Алый дождь

Тихо. Невозможно тихо для такого огромного, на первый взгляд, помещения. Кажется, даже самый маленький шорох будет слышен во всем здании. Будь то глухое падение капельки воды или шелест старых потрёпанных бумажек. Пахнет плесенью и влагой, которая неприятно витает в грязном воздухе. На полу когда-то аккуратно были уложены чёрно-белые плитки, ныне разломанные на несколько частей или вовсе отсутствующие. Внезапно в полной тишине появляется звук, характерный для дорогой кожаной обуви. Откуда он распространяется? А, это идёт Дазай. Под его ноги иногда попадаются обрывки газет, рассказывающих события, уже давно неактуальные. Мафиози не знает, почему и зачем он шагает вперёд по пустому коридору. Но эта неопределенность мужчину совершенно не волнует. Душераздирающий крик, полный боли и отчаяния, донесся до ушей Дазая. Наверное, адекватный человек бы остановился и продумал свои дальнейшие действия. Но не Осаму. Ему голос показался тревожно… знакомым? Он рванул к источнику звука так быстро, как только это было возможно. Стены путались, сужались, будто пытались задушить, спрятать бегущего. Повороты исчезали и появлялись в совершенно хаотичных местах. Весь мир препятствовал Дазаю, непонимающему, что сейчас творится. А крик, становясь все ближе и громче, неожиданно полностью затих. Мафиози остановился, настороженно оглядываясь вокруг. Все те же самые серые бетонные стены, которые были в самом начале его короткого и одновременно бесконечного пути. Перед запыхавшемся Осаму появилась дверь, так и просящая, чтобы ее открыли. Стук сердца заглушает здравые мысли, так необходимые в данной ситуации. Адреналин не находит себе место, а дрожащие ноги угрожают в любой момент окончательно перестать функционировать. Глубокие, карие и очень напуганные глаза всматривались в дверь, находящуюся всего в нескольких шагах. Просто деревянная старая дверь, без каких-нибудь там следов крови, которые могли вызвать у человека отрицательные эмоции. Но то, что может находится за этой дверью, правда, внушало сильнейший ужас. Перебинтованная, немного дрожащая рука потянулась к серебристой ручке. Воздух словно потяжелел, было страшно сделать лишний его глоток. Тонкие пальцы аккуратно коснулись ее, затем повернули. Характерный для замка́ щелчок. Скрипучая дверь медленно открывалась, будто приглашая бывшего члена портовой мафии зайти. Наконец, взору открылась спрятанная ото всех комната, такая же серая и холодная, как и предыдущие. Однако отличие в помещении все же было. Маленькое окошко, закрытое металлической решеткой, пропускало несколько лучей холодного света. Эти потоки сияющей пыли сосредотачивались в центре комнаты, где лежал, болезненно свернувшись, паренек. Мафиози видел мутно, всё-таки кислород человеку необходим. Но эти пепельные волосы он узнает даже на смертном одре. Руки внезапно похолодели. Дазай Осаму с ужасом смотрел на тело, вызывающее те самые неприятные воспоминания из портовой мафии. Оцепенение прошло буквально через несколько секунд, и шатен кинулся к Ацуши, беспомощно лежащему на холодном полу. Дазай перевернул Накаджиму на спину, оценивая серьезность его повреждений. Огромное количество порезов и синяков «украшало» некогда белоснежное тело мальчика. Кровь местами окрасила рубашку в бурый цвет. На грязном лице были следы застывшей алой жидкости. — Ацуши! Ацуши? Ты слышишь меня? — У Осаму получилось скрыть дрожь в голосе, но с такой задачей в данной ситуации справиться практически невозможно. — Боже, Ацуши, что с тобой случилось? — подумал детектив. Действительно хороший вопрос, правда, сейчас он бесполезен. Истекающий кровью тигр находится без сознания, а Дазай понятия не имеет, как и зачем оказался здесь. — Д-дазай?.. это ты?.. — Накаджима с большим трудом приоткрыл свои глаза, заглядывая в лицо напротив. Голос седовласого был измученный, но нисколько не напуганный. — Ацуши! Ты в состоянии сказать мне, что произошло? — Осаму догадывался, что тот пережил, но не хотел, чтоб его домыслы оказались действительностью. — И-извини меня,—еле слышно произнес Накаджима,— Я…я виноват,— голос растворялся в холодном воздухе, а янтарные глаза закрывались против воли владельца. — Ацуши! — ответа не последовало. Осаму приподнял мальчика, стараясь не касаться ран, и взял на руки. Было необходимо вывести пострадавшего из этого здания. Просто найти выход, ничего сложного. Но… Дазай просто стоял, держал Накаджиму и вообще не шевелился. Тело будто сковали невидимыми тяжёлыми цепями, не позволяющими сделать хоть малейшее движении. Осаму предпринял все возможные усилия, чтобы сдвинуться с места, однако, его попытки оказались тщетны. В это же время он почувствовал, что тело в руках словно леденеет. Почему..? Что вообще здесь происходит? Стало Очень Громко. Сердце колотится просто невыносимо. Старший детектив зажмурился, в надежде, что гам просто исчезнет. Правда, какое бы ни было сильное желания прекратить происходящий сейчас кошмар, закрыв глаза, так просто это не получится. Звуки сердцебиения превращались в черные пятна, разливающиеся на той стороне век. Через несколько мгновений тьма заволокла всё. Ту-дум, ту-дум, ту-дум..! *** — Ха-х..! — Дазай резко распахнул карие глаза, полные непонимания. Дыхание было сбитое, руки слегка дрожали. Холодный пот крупными каплями скатывался по лицу, — Это…сон? — еле слышно произнес Осаму, будто до сих пор был не уверен, проснулся ли он. У Дазая очень давно не было сновидений, особенно кошмаров. А если ему что-то и снилось, то какая-нибудь неправдоподобная чертовщина из-за съеденных грибов или таблеток. Но этот сон оказался пугающе реальным, с чем никогда не сталкивался детектив. Правда, самое странное во всей этой ситуации — отсутствие причин, которые могли бы спровоцировать мозг парня на создание чего-то подобного. Или же Дазай думал, что причин нет… Спустя пол минуты первоначальный шок уже прошел, ведь Дазай Осаму — бывший член портовой мафии. А мафиози всегда должен скрывать свои настоящие эмоции, что, собственно, и делал Дазай. Прятался за маской шута, вел себя, как неразумное дитя… У него это очень даже неплохо получалось, по крайней мере, до этой ночи. Окончательно успокоившись, шатен, приподнявшись на локтях, осмотрел место, в котором находился. К счастью, это оказалась его квартира. Воздух был свежий и прохладный, видимо, окно было открыто с самого вечера. Детектив, не спеша, поднялся с своего старого футона и направился на кухню, разделенную от спальни маленькой перегородкой. Поставив местами ржавый чайник на огонь, одетый в уличную одежду Дазай встал у окна, где в коробке лежали новые медицинские бинты. Он был именно в своей уличной одежде, потому что часа 4 назад, вернувший с тяжёлого задания, у него совершенно не оставалось сил, чтобы переодеться. Единственное, что успел сделать детектив перед тем, как рухнуть на футон — это скинуть с себя запачканное в чужой крови пальто. Вчерашнее задание действительно было не самым сложным, как и обещал Ранпо. Только вот оно было неожиданно длинными, потому Дазай, придя домой, валился с ног. Суть миссии заключалась в обнаружении базы контрабандистов, поставляющих оружие новой подпольной организации. Само собой, портовой мафии не хотелось иметь ещё одних конкурентов, мешающихся на их пути, поэтому они отправили своих людей «в поддержку детективному агентству». Именно своеобразная помощь мафии, настолько увеличившая время выполнения задания, Эдогавой не рассматривалась. Кто бы мог предположить, что Дазаю отправят не кого-нибудь там, а Чую, искренне ненавидящего этого шатена. Ох, наверное, Осаму устал сильнее не из-за сотни вооруженных людей, стремящихся тебя уничтожить, а из-за Чуи, действующего на нервы очень долгое время. Но в конечном итоге часть врагов арестовали, других — убили. И, несмотря на всю сложной данной ситуации, задание завершено. — Ха… надо меньше работать, — Осаму обматывал порезанные руки новыми бинтами, а грязные откинул в неизвестном направлении, — хотя, умереть от перенапряжения… весьма оригинальный способ самоубийства, — с лёгкой улыбкой произнес молодой суицидник, глядя в небольшое окно. На улице шел несильный дождь, но по размерам луж на тротуаре можно было сказать, что льет уже не один час. Умиротворённое выражение лица, вызванное грёзами о смерти, постепенно угасало, взгляд становился несколько мрачным, — Почему именно Ацуши..? — шатен погрузился в свои мысли, ненароком наблюдая за каплями воды, стекающими на той стороне стекла. Чайник, словно угрожающий своим свистом вот-вот взорваться, вернул детектива в реальность. Дазай снял кипящую воду с огня, чуть не пролив на себя, и заварил очень крепкий кофе, который, судя по аромату, должен был подарить бодрость на весь день. По крайней мере, иллюзию бодрости, хотя, детектива и это устроило бы. Наслаждаясь горячим напитком с газетой в свободной руке, Осаму заметил гору документов, которую тот обещал отнести в агентство ещё очень давно. Ох, как быстро человек может поменяться в настроении, особенно в негативную сторону. Нести такую стопку бумаги, да ещё в дождь! Правда, Дазай сам виноват, что откладывал это немаловажное дело на завтрашний день. Только вот перенести на потом уже не получится, конец месяца как-никак. А Куникида будет просто в ярости, если не отдать их в ближайшие несколько часов. — Да почему именно сегодня?— недовольно, сморщив носик, как маленький щенок, спросил у Вселенной детектив. Сжечь эту стопку взглядом никак не получалось, поэтому, не дождавшись какого-нибудь знака или ответа на свой вопрос, Дазай Осаму решил всё же избавиться от надоедливых документов как можно скорее. Он убрал все необходимые бумаги в кожаный дипломат, взял свой зонт, накинул запасное чистое пальто и вышел из дома. Погода была скверная. В такое время люди обычно сидят по домам и смотрят телевизор. А Дазай тем временем пытается не утонуть в огромных лужах. В городе темно из-за туч, заградивших солнце, однако, невысокие здания будто обновились. С их стен смылся слой дорожной пыли, копившейся, казалось, целую вечность. Яркие вывески различных пекарных и кафе приглашали зайти, погреться и отдохнуть от нескончаемого дождя. Но у Осаму не было совершено никого желания есть в незнакомых забегаловках. Единственное заведение, в которое он был бы не против зайти — это кофейня в здании вооруженного детективного агентства, ставшая для членов организации таким родным и уютным местом. Шатен решил срезать путь через парк, чего обычно не делал. Причиной этому были толпы людей, отдыхающих от городской суеты со своими близкими. Они безумно раздражали детектива. От их счастливых лиц становилось мерзко, хотелось скрыться от чужих глаз. Забавно, а ведь когда-то такого отношения вовсе не было… Сегодня из-за плохой погоды люди в парке практически отсутствовали, поэтому появилась возможность немного сократить дорогу. В парке птицы не издавали ни звука, видно, им сейчас было не до этого. Деревья впитали в себя влагу и потемнели. Листья негромко шелестели и копили на себе только что упавшие дождинки, которые собирались в крупные серебристые капли и звонко падали на землю. Приятный чистый запах сырой земли успокаивал уставший разум. А звуки воды, исходящие со всех сторон, не позволяли мрачным мыслями захватить голову. Впервые Дазай искренне наслаждался этим уголком в городе. Казалось, здесь все проблемы становились совершенно незначительными, словно не стоили никаких переживаний. Ни надоедливых птиц, ни раздражающих глупых людей, только шум дождя, такой успокаивающий. — Было бы славно, умереть в подобном месте, — своими суицидальными рассуждениями вслух, кажется, Осаму под силу испортить любую ранее приятную атмосферу. Прячась под зонтом, с еле заметной хитрой улыбкой детектив рассматривал самые близкие к нему деревья. Может, ему удастся найти достаточно крепкую ветку, чтобы совершить… О, это что, зонт? —Ха, наверняка какой-то растяпа потерял, — шатен подошёл к скамейке, под которой находился свернутый серый зонтик, испачканный в грязи и… в крови? Лицо Дазая моментально переменилось, стало серьезным и сосредоточенным. Подняв несколько интригующий предмет, Осаму внимательно стал рассматривать его. Грязь на ткани была совсем свежей, значит, лежит здесь не более суток. Если предположить, что зонт использовали для нападения на человека, спицы бы по-любому сломались, потому этот вариант не подходит. Скорее всего, бордовая жидкость попала на зонт случайно, из уже кровоточащей раны. — Что же тут могло случиться?.. — взяв необычный зонт и присев на влажную скамейку, чуть ли не шепотом произнес Осаму Дазай, ощущая, что дело далеко не самое обычное. Судя по всему, хозяин зонта был ранен и, вероятно, нуждался в медицинской помощи. Вряд-ли его просто выронили и потеряли, а потом магическим образом на нем появилась кровь. Или человек оставил зонт, потому что не мог его нести? А с какой вероятностью… человека похитили, а улику просто не заметили..? Слишком мало деталей, чтобы разгадать загадку, которой может вообще не существовать. Ахах, пытаться раскрыть дело, которого может просто и не быть? Найти потерянный кем-то зонтик и затем раскрывать заговор? Смешно, конечно, но Ранпо всё же показать надо. Может, от этого зависит чья-то жизнь, верно? Дазай, захватив с собой зонт, продолжил двигаться в направлении вооруженного детективного агентства. Минут через 7 детектив уже стоял перед дверью кафе на первом этаже. Зайдя в здание, Осаму почувствовал приятный запах свежезаваренного кофе. Колокольчик, звенящий при открытии двери, направил внимание персонала на только что вошедшего гостя. — Доброе утро! — знакомая официантка, ранее разговаривающая с бариста, поприветствовала детектива — Вы хотите что-нибудь заказать или же спешите в офис?— она подошла поближе, достала из кармашка блокнот с ручкой и мило улыбнулась. — Здравствуйте, миледи. Да, сегодня я у вас немного задержусь, — Обычно Осаму начинает разговор с красивой девушкой предложением совершить парное самоубийство, но эта брюнетка ему давно уже отказала. — Дай-ка подумать, — детектив, сделав озадаченное лицо, поднес большой и указательный пальцы к своему подбородку, думая, чем бы хотел позавтракать, — Знаю! Мне, пожалуйста, ваши лучше блинчики и свежий кофе, — Вынес свой вердикт шатен, чуть наклонив голову и мило улыбаясь даме. — Скоро будет готово, — черкнув в своем маленьком блокноте пару слов, официантка удалилась. Дазай Осаму выбрал небольшой столик на двоих около окна. Скинув с себя пальто и повесив его на край кресла, детектив сел и поставил сумку с документами у ног. А два зонтика, собственный и найденный, отложил на свободное второе сидение. На улице ничего особо не менялось. Дождь не собирался прекращаться, а люди постоянно куда-то опаздывали. Сам же Дазай, к счастью, пришел очень даже вовремя. Сейчас около десяти, а это значит, что Куникида ещё находится в агентстве. В субботу блондин уходит относительно рано, если не считать, что в этот день большая часть сотрудников ВДА вовсе отдыхает. Пока детектив рассматривал причудливый узор на салфетке, официантка принесла гостю блинчики и кружку невероятно ароматного кофе. — Приятного аппетита! — девушка поставила тарелку на стол, затем поправила свой тёмно-коричневый фартук и быстро ушла к другим посетителям, не давая возможности поблагодарить ее. Осаму уже собирался насладиться пищей, как вдруг кто-то больно ударил его по затылку. — А-ай! — от неожиданности Дазай выронил столовый прибор. Обернувшись, шатен узрел перед собой чем-то очень недовольного Куникиду. — Дазай! Какого черта ты до сих пор не передал бумажные работы в агентство?!! — Выражение лица Доппо пугало. Казалось, он готов прямо на месте уничтожить этого негодяя, несмотря на то, что они находятся в общественном месте. — Ну-у, Куникида, разве так приветствуют своего напарника? Это максимально невежливо с твоей стороны,— потирая рукой ушиб, Дазай пытался высверлить дырку в надоедливом ему очкарике. — О какой вежливости может идти речь, если ты уже месяц не можешь принести эти документы?! — своим тоном блондин угрожал дать ещё один подзатыльник этому бездельнику. — Эй, я их как раз таки принес! — недовольно прищурив глаза, Дазай указал рукой на свой дипломат, — тебе бы избавиться от привычки бить людей, не узнав всех деталей! — Осаму скрестил руки на груди, как маленькая девочка, и, закрыв глаза, отвернулся от этого перфекциониста. Куникида замолчал, открыл сумку и достал папку с бумагами. Проверив подлинность отчетов и прочих работ, Доппо перевел взгляд на Осаму, делающего вид, что обижен. — Будь добр, впредь не допускай подобных оплошностей, — поправив указательным пальцем очки, уже спокойным голосом сказал блондин— ты подаёшь скверный пример своему юному коллеге. — Ты что, про Ацуши? — немного изумившись таким высказыванием, шатен прекратил строить из себя обиженного ребенка. Он сделал небольшую паузу и продолжил, — Этот малый один из самых ответственных работников нашего детективного агентства. Ничего дурного от меня он не перенимает,— Осаму Дазай внимательно всматривался в лицо напротив, пытаясь понять, с чего вдруг Куникида делает такие выводы. — Ацуши не выполнил элементарное задание: забрать и принести сюда несколько бумаг. Со вчерашнего вечера от него никаких вестей. А такое поведение для тебя характерно, — этот разговор Куникиду более не интересовал, потому он достал свою записную книжку и сделал несколько заметок, пока Дазай молчал. — То есть… как? — искреннее непонимание настигло детектива — Ты хочешь сказать, что Ацуши бы не справился с такой простой задачей? — Шатен чуть ли не вскочил со своего места и встал прямо перед Доппо. Куникида, уже очень уставший из-за количества работы в конце месяца, раздражённо захлопнул свой идеал. — Как раз наоборот, он не мог не справиться. Даже ребенку это под силу. Скорее всего, тигр просто не хочет потратить чуть-чуть своего времени в выходной день, чтобы закончить начатое дело. — Да как ты не понимаешь! — Осаму схватил за предплечье своего собеседника, — Ацуши не такой! Если он не предупредил, что не придет, то с ним что-то наверняка случилось! — шатен боролся с желанием хорошенько ударить Куникиду и отбросить его в сторону. — С чего ты это взял?! — Куникида вырвал свою руку из мертвой хватки бывшего мафиози. — Я!.. Я… не знаю. У меня... плохое предчувствие, — Дазай опустил взгляд в пол. Страх потерять ещё одного родного человека окутал его. Мелкая дрожь прошла по коже. — Ха, плохое предчувствие у него,— с некой насмешкой сказал Куникида, снова поправив свои очки. Сил доказывать свою точку зрения нет, поэтому самое разумное решение в данной ситуации для Куникиды Доппо — компромисс. — Я ему позвоню сейчас, и ты, надеюсь, поймёшь, насколько твои догадки безосновательны, — Доппо достал из кармана брюк раскладной телефон. Через несколько простых махинаций детектив стал ожидать голоса Накаджимы. Осаму же стоял, затаив дыхание и сжав пальцы в кулак. — Абонент временно недоступен, перезв… — Мерзкий звук оборванной связи отдавался эхом в разуме Дазая. Дальше оставаться на линии не имело смысла. — Дазай, Ацуши не доступен,— Куникида помрачнел, сам того не ожидая, — Может, ты прав. У тебя есть идеи, что могло случиться? —странное ощущение создавало ком в горле. Или Доппо просто очень устал. — Откуда мне знать?!— Осаму раздражённо дёрнул рукой, рассекая потяжелевший воздух, — У меня нет никакой информации! — своим криком Дазай привлек внимание других посетителей — А…— Пугающая мысль проникла в голову суицидника. Он затих, спрятав свои глаза под челкой. — Что такое? — Доппо приподнял бровь и немного расширенными глазами посмотрел на замолчавшего Осаму, — Ты что-то знаешь? — Куникида… — голос Дазая заметно дрожал, — Ты не знаешь, проходил ли вчера Ацуши через парк? — О, боже. Вот бы его предположение оказалось неверным. — Точно не могу сказать, но Ацуши было бы намного быстрее дойти до места встречи, если бы он пошел через парк, — смотря куда-то в окно, озвучил свое мнение Куникида Доппо. — Зонт… — Рука медленно поднялась, указав на утреннюю находку, — Я нашел сегодня в парке чей-то зонт… в крови, Куникида…