Непослушный

Феликс радостный выскочил на улицу навстречу коварному мартовскому ветру, и, смеясь, побежал вдоль домов по узкой улочке. На душе у поляка было легко и светло, хоть он и злился на Ториса из-за чрезмерной опеки. Сейчас он не рядом, и Лукашевич может делать всё, что захочет без глупых запретов мамочки-Ториса. Первое, что он хотел, это своего любимого клубничного мороженого, потом решил напиться прохладного лимонада, что и сделал с большим удовольствием. Полакомившись, Феликс пошёл дальше. Но как только вдохнул полной грудью воздух, почувствовал, что его душит кашель и начинает болеть горло. Он тихонько выругался и пару раз кашлянул. Тело начало слабеть, перестало ему подчиняться, кинуло в жар. Еле как поляк вернулся к крыльцу дома, собрав последние силы. Тихонько открыл дверь. Его ждал взволнованный Торис. -Т-торис...кхе-кхе...я, кажется... -Заболел...-Лоринайтис закончил за него, подошёл и нежно обнял.- Я тебя просил, одевайся, непослушный ты мой. Что же теперь, раздевайся и ложись в кровать, будем лечиться. Кашель, горло, слабость в теле? Поляк кивнул, так как сил говорить не было. Торис уложил его в постель и принёс градусник. Пока ходил, Феликса начало трясти. Температура оказалась неутешительной: 38,3. -Вредина.- по-доброму ругал Лукашевича литовец, взяв худенькую бледную руку в свою, большую и тёплую, чуть шероховатую от постоянной работы на ферме.- Давай намажу грудь? -Да... Торис улыбнулся и полез в аптечку за бальзамом. Вернувшись, осторожно поднял лёгкий гольф, набрал на палец немного и начал нежно растирать, боясь сделать больно. -Хорошо? Не давлю? -Кх...нет. Хорошо.. Голос становился хриплым и поляку было всё тяжелее и тяжелее говорить, как будто там что-то застряло. -Давай горло ещё...Фелек...боже мой. Тебе придется снять гольфик. Феликс с трудом встал и снял предмет одежды. -Ты весь красный, потерпи минутку, сейчас я принесу тебе твою любимую тёплую рубашку. Литовец порылся у блондина в шкафу и нашёл вышеупомянутую одёжку. Эта рубашка действительно ему очень нравится: мягкая, тёплая, приятного зелёного оттенка. Торис помог парню одеться и намазал горло. Застегнул рубашку и укрыл одеялом. -Отдыхай сейчас. На ночь попарим ноги. Не выдержав вида ослабевшего и красного от жара поляка, голубоглазый лёг рядом и осторожно положил голову на хрупкое плечо.