Наслаждайся тишиной

«Это кто ещё такой?» — Жан мысленно задал вопрос.

      — Привет… — вздохнув, сказала Карла.       — Смотрю, ты времени зря не теряешь. — парень был достаточно высоким, нездоровая худоба отталкивала, а тёмно-русые волосы небрежно спадали на лицо. — Только год прошёл, а ты уже с каким-то мужиком, который… В моей толстовке и штанах? — подошёл ближе.       — Мы с ним не пара, Сэм. — развернувшись спиной к гостю из прошлого, девушка подозвала Жана за собой.       — Я не понимаю, ты не хочешь вернуть всё назад? Нам же так хорошо было, как-то глупо мы расстались. — Сэм остановил Карлу, положив руку ей на плечо.       — Нам? По-моему, только тебе. Не хочу это обсуждать в пять утра при человеке, который даже не относится ко всему этому. — несмотря на громкие заявления, во взгляде читался неподдельный страх и опасение не только за себя, но и за своего нового напарника.       — Нам нужно идти, не время болтать. — сухо произнёс Жан, ведя за руку девушку.       Его голос был настолько спокоен, что становилось не по себе. Этот тон действительно пугал и словно кричал о том, что дальнейшее преследование может обернуться неблагоприятными последствиями.       Дорога вновь прошла в тишине, как в прошлый раз. Только в эту ночь молчание стало комфортным, будто никаких слов было ненужно. Всё и так понятно. Произошедшее конечно подпортило настроение всем, но никто из них не хотел начинать разговор. Жан и вовсе считал, что упоминать первым об этом будет лишним, не его дело. Да и какой-то опасности в Сэме он не видел, странный, но не более. Он знал, что девушке было бы неприятно, если бы разведчик ничего не сделал, когда она напугана и физически уязвима. Так что решил заступиться, хоть и напрямую не вступил в какие-то разборки. С возрастом он понимал, что конфликт дракой не решишь. Парень мог прибегнуть к насилию только в бою, а также в шутку, дав кому-нибудь подзатыльник. Придя домой, Карла поблагодарила разведчика:       — Спасибо. — эти слова прозвучали тихо, но искренне, она действительно была рада, что он что-то предпринял и не бросил её.       — Хилый какой-то он, вряд ли что-то сделал бы. — в ответ прилетела лёгкая усмешка.       Утро выдалось спокойным, все спали, а очнулись только к обеду, когда большинство народа находилось на работе. Первым проснулся Кирштейн, который сразу же направился в ванну. Она ему очень полюбилась, конечно же, после мягкого дивана в гостиной, от которого он практически не отходил. О таком комфорте и тепле в Элдии он и не мечтал, а тут это ещё и не предел, даже не роскошь. Горячая вода оживляла мужчину, стекая крупными каплями по всему телу, они окутывали его и заставляли расслабляться. Для Жана это казалось сказкой, он был словно Золушка, пришедшая на бал, где она чувствовала себя принцессой, наравне со всеми. Идиллия клонила в сон, отвлекала от мрачных мыслей, так и лезущих в голову. Карла тоже не спала, но вставать с постели не думала. Её сознание погрузилось в раздумья о последних событиях.       Ситуация с Жаном, Сэм, долги в университете и проблемы с родителями — всё это не давало покоя. Было трудно не то что писать диплом — встать с кровати уже становилось подвигом и поводом для гордости. Жизнь потеряла смысл, ни любви, ни достижений в карьере, ничего не было у Карлы, что давало бы ей стимул двигаться дальше. Но когда появился Жан, она поняла, что это знак. Точно непросто так. Раз Кирштейн оказался в баре, именно в её смену, то это что-то значило. Либо Хокинг хотела так думать, возомнив себя кем-то особенным, а не просто обычной неудачницей без амбиций. Однако, она была намерена помочь не только парню, но и себе. Из головы не вылетала мысль, что путь к возвращению Жана домой — предотвращение какой-либо трагедии, смерти или чего-то подобного. Не зря же в её мир послали обученного бойца, находящегося в прекрасной физической форме. Может, ему надо спасти кого-то? Только кого, от чего? На эти вопросы ответов так и не нашлось.       Спустя некоторое время Карла вышла в свет, заметив, что сожитель уже лежал на диване, залипая на какую-то комедию по телевизору. Карла лишь тихо засмеялась и направилась в душ. Тёплая вода и мягкая пенка ещё никогда не мешали. Девушка расслабилась и даже чуть не уснула, пока не вспомнила, что за фильм смотрел разведчик. Выбежав из ванной комнаты, девушка быстро накинула плюшевый халат.       — Комедия, которую ты смотришь! Это… Это «Чумовая пятница»! А я то думала, что мне это напоминает… — с отдышкой произнесла она, падая на диван. От такого крика и неожиданного появления парень даже вздрогнул, звук пришёлся прямо ему в ухо.       — И что? Она как-то поможет нам?       — Не знаю насчёт помощи, но немного подтверждает мою теорию о том, что тебе нужно что-то или кого-то спасти. То есть, сделать как в фильме, какой-то важный поступок, который смог бы вернуть тебя обратно.       — А кого мне спасать? Я здесь никого не знаю, тут всё относительно спокойнее, чем в моём мире. Если мне даже и надо предотвратить чьи-то смерти, то как мне узнать в каком направлении двигаться? — непонятно, насколько догадки Карлы верны, ведь они основаны на произведениях массовой культуры, на обычной выдумке, а не научных исследованиях и экспериментах, но вряд ли у кого-то из учёных была подобная ситуация. Так что приходилось пользоваться фильмами и книгами для разгадки тайны.       — Ты чувствовал вину за чью-то конкретную смерть? И боль, особенную, которая практически не затихла? — эти слова оказались для Жана как удар ножом по самому сердцу. В его голове снова вспомнился тот день, когда он увидел труп Марко, его лучшего друга, которого он так ценил, хоть и часто делал вид, что наоборот.       — Да… — в горле образовался ком, а губы сжались в тонкую ниточку, сдерживающие все эмоции, нагрянувшие только от одного вопроса.       — Рассказывай. — девушка с явным интересом уставилась на собеседника.       — Я не могу, дай мне минуту, нужно вспомнить всё. — вскоре он скрылся за дверью, ведущей в другую комнату. Прошло немного времени, пока Карла не позвала ушедшего обратно, волнуясь из-за такой необычной реакции.       — Что произошло? Твоя история может помочь нам.       — Когда мы были ещё кадетами, а не разведчиками, то вместе со мной обучался Марко Ботт. Славный парень, ему даже поручили командование над нашим отрядом. Он был чудесным другом, лидером и человеком. Все находились с ним в хороших отношениях, он умел подбодрить. Так вот, как-то раз, в бою, он узнал правду о некоторых наших товарищах. Правду, которую остальные узнали позже. И те, о ком он узнал всё, отобрав у Марко всё снаряжение, бросили. — голос терял уверенный тон. — Оставили одного, где моего друга и наполовину сожрал какой-то титан, а эти… Они просто смотрели, не спасли его, не договорились с ним, а кинули на произвол судьбы. А ведь Марко спас меня, я из-за него и пошёл в разведкорпус, а не в военную полицию. Он был тем человеком, который вселял в меня надежду и веру в себя, в победу человечества. И я до сих пор чувствую, что остался в огромном долгу у него. — взглядом сверлил стену, всё по новой стало перекручиваться в голове, заставляя испытывать те же эмоции, что и в первый раз, когда он узнал о том, как умер его товарищ.       — Боже, мне правда жаль… — Карла осторожно придвинулась к парню, поглаживая рукой по его спине. — Я даже не представляю, насколько это трудно, пережить такое. — ей искренне хотелось поддержать разведчика, но она понимала, что никогда не сможет подобрать нужных слов. Да они и не нужны, эту боль не заглушить никакими фразами. Она должна пройти сама. — Вдруг в этом мире ты сделаешь всё иначе и он останется жив. — взгляд Жана стал заинтересованнее.       — Бред, откуда ему взяться в этой вселенной?       — Ну ты же тут как-то оказался. В нашей реальности он может быть совершенно другим человеком, но с тем же именем или внешностью. Да и фамилия Ботт кажется мне очень знакомой. — парень выпрямился, дожидаясь объяснений, а Карла начала что-то печатать в телефоне. — Точно!       — Что? — почти скуля, спросил Кирштейн.       — Марко Ботт! Это же режиссёр, так и знала, крутилось же что-то на языке! Посмотри, это он? — она показала фотографию знаменитости.       — Да, это он. — воспоминания, как плёнка, прокручивались перед глазами. И радость и опустошение охватили разведчика, увидевшего не только живого, но и весьма успешного товарища. — Но как нам с ним встретиться? Ведь он популярный, просто так к нему не подберёшься.       — У меня есть идея. — улыбка не сходила с лица Хокинг, ведь та наконец нашла действительно важную зацепку. — И плащ, и твой друг в нашем мире — всё указывает на твоё прошлое! В общем, мы с тобой должны взять у него интервью: представимся молодым издательством без опыта, но заплатим огромную сумму, у меня есть некоторые сбережения. После этого постараемся как-нибудь объяснить всю ситуацию.       — Ага, главное, чтобы он вообще поверил в этот бред. — несмотря на сомнения насчёт такой затеи, Жан хотел, чтобы она оказалась действенной.       — Поверит, ради его же блага. — Карла поднялась с дивана, пообещав вечером просветить парня в творчество Марко.       Оставшийся день Кирштейн провёл как на иголках, а девушка трудилась над тем, чтобы её дуэт с разведчиком действительно восприняли как журналистов, которым нужен хороший старт. Практически до ночи она создавала сайт, подделывая всю информацию о тех, кто будет брать интервью. Жан же наблюдал за процессом и задавал интересующие его вопросы. Он переживал насчёт того, что их обман раскроют и привлекут к ответственности, за липовые документы, но Карла постаралась убедить его в том, что всё пройдёт гладко и никто не станет просить доказательства о наличии образования в бумажном виде. В любом случае, если тайна станет явной, то придётся сразу переходить к делу и рассказывать всю ситуацию. Конечно, идея была крайне рискованной и имела мало шансов на успех, но хотелось верить в то, что всё будет идти по плану. Найти номер менеджера и агента Марко не составило труда, режиссёр в социальных сетях сам написал их контакты, чтобы у заинтересованных лиц была возможность связаться с ним через его подопечных. Телефонные разговоры ребята решили отложить на следующий день, так как Карла устала, да и время было весьма неподходящее для деловых сделок.       Счастливые фотографии Ботта, который становился молодой звездой Голливуда, вызывали у Кирштейна диссонанс в голове. Он помнит его совсем другим, а тут он выглядит иначе. Он понимает, что всё так сложилось, потому что в этом мире парень рос, скорее всего, в комфортных условиях. По крайней мере, они точно лучше тех, в которых кадеты жили раньше. На долю Карлы, к её же счастью, выпал двухнедельный отпуск, который она получила вследствие того, что работала четырнадцать дней за бармена, немного заболевшего, некоторое время он не мог выходить на смену.       — Ты молодец. — Жан улыбнулся, рассматривая всю проделанную работу над сайтом. Его удивляло не только то, как это выглядит, но и как это создавалось. Впервые, когда он увидел ноутбук, то таращился на него, как на пришельца. В Элдии не было даже ничего похожего на такую технику.       — Спасибо, я старалась. Сделай мне массаж, пожалуйста, в качестве благодарности. — девушка засмеялась, а затем, расположившись на диване, легла на живот. — Плечи и спина болят. Кирштейн удивился, но возражать не стал. Он никогда не делал массаж, поэтому боялся как-то навредить напарнице, но понимал, что та ради него готова пожертвовать всеми своими денежными сбережениями и даже нарушить закон, взять на себя огромную ответственность, возможно заработать много проблем в мире, где она останется навсегда, а не уйдёт, как он. Парень аккуратно дотронулся до спины Карлы, начав массировать плечи девушки. Она была напряжена, что чувствовалось и не давало продолжать процедуру так, как надо.       — Расслабься, я же тебя не бить собрался.       После этих слов Хокинг и правда стала менее зажатой, полностью отдаваясь в руки разведчику. Тот же, с удивительной для него аккуратностью, разминал различные участки спины. Мышцы, которые находились в напряжении определённое время, были подвержены такой же процедуре, что и плечи, которые Жан массировал с особой тщательностью, так как видел, что они сжаты и любое неправильное прикосновение вызовет скорее боль, чем долгожданное наслаждение. Мягкая ладонь массажиста разворачивалась ребром, что вызывало приятное надавливание, будто выжимались кожа и мышцы тканей. Подушечками больших пальцев Жан останавливался на плоских мышцах спины, круговыми движениями вдавливая пальцами кожу. Его руки плавно скользили вдоль позвоночника, чем вызывали восторг у Карлы. Парень похлопывал и постукивал плечи и спину, а затем немного неумело и даже стеснительно, поглаживал ладонями. Это был заключительный этап, после чего Жан отстранился. Хокинг лениво встала и надела свитер, в одном топе было холодно, осень выдалась не такой, какой её ожидала девушка.       — В нашем мире ты бы стал не актёром, а массажистом. Это было великолепно, спасибо. — она выпрямила спину.       — Это тебе спасибо, ты многим жертвуешь ради меня. — он засмеялся, а затем поднялся с дивана.       Ребята особо не обменивались словами, так как хотели спать. Вечер знакомства с творчеством Марко они решили перенести на следующий день, сейчас были не в состоянии ни смотреть, ни анализировать. Несмотря на дикую усталость, Карла не могла уснуть. Её клонило в сон, но это ни к чему не приводило, что было совершенно невыносимо и заставляло девушку переворачиваться с одной стороны на другую. Потолок прожигался взглядом, в надежде на скорейшее засыпание, которое помогло бы накопить сил на предстоящий кошмар. Всё зашло настолько далеко, что придётся не только врать, но и втягивать в ситуацию более влиятельных, популярных людей.       Хокинг не хотелось чувствовать на себе вину за возможную смерть Марко в своём мире. Не хотелось, чтобы Жан пережил во второй раз потерю друга, пусть в данной реальности он с ним и не знаком. Она понимала, что не может допустить провала попытки вернуть домой парня, ей жаль его, она была не совсем готова отпускать его обратно. За такой период она смогла привыкнуть к нему, он стал ей как приятель. Всё чаще замечала какие-то привычки, свойственные Жану, черты лица становились уже более приятными, хоть в первую встречу и напоминали немного лошадиные. Карла знала, что скоро будет скучать по нему, по ворчливости, которая так ему присуща. Да, они не особо доверяют друг другу, но и не бросают. Они двое немного опасаются, не хотят сильно привыкать, чтобы не было больно, но если командная работа будет продолжаться с таким успехом, то привязанности, от которой трудно отделаться им не сбежать.       Утром раздался телефонный звонок раньше того времени, на которое девушка заводила будильник. Увидев на экране «мама» Хокинг не только резко проснулась, но и сильно испугалась. Они редко говорили по телефону, а если разговор всё же был, то зачастую заканчивался скандалом по важным и не совсем, поводам.       — Доброе утро. — взяв трубку, ответила Карла. Она старалась делать это как можно тише, но услышала шаги, направляющиеся в её сторону.       — Доброе, доченька. — язвительно сказала мама. — Ты долги думаешь сдавать? Мне звонили из университета, сказали, если через неделю не придёшь сдавать, то отчислят. Ты два месяца ничего не посещаешь! Как так можно? Неужели ты променяешь хорошую специальность на работу, где надо разливать всякую дрянь каким-то отбросам общества? — голос с каждым словом становился всё громче и громче, что заставляло неприятно съёживаться.       — У меня скидка большая, ты не платишь ни за что уже, а что надо я тебе отдам. Если меня отчислят, то я ничего практически не потеряю. Мне даже специальность моя не нравится, её вы с папой выбрали, а мне право голоса не дали. В принципе, как и всегда. Я уже взрослая, мам. Всё сдам, не переживай. И почему они звонили тебе, а не мне? — в комнате стало холоднее, приходилось закутываться в одеяло всё больше и больше.       — Не знаю, наверно, ты совсем обленилась и им не отвечаешь. Получи образование, пожалуйста, а дальше иди куда хочешь, работай где хочешь, но не позорь нашу семью только. Ты же знаешь, у нас все с образованием. Посмотри на своих братьев, один уже магистратуру заканчивает, а другой будет поступать в… — она было истерично перебита:       — Да какая разница! Вы их хоть спрашиваете, чем они хотят заниматься по жизни. А меня что? Просто отправили непонятно куда, бросив одну, заставили не только учиться, но и искать работу! И это при том, что вы меня обеспечивали. Так у вас ещё и требования к работе хуже чем у меня, хотя работать мне, а не вам! Всё, пока, не хочу ругаться опять. Я рада, что мои братья молодцы, но, видимо, в семье не без урода. — она скинула трубку и в ярости была готова отбросить телефон в стену, но сдержалась.       Карла понимала, что виновата перед родителями, что накапливает долги в университете. Но было муторно сидеть на парах, где говорили совершенно неинтересные для девушки вещи. Ей не нравилось то, чем она там занималась. Не было трудно учиться, было трудно заставить себя это делать, даже не для себя, а для семьи, в которой наличие диплома обязательно.       — Что случилось? — Жан зашёл в комнату, предварительно постучав в дверь.       — Ничего! — она была на грани. — Я просто неудачница тупая! Боже, надо было отчисляться! А сейчас не могу бросить, мне не позволяет совесть. — проскулила в подушку. Парень сел рядом на кровать, кладя руку на спину напарнице.       — Неудачнице бы не выпал шанс спасти знаменитость с каким-то чудаком из другой вселенной. — он почувствовал, хоть и не видел, как она улыбнулась. Ему стало приятно, что в такой момент она не отгоняет его, старается не срываться. Потому что видел, что телефонный разговор дался ей с трудом.

«Надо бы кофе выпить, день трудный предстоит. Да, напарник?» — после этого они залились смехом и направились дальше разгадывать тайны, которые преподнесла им жизнь.