Стеклянный мост

Okay — Chase Atlantic

Он так и не сомкнул глаз ни на секунду этой ночью. Теплые лучи солнца подступили к его босым стопам и приятно грели их. Юджин сидел на полу, и уже несколько часов подряд смотрел в одну точку, не отрывая своего волчьего взгляда. Рубашка была на половину растегнута, волосы растрепанны, а под глазами были огромные синяки усталости и недосыпа. Этой ночью его мысли занимала не работа, как обычно, а нечто другое... Её губы Просто невероятно. Когда она была в его руках вчера, то действовала на Юджина, как самый сильный наркотик. Его личный сорт. Её губы такие горячие и поддатливые, свели его окончательно с ума. Её нежные руки, которые она запустила ему в волосы, отчего все его тело покрылось сотнями мурашек. Сладкий аромат её шеи, вдыхая который, каждая клетка организма замирала и жаждала ещё. Он вспоминал свои руки на её тонкой талии и бедрах. Как она сидела перед ним, так покорно раздвинув свои ноги. Тонкие лямки её бюстгальтера, что он ощущал кончиками своих пальцев, когда аккуратно проводил ими по её вздрагивающим плечам. Сердце Юджина не прекращало биться, как ненормальное. Он задыхался, от мысли о её широко распахнутых глазах, смотрящих прямо ему в душу. Глаза, которые топили все льды в его сердце за одну секунду. Так, что он не желая этого был готов сделать, что угодно, лишь бы она смотрела на него так вечно. Он представлял, как её ласковые руки обхватывают его лицо. Как он подхватывает её на руки, и держа за упругие бедра прижимает к стене, въедаясь в её пухлые и красные губы. От назойливых мыслей об этом, он непроизвольно тихо зарычал. Сжимая в кулак упавший на пол, угол одеяла. Этого не должно было случиться... « Это было нужно и тебе и мне. Я знаю, ты не подпустила бы меня к себе ни на метр, если бы не хотела. Все ложь! » Юджин смотрел на ясное небо через открытое окно, чистое без единого оболочка, голубое небо. Глаза Селин почти такого же цвета. Только чуть светлее. С зеленоватыми вкраплениями, когда она злится. Или смотрит на него. На его рот. Как смотрела вчера. ­ « Чёрт! Все забыть! Наши пути никогда не пересекутся. Не мучайся, Юджин! Ведь, она сама не даст нашим путям пересечься.» Он плотно закрыл глаза. Ему нужна темнота. Никаких ассоциаций. ­Тишина длится всего минуту. Тяжелый вздох и снова ее образ, силуэт в темноте, ее голос и этот, херов, вопрос: «Все в порядке?» Нет! Не в порядке. Зачем тогда она задала этот вопрос? Пыталась заставить Юджина надеяться? На что? Как тогда она смотрела на него. Стоя перед ним только в одной белой футболке и показывая свои потрясающие бёдра. « Притормози, хватит вспоминать. » — кричал рассудок. Потому что, все эти мечты вновь и вновь разбивались о это сухое: « ничего не значило...» Зубы сжались и скрипнули. Юджин пытается изо всех сил, перестать вспоминать, представлять. Но мозг будто наперекор воспаляет все эти картинки вчерашней ночи. Ее влажный рот, в который мысленно тут же погрузился языком. Так явно, так точно ощущая её вкус, что по телу пробежали мурашки, а в пах горячими толчками ударила кровь. ­Тепло, влажно, до безумия приятно. Её встречающий язык, распахнутый рот и прижатая к его груди небольшая грудь. ­ Он ощутил, что собственный язык против воли пробегает по нижней губе, и чертыхнулся, пряча лицо в ладонях на несколько секунд. Боже. Что с ним происходит? Он точно сошел с ума. « Нужно отвлечься. Отвлечься от неё. Её стало слишком много.­ Так не должно было быть. » Сняв с себя рубашку, он подставил руки под кран в ванной. Горячая вода моментально обожгла кожу. Плеснув ей несколько раз на лицо, Юджин сильно зажмурился приоткрыв рот. Сегодня он еще не выходил из комнаты. Лишь через маленькую щель приоткрытой двери, он наблюдал за ней. За той Селин, какой она никогда не бывала, когда Юджин смотрел на неё. То была, живая и радостная, полная любви девушка, с грацией и потрясающей аурой тепла и ласки. — Может ты и права, Энуир. — шепчет Юджин, выходя из ванны. — Может все это ничего и не значит!                                    *** Приехав из больницы, я впопыхах забежала в квартиру, в надежде на то, что Дафна еще не успела уйти домой. В мыслях крутилось только одно: Найти свои вещи и кошелек, в котором должна быть фотография! — Дафна! — крикнула я так, что мой голос эхом отскочил от стен. — Я тут родная. — ответила женщина из зала. — Просто супер, что ты еще не ушла! — запыхавшись говорю я, приобняв ту за плечи. — Лин, что сказали в больнице? Нашли проблему? — взволнованно спрашивала она. — Не переживай, это уже не важно. Сейчас важно совершенно другое, ты не знае... — оборвав меня на полуслове Дафна возмущенно возразила. — Как это не важно! Что ты такое говоришь. — Со мной все в порядке, клянусь. Но мне срочно нужно узнать, где все мои вещи, в которых я была в день аварии? — Точно все в порядке!? — будто и не слыша моего вопроса, спрашивает Дафна, не веря мне. — Честно! — нервно отвечаю я. — А вещи, вещи знаешь где!? — Солнышко, мне-то откуда знать. Скорее всего у мистера Арона в комнате. « Значит они все же там. » — с досадой подумала я. — Ладно... — Что-то случилось? — Не то чтобы. — делаю я паузу. Задумавшись, прикусывая губу. — А не знаешь, сейчас его комната закрыта? Дафна мило рассмеялась и похлопала меня по плечу: — Рисковать и проверять я не буду. И ты! Тоже не вздумай ходить туда, Лин. Ты знаешь, что он сделает, если узнает. На моем лице проскакивает мимолетная улыбка, пока глаза смотрят, как женщина застегивает свое пальто. — Пообещай, что не будешь делать глупостей. — жалобно просит она. — Я не смогу уснуть, если буду думать, что Юджин застукает тебя у себя в комнате. — Не переживай. Я не буду. — улыбнувшись краешком рта, отвечаю я, скрестив пальцы за спиной. И только закрыв дверь за Дафной, я посмотрела на часы. Девять вечера ровно. Юджин никогда так рано не приходит, всегда позже десяти. Значит немного времени есть! Я дотронулась до холодной металической дверной ручки. « Была не была. Не убьет же он меня, если застукает. » Наверное... Глубоко вдохнув, я нажимаю до упора и дверь с легкостью открывается, а в голове уже крутится победное «есть!». Холодный и свежий воздух, который задувало через настежь открытое окно, заключил меня в свои объятия. И мурашки пробегают по спине, толи от прохлады, толи от страха. Глаза в темноте окидывают взглядом помещение. Так настороженно. Делаю шаг вперед и я внутри. Чувство, будто я делаю что-то очень неправильное, опасное. Белый тюль раздувало ветром, гул машин стал будто тише, тусклый свет полумесяца и огни соседних зданий оставляли полосы света на полу. Глаза снова метнулись вбок. Стеллаж с книгами во всю стену. Подхожу ближе, дотрагиваясь кончиками пальцев до полок, на которых не было ни грамма пыли. Так много. Боже их сотни. Сотни книг. « Неужели, ты это все прочитал, Арон? » — невольно задаюсь я вопросом. Как завороженная, медленно перебирая ногами, я иду дальше, к небольшому столу. Идеальная чистота, нарушаемая лишь... Чем? Зажигалкой? Машинально беру ее в руки, удивляясь почему это она стоит здесь в одиночестве, нарушая весь порядок. « от D.D » Провожу пальцем по гравировке сбоку на железе. — Кто же ты, D.D? — шепчу одними губами, вспоминая, что уже сотни раз видела эту самую зажигалку в руках у Юджина. Ставлю вещь на место, оглядываясь назад, проверяя нет-ли в дверном проеме Арона. Никого. Ровный выдох. Новый порыв ветра, и снова мурашки по всему телу. Приобнимаю себя за локти и тяжело сглатываю, а глаза в это время замечают небрежно брошенную на стул белую рубашку. Замираю, так глупо рассматривая ее. Представляю, как Юджин мог снимать ее с себя, как его руки кинули ее на этот стул. Представляю, что запах его кожи, наверное, все еще ощущается от нее. Собственные руки дрогнули и взяли белую ткань. Так осторожно, боясь, будто трогая что-то неизвестное. Моментальная вспышка, и я подношу рубашку к самому носу. Закрываю глаза и с шумом вдыхаю аромат. Да, на все сто процентов, да. Это его запах. Летний дождь, сигареты и дорогой парфюм. Дрожь проносится по всему телу и я почти обмякаю, вдыхая снова и снова. « Опомнись, Селин! Что с тобой? » — будто разрядом тока прошибает мой рассудок, и я с злостью отбрасываю рубашку обратно на стул. Почти в панике потирая ладони друг о друга. Что я... что я делаю, Боже? И мысли одурманенные этим запахом, темнотой его комнаты наконец-то приходят в порядок. Подхожу к небольшому комоду, открывая каждый ящичек. Документы, папки, бумаги. Ничего больше. Ни намека на мои вещи. Проверив несколько полок, ящичков, я почти отчаиваюсь. Запрокидывая голову, я аккуратно сажусь на постель с самого края. — Давай же Юджин, куда ты мог их спрятать? — снова шепчу я. Как вдруг, мой взгляд упал на небольшую коробку в углу, прямо под писменным столом. Заправив распущенные волосы за уши, я нагнулась и выдвинула ее прямо к своим ногам. Сев рядом на пол, в надежде открываю её. И не успевают мои руки приподнять крышку, как в комнате включается свет.                                      *** В его мыслях целый день была полная путаница. Сил совершенно не было и все о чем он мечтал под конец дня - это был крепкий сон. Открыв входную дверь, он лишь на минуту остановился, смотря в глубь коридора, в конце которого была дверь Селин. « Нет, не сейчас. » Его веки казались настолько тяжелыми, будто были сделаны из свинца. Юджин заворачивает за угол, подойдя к своей комнате, дверь в которую была открыта. Входит внутрь, включая свет. Светло серые глаза метнулись к нему в полном шоке и панике. « Какого? » Селин сидит на полу и через секунду резко подскакивает на ноги будто ужаленная. — Что потеряла в моей комнате? — сверля девушку взглядом, сделал Арон шаг в ее сторону. Его усталость, как будто резко прошла. Запах её легких духов, заполнивших собой всю комнату, ударил в нос. Зрачки Юджина резко расширились, при виде её испуганного лица. И он вспомнил прошлую ночь. Вкус её сладких губ, её руки на своём затылке. Её плечи немного тряслись, хоть она и старалась сохранять уверенный вид. Как же он любил видеть её такой. Этот жгучий огонь в глазах и дрожь во всем теле. — Стой. — говорит девушка Ещё шаг. Пятится, как от психа. Возможно, в какой-то степени, она права. — Почему «стой» ? Это ты в моей комнате, а не я в твоей? — тихо, произнёс Юджин. — Я просто выйду отсюда и мы оба сделаем вид, что ничего не было. Это был длинный день, мы оба устали. Но он и не думает теперь слушать ее. Юджин рванулся к ней и схватил за руку прежде, чем Селин успела что-либо сделать. Рывок — и она влетела в его грудь, сдавленно охнув, вырывая запястье из его пальцев и прижимая к себе. Пятясь теперь к подоконнику, глядя на него, словно животное, исходящее кровью, на своего мучителя. — Что ты делаешь, Юджин? — Нет, — прорычал он, подлетая к девушке, замирая в нескольких шагах, глядя остро, почти убийственно прямо. — Нет, какого хера ты делаешь? Она не понимала - он видел. В глубоких, как море, серых глазах всё ещё удивление, но вот тот самый огонёк, который был нужен. — Если ты о том, что я в комнате? Извини! Я лишь хотела найти свои вещи! — уже кричит она ему прямо в лицо. Боится. Руки Юджина крепко обхватили лицо девушки, что та вздрогнула и ещё сильнее вжалась в подоконник. Её глаза испуганно бегали по лицу парня, как у маленькой мышки перед самой смертью. А Юджин вжался в девушку всем телом, так что она могла чувствовать каждую мышцу на его теле. Поднес своё лицо так близко, что их носы сопрекасались, и Селин тихо всхлипнула. — Зачем играешь со мной. Сначала бегаешь от меня, потом избегаешь меня. Задаешь идиотские вопросы, как будто я для тебя, что-то значу, даешь себя поцеловать. Ради чего? Чтобы снова сказать какое я ничтожество, и что ты никогда не будешь моей!? — шепча хриплым басом, не убирая рук от ее лица, спрашивал Юджин. — Я не... — Чего ты хочешь, Селин? — Я не знаю. Глаза в глаза еще секунду. Выдыхает прямо в губы, как будто дразня. « Ты мне так нужна, черт тебя подери! » Я окончательно сойду с ума, если снова не прижму тебя крепко к себе, если не ощущу твоих губ на своих. Юджин прижимается ближе, чувствует как кожа на ее шее покрывается мурашками, а плечи слегка дрожат. Ее глаза, что перестали бегать по лицу, а смотрят ровно, прямо в его темные, карие. Смотрят с таким напором, чего? Так чего она хочет на самом деле? Юджин медленно приближает свое лицо заглядывая внутрь этих серых радужек, нос к носу, он чувствует жар ее кожи на своем лице. Эта тишина. Он тяжело сглатывает, и выдыхая прямо Селин в губы, целует. Держа ее бледное лицо в своих руках. Это ощущение беспомощности девчонки зажатой между ним и подоконником. Сминает ее пухлые губы своими, чувствуя ее вкус. Только ее. А она не отталкивает. И это сносит крышу. Не отвечает на поцелуй, но так покорно повинуется ему. Юджин почти рычит, чувствуя ее хрупкое тело под своим. Отрывается на секунду, чтобы набрать воздуха в легкие и вновь эти глаза. Самые, блять, красивые глаза во всей вселенной. Юджин снова не может оторваться. И переплетенные взгляды, столько нужно сказать друг другу. Но только не сейчас. Не в этот момент. Им обоим это нужно, просто быть рядом, дышать друг дружкой. Чувствовать тепло человека рядом и за все это время хотя бы на несколько минут, забыться и раствориться в блаженстве. Такие разные и одновременно похожие, что даже представить сложно. Они оба знают, что это всего на пару минут. Что это неправильно. Что еще минута и он отпустит ее лицо, а она снова будет говорить, что это больше не повториться, что это ничего не значит. Глаза Юджина отчаянно пробежали по всему её лицу, по её телу, длинной шее, которая уже успела покрыться маленькими мурашками, будто пытаясь запомнить ее такой. Он аккуратно провёл пальцами по её ключице, поднимаясь выше к её скуле. Момент и Селин дергается в сторону. — Нет. — остановив ее. — Прошу... — шепчет Юджин. Это разрывает сознание, режет слух. И Селин останавливается, слыша просьбу из его уст. Она не понимает, не верит. — Один раз, только один. — снова просит он. А Энуир почти приоткрывает рот. Какого вообще происходит снова с ними. Смотрит, пытается понять. Не шевелиться. А Юджин уткнулся носом в её щеку. Он аккуратно прикусывает губу девушки и сил сдерживать себя больше не остаётся, когда она наконец-то отвечает на поцелуй. Юджин въедается в неё, пытаясь уловить каждый миллиметр её губ. И все крепче и сильнее прижимая Селин к себе, как будто, боясь, что вот-вот он откроет глаза и снова окажется один, что она снова окажется сном... Её рот, такой влажны, такой поддатливый и этот маленький юркий язычок идущий ему на встречу. Все её прикосновения и движения такие робкие, её смущение и зажатость еще сильнее возбуждали Юджина. В паху уже становилось невыносимо больно от узости штанов, давящих и трущихся о пульсирующую эрекцию. Он подхватил девушку на руки, держа её за ягодицы, держа и прижимая крепко к себе, что  Селин вздрогнула почувствовав, пах на своём бедре. « Почувствуй, что ты делаешь со мной. » — Подожди...— не отстранняя своих губ, прошептала Селин. — Не сейчас. Забудь, только не сейчас. — не желая выпускать её из рук, говорил Юджин. — Остановись. Прошу! — отстраняясь все сильнее. И он замирает, ставит ее на ноги. Смотрит в её глаза, которые она сразу же опустила вниз. Больше не смотрит. — Не нужно. Нам не стоит. Я уже говорила. — шепчет она, заправляя волосы за уши, дыша прерывисто. « Ложь. Гадкая, гнусная, блятская ложь. Я вижу тебя насквозь... Зачем? » — Тогда зачем позволяешь?! — задыхаясь, чувствуя, как пульсирует кровь внутри, с напором спрашивает Юджин. — Не знаю. — замолкает, делая шаг от него, пытаясь скрыть всю себя от его глаз. — Но больше не позволю.