Ферма Мятежного потока

В бок врезалась пружина, видимо, потерявшая всякое терпение к новому весу на ней. Шуджи недовольно разлепил глаза и отодвинулся от холодного оружия правой стороны кровати, уверенно старавшегося распороть ему тело. Мало того, что в глаза с пяти утра светило солнце, потому что тонкие занавески не могли его сдержать, так ещё и спальное место подводило. Однако даже при этом желание продолжить валяться в кровати победило, так что Шуджи осторожно улёгся на спину подальше от пружины и уставился в потолок. Вернуться в свою комнату после стольких лет было довольно необычным экспериментом, даже при том, что это помещение неплохо отложилось в его памяти и осталось таким же до сегодняшних дней. Кровать всё так же была застелена коричневым вязаным одеялом со странным орнаментом, на стенах висели плакаты старых фильмов, которые раньше нравились Шуджи. В углу стояла игровая приставка, в работоспособности которой были сомнения. Он даже не помнил, играл ли когда-либо в неё. Её принёс кто-то из тогдашних работников — подарок из города для подрастающего поколения. Кошмарное воспоминание, как в его комнате были незнакомые ему дети рабочих фермы. В пыльных хлопковых рубашках, синих штанах с зелёными пятнами на коленях то ли от работы в саду, то ли от игр на полянках. Так или иначе, весь этот гвалт полноценной ребячьей жизни находился на расстоянии вытянутой руки. Шуджи, сидя на кровати, свесив ноги в маленьких кожаных ботинках, молча смотрел, как дети шумели и восторженно осваивали приставку. Они были дружелюбные — звали его с собой, предлагали самые лучшие игры из имеющихся. Они хотели дружить с ним. Шуджи помнил, как одна девочка из этой компании отвлеклась от общего погружения в мир развлечений и села рядом с ним на кровать. — Почему ты не играешь с нами? — Не хочу, — буркнул он, даже не подняв головы, которая по ощущению свесилась так низко, словно шея удлинилась минимум в два раза. — Это не правда, — тихо, но уверенно заявила девчонка. Он даже имени её не знал. Она была на несколько лет младше, но вела себя очень по-взрослому. Ему так тогда казалось. — Ты не играешь, потому что не хочешь сидеть с нами? — Я не люблю людей на ферме, — выдавил Ханма, не зная, что ещё сказать. Сложно отвечать, когда сам не понимаешь ответ. — Почему? — Не знаю. Все шумные и никогда нельзя остаться одному. Всегда рядом кто-то. И даже те, кто тебе не нравится. — Если я попрошу, то никто не послушает и не уйдёт. Я маленькая, потому думают, что умнее меня, — девочка вздохнула и как-то совсем печально поправила светлые волосы. Да, волосы у неё были светлые, цвета пшеницы. — Но я могу попросить брата! Он точно всех разгонит, если хочешь. — Не хочу, — слова звучали совсем неправдоподобно. — Родители будут ругаться. И отчего он вспомнил это? Может от того, что он вновь в похожей ситуации? Незнакомые люди его возраста, а он вновь терзается желанием ото всех отгородиться, просто потому, что он в этом месте. На этой кошмарной ферме, хороших воспоминаний о которой почему-то не осталось. А если Шиничиро был прав, и эти обстоятельства вселенная ему ниспослала ради того, чтобы он взглянул на всё вокруг под новым углом? Созерцание прежнего места жизни и размышлений над собой были прерваны стуком в дверь — неуверенным и коротким. Вот и повод попробовать прижиться к постоянному скоплению людей вокруг. В голову назло залезла мысль о его одинокой комфортной квартирке. — Войдите, — крикнул Шуджи и приподнялся, приняв сидячее положение на кровати. В комнату прошёл ночной ветеринар. Выглядел он свежим и готовым на новые свершения — волосы прибраны, униформа сияет чистотой, достойной какого-нибудь журнала с броским названием «Доверьте ваших животных ему! Топ лучших ветеринаров страны! Ваши котики выберут его». Шуджи заинтересовало две вещи. Первое, каким образом Чифую смог выйти из конюшни, не испачкав свою одежду. Второе, почему он выглядит выспавшимся. Судя по времени, которое значилось семью часами утра, домой он не ездил, просто бы не успел. Спал на ферме? Вполне вероятно, учитывая количество свободных спальных мест в доме. Впрочем, в их количестве Ханма уверен не был — планировка дома была им благополучно забыта ещё несколько лет назад. — Доброе утро, — протянул Шуджи, зевая. — Что случилось? — Здравствуйте, — Чифую учтиво кивнул. — У меня просто появилось несколько вопросов к Вам… в основном те же самые, что я задавал по телефону. Шуджи поморщился, стараясь вспомнить, что же вчера говорил этот парень. Что-то про работу. Поняв, что разговор будет о деловых моментах, мозг моментально отключился. Опять вопросы, на которые он не знает ответов. Казалось, он уже даже был готов отвечать на вопросы про рассаду и подвиды кабачков, но не про работу. И документы. И вообще всего того, что было в компетенции Коконоя. — Ты что-то говорил про работу, да? — Да-да, всё верно. Я бы хотел работать здесь и насколько я понял, это очень даже осуществимая возможность… — Чифую бросил многозначительный взгляд и сделал пару шагов вперёд. — И ещё, мне неловко спрашивать, но когда будет оплата сегодняшнего вызова? Не подумайте, что я это из корыстных побуждений, просто с финансами у меня всё не очень гладко. Ханма опешил. Оплата? Стоило догадаться и раньше — с чего тому работать бесплатно? Только вот денег не было и платить, соответственно, нечем. Остатки сбережений лежали в его рюкзаке, только вот эти деньги были последними, да и потратить их планировалось на личные расходы. Наверняка должны быть деньги на счёте фермы. Из чего-то ведь платят зарплаты и оплачивают прочие расходы… оставалось понять, как к тем деньгам добраться. И узнать, сколько их там вообще осталось. — Оплата будет, но сроки сказать не могу, у моего менеджера какие-то проблемы, — проговорил Шуджи, пытаясь не морщиться от своих же слов. Если бы его единственный спаситель, как бы трудно не было это признавать, Коконой, сейчас услышал, как его обозвали менеджером с проблемами, то он наверняка бы задушил Шуджи голыми руками. — Я обязательно тебе сообщу, как только появятся изменения. А касательно работы… ну раз тебе обещали, то значит можно принять. Чифую заметно приободрился и радостно кивнул. Шуджи с сомнением глянул на появившуюся улыбку. Да как вообще можно быть настолько примерным сотрудником? Оставалось понять, как проходит приём на работу. Наверняка нужно было заключить трудовой договор или что-то в этом роде. Кроме теоретического предположения у Шуджи больше ничего не было: ни образца договора, ни знания как его составлять. Зато на уме был человек, который со стопроцентной вероятностью во всём этом прекрасно разбирался, но звонок которому обходился слишком большим количеством потраченных нервов. — Чтобы устроить тебя, мне нужно переговорить со своим менеджером, а он пока спит… — протянул Шуджи, пытаясь понять, звучит это как правда или нет. — Дай мне свой номер телефона, я позвоню, как только всё прояснится. Ханма встал с кровати и прошёл к столу в углу комнаты, на котором валялся мобильник. Краем глаза было замечено, как голова Чифую резко отвернулась. Чтобы понять происходящее, потребовалась, по ощущениям, верная минута. Однако найденный ответ Шуджи не впечатлил. Ну, подумаешь он в одной футболке и белье? Странно, что ветеринара смутило больше отсутствие штанов, чем футболка с улыбающейся коровой найденная в шкафу этой комнаты. — Да не парься, просто представь, что на мне есть брюки. Ну, или просто не обращай внимания. — Предпочту второй вариант, — Чифую повернулся обратно, но глаза поднять не осмелился. Шуджи записал номер телефона и на прощание кивнул парню. Судя по выражению его лица, он бы предпочёл, чтобы всё документы были составлены сразу, как он и планировал. Но, как уже успел убедиться Шуджи, ничего никогда не идёт по плану, так что стоит смириться и смотреть по ситуации. Быстро одевшись и умывшись, Ханма спустился вниз. Свежее лицо помогало чувствовать себя чуть более живым и совсем чуть-чуть более готовым к новым свершениям. Судя по остаткам запаха приготовленной еды, все кроме него уже проснулись и занимались своими делами. К сожалению Шуджи, на кухне, кроме ароматов, ничего и не осталось — чтобы что-то съесть, надо было что-то приготовить. Или дождаться, пока что-то приготовить кто-нибудь другой. — О, дарова. А Дракен сказал, что ты ещё дрыхнешь. Из-за спины послышался малознакомый голос. Говорившим оказался Пачин, возникший из ниоткуда. Ханма выдохнул и постарался смириться с мыслью, что теперь он не в своей квартире, где единственным живым существом кроме него была пара пауков. Нужно начать привыкать к внезапным появлениям. — Доброе утро, — промямлил Шуджи. В голове была лишь мысль о том, что нет ещё восьми утра, а эти люди уже на ногах. — Встал совсем недавно. — Понял, — Пачин кивнул, а затем покачнувшись на носках, продолжил. — Я к тебе с просьбой. Точнее, хотел один вопросик обкашлять с утреца. Ну, чтобы потом уже от обстоятельств отталкиваться. — Вопрос? Ко мне? — Он тут второй день, а к нему уже появились какие-то просьбы. Шуджи такое развитие событий не особо радовало, ведь просьбы равняются ответственности, которую он боялся и обходил всеми возможными путями. — Ага. Слушай, ты ведь помнишь, я рассказывал вчера, что сделал предложение и все дела? — Помню. Дальше? — Ситуация катастрофа, братанчик, — Пачин хлопнул Шуджи по плечу и сел на стул рядом. — Моя дама пришла вчера в церковь, ну, о венчании спросить. А священник сказал, что венчать он может, только если у нас будет зарегистрированный брак! А мы же не знали. Вот, сегодня поедем в город, подадим заявление в ЗАГС. — Поздравляю, — не зная, что ещё сказать, ответил Шуджи. — А какой вопрос-то был? — А, ну так вот. Нам же нужно будет где-то свадьбу отметить, причём уже довольно скоро. Я вот и подумал, может можно на твоей ферме? Покупать ничего не нужно, с этим я как-нибудь сам разберусь. Просто тут такое место красивое, и гостей расположить удобно. В общем, лучший вариант. Но, это если ты добро дашь. Ханма оглядел кухню и задумался. В принципе, нет никаких причин для отказа. На ферме и так постоянно кто-то находится, ну и подумаешь, пару дней народу будет ещё больше. Тем более, может станет хоть чуток повеселее и все вокруг перестанут говорить о работе. Да и есть шанс попробовать влиться в коллектив. Но это так, просто последний пункт в списке «плюсов». — Знаешь, я не против, — кивнул Шуджи. — Можешь устроить тут своё торжество, буду только за. — Братанчик, я не сомневался в тебе ни секунды, — Пачин широко улыбнулся и, поднявшись со стула, вновь крепко ударил Ханму по плечу в знак своей благодарности. Ханма еле устоял, чтобы не скривиться от боли в руке. — Ты просто лучший. Если что-то понадобится, то помни — я твой должник. Вот сразу по тебе видно было, что ты пацан ровный. — Спасибо, — проговорил Шуджи уже уходящему Пачину. — Если будут ещё какие-то вопросы, обращайся. Шуджи осёкся. Что ещё за фразы появились в его речи? «Будут вопросы — обращайся»? Эту фразу часто произносил его отец, когда разговаривал с коллегами по телефону. Брр, нужно следить за тем, что говоришь. Смирившись с печальным фактом того, что на кухне нет готового специально для него завтрака, Шуджи вышел на улицу. Ещё чуть прохладный утренний ветер пробежался по волосам, попытавшись их спутать. Непривычно было чувствовать свежесть чистой природы вместо выхлопных газов города. Да и множество зелени вокруг всё ещё ударяло по глазам. Неподалёку был замечен Дракен, который сосредоточенно шлифовал деревянную балку. Вероятно, на замену той, что недавно покалечила лошадь. Ни Баджи, ни Майки поблизости не наблюдалось, что странно. Шуджи решил, что кому-то всё-таки придется нарушить спокойную атмосферу вокруг Рюгудзи, и этим кем-то будет он. — Доброе утро, — подойдя, поздоровался Ханма. — А у тебя прикол такой, в такую рань работать? — Привет, — Дракен выпрямился и откинул прядь с лица. — Раньше начну, раньше закончу. Тем более, когда вокруг тихо, работается быстрее. А ты, я думал, проспишь гораздо дольше. — Я тоже так думал, — без особого удовольствия буркнул Шуджи. — Тут Пачин приходил. — Да, я видел его. Что хотел? Мне не сказал, сначала у тебя хотел спросить. — Хочет свадьбу на ферме провести. Я согласился. Дракен потёр подбородок и оглядел ферму. — Что такое? — спросил Шуджи, заметив какую-то невыраженную мысль на лице Кена. — Да вот думаю, для того чтобы тут провести свадьбу, неплохо бы прибраться да кое-что подремонтировать. На втором этаже кое-где на потолке балку заменить и заодно разобрать чердак… Скоро ещё и сено привезут, с ним тоже нужно будет побыстрее разобраться, чтобы беспорядка не было. Да уж, работёнки вновь немало появилось. — Пачин сказал, что ничего не требуется, кроме самого разрешения, — протянул Шуджи, не оценив идею Дракена с глобальным преображениям места. Пусть Ханма тут и не жил, но то, что как минимум в доме полно барахла, он знал наверняка. — Пачин сказал это одно, но мы, как его верные товарищи, должны помочь ему всё устроить по высшему разряду. Не думаешь же ты, что они вдвоем с невестой будут всё торжество устраивать? — Вообще-то так и думал. — Зря. Помогать придется много, — Дракен благодушно улыбнулся. — Ну, ничего, везде есть свои плюсы. У Па будет хорошая свадьба, а мы отдохнём. Праздники случаются не так уж и часто. — Да уж, — выдохнул Ханма. — Хорошо то, что эта работа не на сейчас. А пока… Даже не знаю, чем мне тут заняться. — Если нечего делать, помогай пока мне. Хотя знаешь, нет. Есть другое дело. Шиничиро скоро должен поехать в город, за закупками для их магазина. Сгоняй до него и попроси узнать, как там дела на полях, всё равно будет мимо проезжать. И заодно пусть попросит их ускориться, закончат со стогами, привезут часть сюда и дело в сторону. Ну, а потом давай ко мне, будем конюшню чинить. А я пока позавтракаю. Шуджи грустными глазами проводил Кена, который в прекрасном расположении духа ушёл готовить себе что-то вкусное. Отчего-то он был убеждён, что Дракен готовит прекрасно. Радости не добавлял и тот факт, что он на свою дурную голову попросил работы. А мог бы вместо неё сейчас по-товарищески попросить разделить с ним завтрак. Впрочем, если он быстро разберется с Шиничиро, то может и успеет присесть на хвост единственному найденному кулинару поблизости. Дорога до магазина заняла по ощущениям куда меньше, чем в прошлый раз. У входа стоял Изана и что-то внимательно изучал в экране своего телефона. Заметив Шуджи, он поднял голову и приветливо улыбнулся. Через мгновенье улыбка сменилась зевком. — Привет, — Шуджи встал рядом, оглядываясь в поиске Шиничиро. За магазином виднелась относительно большая машина с грузовым отсеком. Вероятно, на ней и возили товар из города. — Не выспался? — Не люблю вставать в такую рань, но у меня моих предпочтений никто не спрашивает. А ты чего гуляешь? — Меня Дракен послал найти Шиничиро. Ты не видел его? — Он в подсобке, — Изана вновь зевнул и указал куда-то позади себя. — Подожди пару минут, он скоро выйдет. Шуджи кивнул и, решив скрасить ожидание, достал подаренные вчера сигареты. Вслед за огоньком зажигалки показался едкий дым, который он довольно вдохнул. — Спасибо, кстати, за сигареты, — в ответ Изана вновь безмолвно улыбнулся. — Что смотришь? — Ты про что? — Ну, на телефоне, — Ханма бросил взгляд на экран чужого мобильника. Не то чтобы ему было очень интересно, просто хотелось завязать какой-то разговор. — Если не секрет, конечно. — А, нет, не секрет. Смотрю гитары, думаю, может купить какую-нибудь. — Умеешь играть? — Ага. Только вот мою сломали прошлый год, на неё что-то с чердака свалилось, когда там Майки ползал, — Изана разочарованно вздохнул, но быстро оправился. — Как-то всё руки не доходили новую посмотреть. — Только следи, чтобы Майки тебе её опять на щепки не раздолбал, — из магазина вышел Шиничиро с веселой улыбкой на лице. — Не хочу второй раз вас по углам друг от друга оттаскивать. — Если он что-то с ней сделает, то больше в нашем доме он жить не будет. Пусть вон, переезжает к Дракену своему и ломает его вещи. Я один раз натерпелся, мне хватило. Шиничиро рассмеялся и взъерошил волосы Изаны. Последний такого жеста не оценил, а потому постарался быстро вернуть своё идеально ровное каре в привычный вид. Но по взгляду было понятно, что к таким выходкам старшего он уже давно привык и в глубине души воспринимал их тепло и радушно. — Он бы с удовольствием, да только к Кену переезжать некуда, — усмехнулся Сано, потягиваясь. — Он же хотел тот домик выкупить? — Изана, казалось, словам брата искренне удивился, что Шуджи показалось странным. В его голове сложилось мнение, что здесь всё изначально верные друзья и товарищи, но, как оказалось, некоторые знакомы довольно плохо. Это даже добавило чуть успокоения, так как теперь он чувствовал себя не таким уж чужаком. — Там что-то не вышло. — А где он живёт? — включился в разговор Шуджи. — Так на ферме. Я думал, ты в курсе, твой ведь дом как-никак. — Я как-то не заметил, слишком много всего навалилось, — замялся Ханма, даже как-то смутившись из-за своей неосведомленности. Впрочем, этот факт хорошо объяснял трепетное отношение Кена к ферме. — Я тут, кстати, по делу. — Что такое? — спросил Шиничиро, отвлекаясь от слежки за телефоном Изаны. Было уж очень сомнительно, что Сано что-то смыслит в музыкальных инструментах, потому это, вероятно, было проявление братского участия. —Дракен попросил, чтобы ты по дороге из города узнал, как обстоят дела на полях. А ещё попросил их ускориться. — Ускориться? Им такие заявления не понравятся, — Сано почесал затылок и выдохнул. Шуджи не имел ни малейшего понятия, с кем там придется поговорить Шиничиро, но судя по реакции, лёгкостью характера те люди не отличались. — Ладно, спрошу, попрошу. Но ничего не обещаю. Решив для себя, что своё поручение он выполнил чуть лучше, чем идеально, Шуджи направился обратно, в сторону фермы. В голове уже витали картинки свежеиспечённых мягких вафель с взбитыми сливками из свежего молока, украшенные ягодами с собственных грядок. Или же горячий омлет, посыпанный только сорванной мелконарезанной зеленью, с румяным беконом со специями. И ещё далеко не одно блюдо, на которое надеялся Ханма при встрече Дракена на кухне.

***

Чифую сидел на диванчике в гостиной, наблюдая за временами появляющимися насекомыми в комнате. Некоторые из них особенно громко жужжали, привлекая к себе больше внимания. Однако мысли всё равно были сосредоточены на том, стоит ли ему уехать сейчас или дождаться, пока разрешиться вопрос с работой. С одной стороны, делать ему тут было ничего. С другой, как-то безответственно будет уехать, не разобравшись с деньгами. Впрочем, найти себе занятие было можно, тогда и думать, остаться или нет, не придется. Чифую встал, отряхнул форму, на которой и так не было ни соринки, и направился к выходу из дома. Ворота конюшни тихо скрипнули и впустили солнечные лучи внутрь. На первый взгляд стояла тишина, типичная для лошадиных стойл — постукивая копыт, фырканье и шумное дыхание. Однако сейчас на фоне этого выделялся ещё один звук — громкое сопение. Сделав несколько шагов вперёд, перед Чифую открылась новая картина — Баджи, так и оставшийся лежать на полу, сладко спал рядом с Апельсинкой. Из уголка рта стекала слюна, волосы были взлохмачены, а одежда и плед, которым вчера Мацуно вчера его укрыл, были в сене. Лошадь, в отличие от хозяина, не спала, но и не поднималась. То ли из-за заживающего ранения, то ли из-за того, что не хотела будить конюха. Чифую оглянулся вокруг. Судя по всему, за утро лошадей ещё не кормили и не поили, уборкой тоже никто не занимался. Видимо, этим должен был заниматься Баджи, но он не просыпался. Решив, что будить Кейске он пока не будет, Чифую направился к стоящим снаружи вёдрам. Наводить свои порядки не хотелось, поэтому стояла цель сделать всё максимально по правилам Кейске, исходя из имеющейся информации, коей было крайне мало. Но с водой проблем вроде возникнуть не должно. Есть вёдра, есть кран. Чифую ладил с животными, как говорила его матушка — как добрый учитель с детками, так что конфликтов не возникло. Конечно, при первой встрече лошади беспокойно его осматривали, но убедившись, что всё в порядке, благодарно принимали воду. Оказанной помощью можно было гордиться. — Кто здесь? — послышался сонный настороженный голос со стороны стойла Апельсинки. Лохматый и зевающий Баджи объявился в поле зрения. Широко зевнув, он вытер слюну с подбородка и убрал с лица волосы. Первое, куда он взглянул, были хлебающие воду кобылки. Лишь осмотрев всех, он наконец заметил Чифую. Взгляд орка кто-посягнул-на-мои-владения пропал, и Кейске оправился. — Я думал, что ты уже уехал, — пролепетал Баджи первое, что пришло в голову. Ну да, конечно он ещё ничего не думал, он даже до конца ещё не проснулся. Но показаться безответственным не хотелось. — Там произошли некоторые заминки с работой, так что я пока остался, — объяснился Чифую. — У тебя прекрасные лошадки. — Я смотрю, ты с ними поладил, — в голосе появилась ревностная нотка. Не то чтобы Кейске плохо был настроен к ветеринару, скорее наоборот. Но мысль о том, что не только он со своими кобылками в прекрасных отношениях с первого взгляда, укладывалась не сразу. — Не так ли? — Они оказались очень воспитанными дамами и джентльменами. Сразу видно, что наставник у них постарался. На лице Баджи непроизвольно растянулась глупая довольная улыбка. Комплименты о его стараниях с лошадьми были прямым попаданием, перенести которое его душа без излишних эмоций не могла. — Ты сегодня занят? — неожиданно даже для себя спросил Кейске. Временами на него находило настроение, когда он произносил всё, что первое приходило в голову. Иногда это приводило и к печальным исходам (драка с Майки запомнилась ему надолго; шрам на руке способствовал сохранению этой памяти), но, бывало, это могло сподвигнуть его на интересные приключения. Пока, правда, из самого интересного был лишь спор с Дракеном, который Кейске успешно выиграл («Баджи, не говори ерунды, не сможешь ты съесть на ужин корм для лошадей»), но он продолжал верить, что ещё какие-нибудь путешествия обязательно его найдут. —Ну, вообще нет, — протянул Чифую, думая об оставшемся дне. Нужно было дождаться, пока менеджер Шуджи что-то там решит, а по времени, видимо, это может растянуться. В остальном, работы нет. — А что такое? — Раз уж ты так быстро подружился с моими подопечными, то можешь поучаствовать в прогулке с ними. Два часа верхом. Хочешь? — Буду только рад! — последний раз верхом он ездил ещё на дополнительных курсах в университете, но отчего-то была уверенность, что навыки сохранились. — Тогда жди. Мои королевские создания хотят есть. Давай, поможешь накормить. И ещё… — Баджи оглядел Мацуно с голову до ног. — Тебе бы переодеться. — У меня с собой ничего нет. — Я дам что-то из своего.

***

Ездить в город за товаром Шиничиро выпадала честь не так уж и часто — поездками занимался в большинстве случаев Изана. Но когда всё-таки за руль попадал Сано, это было целое событие. Нужно было подобрать диски для магнитолы с любимой музыкой, принарядиться в лучшую рубашку. Вернее, выбрать одну поглаженную из двух. Шиничиро любил эти поездки. В них можно было насладиться пейзажами вокруг, отдохнуть от занозы Майки и подумать о жизни. Хотя, мысли всё время вертелись вокруг одних и тех же тем — семья, работа по дому и другие мелочи. Так и сейчас, едя вперед по, казалось, бесконечной дороге, Шиничиро думал о своих мелких, потому что они хоть и были одним большим ураганом, но занимали самую большую часть в сердце Сано. Первыми в голову пришли мысли о сестрице, Эмме. Последнее время её что-то сильно беспокоило, но она отчего-то упорно делала вид, что ничего не происходит и у неё всё хорошо. Несколько раз Шиничиро попытался с ней поговорить, но ничего не вышло. То ли у него были проблемы с ведением задушевных разговоров, то ли у неё в голове были темы, которые она не захотела обсуждать. Догадаться, что твориться в голове девочки, для Шиничиро было непосильной задачей. Изана был увлечён двумя вещами — покупкой гитары и чем-то ещё, что для Шиничиро было ещё одной загадкой. Только скрывал вторую вещь Изана ещё лучше, чем их сестра, потому даже поговорить с ним не представлялось возможным. Но в остальном с ним всё было хорошо. Шиничиро тщательно следил за состоянием Изаны в семье, так как причины для этого были. Каждая ссора с Майки, будь то совсем крохотная или посерьёзнее, предвещала эпизоды самокопания Курокавы по поводу его важности в семейных узах. Шиничиро видел своей основной целью не дать усомниться в этой важности. Именно поэтому в доме Сано крайне редко звучала фамилия Курокава. Вместо неё Шиничиро иногда называл Изану их фамилией, видя, как тому приятно, пусть он и пытается это скрыть. О Майки думалось одновременно больше и меньше всего. С одной стороны, у него всё было стандартно хаотично. Он безустанно шнырял на ферму в любое время дня и ночи из-за Дракена и из-за того, что в отличие от собственного дома, там особо ничего не заставляли делать. Дома же дед находил ему море работы, от которой Манджиро успешно ускользал. Только работа никуда не пропадала и в результате свешивалась на Изану и Шиничиро. Благодарных настроений в сторону Майки это, конечно, не добавляло. С другой стороны, их с Манджиро связывала особая нить абсолютного понимания. В отличие от Изаны и Эммы, Майки заявлялся к нему с каждой своей проблемой, начиная с пореза на пальце и заканчивая ссорами с Изаной. Майки и сам мог решить все эти проблемы, но особое удовольствие ему доставляло проводить время с братом, и Сано это ценил так сильно, как только мог. Думать о себе? Идея может и неплохая, правда бесполезная. О себе думать особо нечего. Шиничиро жил спокойно и без лишних волнений. Его такое обстоятельство дел вполне устраивало. В городе со всем разобраться получилось крайне быстро. На складе было уже всё было готово к отгрузке, плюсом ко всему ещё и помогли загрузить машину. Он и его спина поблагодарили их от всего сердца. Выкурив на парковке сигарету в полном спокойствии, без паники от того, что его, возможно, застукает дед, Шиничиро залез обратно в кабину машины. Теперь предстоял путь обратно к магазину, где весь этот товар придется разгрузить. В голову пришла отличная идея в обязательном порядке припахать к разгрузке Майки. От этого на душе стало чуть легче. Поля, если уж признаться, были никак не по пути. Из-за них проходилось делать крюк в несколько километров. Но задержка не настолько критичная, чтобы отказывать в просьбе Дракену и Шуджи. Кен, конечно, может быть и не обиделся, а потом просто разобрался сам, а вот с Ханмой ситуация была сложнее. О его характере было известно буквально ничего, соответственно и об его обидчивости тоже. Поэтому Шиничиро решил повременить с отказами и сначала построить более крепкое товарищество. Впереди показался первый стог сена, который дал знак, что нужно припарковаться. Остановив машину, Шиничиро вышел и довольно потянулся — за рулём тело кошмарно затекало. Взяв с собой бутылку воды, он направился на поле, где должны были быть работники. Уверенную походку пришлось приостановить. Причиной резкого замедления стала неизвестная ему дама, стоящая вдалеке около второго стога. С любовными делами у Шиничиро, честно признаться, не особо ладилось. Да, он был замечательным братом, но на этом его заслуги в отношениях с людьми заканчивались. Единственная девушка, которая считала его номером один, была Эмма. Не сказать, что это был сильно опечаливающий факт, но и приятного мало. В душе Сано было неразделенное стремление к романтике. Временами ему приходилось смотреть с Эммой мелодрамы, и каждый раз он про себя думал, что если бы у него было возможность, он бы сделал из своей девушки настоящую принцессу. Вернее, сделал бы так, чтобы она чувствовала себя как принцесса. Выполнял бы любые желания, делал бы большие и маленькие сюрпризы. Только вот не для кого было пока так стараться. Даже издалека та девушка казалась привлекательной. Было в неё что-то такое, что заставляло зацепиться взгляду, хотя внешне ничего особенного не было. На ней была белая лёгкая рубашка, которая развивалась от порывов ветра и свободные, такие же белые, штаны. Панамка на голове защищала голову и непослушные светлые волосы. Незнакомка стояла спиной, оперевшись на вилы, воткнутые в землю. Шиничиро направился в её сторону, выбирая в голове вариант приветствия. Конечно, он рассматривал вариант, что его попытки не увенчаются успехом, но попробовать всё равно стоило. Как говорил его дед, за пробу денег не берут. — Таким прекрасным особам место на подиуме или на обложках журналов, но уж точно не рядом с сеном. Хотя, ты даже около него смотришься прелестно, — проворковал Шиничиро, подойдя к притягательной незнакомке на уже достаточный метр. — Повтори ещё раз и окажешься замурованным в этом стогу. Чудесная дама с хрипотцой от пересохшего горла обернулась и превратилась в парня его возраста, который комплимент явно не оценил. Во рту он жевал соломинку, и с каждым жевком его лицо становилось всё мрачнее и мрачнее. — Ну, так что? Что ты там мне про обложки журнала заливал? — парень был ниже ростом, но из-за его агрессивного поведения это было совсем незаметно. Шиничиро отметил, что для парня он как-то по-женски красив, хоть и сам не понял, что должно это означать. Но подумать и не успел, потому что его толкнули в плечо. — Чего молчишь? До этого у тебя разговорчиков хватало. — Прости-прости, — Шиничиро выставил руки вперёд и улыбнулся. — Я не хотел тебя обидеть, просто издалека подумал, что ты девушка. — Подумал? Видимо нечем думать, раз такие мысли в голову приходят, — парень ещё раз толкнул его, уже более сильно. — Заявляются невесть кто и мелят всякую херь. — Да брось, я же извинился! Давай сделаем вид, что ничего не было? Как тебя зовут? — Для тебя меня никак не зовут, понял? Ты что вообще припёрся сюда? — Так всё, таймаут. Почти неслышно к ним успел подойти Какучо — он был трактористом, и на сенокосе его наличие было обязательным. И, видимо, не только для работы, но и для успокоения своих помощников. — Давайте не будем ругаться без причины, — он весело похлопал светловолосого паренька по плечу, хоть того, казалось, призывы к примирению раздражали ещё больше. — Шиничиро, знакомься, это Вакаса. Вы, как я понял, не знакомы, но это не удивительно. Вака здесь совсем недавно. И да, Вакаса, знакомься, это Шиничиро Сано. Я думаю, вы с ним ещё не раз встретитесь. — Надеюсь, что нет, — Вакаса языком переместил соломинку в другой уголок рта и, бесцеремонно развернувшись, ушагал прочь. — Прости, он слегка… вспыльчивый. Но человек хороший, — у Какучо была удивительная способность говорить так, что собеседник невольно успокаивался в любой ситуации. На Шиничиро действовало, а на Вакасе, судя по всему, не особо. Но Сано был уверен, что это вопрос времени. — Буду надеяться, что ты прав, — протянул Шиничиро, потирая плечо. — Никогда его не видел ни в деревне, ни на ферме. — Я же сказал, он сюда совсем недавно переехал. — Он из города? — Как я понял, нет, — судя по выражению лица Какучо, история с переездом Вакасы ясностью не блистала. — Он откуда-то совсем издалека. Он сказал откуда, но я забыл, потому что никогда не слышал о таком месте. — А у нас какими судьбами? — Сказал, что просто выкупил самый дешёвый дом, который нашёл. Только мне до сих пор не понятно, почему нельзя было найти что-то поближе. Впрочем, у всех свои тараканы в голове. Он искал хоть какой-нибудь заработок, а мне как раз ребят не хватало, вот я и предложил работу. А вы, кстати, почему повздорили? — Я издалека перепутал его с девушкой, — смущённо признался Сано, неловко улыбнувшись. — Я ему даже ничего такого не сказал! — Ничего такого, просто подкатил, — Какучо весело усмехнулся, глядя на Шиничиро, выглядящего так, будто его поймали с поличным. — Не подкатывал я! Просто сделал комплимент. Я не могу сделать комплимент красивому человеку? — О, так Вакаса стал уже красивым человеком, а не красивой девушкой? — Я имел в виду, что он просто показался мне красивым. Вернее, он в виде девушки. Издалека, — Шиничиро запутался в своих же словам, потому шумно выдохнул и сделал паузу. — В общем, ты меня понял. — Не усугубляй своё и так шаткое положение, герой-любовник. Шиничиро веселья Какучо не разделял, потому молча ждал, пока друг успокоится. Благо, дело это заняло лишь пару секунд. — А ты чего вообще заехал? Оценить наличие здесь красивых девушек? Ой, прости, красивых людей? — Какучо, не смешно уже. — Чуть-чуть смешно. — Чуть-чуть не считается, — в голове Шиничиро проскользнула мысль показать язык, как иногда делал это Майки, но быстро отказался от этой затеи. — Меня Шуджи послал узнать, как у вас тут дела идут? — Что за Шуджи? — Ханма. Вчера приехал. — Я уж думал, сюда вообще никто не явится, — Какучо выглядел искренне удивленным новому хозяину фермы. — Только приехал, а уже интересуется делами. Если продолжит в том же духе, дела пойдут в гору. — Правда, попросил его узнать Дракен. Но я надеюсь, Шуджи постепенно подхватит рабочую волну. Так сказать вольётся, — Шиничиро улыбнулся и щёлкнул пальцами. Какучо стоял с серьёзным лицом. — Неудачный каламбур? — Абсолютно. — Ладно, тогда забудем, — выдохнул Сано. — Так как у вас дела? — Всё идёт по намеченному плану. А откуда вдруг такой интерес? — Судя по всему, вам нужно ускориться. По крайней мере, так сказал Шуджи. То есть, Дракен. — Так пусть едут сюда и помогают, раз им быстрее надо, — недовольно бросил Какучо, а затем обернулся на остатки работы. — И так по максимуму стараемся. Уже даже с солнцепёком смирились. Куда быстрее? — Я не знаю, это не моя просьба, а Кена. Какучо потёр переносицу и склонил голову, о чём-то думая. Шиничиро не решался торопить, чтобы не навести на себя гнев уставшего перегревшегося парня в два раза сильнее его. — Ну, Дракен бы просто так просить не стал, — пробормотал Какучо, выпрямляясь. — Не знаю, я, конечно, посмотрю, что можно сделать. Передай им, что если всё удачно получится, то приедем…не знаю, через дня два. Раньше вряд ли, но пусть будут готовы если что. — Я знал, что ты надёжный человек, — Шиничиро благодарно пожал ему руку, хоть лично для него никаких услуг сделано не было. — Ладно, бывай, хорошей работы. Мне пора, у меня там продукты загружены. — Хоть бы угостил чем-нибудь, — бросил Какучо уже уходящему товарищу в спину.

***

Солнечные лучи растекались по лакированному полу террасы, оставаясь на нём тёплыми лужицами. За пару прошедших дней на креслах собрался тонкий слой пыли, который сейчас одним ударом тяжёлой ладони Дракена был поднят в воздух. Пылинки закружились на в воздухе и разлетелись по окрестностям. Кен выдохнул и расслабленно начал попивать прохладную воду с лимоном, принесённую с кухни. Конечно, можно было посидеть и в доме, но его душа как-то особо сильно любила эти креслица, с которых открывался вид на половину территории. Словно на этом месте он сливался с этим родным сердцу окружением. На соседнем кресле с видом великомученика сидел Шуджи. Передние светлые пряди намокли от пота, а оставшиеся собранные в хвост волосы совсем растрепались. Кену казалось, что поручение придерживать балки было не таким уж и тяжёлым, но видимо для человека не привыкшего к физическому труду и этого было достаточно, чтобы устать до состояния полного изнеможения. — Дай попить, — ссохшимся голосом прошипел Шуджи, протягивая руку к стакану Кена. — Сходи ещё за одним бокалом, — Дракен кивнул в сторону кухни, дверь которой была позади них. На столике стоял желанный графин с лимонной водой, но манеры Ханмы пить прямо из него ему не позволяли, чему Кен был рад. — Я уже не встану, — протянул Шуджи и откинул голову назад, удобнее размещаясь на кресле. — Не дай мне тут умереть от жажды. Дракен улыбнулся такой драматичности и в пару глотков осушил стакан, вручая его Ханме. Тот в ту же секунду приложился к воде и, казалось, отключился от реальности. Пока изнеможённый пил и прикладывал прохладное стекло ко лбу, Дракен уловил движение со стороны деревьев. Вскоре показалась светлая голова, оглядывающаяся вокруг в поиске знакомых лиц. Заметив людей на террасе, голова направилась туда. Майки по своей натуре имел две крайних точки настроения, между которыми находилась бездонная пропасть. Никаких полумер. Либо он в самом чудесном и задорном расположении, либо его лицо сохраняет в себе всю негативную энергию мира. В этот раз негативная энергия заглушалась чем-то вроде сонливости. В руках у него был незаконно аппетитный свежеиспечённый пирог с ажурными краями. Именно этот пирог без особого удовольствия приземлился на столик между Шуджи и Кеном. — Эмма испекла. Сказала принести вам, — отчитался Манджиро монотонным голосом, продолжая исподлобья изучать пирог. Что-то в нём его подозрительно сильно напрягало. — Выглядит отлично, — Ханма вышел из гипноза графина с водой и склонился над благоухающим яблоками пирогом. — Нож есть? Дракен осмотрел полку в столе, скрывающуюся под скатертью, и извлёк нож. Орудие расчленения пирога было вручено Шуджи, который тут же принялся за присваивание себе законного куска. — Передай ей спасибо, — учтиво заметил он, принюхиваясь к блаженному кушанию. — Эмма прекрасная хозяйка, — согласна кивнул Кен. — Мне кажется, без неё их семья только бы и питалась варёной картошкой. По крайней мере, если судить по кулинарным талантам Майки. Кен чуть усмехнулся, Шуджи, чьё настроение пирог явно улучшил, поддержал веселье. Манджиро, однако, даже не улыбнулся, а через секунду и вовсе направился к двери в дом. — Майки, ты чего? — Дракен развернулся к нему, но взгляд так и не поймал. — Что-то случилось? — Просто хочу поспать, — бросил Манджиро, скрываясь за дверью. — Ты, похоже, его обидел, — жуя пирог, проговорил Шуджи. — Он бы на такую шутку не обиделся, — вполне резонно заметил Кен. Майки был далеко не из обидчивых, а значит, что-то его беспокоило и до этого. — Пойду, поговорю с ним. — Ага, — кивнул Шуджи, параллельно отрезая себе второй кусок пирога. Семья Сано ему уже очень нравилась. Найти Майки оказалось не так просто даже при том, что ушёл он всего лишь на несколько секунд раньше. Он оказался во второй гостиной, находившейся с другой стороны дома. Тут почти никто не появлялся, просто потому, что первая гостиная была ближе к основному входу. Манджиро лежал лицом к спинке дивана, делая вид, что спит. Дракен сел рядом. — Тут слишком светло для сна, — проговорил он, осматривая большие окна на одной из стен. — Я поэтому отвернулся, — пробубнил Майки в обивку его спального места. — Ты с Изаной поругался? — Ни с кем я не ругался, — недовольно бросил Манджиро, перестав делать вид, что собрался спать. — А что тогда случилось? — Ничего не случилось, — в сущности, так и было. Беспокойства в Майки вызывали совсем другие вещи, о которых, правда, Кенчину он рассказывать не собирался. — Просто не выспался, я же сказал. — Ладно, — кивнул Дракен, понимая, что большего не добьётся. Если бы Майки хотел, он бы рассказал, в чём проблема, а допытываться до людей против их воли Кен не привык. Майки полежал, разглядывая ткань дивана, ещё пару минут, а затем выпрямился и сел. Глаза его явно повеселели и прояснились. Видимо, переживания отошли на второй план. Вместо напрасного изведения себя, Манджиро решил расслабиться. Потому уже через мгновенье перекинул одну ногу через бедра Кенчина и уселся к нему колени. — С чего это ты, кстати, взял, что я плохо готовлю? — Ты пару недель назад умудрился сжечь суп, — парировал Кен, убирая за ухо Майки прядь его непослушных волос, которая щекотала лицо. — А чуть раньше хотел приготовить блины из крахмала и воды… — Я думал, что это мука. — Даже если бы это была мука, блинов бы не вышло. — На этот случай у меня есть ты, — довольная улыбка приблизилась к попытавшемуся что-то возразить Кенчину и превратилась в мягкий поцелуй со вкусом лимонной воды. Жарким летом прикосновения кажутся особенно плавящими. Обвивая руками шею Кенчина, Майки забыл, что Дракену нужно иногда дышать, потому продолжал целовать его, наплевав на потребность в кислороде. Манджиро в принципе не понимал, почему организм не мог приспособиться к долгим поцелуям, тогда бы он не требовал постоянных перерывов. Впрочем, у них был один большой плюс — отстраняясь, Кенчин глубоко и томно вздыхал, и этот звук распаляюще проходил от барабанных перепонок до кончиков пальцев. Прежде чем Майки успел укусить кожу на шее Кенчина, со стороны кухни раздался громкий голос Шуджи. — А тут есть блендер? Дракен цокнул языком и попытался приподняться. Майки попытался остановить попытку помощи неразумному незнающему Шуджи, но ничего не вышло. Через весь дом Кенчин бы кричать о местоположении блендера не стал, потому его отзывчивость и желание прийти на выручку велели тому в обязательном порядке отправиться на кухню. Майки раздосадовано опрокинулся на диван. Хотел придумать какой-нибудь язвительный комментарий в сторону Кенчина, но в голову ничего не пришло. Со спокойным «подожди» Дракен ушёл на зов помощи. Шуджи разворошил уже все ящики, не выпуская при этом из рук консерву с кусочками ананасов в собственном соку. — Ещё мне нужна открывашка для консерв, — тут же добавил Ханмы, выдвигая ещё один ящик. — Что ты собрался делать? — поинтересовался Кен, вытаскивая блендер из шкафа, стоящего у другой стены на кухне. — Хочу взбить с молоком эти ананасы. И добавить туда ещё какие-нибудь штуки из сада. Ягоды там, или фрукты. — Тебя уже потянуло на здоровую еду? — усмехнулся Дракен, а затем достал из ящика перед глазами Ханмы заветную открывашку. — Я просто подумал, что в городе такое смузи стоит как полноценный дневной рацион, а тут можно сделать бесплатно. — Удивительная мысль, — прошептал Кен, не став озвучивать мысль о том, как удивится Шуджи, узнав, что готовить самостоятельно из собственных продуктов в принципе в разы дешевле. Вдруг где-то позади раздался грохот, за которым последовал звук разбивающегося стекла. Следом за грохотом на кухню влетел испуганный Майки, пытающийся отдышаться и сформулировать предложение. — Что там такое? — спросил Шуджи, заглядывая за спину Манджиро, где всё было спокойно. — Там..там, — Майки выдохнул и вновь попытался собраться с мыслями. — Там домовой. Секундная тишина сменилась громким хохотом Шуджи и Дракена. Смеялись они кошмарно похоже, оттого более раздражающе. — Хватит ржать, я серьёзно!, — Домовой? — первым успокоился Шуджи. — Домовых не существует. — Нам дед рассказывал, что при хозяйстве всегда есть домовые, — возразил Майки, хотя до этого и сам в эти россказни не верил. — Я вам серьёзно говорю. — А что случилось-то? — Дракен сложил руки на груди и снисходительно уставился на Манджиро. — Я лёг подремать лицом к дивану, — начал Майки. — Потом слышу, что-то скребётся в углу. Ну, я думаю, мало ли что там. А оно скребётся и скребётся. Я только хотел посмотреть что там, а оно вдруг прыгнуло на меня, впилось в спину, а потом пробежало по тумбе и снесло с неё вазу. В подтверждение своих слов Манджиро развернулся спиной и приподнял футболку. На коже была кровоточащая царапина. Но для домового какая-то уж слишком маленькая. — Вот видите! — отчеканил Майки, уставившись ошалелыми глазами на стоящих перед ним. Шуджи хотел ещё раз сказать про всю тупость предположения о домовом, но из гостиной, в которой был Майки, послышался второй звук разбивающейся посуды.