История о двух убийцах

Скидка на фасоль в томатном соусе неожиданно закончилась. Тэхён повертел головой и обнаружил, что его любимый жёлтый ценник был налеплен только на куриные ножки от фирмы «FunChicken». Тэхёну не нравились куриные ножки, но отсутсвие ужина не нравилось ещё сильнее. Приходилось обходиться тем, на что хватало денег. Миссис Уилсон, как обычно, сбила Тэхёну немного центов и пожелала хорошего вечера. Наверняка она даже не знала, что экономия на продуктах до семи долларов в неделю помогала бедному жителю дома двадцать восемь мыться не раз в неделю, а два. Однажды миссис Уилсон так расщедрилась, что простила Тэхёну десять долларов и пятьдесят восемь центов за семь дней, благодаря чему он смог наконец-то купить тёплый свитер и перестать мерзнуть на работе. Тэхён вышел из магазина, обошёл половину здания и поднялся по боковой лестнице на последний третий этаж. Именно там находилась его маленькая съёмная квартира. Помимо Тэхёна в двадцать восьмом доме жило ещё одиннадцать человек: миссис Уилсон с мужем, официантка Ная с сыном Эдди, трое родственников китайцев, в речи которых Тэхён так и не разобрался, поэтому не узнал имён, вечно недовольная перебоями электричества старушка Анджелина, её брат Роберт, хозяин дома мистер Майкл Хейли, почему-то просивший называть себя Боб, и Красная Дверь. Последнего жильца Тэхён так назвал, потому что ни разу его не видел. Тот никогда не выходил на улицу, лишь принимал кучу доставок и иногда стучал по стене, если Анджелина слишком громко ругалась посреди ночи из-за отсутствия света. Красная Дверь в честь красной входной двери в квартиру таинственного соседа, почему бы и нет? Ни с кем из жильцов дома Тэхён не общался. Он рано уходил на работу и поздно возвращался домой, в выходные дни ездил на бесплатные бейсбольные матчи или просто сидел в квартире, листая каналы по телевизору. Друзей в офисе Тэхён не завёл, по большей части потому, что не захотел сам, а единственный университетский приятель бросил все попытки вытащить Тэхёна хоть куда-нибудь ещё год назад, когда получил, наверное, сотый отказ провести вместе время. В общем, сегодня вечером, как и почти всегда за прошедшие шесть лет, Тэхён будет есть в одиночестве. И ещё грустнее эту картину делало то, что на ужин придётся готовить куриные ножки. Войдя в квартиру, Тэхён встретился с привычной тишиной. Его жилище выглядело скудно: в соединённой с кухней комнате стояла кровать, стул для одежды и письменный стол, в зоне готовки — плита, маленький холодильник, одна тумбочка, корейский обеденный стол и старенький телевизор, привинченный к стене. Ни растений, ни картин, ни каких-либо других предметов уюта. Всё минималистично и стерильно. Переодевшись в домашние штаны и футболку, Тэхён разобрал свой пакет с продуктами и пошёл принимать душ. Сегодня — вечер четверга, а значит долгожданные пять минут под тёплой струёй воды. Тэхён всегда мылся в определённое время: утром в понедельник и вечером в четверг, таким образом он ходил чистым три с половиной дня. Поначалу было некомфортно, но со временем тело привыкло. В ванной комнате, соединённой с туалетом, Тэхён в тысячный раз посмотрел в зеркало на своё отражение. Каждый день он подсознательно надеялся увидеть там кого-то другого, но сегодня его встретили всё те же пустые синие глаза, слабое худощавое тело, отросшие каштановые волосы и едва заметный шрам на левой стороне шеи. — Когда ты уже накопишь на стрижку? — спросил Тэхён сам у себя и хмыкнул. Не будет он стричься в салоне. Попросит миссис Уилсон, как всегда. Настроив тёплую воду, Тэхён ювелирно отмерил себе нужное количество геля для душа и замер. Ему показалось, что зазвонил телефон. В первую секунду Тэхён подумал о двух вещах: никто не мог ему набрать в такой поздний час, и если немедленно не нанести гель на тело, тот стечёт с руки, придётся выдавить ещё некоторое количество, а значит купить новый тюбик раньше запланированного. Этого допустить было никак нельзя, поэтому подумав: «Показалось», Тэхён резким движением хлопнул ладонью по груди. Но стоило ему дойти до подмышек, мелодия звонка повторилась. Выключив воду, Тэхён замер. Ему действительно кто-то звонил. Вариантов в голове не находилось. Друзей нет, начальство с работы сперва пишет в мессенджере, а родители поздравляют только на День рождения и Рождество. — Какая-нибудь реклама, или ошиблись номером, — произнёс Тэхён и продолжил мыться. Он решил, что это явно не важнее вечернего душа в четверг, и может подождать ещё четыре минуты. Правда это время почему-то тянулось слишком медленно. Тэхёна поглотило банальное любопытство, не более. Ему действительно не могли звонить специально. Выйдя из ванны, Тэхён даже забыл накинуть на голое тело полотенце. Взяв в руки телефон, он был уверен, что там пропущенный от неизвестного номера, но очень удивился, когда прочитал светящийся на экране текст. Мама? Отношения Тэхёна с родителями были, мягко говоря, странными. Те держали на него обиду и вели себя как очень дальние родственники. Не спрашивали, как у сына дела, чем он занимается и на что живёт. К слову, Тэхён был им за это благодарен. Подумав, перезванивать или нет, он всё же выбрал первое. Как никак, последние шесть лет мама звонила Тэхёну дважды в год, и вряд ли могла случайно промахнуться контактом. Напряжённые гудки сменяли друг друга, пока из динамика телефона наконец не раздался знакомый женский голос: — Тэхён? Привет. Обычно мама всегда держала планку сдержанности и строгости, однако в этот раз привычного холода не было слышно. — Привет. — Как ты? Всё хорошо? Почему трубку не взял? — её слова как будто принадлежали другому человеку. Начиная тем, что они в целом были произнесены, заканчивая звучанием. — Мылся. — А-а, конечно, мылся. Извини. Так как у тебя дела? — Мам, что случилось? Давно забытые формальности почему-то начали Тэхёна раздражать. — Ничего не случилось. Вернее случилось, но не у меня… То есть, я хотела сказать… Ты не хочешь приехать домой? Домой. — А меня там ждут? Тэхён не знал, как реагировать. — Ждут. На секунду ему показалось, что голос мамы задрожал, и она вот-вот заплачет. — Помнишь Чонгука? — продолжил вещать динамик. — Вы дружили с ним в школьное время. У Тэхёна ком подступил к горлу. Это был самый глупый на свете вопрос. — Помню. — Ох, Тэ, тут такое случилось… Я даже не знаю, с чего начать. Давай ты приедешь, и мы поговорим? И не один раз. Предлагаю забыть все обиды и наладить наше общение. — Что с Чонгуком? — Слишком много нужно рассказать, сынок… У Тэхёна забилось сердце. От услышанного далее, от маминых слов и от мыслей, что он непременно вернётся в свой родной город. Туда, куда поклялся больше никогда не приезжать. Правда, был один плюс. У Тэхёна пропал аппетит, и сегодня он точно не будет ужинать куриными ножками.