Кровь и серебро

Шел второй день дороги, вечерело. Все были измотаны и очень уставшие, но останавливаться было нельзя. Повозка держала путь по Оранжевой дороге, так как это был единственный патрулируемый стражниками путь от Коррола до Брумы, и все рассчитывали на его безопасность. Он проходил через густой лес и был очень извилистый, но к счастью из диких зверей нам попадались только олени. Возчик сказал, что до Брумы мы должны доехать к концу следующего дня, и от этих слов меня затошнило... еще целые сутки? Целые сутки непонимания и страха, в окружении плачущих детей, которые потеряли своих родителей в ту страшную ночь? Вдруг повозка остановилась. Мы стояли рядом с маленькой речкой и возчик сказал что тем кому надо, могут спуститься и набрать себе воды в дорогу. Некоторые женщины начали вставать и идти к реке. Дети же сидели и тихо всхлипывали в повозке. Среди нас были две взрослые бретонки, и четыре имперки. Я была единственной эльфийкой и нордкой среди как детей, так и женщин. Из-за моих заострённых ушей на меня падали косые взгляды, но мне в тот момент было точно не до этого. Я уже думала переждать эту остановку сидя в повозке и спокойно поехать дальше, но тут раздался какой-то женский крик. Он был приглушенный и доносился из чащи леса, но в то же время достаточно раздирающий... женщины вышедшие набрать воды тут же кинулись обратно к повозке. Лошадь, которая везла нас, начала сильно нервничать, это было видно по тому, как она забила копытом поднимая пыль. Я пыталась всмотреться в лесную даль, и разглядеть источник крика, но лучше бы моя попытка провалилась... на нас бежала женщина, это был её крик. Но ужас настиг меня только тогда, когда я увидела от кого она бежит. Это были двое мужчин, оба были имперцы, одетые в странно подобранную броню. Как будто ворованную, так как каждый элемент одежды не сочетался с другим. Всмотревшись в женщину, я увидела что она испачкана в крови и что-то держит в руках, похожее на смятый листок бумаги. Тут наша повозка резко дернулась и начала набирать скорость. Я оглянулась на женщин сидящих вокруг. На их лице не было сожаления или тяги помочь, они все сидели с таким лицом, как будто недовольны тем что повозка так медленно набирает скорость. Промелькнула мысль: "Неужели ни у кого из взрослых не появилась мысль помочь ей?". Тут я увидела как женщина упала на землю, и её быстро настигли те двое. Один взял её за волосы, достал кинжал и за считанные секунды перерезал её горло. Кровь начала бить фонтаном прямо на клочок бумаги, который она выронила из рук на землю. Второй подобрал его и порвал на мелкие кусочки. Они явно не хотели чтобы кто-то прочитал, что там было написано. Затем они оба повернули головы в нашу сторону... это было очень жутко. Слава богам, что повозка уже набрала скорость и была далеко, иначе мы могли бы быть следующими. После такого, все согласились с тем, что лучше не делать остановок до самой Брумы. Прошло часов пять, была глубокая ночь, моё состояние на тот момент оставляло желать лучшего. Дети вокруг к тому моменту уже поутихли, и среди нас выстроилась мёртвая тишина. В голове пробудились мысли: "Один вечер... всего один вечер изменил мою жизнь раз и навсегда. За пределы Коррола я выходила только в лес с родителями, на нашу любимую рощу. Мама и отец оберегали меня все эти годы от опасностей этого мира, и никто не мог меня к такому подготовить. Я одна." Проговаривая всё это в своей голове, я постепенно погрузилась в сон. Меня разбудил голос возчика: "подъём, не задерживаемся". Я открыла глаза и первое что я увидела, это был лежащий вокруг снег и конюшня. В ней были лошади сугубо одной породы и окраса, белые в коричневые пятнышки. Оглянувшись, я увидела что все уже ушли и я одна в повозке. "Стоп, мы уже приехали? Сколько я спала?" — это были первые мысли которые меня посетили. Я решила поспешить и нагнать остальных, чтобы не потеряться. Отец рассказывал мне про Бруму не так уж и много, но одно я запомнила точно: это самый холодный и снежный город Сиродила, который граничит с родиной моего папы — Скайримом. Я догнала женщин из повозки уже подбегая к главным воротам города. На улице было очень холодно, а все мы были одеты в лёгкие осенние вещи, ведь в Корроле и подавно не так холодно как тут. Нас встретили какие-то две женщины, по моему это были бретонки, и сказали идти за ними. Это были монахини из Великой часовни Талоса, они сказали по дороге в храм, что их часовня приютит беженцев из Коррола и мы будем жить какое-то время там. Еще подходя к часовне, я заметила как сильно отличается архитектура Коррола от Брумы. В Корроле стоят деревянные дома из светлых видов деревьев и если и встречается каменные сооружения, то тоже из каких-то светлых пород. Здесь же дома выполнены из тёмных досок и гораздо больше камня, дороги в отличии от наших тоже каменные. Весь город выстроен очень аккуратно и красиво, очень чувствовалась северная культура. Папа говорил что Брума отличается от всех остальных городов Сиродила и очень похожа на Скайримский город. В тот момент в моей голове промелькнула мысль: "думаю, в Скайриме действительно очень красиво..." Зайдя в часовню, первое на что я обратила внимание, это на сколько высокие потолки здесь, да еще и как качественно была выполнена огранка стен. Мы стояли в холле, перед нами была главный зал в котором стоял большой стол с едой и чистой водой. По углам зала были расставлены шкафы с книгами и скамьи. Нас тут же встретил служитель часовни и сказал, что бы мы располагались в комнатах. Через час будет ужин в главном зале, а пока мы можем разобрать вещи и отдохнуть с дороги. Я до сих пор считаю что это звучало как насмешка, так как из вещей у меня было только моё коричневое платье... Монахиня провела меня в комнату и сказала располагаться. Комната была достаточно уютная, с двумя односпальными кроватями по бокам у стен, большим комодом между ними, сундуками у каждой кровати и книжной полкой в углу. Я тут же не раздумывая выбрала правую кровать и плюхнулась на неё, не обратив внимания на то, есть ли еще какие-то вещи в комнате. Меня продолжали пожирать мысли изнутри: "Что сейчас с моими родителями? Нашёл ли папа маму, и живы ли они вообще? Когда я их увижу и моя жизнь снова наладиться...?". Я прокручивала все эти вопросы по кругу, и слёзы сами подступали к глазам, в конце концов я разревелась. Неужели мир действительно так ужасен? Я вспомнила ту женщину и записку из её рук. Сложно было даже догадываться что было на той бумаге и что скрывали те люди. Было ли это что-то страшное, или может это были просто бандиты, и они не хотели чтобы кто-то узнал о их преступлениях? Вдруг дверь открылась. В комнату вошла девочка моих лет с крайне недовольным лицом. Она перевела свой взгляд на меня и выдала "отлично, теперь у меня еще и соседи есть!". Я аж опешила от такой наглости. ""Ну прости сука, что нарушила твой покой, уж больно хотела, чтобы со мной всё это случилось" - эти слова чуть не вырвались из моего рта, клянусь богами. Она демонстративно закатила глаза и села на кровать, даже не спросив моё имя. — Книги с правой стороны полки, это мои книги. Первая и вторая полка комода заняты. И да, постарайся не хлопать дверью, тут ужасное эхо и у меня от этого болит голова - дружелюбности в её словах не было от слова совсем, и меня это разозлило. — Я конечно всё понимаю, но может для начала хотя бы имя моё узнаешь, или ты всегда так общаешься с людьми? - возмутилась я. — Нет, только по праздникам. Вот сегодня у меня праздник, эльфийское новоселье! Наколдуешь мне мою маму, или ты только свет из рук выпускать умеешь? - прозвучал её язвительный ответ вперемешку с обидой. В этот то момент я и поняла, откуда руки растут. Она была в такой же ситуации как и я, и тоже была разбита горем. Вот только она была явно не из Коррола, так как я её раньше не видела. — Если бы могла, я и своих бы родителей наколдовала... - еле выговорила я, из-за подступающих слёз. Её лицо поменялось и я заметила в нем промелькнувшую грусть. В этот момент я окончательно поняла, что она как и я потеряла своих близких и её гложет такое же чувство утраты и непонимания как и меня. — Меня зовут Мерида. Не опоздай на ужин. - с этими словами она вышла из комнаты и я опять осталась одна. У меня не было с собой вещей, чтобы заниматься их расстановкой, поэтому я решила сразу пойти в главный зал. Подходя к двери, я остановилась у зеркала которое висело у входа. Я была другая. Нет, я не про то что мои кучерявые русые волосы стали прямыми, или глаза перестали быть зелёными. Моя бледная, розоватая кожа не стала тёмного оттенка а веснушки не сошли с моего лица... Я не узнала свой взгляд. Он стал иным, я не видела в себе больше той беззаботной, маленькой девочки из беззаботного Коррола. Через две недели мне исполняется пятнадцать лет, а никого из моей семьи нет рядом. Не так я себе представляла свой пятнадцатый день рождения. Выйдя в коридор я пошла в сторону главного зала. На стенах висели держатели с факелами и вся часовня была хорошо освещена. В главном зале уже столпились люди, прямо посередине стоял большой стол с едой и тарелками. Монахи то разговаривали с прихожанами, то молились Талосу у алтаря. В дальнем углу зала я увидела Мериду, она одиноко сидела на скамье у книжного шкафа и ела сладкий рулет. Хотя в последний раз я ела больше суток назад - голода я не чувствовала. Я хотела отыскать кого то из Коррола, дабы узнать что они знают про возвращение и что сейчас известно про Коррол. Вдруг, я увидела возле колонны возчика, который нас вёз. Я решила расспросить его о планах и когда он планирует возвращаться в Коррол вместе с остальными. Подойдя к нему, я смогла рассмотреть его гораздо лучше. Это был имперец лет 40, довольно низкого роста и у него была длинная, полуседая борода. — извините, сэр, меня зовут Элизабет, если вы помните я была в вашей повозке по дороге в Бруму. Я хотела узнать у вас, что сейчас известно о Корроле и когда вы планируете возвращаться домой? - в моих словах явно звучала искренняя надежда на ответ, который я так ждала... Мужчина посмотрел на меня сожалеющим взглядом и спросил: — Вернуться? Ооо, дитя, так ты еще не знаешь. Нам некуда возвращаться. Мародёры из культа "Чёрный оплот"... они всех убили. Спаслись только единицы, женщины и дети. ...