Круг жизни

      Когда он впервые услышал этот звук, ему показалось, что ничего не может быть страшнее. Желание спрятаться, забиться в самый дальний угол и стать незаметным, сидящие глубоко внутри, моментально вырывалось наружу. Слёзы начинали щипать щеки, а маленькое сердце билось так, что ещё чуть-чуть, и должно было пробить рёбра. Однако жизнь сложилась так, что Питер Паркер слышал звуки взрыва слишком часто. Поэтому теперь, стены его сырой и темной комнаты, где его держали, сотрясались от звуковых и ударных волн, малыш просто сидел на полу, зажав ушки руками и спрятав лицо на коленях. Он не плакал и не дрожал. Ему просто хотелось, что бы не было так громко, ведь как-то так получилось, что с тех пор, как ему исполнилось два и он случайно (ну вернее из любопытства) выпил бордовую жидкость из папиной пробирки, его ушки и глазки вдруг стали в разы все лучше слышать и видеть. А ещё почему-то яркий свет неприятно жёг глаза, так что Питер был даже рад, что в комнате было темно. Он не знал сколько прошло времени с первого взрыва, но дверь в помещение резко отворилась и на секунду показался тот самый дяденька, которому странная директриса как-то вложила в руку маленькую ручку Питера и сказала: «Теперь ты пойдёшь с ним». — Не высовывайся, понял? — рявкнул он, погрозив Питеру кулаком. — Без шуток, не то получишь по первое число! Малыш съежился и слабо кивнул. Его уже били и много, и ему совершенно не хотелось повторения. Да и вообще, он не собирался никуда уходить. Когда его только сюда привезли, ему было сказано, что это его новый дом, а Питер хотел, что бы у него был дом. Конечно, лучше с мамой и папой, кучей игрушек и возможность есть сколько угодно шоколадного мороженого с маленькими кусочками орешков, но если такого нет, то и этот дом подойдёт. В какой-то момент, взрывы и стрельба прекратились, а крики тех, кто держала Питера в этой комнате больше не разносились по стенам. Питер напугался. Он вдруг почувствовал, что остался один и первые слёзы покатились по измазанным в грязи щекам. Он старался прислушиваться к каждому шороху и в какой-то момент, до маленьких ушек донеслись голоса: — Тони, там чисто. Мы убрали всех. — Мы с Клинтом проверим периметр, чтобы спокойно уйти! И Питер встрепенулся. Это был первый женский голос, который он слышал за последние время. — Хорошо, — снова мужской, но почему-то казалось, что знакомый голос ударил по ушам, но мальчик продолжал сидеть на полу не шевелясь, — будьте осторожны! Я пойду его искать. Кэп, прикроешь? Он слышал шаги, приближающиеся к его двери и первым желанием было спрятаться, но что-то заставило сидеть на месте и продолжать вглядываться в темноту. В конце концов, дверь тихонько скрипнула и тонкая полоска света пробилась в помещение, а следом послышалось осторожное: — Питер? Эй, кроха ты тут? ПЯТНИЦА, фонарь. Дверь открылась полностью и Питер тут же зажал руками личико, пряча глаза от яркого луча, освещающего комнату. — Вот ты где, ребёнок. Я нашёл его! — следующие снова Питеру. — Я сейчас сделаю фонарь менее ярким, а ты открой мне свою мордочку, хорошо? Мальчик едва заметно кивнул и когда света стало меньше, убрал руки от лица. Тони вздрогнул. Снова эти огромные шоколадные глаза. История повторяется… — Ты меня помнишь? Я Тони — железный человек. Мы виделись уже. Ну, тогда в доме, я… — Ты обещау… — Питер хмурит брови и всхлипывает. — Ты говоиу, что веинешься за мной. — Боже, Пит, прости, я… я просто… — Старк, — голос в динамике был низким и грозным, чем напугал мальчишку, — радары засекли движение. Нам надо уходить! Тони вновь поднял взгляд на Питера и протянув ему руку, прошептал: — Я вернулся, Питер! Теперь я вернулся. Давай мне ручку. Пойдём со мной, ты… — Я буду жить с тобой? — глаза ребёнка заблестели и он впервые за долгое время подскочил. — Мы поедем домой? — Да, ребёнок, да, домой! — Старк, живее! Они рядом! — Давай, карапуз, идём. Идём домой. Малыш прыгает мужчине на руки и обвив свои ручки вокруг шеи повисает как коала на ветке. Тони устраивает свою руку на спине ребёнка и прижав того теснее, выпускает разряд репульсора, пробивая дыру в стене и вылетает.

***

Они летят уже около часа. Питера покормили, помыли руки и лицо, и теперь, довольный ребёнок сидел на коленях у Клинта, который что-то увлечённо рассказывал. Мальчик периодически охал и заливисто смеялся. Тони присматривал за этим всем со стороны, понуро устроившись в пилотном кресле. — О чем думаешь? — Наташа уже довольно долго наблюдала за другом, считывая все его эмоции. — Ты за последний час не произнёс ни единого слова… — Он думает, что будет жить со мной. — А разве это не так? — Нат, ты шутишь?! Я что, идеальный кандидат для воспитания детей? Мне самому нужен присмотр! — Тони резко наклоняемся и уперевшись локтями в колени, закрывает лицо руками. — Я не знаю, что делать. Ему нужная нормальная семья и… — Тони, очнись! Речь о мальчике с паучьими способностями! Что в его жизнь теперь нормально?! Ты не можешь пристроить его в семью в пригороде с белым штакетником и золотистым ретривером! В лучшем случае, его просто вернут в детский дом. В худшем… — Что ты предлагаешь?! — Он останется у нас. — Нат, это… — Не может обсуждаться! По крайней мере, пока. — шпионка кладёт руку на плече миллиардера и легко улыбнувшись, добавляет. — Тони, у нас ему будет лучше всего. Никто не говорит тебе, что ты должен его усыновить. Давай просто, ВМЕСТЕ позаботимся о нем. Пока не станет достаточно взрослым, чтобы решать самостоятельно. — Как можно оставить жить у себя ребёнка и при этом не привязаться к нему? — Никак. Я на это и надеюсь! — она хитро подмигивает мужчине и поднявшись идёт в сторону Клинта, на коленях которого все ещё резвится мальчик. — Так, Пит, пойдёт поиграем, а тот этот старый лучник уже наверняка замучил тебя своими историями про двести сорок видов стрел. — Двести сорок три!!! — обиженно протягивает Клинт. Тони отдалено слышит разговоры мстителей, разбавляемые заливистым смехом ребёнка, размышляя о том, что видимо теперь его жизнь очень круто изменится.

***

Тони не понял, как так быстро пролетел вечер. Как только они прилетели в башню, от озорства Питера не осталось и следа. Малыш залез на Старка и вцепившись тому в куртку мертвой хваткой, отказывался его отпускать. Тони и Нат с трудом удалось уговорить его помыться и Тони был безмерно благодарен, что Наташа успела заказать ПЯТНИЦЕ кучу новой одежды для Питера, в которую они его переодели. Спустя час общих усилий мальчик сидел в новых шортиках с маленькими шлемиками железного человека и в красной футболке с изображением железной руки с репульсором. Мстители устроили общий ужин, проведя его с шутками и нейтральными разговорами, вовлекая Питера. Тони пообещал ему, что завтра они пойдут в магазин и купят ему кучу новых игрушек и малыш, видимо повинуясь порыву радости, кинулся к Тони и уткнувшись тому в шею часто-часто шептал: «спасибо, спасибо, спасибо». Сейчас миллиардер сидел в своей спальне, облокотившись на спинку кровати и осушая размеренное детское дыхание под боком. Час назад, когда Тони обьявил, что всем детям, обведя взглядом абсолютно всех присутствующих, пора спать, глаза Питера заблестели и он, всхлипнув прошептал: «а ты меня не б’осишь? Я могу спать с тобой?». Естественно, мужчина не стал отказывать. И вот теперь, ему в бедро упиралась маленькая тёплая спинка. — Уснул? — Наташа прокралась в комнату. — Ага, минут пятнадцать как. Все боялся, что я уйду. — Тони… — она присаживается на край кровати и треплет мужчину по коленке. — Я понимаю, что ты боишься, но… — Я его не отдам. Он останется здесь и я его… — он осекается и бросив взгляд на мальчика, поглаживает его по спинке, продолжая. — Я попробую его вырастить. — Ты ведь не один. Мы все рядом и только «за»! Ребята от него в восторге. И проблем с формальностями мы не допустим. — Это меня не волнует. Я переживаю о том, что я могу ему дать. Естественно не в финансовом плане. — Ой, не сможешь ты, нас тут ещё пятеро! — шпионка давит смешок, слегка хлопая Старка по ноге. — Вот-вот. За это я тоже переживаю. — Ничего не знаю. Подумать только, у мстителей появился ребёнок… нет, у Тони Старк появился сын… — Нат, нет, речь не об этом. Он мне не сын и я просто хочу дать ему шанс на светлое будущие. Я ему не отец. Девушка только многозначительно улыбнулась и подмигнув другу вышла из спальни, не проронив ни слова. Она прекрасно знала, что от Тони требовать чувств за один день невозможно. Но ей точно также было известно, что у этих двоих все только начинается. Тони продолжал лежать, вглядываясь в потолок и слушай дыхание мальчика. К его удивлению, он сейчас вообще не мог разобрать собственные мысли. В одном он все же был уверен, Питер — чистый лист, уже весьма помятый, но чистый. И у них обоих теперь есть шанс начать все с начала…