Судьба

Жилье — маленькая квартира — которую предоставили Алисе, была просторной: среднего размера спальня, гостиная чуть побольше, небольшая кухня. В жилье не было ничего лишнего, здесь Алиса всегда соблюдала порядок. Окна выходили на солнечную сторону, поэтому утром и днем его наполняли лучи солнца. Благодаря этому в комнате почти всегда светло, несмотря на то, что обои темного цвета: светло-коричневые с темно-коричневыми полосами. Кровать в спальня занимало большую часть места. Она большая, широкая и очень мягкая. Рядом с ложе стоял небольшой шкаф для одежды. На нем также есть зеркало. *** Постояв минут пять, проникаясь настроением этой унылой осени, Алиса не спеша пошла к остановке ловить такси. Уже три недели Алиса в однокомнатной квартире. За это время в ее жизни ничего не поменялось и она ни разу, ни разу не столкнулась с Мартином. Он будто пропал, исчез. А может и вовсе уже в другой стране? Сидя на угловом диване и подперев голову рукой, Алисе казалось, что отныне она не будет прежней, вряд ли станет лучше. Возможно, она смирилась, не имея другого выхода, а может, даже ждала подобного, готовая к любым изменениям, лишь бы отстраниться от своих монотонных будней, погрязших в одиночестве. Уилсон без всякого сомнения осознавала, что не являлась пределом мечтаний, и такой мужчина, как Мартин, мог бы позволить себе какую-нибудь более привлекательную и сексуальную девицу, чем ее — в меру скромную Алису. *** Мартин искал тур-менеджера, который, в свою очередь, допустил ошибку в составлении графика тура. Как оказалось, его на месте не было, но вслушиваясь в шорох за дверью номера, мужчина снова постучал. В ответ дверь медленно открылась, стоявший за входом музыкант совсем не ожидал увидеть того, кого увидел. Алиса сглотнула щемящий комок в горле. Он безумно красив: светлые джинсы сидели на узких бедрах, черная майка, блондинистые волосы, как обычно, находятся в творческом беспорядке. — Алиса? — начал Мартин от удивления. — Ты кого-то другого ожидал увидеть? — с некой грустью произнесла Алиса. — Вообще-то да, — паясничал музыкант. — Но сейчас это не столь важно, — мужчина без спроса вошел за порог номера. Мало того, расположился на том же месте, где сидела Алиса. Ее буквально трясло от неожиданности: — Ну ты и наглец, Мартин! — иронизировала Алиса, заходя за порог номера. — Так ты здесь теперь обитаешь? — с особым любопытством произнес он, оглядывая номер. Затем подошел вплотную к ней. У девушки спёрло дыхание. Их тела разделяли каких-то сантиметров пять, не больше, и от этой близости у Алисы подкашивались ноги. Чтобы не упасть, ей пришлось опереться спиной о дверь. Сперва девушка хотела поиграть с Мартином, обмануть его ожидания. Заставить думать, что самолюбие позволяет ей жить в довольно дорогом отеле и наслажлаться всеми удобствами. Но решила, что так глупо обманывать мужчину после долгой разлуки будет не совсем вежливо. — Всего лишь работаю, — качнула головой девушка. Быстро назвала адрес своего места жительства, не надеясь, что Мартин его запомнит. Скорее ради приличия. Продолжила, — Знаешь, я думала больше не увижу тебя… — вздохнула она. — Зачем ты мне оставил такую большую сумму? — Алиса быстро отошла к окну. — Ты поставил меня в неловкое положение, зачем надо было ремонтировать дом? Как мне теперь тебя отблагодарить? — Уилсон поправила прядь волос за ухо, опустив взгляд. — Может потому, что хотел, чтобы ты искала меня, — ухмыляясь, он снова двинулся к ней. Ловкая рука обхватила подбородок, заставляя девушку смотреть ему в глаза. Но он упустил вторую часть сказанное Алисой. — Ах, вот как, — дыхание сбилось, и она жадно поглощала воздух, ощущая почти выветрившийся аромат мужского парфюма, исходящий от его одежды, мятное дыхание и запах секса от его кожи. «Господи, нет, прошу, только не это… Я не смогу противостоять ему снова. Переведи тему, переведи тему…» — повторялось в ее голове. Девушка опустила взгляд, рассматривая браслеты на его руках. Раньше она этого не замечала. — Я… Я хотела поговорить с тобой, — на ходу начала Алиса. — Что случилось? — музыкант интуитивно схватил ее за руку, приподнимаясь к плечам, ощущая под своей ладонью ее трепет. — Серьезно поговорить… — она сделала акцент на первое слово. — О чем? — уточнил Мартин, всё продолжая, но уже перейдя к левому плечу. Алиса пришла в смятение. Девушка присела на кровать, музыкант последовал за ней весь во внимании, и она продолжила: — Ты себя хорошо чувствуешь? — слегка взволнованно говорила Алиса. — Это допрос? В плане? — недовольные нотки вырывались с мужских уст. — Ну в плане того, что мы с тобой только спим и ничего больше между нами нет, — томно говорила она, взмахивая своими черными ресницами. — И ты считаешь, это нормально? — она скрестила руки на груди. — А почему бы и нет? — равнодушно отозвался он. — Серьёзно? Я для тебя просто никто? Ты даже отношения со мной начинать не хочешь… — девушка нахмурила брови. — Что-то там наговорил про свои предпочтения. Что это вообще значит? — она подняла на него взгляд, уставившись прямо в глаза, в них мелькнула искра возмущения. — Ты рассчитываешь на отношения? Я тебя правильно понял? — упуская последний вопрос, ответил Мартин. Голос, хоть и мягкий, в то же время звучал строго. — Просто я хочу, чтобы ты знал об этом, я не хочу интрижки на ночь. Эта роль не для меня, — Алиса вздернула ладонь, которая тут же превратилась в кулак. Она пыталась совладать эмоциями. — Но и навязываться тоже не хочу. Лишь оглушительная тишина царила в номере. Оба молчали, смотря друг на друга. Вдруг Мартин произнес: — Ты спрашивала о моих предпочтениях. Так вот, садо-мазохизм тебе знаком, ты когда-нибудь испытывала наслаждение через боль? — его рука медленно коснулась женских ладоней. Алиса опустила ресницы, этот вопрос поставил ее в тупик. Она совсем не знала, что ответить. — Нет, не испытывала, — прямо ответила девушка. — Ты предлагаешь мне попробовать? — Да, ты совершенно права. Если ты против, то дело твое, — мужчина смотрел на девушку и игриво улыбнулся, — Будем считать, ты меня этим и отблагодаришь. И еще кое-что. Я правильно понял — я тебе нужен? Алиса прикрыла глаза и глубоко вздохнула, в ее голове прошла мысль: «Отблагодарю чем, тем что соглашусь быть его слугой? Серьезно?» — Да, нужен, — требовательно произнесла девушка. — Честно говоря, ты мне тоже нравишься, — через секунду ответил Мартин. — Но я должен кое-что уточнить: я музыкант, у меня есть своя группа, и, естественно, я могу пропадать в турах длиной в год, если не больше. Я могу на недели застрять в студии. Но это не значит, что мы должны отречься друг от друга. Мартин сделал короткую паузу, изучая лицо Алисы. Она внимательно следила за его словами, не перебивая. Непонимание царило в ее глазах, она ждала продолжения речи. — Но тут есть обратная сторона: я не всегда смогу давать тебе ту заботу и внимание, на которые ты надеешься, — мужчина говорил внятно, стараясь, чтобы девушка уловила смысл. — Ты вправе сделать выбор. Ты можешь добровольно уйти, либо остаться со мной, с музыкантом. Лицо Алисы выражало грусть. Она не нашла, что ответить. Не каждый день услышишь о таком, но чего она ожидала? Что Мартин бросит весь мир к ее ногам? Нет, это глупо. Мартин тоже молчал. Он не хотел оставлять Алису одну, после всего того времени, что они провели вместе, но все же лучше, чтобы она приняла решение сама. Быть девушкой музыканта, которого обожают миллионы, не всегда бывает просто. В некоторой степени Мартин опасался за Алису. Многие фанаты за мельчайший факт из личной жизни их кумира готовы рвать без разбора. Втягивать Уилсон в эту темную сторону жизни поп-звезды было рискованно. Но Алиса просит большего. Только от нее зависела дальнейшая судьба их отношений. Девушка долго пыталась найти ответ. Ей казалось, что тяжесть выбора, вставшего перед ней непреодолимой стеной, просто раздавит ее, как дети давят беззащитных муравьев ради забавы. Слова пытались сорваться с ее дрожащих губ, но мозг просто не мог придать им форму. Потому Алиса только шумно выдохнула. Но занятная мысль закралась в голову в следующий миг. — Как насчет того, чтобы встречаться втайне? — она усмехнулась уголком губы. — Если ты не хочешь, чтобы нас видели вместе, то нам и не обязательно афишировать наши отношения. — Оу, я об этом как-то не подумал, — на лице Мартина отразилось изумление. — Я не хочу тебя отпускать, — продолжала Алиса, взяв руку музыканта в свою ладонь, — Но раз мы можем встречаться только таким образом, то пусть будет так, потому что, Мартин, я… — она смущенно отвела взгляд, готовясь произнести главные слова в своей жизни, — я люблю тебя. Уилсон опустила ресницы, прикусив нижнюю губу. Сердце девушки так быстро билось, а тишина накаляла обстановку. Мартин чувствовал ее сердцебиение, оно так близко. Алиса весьма серьезно опасалась его реакции, но она вывалила наружу всё, что было на сердце. Мартин внимательно смотрел в глаза девушки, в свою очередь, она не отрывалась от его. Его глаза — далекий космос, непостижимая глубина, самый изящный пейзаж и непонятое стихотворение, смысл которого не удастся разгадать даже самым умелым литературоведам. Они — загадка, которую Алиса хотела разгадать уже так долго, что успела влюбиться в них заново десятки раз. Он улыбнулся ее словам и всё-таки ответил, хотя секунду назад казалось, что ответа не последует: — Что? Ты серьёзно? — сердце Мартина пропустило удар. — Серьёзно, — растерялась Уилсон. Он утешающе обнял ее за хрупкие плечи, касаясь своим горячим телом, ее дыхание участилось. В этот момент Алиса уже слабо соображала, что она делала, и, прикрыв веки, она прикоснулась своими ладонями к щекам Мартина и поцеловала. Его губы захватывали в плен губы партнерши всё сильнее и сильнее. Затем мужчина медленно отпустил их на свободу. На мгновенье отстранившись от Алисы, Мартин аккуратно посадил ее на стол. Разговор так и остался незавершенным. Уставший Мартин покинул номер, направляясь на улицу. Закурив, он поднял голову в ночное небо, усыпанное тысячами сверкающих огней. Сразу хотелось думать, что, должно быть, там, высоко в небе, в другой вселенной или галактике, существует жизнь, наполненная яркими красками, где нет серьезных проблем или забот. От таких мыслей болезненно сжималось сердце, потому что ты живешь здесь. На земле. Там, где актуальны совершенно странные и очевидные вопросы, где алчность и властолюбие являются скорее нормой, чем грехами, и хоть общество активно пытается противостоять этому, без конца придумывая новые сказки с моралями и поучениями, но все они, каждый человек, в той или иной мере хочет этого. Это превращается в зависимость, у которой нет границ. Если ты сделаешь хоть единственный шаг за черту этики, то этот шаг равносилен попаданию в бездну. Мартин слышал, как стучало его сердце и готов был поклясться, как бежала кровь по его венам. Это всё завораживало.