Перламутр

Укрывая еще спящую в его объятиях Эи тонким летним одеялом, Чжун Ли очередной раз задумался о том, в какой же именно момент его пониманию стали столь близки и жизненно важны «тривиальные» и совершенно бесполезные человеческие вещи. И сколько бы раз он не анализировал свою уже весьма израненную память, сводилось все к одной лишь Эи. Первое волнение души от легкого соприкосновения губами, первая бессонная ночь, когда до самого утра  он не говорил, а слушал, первый навеки сохранившийся в памяти запах, первое переплетение пальцев и первое долгое молчание, что несло в себе смысла сравнимо с историей их мира. Все это ворвалось в его жизнь вместе с ней одной и продолжало окутывать его, пропитывать его насквозь чем-то болезненно-нежным. Волосы Эи растрепались по подушкам, но мужчине они не мешали. Он любил эти волосы, любил это мирное дыхание и то, как плавно вздымался и опадал ее бок. Он бы отдал все, лишь бы каждое утро встречать рядом со своей возлюбенной. Это было сродни глотку свежего воздуха. Чжун Ли аккуратно убрал темные локоны с женского плеча, стараясь не разбудить свое спящее сокровище и губами прильнул к нежной коже. Эи любила поцелуи в плечо – не признавалась в этом, но достаточно было чувствовать раз за разом трепетную дрожь в своих объятиях, чтобы понимать все без слов, — и вслед за невесомым прикосновением ее еще покрытые пеленой сна глаза приоткрылись. Еще поцелуй – она обернулась через плечо. — Доброе утро, Моракс. — Доброе утро, Эи. Третий поцелуй – и едва пробужденная архонтка медленно приподнялась на постели, поворачиваясь лицом к Чжун Ли и склоняясь к нему, близко-близко к его уж больно довольному лицу. — Ради чего ты разбудил меня так рано? Еще даже солнце не встало. Она ворчала, но её глаза сверкали как в первую их встречу спустя столетия разлуки. — Это не входило в мои планы, мне жаль. Эи в ответ на такую пресную отговорку лишь тихо и беззлобно фыркнула. Возможность встретить утро вместе выпадает не так часто. На самом деле она была совершенно не против. Аккуратные тонкие ладони бережно обхватили лицо Чжун Ли, и он рефлекторно прикрыл глаза, наслаждаясь теплым прикосновением. Его век коснулось лёгкое дыхание, и Эи с нескрываемой улыбкой, что явственно ощущалась и с закрытыми глазами, с неторопливостью накрыла губами редкие ресницы. Лёгкая дрожь пробежалась по всему его телу, и мужчина бездумно сжал ладонями талию возлюбленной, словно пытаясь удержаться таким образом в здравом разуме. Тонкие пальцы оставили лицо и мягко взъерошили волосы, пока губы осыпали лёгкими поцелуями веки, и каждый раз Чжун Ли находил сей жест высшим проявлением чувств по отношению к нему. И его собственный отклик в груди говорил всегда о многом.