Ходячий мертвец

Рик Граймс пытался встать, перед глазами все размывалось. Он слышал шум вертолёта и ощущал, что лежит на чём-то мягком, чьи-то руки к нему прикасались, ему что-то вкалывали, а рана болела. Лёжа сейчас в таком состоянии, он вспоминал своё прошлое: Рик старался быть справедливым и уверенным в себе человеком, многие называли его хорошим другом и отцом, хотя он сам всегда в этом сомневался. Рик не хотел быть лидером, но пришлось, и он придерживался собственного морального кодекса, что часто вызывало напряжение внутри группы, с которой он жил – и даже внутри него самого. Он часто бросал вызов всем вокруг, из-за чего на протяжении последних лет у него постоянно возникали конфликты с друзьями. В отличие от Рика, его старый и уже покойный друг Шейн считал, что в изменившемся мире выживает сильнейший, и выживания такие меры, как хладнокровное убийство потенциально опасных людей, вполне допустимы. Да и другие люди в его группе ожесточились быстро, но они приходили в себя под влиянием более мягкого Рика, Дейва или Хершеля. Хуже стало, когда все оставили свою человечность в прошлом, а вот он – не смог. Рик долгое время не мог с этим смириться, а затем… после нескольких тяжёлых моментов, произошедших в жизни Граймса, он и сам стал тем, кем был Шейн: он стал убивать опасных людей, теперь он готов был на все, чтобы его сын, дочь, жена, друзья и просто хорошие знакомые жили. Все же Рик Граймс – бывший офицер полиции из департамента шерифа Округа Кинг, штата Вирджиния, хотя теперь это и неважно. Старых правил нет, старых понятий тоже, а мораль сменилась на стратегию выживания. Старый Рик Граймс уже давно не тот, он уже не ощущал себя человеком. Бывало так, что он переходил границы возможностей людей: он выживал там, где выжить невозможно, бился так, как не бился ни один другой человек. Даже сейчас он не понимал, как выжил после того взрыва, что устроил, после потери крови, не считая банальной усталости и истощения – как физического, так и морального. — Рик, ты меня слышишь? — это была Энна. — Энна? — прошептал он. Зрение не возвращалось, — что с остальными? Она что-то говорила, но он не мог расслышать. Мир для него утратил краски, даже размытые образы он теперь не видел и уже ничего не слышал. Чувствовался лишь могильный холод, что так пугал Рика. Он понимал, что конец близок. Его пытались спасти, но Рик понимал, что всему рано или поздно приходит конец. — Быть может, я теперь буду вместе с семьёй, — шептал он, когда Энна и её компаньоны пытались его спасти. — Лори, Карл, Гленн, Бет, Хершель, Аксель, Оскар, Ти-Док, Дейв, Андреа, Шейн и все, кого я убил или не спас… Скоро мы будем вместе. Вся жизнь начала проносится перед его глазами. Рик ощущал, как она уходит из его тела с каждым новым мгновением, что мелькало перед ним. А затем он начал видеть мертвецов – это было последнее в его жизни, затем осталась лишь холодная сталь, вонзившаяся в мозг. Его так и не довезли в Вашингтон, к главному центру выживших США – месту, где уже нашли ключ к исцелению людей и новому будущему человечества. Рик уже не увидит это будущее, в отличие от Джудит и их с Мишон ещё не рождённого сына. Так умер великий человек, который не войдёт в мировую историю – в отличие от трусов, что сидели и наблюдали за стенами бункера, как миру приходит конец. Для них такие, как Рик, были лишь незначительными фигурами, что давали им возможность использовать людей со способностями выживать и строить новое.

***

Рик вновь ощутил тепло и жар, он открыл глаза и увидел серый потолок. Воздух был спертым, но и тому мужчина был рад. Губы растянулись в улыбке, и он понял, что жив. Пот застилал глаза, но Рик мог шевелиться и ясно видеть. Осмотревшись он понял, что оказался в каком-то подвале, хотя, присмотревшись и немного полежав, Рик отметил, что комната была похожа скорее на тюремную камеру. Он лежал на одноместной кровати под меховым одеялом, недалеко стоял небольшой круглый стол, стул, небольшое окошко виднелось вверху стены, а напротив кровати – почти погасший камин. Рику комната вдруг показалась большой и очень высокой, но он не особо придал этому зачения. С усилием он встал. — Пролежал я долго, — с трудом произнёс мужчина, но при этом не узнал своего голоса: казалось, он куда моложе и не принадлежит ему, — похоже, меня хорошо приложило. Он откинул покрывало и понял, что происходит что-то странное – его тело словно стало меньше, и одежда на нем была чужая. Посмотрев на свои руки, он понял, что даже волос на них не было, руки стали более тонкими и гладкими, хотя на ладонях были мозоли. Встав с кровати, по голому каменному полу он прошёл по комнате в поисках зеркала, но нигде его не нашёл, пока взглядом не наткнулся на медный таз с водой. Он посмотрел туда и обомлел:нНа поверхности водной глади виднелось юное лицо парнишки лет 10-12, не больше, и он был на себя прошлого совсем не похож. Деревянная дверь отворилась, за ней появилась фигура невысокого старика в серой рясе, как у священника, но с большой цепью на шее. В его руках были мешочек с травами и чаша с чем-то горячим – от нее шёл пар. Старик явно был ошарашен и смог произнести только одну фразу: — Живой! После этого Рик от души рассмеялся, пусть это и был смех сквозь слёзы. Продолжение следует…