Неполноценный

      Пробуждение было абсолютно не радостным. Фу Хуа не могла вспомнить, как она оказалась в лазарете, как и причину, почему она вообще здесь. Последнее воспоминание было о том, как Смотритель отдавал приказ о наблюдении… Но за кем? По какой причине? С какой целью? Смысл данного действия ускользал от Фу Хуа, заставляя её хмуриться. — Уже очнулась? — Послышался чей-то голос откуда-то сбоку. Обернувшись, девушка заметила пшеничного блондина, читающего книгу. — Да, Смотритель, — ответила Хуа, пытаясь вновь прочувствовать своё тело, выявляя изъяны, которые могли бы появиться из-за чего-то непредвиденного, из-за чего она попала в лазарет. На удивление, она ничего не нашла. — Я провалила задание? — Конечно, Фу Хуа, — кивнул Отто, но недовольства на его лице не было. — Но я всё равно не виню тебя, вмешались непредвиденные обстоятельства, да и полученные из-за провала данные всё равно компенсируют твою неудачу. — Хорошо, — кивнула девушка, вставая с кушетки. Благо, она была облачена в больничную робу. — Тогда разрешите мне покинуть лазарет? Мне нужно на полигон. — Хм? — Приподнял одну бровь Смотритель Шиксала. — Из больницы сразу на полигон? Немного не похоже на тебя. — Раз я оказалась в лазарете, значит, моих навыков не было достаточно, а это в свою очередь значит, что я либо растеряла свои навыки, либо что противник оказался сильнее меня. Тренировки в данном случае — лучший способ вернуться в строй. — Хм, логично, — признал Отто, закрывая книгу и поднимаясь со стула. — Тогда можешь забирать свою одежду и идти. Дорогу к полигонам знаешь, не заблудишься. — Есть.

***

      В отличие от Фу Хуа, пробуждение Кано вышло приятным. Мало того, что он всё помнил о произошедшем, так ещё и обнаружил рядом с собой спящую Сирин, которая обнимала его. Да и палата не была стерильно белой, в ней не пахло лекарствами и препаратами, лишь лёгкий цветочный аромат чая, который, внезапно, отчётливо чувствовался рядом с ним. Повернув голову, парень действительно обнаружил чашку чёрного душистого чая, над которой всё ещё вздымался пар. — Я ведь обещала чашку чая Вам, мистер Мурата, — послышался женский голос с другой стороны головы. И кто бы мог подумать, там действительно была Рита Россвайс. — Можете пробовать, не отравлен, как и руки Ваши не скованны. — А… — Хотел было уже задать вопрос Кано, но Россвайс словно бы знала, о чём он спросит. — Девочка здесь давно, беспокоилась о Вас, вот и не отлипала ни на миг, пока Вы были без сознания. Так что я решила её не будить, наоборот, позаботилась о ней.       Прищурившись, Кано приблизился к лицу Кианы, чтобы почувствовать запах успокоительного. Хмыкнув, парень понял, почему Сирин спит — нахлебалась лекарства, вот и уснула. Но такая «забота» несколько напрягала. — Не нужно на меня так смотреть, — подняла руки в жесте «сдаюсь» Рита. — Я просто выполняю своё обещание. А ещё я здесь для того, чтобы предупредить Вас. — Предупредить? О чём? — Кано всё-таки взял в руки чашку, вдыхая вкусный запах, в котором абсолютно не чувствовались препараты, а их он на своём недолгом веку успел «перепробовать», чтоб эти эскулапы вечно мучились в Аду. Чай оказался действительно вкусным. — Спокойное время заканчивается, мистер Мурата, — Рита отпила из своей чашки, которая ещё буквально несколько секунд назад стояла на тумбочке, опустив её на блюдце в другой руке. — Йормунганд вышел из тени, и вскоре он поставит своей целью Херршеров.       Россвайс достала откуда-то из перчатки небольшой квадратик бумаги, после чего очень ловко бросила его Кано. На листке был изображён змей, ползущий по кругу и кусающий свой хвост, а в центре был как раз логотип Йормунганда. — Мне кажется, или они идиоты? — На смешок Риты Кано всё же пояснил. — Это Уроборос, а не Йормунганд, вот и спрашиваю. — А Вы проницательны, — вновь отпила чая Россвайс. — Кто знает, чем руководствовался художник, когда рисовал змея? — Рита усмехнулась. — В любом случае, у Вас есть что-то около полутора месяцев, пока Йормунганд набирает силы. Потом он будет вызволять своего начальника, а после случится много чего плохого. Знаю, Вам жизни обычных людей по большей части побоку, но вот мисс Киане явно нет. И увы, где Киана, там и Сирин, надеюсь, Вы понимаете? — Ещё бы не понять, — пробурчал Кано, утыкаясь в чашку с напитком, который уже заканчивался. — Но Вы ведь не просто так сюда пришли, чтобы напоить меня чаем и сообщить скверные новости?       Рита улыбнулась, понимая, что парень уже заглотил наживку. А чтобы основательно его подписать на опасную работёнку, стоило скормить ещё парочку фактов. — Здесь находится некоторая информация по руководителю Йормунганда, которого в скором времени будут освобождать из плена. — Россвайс протянула Кано папку, перевязанную верёвкой, поверх которой был штамп «Совершенно секретно». Хмыкнув, парень принялся читать, попутно поглаживая всё ещё спящую Сирин. Вот только что-то в документах не сходилось. — Тут написано, что руководителем Йормунганда является Кевин Каслана, — нахмурился Кано. — Но в другом файле, найденном в Башне, говорилось, что он жил в Прошлой Эре, а это значит, что он должен быть мёртв. Но здесь он числится действующим руководителем. В чём прикол? — А с чего Вы взяли, мистер Мурата, что он мёртв? — И ехидная ухмылка украсила лицо Риты Россвайс, в то время как лицо Кано превратилось в безэмоциональную маску.       Человек, уничтоживший его жизнь, не мёртв, а жив. Ярость, не навеянная, а родная, вновь проснулась в Кано, так ещё и тёмный, молчавший до этого момента, взъярился, требуя крови человека, которого ненавидела даже его светлая сторона. — Где? — Единственный вопрос, но наполненный дикой жаждой крови, даже слегка напугал Риту, но Валькирия быстро взяла себя в руки. — Пока не время. — Мягко осадила она бешеного парня. — Вы пока не готовы сражаться с представителем отряда Мотыльков, Вы ещё слишком слабы, пусть и получили довольно неплохой прирост к своим силам. — Мы не настолько слабы, Россвайс, — прорычал тёмный, на миг вырывая контроль из рук Кано. — А вот это уже следует проверить, не думаете? — Рита вновь улыбнулась в чашку. — Вы слишком много получили в последнее время способностей, не успев к ним привыкнуть, чтобы полноценно использовать. Вам потребуется несколько дней, если не недель, чтобы привыкнуть к новым способностям. Использовать полноценно Вы сейчас «всё» вряд ли способны.       Кано прищурился, глядя в ехидные глаза горничной, пытаясь понять, о чём она думает. — Вы ведь не просто так меня спровоцировать пытаетесь, Мисс Россвайс? — И вновь я убеждаюсь в Вашей проницательности, — усмехнулась Рита, отложив уже пустую чашку. — Армагеддон желает проверить, насколько возросла Ваша мощь, а потому послал меня, чтобы провести с Вами спарринг. Естественно, не смертельный, — вновь подняла руки в жесте «сдаюсь» Россвайс. — После того, как Вы отделали Фу Хуа, я понимаю, что порог чистой силы у Вас возрос достаточно, чтобы мне пришлось сражаться на полную выкладку чтобы уже даже не убить, а покалечить Вас.       Кано задумался, поглаживая по голове спящую Сирин родной рукой. С одной стороны, понимание того, что Кевин Каслана жив и до сих пор коптит небо, злило неимоверно. С другой же, Рита была несколько права — парень совсем недавно получил силу Четвёртого и Восьмого Херршера, и если с первым он хоть немного, но успел разобраться, то вот второго он даже прочувствовать не успел. А ведь в загашнике ещё была сила Третьего Судьи, которой он также не пользовался. Тренировка ему явно была нужна, как и спарринг-партнёр, который не будет сдерживать свои силы. — Хорошо. — Выдохнул Кано, будучи не шибко довольным тем фактом, что придётся довериться Валькирии, которая ему не особо нравилась. — Думаю, завтра я буду на ногах. Как насчёт тренировки в час дня?

***

      Сирин негодовала и наслаждалась одновременно. Лежа на животе Кано, девушка наслаждалась поглаживаниями по голове, напрочь игнорируя крепкое успокоительное, которым её напоила Россвайс. Но также она была крайне недовольна происходящим разговором между Кано и Ритой. Она максимально не хотела, чтобы эта женщина вообще находилась рядом с её возлюбленным, как, видимо, и сам парень тоже не хотел. Но, что было всё же печально, он согласился.       Когда Россвайс ушла, Сирин наконец прекратила притворяться спящей, взобравшись повыше и начав обнимать Кано уже за шею, понемногу трясь щекой об щёку, наслаждаясь прикосновениями. Кано же отвечал взаимностью, также обнимая и всё поглаживая Сирин. Им не нужны были слова, чтобы выражать свои чувства, а Киана не хотела мешать, отойдя на второй план и в тайне завидуя тому, как они выражают свои чувства. — Мне вскоре нужно будет пойти на тренировки, Сирин, — грустно сообщил новость парень, не желая расстраивать её, но вынужденный сообщить неприятную новость. — Я могу пойти с тобой, — мило заглянула в глаза к парню Сирин. — Прости, но тут ты мне вряд ли поможешь, — слегка грустно покачал головой Кано. — Ты не подумай, я верю, что ты можешь мне помочь, но предоставить мне сражение на грани ты не можешь, вернее даже — не захочешь. Я понимаю, но всё же… Как бы мне ни хотелось, придётся воспользоваться помощью Россвайс. — Ты точно уверен в этом шаге? Мне она не нравится. — Мне тоже она не нравится, даже, возможно, побольше твоего, но другого выбора у меня всё равно нет. Она достаточно опасная Валькирия, я это чувствую, да и жалеть она меня не будет, в отличие от тебя. — Вредина, — буркнула Сирин, вновь прижимаясь к щеке Кано, выкраивая ещё несколько мгновений наслаждения для себя. — Какой уж есть, — усмехнулся парень, обнимая за плечи девушку, что всем телом прижималась к нему.       Но, как всем известно, практически всё в этом мире имеет свойство заканчиваться. Закончилось и время, отведённое на посещение «больного», а потому Сирин пришлось скрепя сердце и скрипя зубами, но всё же уйти, чмокнув напоследок в щёку растерявшегося Кано.       Подавив наползающую улыбку, парень откинулся на подушку, наблюдая за краснеющим небом. Закат был очень красив, ещё и облака были в малом количестве, чтобы наблюдать, как синева небес постепенно окрашивается в рыжий цвет, а после и в бордовый. Настроение было на высоте, даже не смотря на то, что Россвайс принесла очень скверные новости. — Жизнь продолжается, — прошептал Кано, глядя в окно. Повернувшись же на бок, он обнаружил чайник, из носика которого всё ещё шёл пар. — Зараза ты, Россвайс.       А чай всё-таки был вкусным.