stay shy (if you can)

Достаточно простая фраза Ани немного выбивает Медведеву из себя, поэтому когда они вместе с Алиной возвращаются на кухню — Женя на какое-то время просто отключается от всего происходящего вне её мыслей. Она даже не понимает, что Загитова давно молчит, изучая полупустой бокал. Нерешительно Алина прикасается губами к краю, допивая жалкие остатки алкогольного напитка. Медведева же поражена другим. Тем, как кончик языка девушки проводит по губам. «Вот ты и вляпалась, Женя», — осознание бьёт жёстко и не совсем вовремя. Неосознанно сжимая ножку своего бокала, Медведева откидывается на спинку барного стула. Алина замирает, изучая позу подруги. Отчего-то она вдруг ухмыляется, а потом смущённо отводит взгляд. — И что же такого смешного? — хрипло произносит Женя. — То, что многие считают нас парой, — всё ещё посмеиваясь, говорит Загитова. Наверное, это и правда смешно — у них ведь долгие годы не было ничего общего, хотя так или иначе они пересекались. И всё же Медведеву это немного обижает. Неужели она настолько плоха в качестве даже теоретической пары для Алины. Девушка замечает потемневший вмиг взгляд, смех прекращается. — Жень, я не так выразилась, — и прежде, чем Женя начнёт возмущаться или делать вид, что всё в порядке, девушка продолжает: — Мы с тобой больше похожи на разведённую пару, которая наконец-то, спустя годы, нашла понимание. А ещё у нас, судя по всему, как минимум, двое пьяных детей на втором этаже. Медведева искренне смеётся, потому что в её голове картина вырисовывается комичная. Комично-реалистичная даже, дополняет тут же она. Чтобы не чувствовать себя совсем не в своей тарелке, Женя тянется к бутылке вина, чтобы наполнить бокалы. В процессе несколько капель брызгают на руку. — Мда, как обычно, — прищуривается Медведева, а потом инстинктивно слизывает алкоголь с пальцев. — Эротично, — сипло произносит Алина, притягивая к себе Женю. — А знаешь, что ещё было бы эротичнее? Ожидающая продолжения Женя сначала просто оказывается возле Загитовой, но её тело буквально магнитится к девушке напротив — она врывается в личное пространство, чуть раздвигая колени Алины, чтобы теснее прижаться. Девушка издаёт тихий вздох. — И? — А говорила, что это я читаю мысли... — младшая фигуристка всё-таки пытается совладать над собой, но её движения говорят об обратном — она приподнимает бёдра, ища более тесный контакт. — Ты хотела этого? — А ты разве нет? Свет на кухне мягкий, но глаза Алины сейчас светятся чем-то, с чем Медведева ещё не имела дела. Задумываться об этом сейчас Женя не хочет, в её крови бушует алкоголь. И он подталкивает сделать тот самый бездумный шаг — слабость перерастает в дикое возбуждение. Но Загитова вдруг едва слышно произносит: — Знаешь, я хотела просто с тобой потанцевать. Женя на мгновение прищуривает глаза, пытаясь понять — шутит девушка или нет. Не шутит, наконец понимает она. Медведева слегка отодвигается, получая возмущённый взгляд. Но пытается на обращать внимание, просто подталкивает девушку, протягивая руку. — Тогда потанцуй со мной, — замечая сомнения Алины, она добавляет: — Я не кусаюсь, если меня не просят. — А музыка? — Она действительно нам нужна? — посмеиваясь, уточняет Женя. Шокированная Алина всё-таки положила свою ладонь в руку опьянённой и смеющейся Медведевой. Женя разворачивается и плавно тянет за собой в центр комнаты девушку. Загитова покачивается, сейчас её тоже нельзя назвать совсем трезвой. От падения её вовремя удерживают руки Жени, что с нежностью обхватывают талию. — Нужно быть осторожнее, — резко вырывается из уст Жени, но в её глазах мягкость. Они танцуют в полной тишине, Алина в какой-то момент кладёт голову на плечо Жени. Этот момент кажется интимным, однако почему-то абсолютно естественным, словно они занимались этим постоянно. Медведева не может удержаться, чтобы не прокомментировать их положение: — Могла ли ты подумать о таком ещё пару лет назад? Алина отстраняется после этих слов и отводит взгляд. Женя улавливает изменившееся настроение. Осознание от сказанного приходит в эту же чёртову секунду, и старшая фигуристка готова ударить саму себя за этот глупый и нелепый поступок. Главное посильнее, чтобы пьяный язык перестал говорить вообще. — Ты ведь знаешь, Жень? — сердце пропускает слишком громкий удар, но Алина продолжает: — Всё это время ты знала, что я влюблена в тебя? То ли алкоголь в крови, то ли этот смиренный взгляд Загитовой, то ли Медведева окончательно послала все внутренние «стоп-сигналы» — она наклоняется к губам Алины нерешительно и мягко. Этим она застаёт врасплох даже саму себя. И когда их губы соединяются, Женя даже не может надеяться, что ей ответят. Секунда. Две. Три. Готовая с позором столкнуться с реальностью Медведева почти отстраняется, но рука Алины неожиданно оказывается на затылке молодой девушки, притягивая к себе крепче. Погружённая в поцелуй Женя не сразу понимает, что ей отвечают взаимностью. Никаких размышлений, никакого самоанализа, просто реакция. Застенчиво и небрежно, грубо и тщательно — они переходят между этими состояниями так просто и легко. «Что ты, твою мать, делаешь, Женя?» — но всё это остаётся на задворках ничего не соображающего мозга. Их губы двигаются синхронно, двигаются в такт... Вспомнить, кто именно отстранился первым — невозможно. Но шёпот, звучащий в этой тихой комнате, всё же приводит Женю в себя. Она распахивает глаза, но старается ничего не говорить — вдруг опять всё испортит. Алина нежно проводит пальцами по щеке Медведевой, даже не успокаивая, а приручая. — Ты говорила что-то про желание кусаться? — любопытные карие глаза прожигают насквозь, и Женя улавливает намёк. Когда они совсем не бесшумно вваливаются в комнату Медведевой, всё о чём думает девушка — лишь бы на утро никто из них не дал задний ход. Это та черта, которую они переступают прямо сейчас, — она стёрта окончательно. И то хрупкое равновесие после нескольких лет показной «неприязни» просто рухнет в один час. «Хороших девочек ведь награждают», — думает Медведева, когда прижимает Алину к двери. Этот вечер должно быть испытывает терпение Жени, потому что она погружается в то зыбкое состояние, при котором возникает лишь желание действовать импульсивно. — И как же я буду вознаграждена? Старшая фигуристка мысленно проклинает себя: «О боже мой, я сказала это вслух?». Но лишь до тех пор, пока чужие губы не касаются пульсирующей вены на шее. На утро здесь явно останется засос, но в данный момент всё кажется правильным. Женя хочет погрузиться в этот водоворот чувств полностью — она хочет всего этого, она слишком долго сдерживалась. Она стонет в унисон с... Нет, это явно был не вторящий стон Загитовой. И Женя на секунду зависает, растерянно смотря на прижатую к ней Алину. Они обе замирают, когда раздаётся повторный стон из-за стены. «Я их убью», — она мысленно прокручивает ряд жестоких пыток, которые может совершить над Аней и Сашей. — Я уже говорила, что девочки выросли? — откидывает голову Алина, посмеиваясь. — Если они скажут, что во всём виноваты мы, я прикончу их голыми руками, — злостно шипит Медведева, но успокаивается, когда её зубы чуть прикусывают шею Загитовой. — Хотя кое-чему, возможно, им нужно поучиться. Наверное, стоит сделать в доме звукоизоляцию, – это последнее здравое, что приходит в голову Жене этой ночью.