Карантин

— Паспорт взял? — Юнги переводит свой выжидающий взгляд на Чимина. — Угу, — кивает омега. — Хорошо, — альфа выдыхает, точно так же кивая. У этих альфы и омеги, вроде, все было нормально. Два года назад поженились, четыре года назад встретились и поняли, что они истинные. Отношения закрутились быстро, ухаживания, шоколадки да цветочки. Чимин растаял, потому что Юнги был очень галантным. Альфа старше омеги на два года, сейчас им обоим ближе к тридцати. Оба работают, оба довольно успешны в том, чем занимаются. Чимин преподаёт иностранные языки в частной школе, у Юнги собственный завод по изготовлению деревянных фигурок, созданных исключительно по его чертежам. И все у них, вроде, хорошо. Но... Истинность — она лишь в сказках навсегда. В современном мире это то же самое, что совместимость по гороскопу. Никому она сто лет не сдалась. Так вот и у них такое случилось. Несмотря на то, что Вселенная решила, что они идеально друг другу подходят, характеры их были настолько разными, что жить вместе было сложно. Пелена влюблённости запудрила им мозги, поняли они всю правду лишь тогда, когда быт начал жрать их романтику. Мелкие ссоры, Чимину не нравилось, что Юнги работает допоздна. Альфе не нравилось, что у его омеги в коллективе одни извращенцы, которые так и мечтают завалить его истинного где-то в подсобке. Позже ругаются парни всё чаще, да ещё и на пустом месте. Не могут решить, кому помыть посуду. — Я не обязан, — повторял Чимин, — роль омег в нашем обществе уже давно изменилась. Мой сам. — Я работаю целыми днями, — твердил Юнги, — мне сесть и поесть некогда, понимаешь? Каждый аргумент их как об стену горох. Всё не так, всё не то. Их стало раздражать друг в друге каждое действие. Казалось, ещё немного и они подерутся. Пока до такого не доходило. Семья Мин, что взяла фамилию альфы, едет во дворец бракосочетания. Там они женились и там же разведутся. Сил больше нет терпеть друг друга. Их машина большая, купленная для большой семьи. Чимин не родил Юнги детей, всё повторяя, что не собирается портить тело так рано и что ещё успеет. Альфе вот-вот стукнет тридцатник и детишек охота страшно. Даже в этом они словно два противоположных полюса. По радио играет музыка с восьмидесятых годов. Юнги любит такую, но сейчас хмурится, придерживая руль. Не рад он что-то этому освобождению, внутри его что-то гложет и просит не делать этого, но он устал жить со своим омегой. Чимин, напротив, смотрит в окно, разглядывая подтаявший снег. Это редкость, чтобы он выпал в Kорее. Омега обожает белые сугробы, а сейчас уже всё медленно начинает таять. Полно грязи и снег больше не белый, а серый. Такие краски настроение делают ещё хуже, чем оно есть. Оба хотели развестись уже полгода так точно. Достало всё, хотелось свежего воздуха глотнуть. Они уважают друг друга, а потому новые отношения начать не решаются. Пока что. Сначала надо расторгнуть брак. Юнги в руках держит папочку с их документами. Подумать только, чуть больше двух лет они, такие счастливые, были здесь с кучей родственников, пили шампанское и клялись другу в вечной любви и верности. Смешно, какими наивными они тогда были. Альфа тянет дверь здания на себя, а та ему не поддаётся. Юнги хмурится, пробуя ещё раз, но не выходит, а потому он цокает. — Дай я попробую, — просит Чимин, пытаясь сделать то же самое. — Ты думаешь, что умнее меня? — спрашивает альфа, смотря на своего омегу. Младший закатывает глаза, доставая телефон. Он листает что-то, водя по экрану глазами. — В интернете ничего не написано о том, что они сегодня закрыты, — Чимин жмёт плечами. — Смотри-ка, вся Вселенная против, чтобы мы с тобой разводились. — Очень смешно... — омега снова пытается открыть дверь, но всё безуспешно. Они оба молчат несколько секунд, словно думая о своём какое-то время. После Чимин ладошкой ударяет дверь со всей силы. — В чём проблема? Почему ты так злишься? Можем завтра прийти сюда и подать заявление на развод, — произносит альфа довольно спокойно, а Чимин фыркает, возвращаясь в машину. Едут домой они долго, стоят в пробке. Омега засыпает, а Юнги включает радио приглушенно. Песни играют спокойные и такое ощущение, что они оба всего-то возвращаются от чьих-нибудь родителей в свой дом. Сейчас они приедут, приготовят что-нибудь вместе, включат телевизор и лягут спать в обнимку, укрывшись тёплым одеялом. — Когда разведемся, то машина мне или тебе достанется? — Чимин прерывает из мыслей. Юнги промаргивается, а потом сглатывает. — Продадим и деньги пополам. Это же нажитое в браке имущество... Пак кивает. — Придумал, что со своей половиной будешь делать? — спрашивает альфа. — Не знаю, может быть, поехать отдыхать? — Чимин жмёт плечами. Медленно их машина продвигается вперёд. — Не хочу сидеть здесь. Погода ужасная, вокруг всё серое… Нужна смена обстановки. — Вполне хорошая мысль, — кивает Юнги. — А ты? — Пока не думал об этом. — Сумма не маленькая. Можешь делать с ней всё, что захочешь. — Угу, и без тебя знаю. Всё так долго и муторно тянется. Юнги уже все ноги себе отсидел за те два часа, что они стоят в пробке. Пока они с Чимином разговаривали, он почти полностью выключил радио. Сейчас, кажется, поговорить больше не о чем, а музыка замаскирует эту неловкость между ними. Прибавив громкости, Мин слышит голос по радиостанции. "Правительство Кореи решает ввести карантинные меры из-за вспышки нового вируса. Напомню, что обнаружен он был в Китае, в провинции Ухань... " — Чего? — переспрашивает альфа. — Неужели всё так серьёзно? — хмурится омега. "Карантином подразумевается настоящее ограничение на контакты. Он продлится ровно два месяца. Считается, что так случаев заражения станет меньше. " Юнги переключает радиостанцию. Не любит он все эти новости слушать, однако явно не придавая всему этому большого значения. На следующей радиостанции голос уже другой. "Из-за введённого в стране карантина на супермаркеты массово набегают люди. Продукты долгого хранения исчезают с полок, также туалетная бумага... На дорогах очень сильные пробки, поэтому запаситесь терпением. Едой тоже, конечно, запаситесь, ведь сидеть безвылазно дома без продуктов — идея плохая. " — То есть безвылазно дома? — спрашивает Чимин, глядя на Юнги. — Если бы я знал... — То есть, типа, реально карантин? — омега удивляется просто неимоверно. "В девять вечера объявляется комендантский час, на две недели люди должны запереться дома и не выходить из своих квартир." — Чимин, сколько сейчас время? — спрашивает Юнги, нервничая. — Около семи, а что? — Нужно в супермаркете закупиться едой. Доехав до нужного места, они скупают столько, сколько могут унести. Действительно, люди стоят в огромных очередях, все в масках и нервные. Некоторое навязчивое ощущение массового психоза витает в воздухе. Странное чувство, ранее никому точно неизвестное. Они прикатывают тележку, загружают продукты в машину, а после едут домой. Чимин смотрит в окно на то, как медленно пустеют улицы. Юнги нервничает, глядя на время. Комендантский час вот-вот объявят, а за несоблюдение введут просто огромные штрафы. Платить их не хочется, ясное дело, придётся слушаться и позволить надеть на себя намордник, как в прямом, так и переносном смысле. Юнги заносит тяжёлые пакеты домой, Чимин помогает ему с точно такими же. Они раскладывают еду в холодильник и на полки. Вроде, успели. — Завтра рано утром поеду к маме, — произносит Чимин. — Мы же разводимся, поэтому думаю, жить вместе нам больше не стоит. — Так мы, вроде, две недели вообще из дома выходить не можем, — жмёт плечами Юнги, — поэтому нам придётся... — Да, придётся, — вдруг кивает Чимин, — точно... Чёрт.