончить запланированные на день дела. Запланированная на выходные встреча с Дашковым не сулила ничего хорошего. — Опаздываете, господин Руневский. — Улыбчивая блондинка, секретарша Татьяна, подошла почти вплотную, наваливаясь свои оголённым декольте. Сколько ещё раз нужно было объяснить сотрудницам о важности дресс-кода: десять? двадцать? тридцать? Быть может, сотню… И сколько бы мною намёков ни было сделано, всё равно столь молодые девицы ничего не понимали или же упорно создавали видимость непонимания. — Обычный нудный понедельник. — Лёгкая ухмылка, а после чувство явного дежавю пронзили разум. Эта фраза словно нарочно подняла из головного архива сладостное воспоминание: «Саша, как прошёл твой день?» — Он улыбнулся, сильнее обвивая руки вокруг тонкой талии, а после сжимая её хрупкое тело в более интимных объятьях. Если б он только знал, что это один из последних вечеров, что они проведут вместе… «Обычный нудный понедельник». — Мужчине ни на миг не хотелось отпускать любимую из своих объятий. Озадаченный голос секретарши заставил меня невольно поёжиться, переводя на неё всё своё внимание. — Александр Константинович, у вас всё хорошо? — Я спокойно кивнул, направляясь к кабинету, не желая продолжать этот бессмысленный разговор. Свечников восседал в моём кабинете, как в своём, читая какую-то газету, принесённую моим ассистентом, судя по всему, по его просьбе. — Нехорошо опаздывать, господин Руневский, смотрите: ежели Дашков усомнится в вашей заинтересованности насчёт нашего общего дела, пеняйте на себя. — Я закатил глаза, усаживаясь в кожаное кресло, после чего включил свой ноутбук. — Мне не нравится эта напыщенная заинтересованность Дашкова в нашем деле. — Свечников хмыкнул, плотно сжимая и без того бледные губы в тонкую полоску. Как никто другой он понимал, пускай и не всегда разделял мои взгляды. Дашков был фигурой не новой, однако до сих пор спорной в наших с ним глазах. Каким бы родством их с князем ни связывала жизнь, доверия к нему не было. Шестое, очень важное чувство, принадлежащее вампирам, не твердило, а кричало: «Опасайся Дашкова». — Он копает под нас, разве не ясно. Вот только каковы его истинные причины и что хочет найти этот подхалим? — Я открыл свою почту, проверяя аналитику предприятий, за которыми мне «любезно» пришлось присматривать по просьбе Юсупова, и пусть я совсем этим не интересовался, но разве его это волновало?.. Выполнить, не пререкаясь, было лучшим решением, чем лишний раз встречаться с Дашковым. — Я списался с женской поддержкой, у меня только один вопрос: почему ваш отдел не взял их первыми? Это не наш профиль. — Я закрыл крышку ноутбука, переводя взгляд на недовольного Свечникова. Сам мужчина не любил заинтересованность со стороны, даже если бы это могло оказать неимоверную помощь. — Писали нам одни, и всё же бесполезное сотрудничество, уж поверь мне на слово. — Я равнодушно хмыкнул, смотря на друга. Последнее время к нам зачастил гость, повадившийся раскрывать сущность, ставя под угрозу вампирскую этику. — У нас завёлся новый маньяк из этой сферы, требовался человек опытный, но, так как времени у нас практически не было и единственные, кто ответели, — они, пришлось довольствоваться тем, что есть. — Вся эта затея мужчине не нравилась, но и перечить мне, как другу, он не стал. — Твоё право, только в случае чего не жди, что я приду к тебе на помощь, — усмехнулся Свечников, а после метнулся к окну, рассматривая пейзажи и о чём-то раздумывая. Что-то терзало мужчину, и это не ускользало от моего взгляда, но я не стал докучать расспросами, прекрасно зная своего сира. — Уже уходишь? — Моя саркастичная улыбка заставила его закатить глаза. Свечников, на сей раз не спеша, точёной походкой направился на выход. — Дела, друг мой, дела. — Он вышел, а я достал смартфон, набирая номер. Уже представляя вопли Антуана и недавольство в голосе. — Дядя, ты нашёл на меня время? — произнёс Антуан весело и даже с долей сарказма. — А я смотрю, ты уже потерял меня! — Я саркастично улыбнулся, вспоминая, что не видел парня уже две с половиной недели, что для нас было неприлично много. Антуан — светловолосый парень, что стал мне родным, — был той отдушиной, ради которой я двигался дальше. Юсупов относился положительно к нашему общению, в то время как Дашков крутился рядом, подобно коршуну, словно я находился близ сына князя лишь из-за личных корыстных побуждений. — Мне кажется, я встретил девушку, с которой хочу провести всю свою жизнь. — Неожиданное откровение мечтательно слетело с губ парня, заставив меня усмехнуться и удобнее сесть в кресле. — Да ну! И кто же эта очаровательная особа? Дай угадаю, человек! — подшутил я, понимая, что Юсупов наверняка не сможет принять обычную безродную вампиршу, не то что человека, который доживёт до стандартных семидесяти, а после отойдёт в иной мир, поскользнувшись в душе или же подавившись супом. — Конечно же вампирша. Она меня немного старше… Куда ты пропал? Я был возле твоего поместья и городской квартиры — нигде тебя не вдели два дня. Ты смотри, я же волнуюсь. — Он весело рассмеялся в трубку. Иногда мне нужно было обязательно уехать на пару дней, подальше от этого места. Мне хотелось вдохнуть по-настоящему свежий поток кислорода, и, тем не менее, с каждым днём я всё больше и больше ощущал потребность в ней. Пускай это было слишком странно — прошло пол века, и давно пора забыть. Поистине прекрасным было засыпать, представляя, что мои руки всё так же, как в тот день, перед нашей свадьбой, сжимают её тонкое тельце, в надежде скрыть от этого мира в своих объятиях. Она всегда невзначай прижималась ко мне во сне, плотно обхватывая, и возила родными ладонями мой расслабленный ото сна торс. Это было слишком интимным для нас, неким таинством, которое являлось гораздо большим, чем могло казаться со стороны. — Мне нужен был небольшой перерыв. — Я осторожно встал из-за стола, подходя к книжному шкафу, стоящему противоположно прямоугольному ажурному столу. Книги стояли в идеальном алфавитном порядке, выжидая момента, когда у них будет возможность вновь оказаться в чьих-то руках. — Отчего же меня с собой не позвал? Съездили бы на Ранчо как раньше. — Улыбка машинально образовалась на лице, а сознание сформировало картины годичной давности. Со временем у нас действительно стало меньше времени быть рядом и общаться по душам. Но, тем не менее, нам всегда было о чём поговорить и что вспомнить. — В следующий раз обязательно съездим, Тони, это была единичная прогулка, ты же понимаешь — порой нужно отдохнуть от всего. — Судя по согласному хмыканью, стало ясно, что Антуан как всегда всё понял и верно воспринял мои слова. Но это не было чем-то удивительным, ведь именно поэтому когда-то мы нашли друг друга. — У тебя есть планы на вечер? Могли бы сыграть партию в шахматы. — Предложение было по истине заманчивым, ведь парень являлся достойным соперником, что подогревало интерес каждый раз, когда он предлагал сыграть, однако в этот раз планы были другими: — Твой дядюшка поручил мне стоящее дело: маньяк, девушки с проблемами — сегодня нужно будет встретиться насчёт ситуации, — спокойно, не пытаясь что-либо утаить, сказал я, отлично понимая, что именно такое не обидит. — Понимаю, надеюсь, тебе удастся в десятитысячный раз доказать моему дядюшке, кто тут папочка. — Он рассмеялся, вызывая мою улыбку, после чего продолжил, не позволяя сказать первым: — Не стану более тебя отвлекать. И всё ещё, как будет время, не забывай обо мне. Пару-тройку историй я бы оценил. — Обменявшись стандартным молчанием, что стало некой фишкой наших прощаний, я сбросил трубку, намереваясь закончить сегодняшний отчёт. Алина. Проведя несколько часов за книгой, я даже не успела оценить весь масштаб трагедии, рассматривая наручные часы, указывающие ровно на пять вечера. Желания куда-то идти не было, и, тем не менее, разве не это было главной целью данного приезда? Собрав волю в кулак, я поплелась в душ, выполняя стандартные процедуры. Аккуратно уложив стайером пушистые волосы, я улыбнулась, рассматривая в отражении зеркала отдохнувшую красотку, которой не хватало красивого платья и помады на губках. Окончательно справившись со сборами, я поняла, что ещё чуть-чуть и начну опаздывать, чего категорически не любила, как бы ни говорили женские журналы о том, что девушка должна «задерживаться». Завязав пояс чёрного осеннего плаща, я села в такси. Лёгкая волна переживания прошлась по бледной коже. Это было странно, ведь я никогда не переживала из-за предстоящих встреч. Бесспорно было не редкость работать за пределами конторы, однако чаще всего это было не желание, но я всегда умела совладать с собой. Словно насильно отправляя себя на деловую встречу. Питерские пейзажи не могли не радовать глаз. Каждый раз гуляя по улочкам или же по шумным заведениям, я не раз ловила себя на мысли о том, как мне всё это близко. Думать о том, насколько Санкт-Петербург прекрасен, времени не было. Ведь до встречи оставались считанные минуты, а такси въехало на парковку, идеально паркуясь возле первых лавочек. — Хорошего дня, мисс. — Таксист улыбнулся, вызывая у меня взаимный кивок. Такси быстро покинуло зону галереи, в то время как сердце неприятно сдавилось лёгким спазмом, когда мой взгляд упал на мужскую спину в идеально утюженном костюме, что рассматривал какое-то объявление. Спокойно вдохнув и поправив пояс плаща, я направилась вдоль аллеи, прямиком к мужчине. Уверенности в том, что он был тем, кто меня ждал, не было, но попытать счастье стоило. Автор Раздался плавный неспешный ритм каблуков. Двенадцатисантиметровая шпилька встречалась с асфальтом в безудержной битве. Оказавшись максимально близко, Алина хотела обойти мужчину сбоку, чтобы лучше рассмотреть, однако он соизволил резко развернуться. Возможно, услышав звук приближающегося к себе вампира. Минутное молчание прогремело неожиданно, сердце сжалось в сильном спазме, не давая возможности сказать что-либо. Липкое дежавю пробивало насквозь. — Алина… — коротко сказал мужчина, отчего сердце забилось ещё сильнее, чем прежде.