Фиктивный брак. Ребёнок (не)прилагается.

** ДРАКО МАЛФОЙ ** Без всяких проблем я узнал за час все о Гарри Поттере. Мне стоило лишь позвонить матери Блейза Забини, Изабелле, которая работает в агентстве «Инферно» главным менеджером. Многие её принимают ошибочно за секретаршу, так как гендиректор брачного агентства, Гидеон Пруэтт со своим братом Фабианом, уполномочили её принимать в агентство достаточно талантливых и компетентных работников. — Я могу вам, мистер Малфой, переслать копию резюме и портфолио Гарри Поттера. Вам не нравится этот кандидат в «Инферно», как я вижу? Ах, вы только слово скажите и я… — произнесла Изабелла. — Не надо, дорогая, примите его на работу, не задвигайте омегу, — ответил я, когда разговаривал по телефону с мамой Блейза. — Этот мальчик не простой, а документы пришлите мне на почту, пожалуйста, я сам прочту. — Конечно, милый Драко, — спокойнее выдохнула женщина. — Омега, если честно, мне понравился: академическое знание пяти языков, серьезность и собранность… Его первый диплом — факультет иностранных языков, а второй — факультет журналистики. Помимо этого он учился на экскурсовода, фотографа и организатора свадеб. Закончил годовой курс обучения и получил сертификаты на три последних профессии. — Хорошо, пришлите все мне, я посмотрю сам, — улыбнулся я. Мне все больше и больше нравился тот, кого порекомендовал мой верный шофер Уизли. В конце концов, братья Пруэтты, что заведуют брачным агентством «Инферно», приходятся братьями матери Рона Уизли — Молли, которая в девичестве была Пруэтт. Уже через пять минут я открыл пересланную папку с документами на своём рабочем столе и стал читать. — Итак, — сказал я сам себе, — Поттер происходит из старинного рода, который связан с не менее старинным чистокровным родом Певереллов и Блэков. Крестный омежки оказывается кузен моей матери? Как интересно. Двоюродный дядя мне знаком, хотя Сириус не очень любит нас, Малфоев, из-за Люциуса. Разные взгляды на жизнь, да и по политическим аспектам они не совпадают. Блэк более лоялен к не-магам, связан братской дружбой со школы с Джеймсом Поттером и Римусом Люпином. — Из моей памяти вдруг всплыл разговор отца с матерью о родах, когда мне было лет шестнадцать. — Вот, значит, как? Что ж, отец придёт в бешенство, что я связался с Поттером, ибо Джеймса все считают «предателем крови» из-за дружбы с не-магами, и что он женат на магглорожденной Лили Эванс — на матери Гарри Поттера. Что ж, досадить отцу я считаю своим долгом, чтобы хоть этим сбить с него горделивую спесь, что все в этом мире принадлежит ему. — А если Люциус орать начнёт и будет против нашего брака с Поттером? — спросил я сам себя вслух и ответил, задумавшись: — Тогда мы уйдём из мэнора и станем жить сами. В конце концов, у меня есть свой банк, яхт-клуб и я недавно стал владельцем торгового центра. Хм, — осадил я сам себя, — омежка ещё не твой супруг, а ты уже строишь планы совместной жизни? Кстати, о планах… Я набрал номер своего личного адвоката и попросил его составить к завтрашнему утру брачный договор. Теодор Нотт очень исполнительный адвокат. Мы втроём: я, Забини и Теодор считаемся в Лондоне молодыми и умнейшими юристами из избранных родов. Ну вот и все. Теперь можно принять душ, выпить на сон грядущий бокал вина и ложиться спать. ** ГАРРИ ПОТТЕР ** Накануне дня икс я накупил игрушек и кукол крестникам, и отправился в гости к Уизли-Грейнджер. Торт купил, сладости, пакеты с фруктами и конфетами, а также мороженое в сахарных, вафельных стаканчиках-рожках, с разными наполнителями: шоколадом, фруктами, сиропами и печеньем. Радость детям. Погостив у друзей, я вернулся домой уставший, но довольный. Домовики предложили мне ужин, но я попросил подать лишь зелёный чай с мятой, мёдом и лимоном, блюдце с орешками — ассорти — и шоколадными медальонами размером с галлеон. Что день грядущий мне готовит? На следующее утро я занялся пробежкой вокруг своего дома и прилегающей к особняку территории, потом принял горячую ванную с расслабляющей солью и душистой пеной, очистил специальным кремом все тело от волос (кроме головы), умастил кожу не менее специальным кремом для омег, с едва заметным ароматом натуральной вытяжки из роз. На лицо я нанес увлажняющий крем, который сделал кожу словно светящейся изнутри, упругой, подтянутой, гладкой и шелковистой. Также я обработал свои ногти на пальцах ног и рук. Надеюсь, альфа не станет меня ощупывать завтра? Точно знаю, что на руки он точно посмотрит, а они у омеги должны быть красивыми и ухоженными. Лёгкий завтрак эльфы принесли мне около десяти часов утра: пшенную кашу со сливочным маслом, пару яиц в всмятку, кофе с молоком пару медальонов-галлеонов шоколада. Хорошо. Я любил горький шоколад с утра пораньше, он заряжал меня энергией на весь день, а в моменты усталости лакомился молочным или белым — это успокаивало меня. На встречу с альфой я надел песочно-серый костюм в тонкую полоску более свободного покроя — не офисную — и такие же свободные брюки с элегантными защипами. Пиджак был приталенным, но чуть длиннее обычного; белая, очень лёгкая водолазка песочного цвета и туфли, а на шею я надел серебряный маленький кулон с изумрудиком; в руки взял кейс серо-песочного цвета. А ещё очки от яркого солнца. В этом году очень тёплый май, середина месяца, и солнечный, поэтому необходимы тёмные очки. Рон заехал за мной по приказу своего босса, он остался доволен моим внешним видом. — Очень хорошо, Гарри! — воскликнул он, окинув меня восхищенным взглядом. — Ты очень красивый в этом костюме от Дольче-Габбана. — Я в нем дипломы свои получал в универах, он у меня единственный такой супер-пупер брендовый, — ответил я. — Есть одежда более посредственных брендов, но этот — любимый. — Да ты в нем очень хорошо выглядишь, Гарри. Вот увидишь, у моего босса челюсть упадёт. Он сегодня в чёрном костюме от Армани, но мне лично нравится тот, что на тебе, — улыбнулся Уизли. — Поехали. Если станешь мужем Драко, ты сможешь покупать себе все, что пожелаешь. — Это фиктивный брак, Рон, мне только нужен штамп в паспорте от твоего босса, — кивнул я, закрывая двери дома. Уизли повез меня в банк «Ориенталь», что располагался у Тауэрского моста. Семнадцать этажей. Черно-серебристое здание с затемненными окнами в готическом стиле. Красивый и очень красивый. Внутри просто так не пройдешь и метра. Мне выдали карту-бейдж, но перед этим пришлось подписать документы на получение карты и индетификационного браслета-пропуска. Только после этого разрешили открыть дверь, ведущую к служебному входу во святая святых банка, и пройти к лифтам. Рон был рядом, он то и провел меня, с ним мы поднялись на пятый этаж, где располагался кабинет президента банка «Ориенталь». Мы вошли в приемную, где сидели три секретаря главного. Они мельком взглянули на меня, оценивающе прошлись по внешнему виду, и поздоровались с Уизли. — Пенелопа, президент у себя? — спросил рыжий альфа. — Он ждёт вас во втором кабинете. Рональд, ты подожди в первом, а мистер Поттер, — кивнула блондинка на меня, — пусть пройдёт во внутренний — во второй. Я позвоню сейчас… — Она взяла в руки телефон для внутренней связи и нажала на кнопку. — Сэр, мистер Поттер пришёл… Все поняла, господин… — Я, Пенелопа Кристал, — представилась она, — следуйте за мной, мистер Поттер. Я кивнул, посмотрел на Рона, но он кивнул мне, мол, иди, все будет хорошо. Девушка открыла дверь и пропустила меня вперёд. В отличие от прочих работников, какие бывают в банках, у всех секретарш таинственного Драко на ногах были туфли без каблуков, «Наверное, он не любит шум, когда каблуки стучат по паркету», — подумал я и мне это понравилось. Я пошёл дальше за секретаршей, не успевая осмотреть первый кабинет. Пенелопа Кристал постучала тихонько в дверь и мы услышали: — Войдите… Девушка дальше не пошла, она открыла дверь и в неё вошёл лишь я. Мне моментально ударил в нос озоновый запах в сочетании зелёного яблока, мяты и мускатного ореха с горьким шоколадом. Блондин стоял у окна. Широкие плечи, узкая талия, шикарный чёрный костюм, который стоит… очень дорого, и не менее дорогие туфли. Я вошёл тихо и прижался к стене. Матово-сливочно-изумрудные обои с серебристым рисунком на стенах, мебель дорогая, шторы плотные и красивые из хорошей и не дешёвой ткани; напольные старинные часы, книжный шкаф за стеной, которая чуть выпирает вперёд, прикрывая шкаф от взора гостей — он как бы остался в углублении кабинета. Ковровая широкая дорожка малахитово-серебристо-серого цвета, очень светлый паркет на полу. Вазы напольные с живыми цветами в земле и стол большой, на котором стоит компьютер, а ещё ноутбук — видимо, сугубо личный. Блондин обернулся. Я же забыл, как дышать. Боги вселенной! Белая, чистая кожа, светло-серые глаза, чувственный немаленький рот, чёрные брови и густые ресницы. Он опустил скрещенные руки вдоль туловища и я увидел из белого золота фамильный перстень на указательном пальце с монограммой буквы «М», витеватый такой и красивой. На правом безымянном пальце был тоже перстень, но с личной печатью и логотипом, не позволяющим скопировать. Мужчина был немного старше меня. Интересно, сколько ему лет — под тридцать? — Проходи, Гарри Поттер! — произнёс он, наконец, когда насмотрелся на меня, как и я на него, впрочем. — Присаживайся. Чай, кофе или сливочное пиво? — Бренди, если можно? — ответил я и снова посмотрел в омут серебряных глаз альфы. Мне нужно выпить, чтобы расслабиться. Этот альфа, он такой... Сейчас я почувствовал аромат озона сильнее — это был собственный запах кожи блондина, словно я был на улице под дождём и только что прогремела гроза. Этот аромат пропитывался в мои лёгкие, проникал под кожу. — Сбрендить ты ещё успеешь, Поттер, — ответил он и взял трубку-телефон с подставки. — Милисента, принеси моему гостю… — Чай зелёный, пожалуйста, — кивнул я. — Я поняла, господин, — услышал я ответ девы. — Сию минуту... Мужчина подошёл ко мне и положил на плечо руку. Я шумно выдохнул. Моё сердце билось в груди, словно в клетке. Блондин так волнует меня... Нельзя. — Поттер, я не кусаюсь и не насилую омег, расслабься, — произнёс он и крепче сжал плечо. — Я в полном порядке, сэр! — ответил я, наконец. Стало чуть легче. — Просто мы… — Успокойся, твой друг в соседней комнате, он вальяжно сидит в кресле, пьёт кофе и поедает заварные печенья с фруктами. Очень, кстати, хорошие. Хочешь? — поинтересовался альфа. — Шоколад, если можно, он всегда придаёт мне сил и бодрит. Знал бы — съел бы с утра целую плитку. — Боишься меня, Поттер? Не стоит меня бояться, мальчик. Мне нужен сильный духом омега, чтобы был крепким орешком и соответствовал мне. Был бы мне опорой, другом и советником, а не просто носил моё имя в паспорте. Так как, Поттер, согласен ты на такой брак со мной? — спросил альфа. — Я думал, что вам… — Тебе… — перебил меня Драко. — Мы с тобой, по легенде, не просто знакомы, Поттер, но собираемся пожениться. Я так сказал отцу. Не выкай мне, иначе план сорвешь. В кабинет вошла полноватая девушка с подносом в руках. Она поставила передо мной на блюдце чашку ароматного чая с бергамотом и лимоном, а также блюдце с шоколадом — горьким — и орешками в ассортименте. Я посмотрел на блондина, он довольно кивнул девушке и та с поклоном вышла. — Я думал, что ТЕБЕ тоже нужен лишь штамп в паспорте? — поинтересовался теперь уже я. — Разве не так? — Не совсем. Ты пей чай, а я пока отвечу на звонок, — кивнул альфа, глянув на свой вайфон. Он вышел из кабинета, а я с наслаждением начал поедать шоколад и орешки, прихлебывая чаем. О, как же хорошо. Я блаженно вздохнул, когда прикончил последний грецкий орешек и квадратик шоколада. В кабинет вернулся мужчина. — Идём обедать, там поговорим, обсудим условия договора и так далее, — деловито произнёс блондин. — Но я наелся, сэр, — возразил я, — может… — Ты, может, и наелся, но я все ещё голоден, — ответил он. Взяв меня за руку, Драко повел на выход. — У нас есть около двух с половиной часов, потом мы поедем в моё имение, оно в графстве Уилтшир. Проходя мимо секретарш, президент банка «Ориенталь» бросил через плечо: — Нас сегодня не будет и завтра мы заняты. Пенелопа, важные письма или документы пришли мне на почту. Он закрыл кабинет, взмахнул рукой, накладывая чары, потом снова взял меня за руку пошёл к лифту. Я едва не пропорол носом на выходе, споткнувшись о порожек, и тогда блондин помог мне не упасть — приподнял и перенес через порог. Все было быстро, горячо и… просто, что я не смог возмутиться его поведением. Я просто пошёл за Драко, не отпуская его руку. ** ДРАКО МАЛФОЙ ** Этот нежный аромат роз в сочетании с ненавязчивым оттенком сирени и полевых цветов я почувствовал сразу, как только в приемной послышались голоса. Моё тело все напряглось, клыки альфы чуть удлинились, я готов был к прыжку, чтобы обладатель этого чарующего аромата цветов и отдаленного запаха молочного шоколада стал моим. Ещё никогда я не обонял в своей жизни более прекрасного и нежного. Шаги приближаются. Я встал с кресла и устроился у окна, принялся ждать. Вот стук в дверь. Ах, эта мисс Кристал... Конечно, она привела моего гостя ко мне, но своим запахом ромашки и шалфея только перебила аромат роз. Каков же настоящий запах омеги — его кожи, его сущности? У меня — озоновая свежесть, словно после дождя. А у этого Поттера? Тихо как. Вошёл он или нет в мой кабинет? Я повел носом — аромат усилился. Я не повернусь ещё несколько минут. Надо успокоиться, иначе я сейчас же прижму его к себе, и он не рыпнется. Да я его никогда больше от себя не отпущу, этого мальчика — на шесть лет моложе меня — отпускать нельзя. Я удивлён и благодарен богам вселенной за то, что они сохранили непокрытым этот бриллиант, что вложили в его голову не спать ни с каким альфой. Я задумался. Но вот я медленно обернулся. На меня смотрели изумрудные, такие ясные и чистые глаза, я утонул в океане этих очей. Поттер ниже меня всего на полголовы — высокий, учитывая мой двухметровый рост. Красивый очень. Кожа его словно светится изнутри, чистая, гладкая — здоровая. Настоящие, чуть пухлые губы, без всей этой новомодной силиконовой дряни — это радует. Ухоженные руки и красивые, ногти обработаны идеально. Пропорционален, фигура хорошая, ровные ноги и довольно длинные. Я представил на миг их, опоясывающих мои бедра, и едва не застонал. Костюм идеален на нем, от светлого тона изумрудные глаза будто светятся и блестят при дневном свете. Очень красивый — идеальный для меня омега. Он обязательно станет моим. Я положу к его ногам весь мир. Мой мальчик. — Проходи, Гарри Поттер, — произнёс я. Оторвался от стены и прошёл вглубь кабинета, осматривается. Любознательный, значит. Это хорошо. — Чай, кофе? А может желаешь сливочного пива? — поддел я его. Но омега не смутился. Он не отводил от меня своего взора. Над верхней губой появилась лёгкая, почти незаметная испарина. Вижу, что и ты почувствовал меня. Это хорошо. Он сел на стул у стола и попросил: — Бренди, если можно? Я едва не рассмеялся. Что за мальчишка? «А пить-то ты умеешь?» — хотел я спросить, но сдержался. Тогда я прищурил глаза и ответил довольно: — Сбрендить ты ещё успеешь. О, да, Потти, когда-нибудь, когда ты не будешь испуганной ланью или, загнанным в угол, котом — а именно таков твой сейчас вид — я заставлю тебя сбрендить от желания и страсти, от внутреннего огня и любви. Тогда он попросил чай. Его все ещё потряхивало. Я подошёл и положил на его плечо руку. Ох, как же мне хотелось опрокинуть Поттера и попробовать вкус этих алых, чуть пухлых губ. Я провел рукой по плечу и почувствовал жар его тела через ткань. — Успокойся, Поттер. Твой друг в соседней комнате и пьёт кофе с заварным печеньем. — Я заверил его, что не насилую омег. — Я в полном порядке, сэр, — ответил омега и попросил чай с шоколадом, сказав, что он его подбадривает. Скоро я буду бодрить тебя по утрам, шоколад уйдёт на второй план. Храбрится, но все ещё подрагивает. Не пойдёт так дело. Я пугаю тебя, хотя весь мой внешний вид — само расположение к тебе и доброжелание. Что же ты сделаешь, если увидишь моего отца через пять часов? Упадёшь в обморок? Я вздохнул. — Боишься меня? — снова спросил я. — Не  стоит. Мне нужен сильный духом омега, чтобы он оказался крепким орешком, был мне опорой, советником, другом, чтобы соответствовал мне. Понимаешь? Чтобы не просто имел в паспорте штамп с моим именем. Так как, Поттер, ты согласен на такой брак со мной? — Но я думал, что вам… — Тебе, Потти, ведь ты — мой омега, мы собираемся пожениться и давно перешли на «ты». В кабинет вошла Милисента Булстроуд, она принесла чай, шоколад и ассорти орехов. Спасибо Уизли. Скорей всего, это он подсказал девочкам о предпочтениях омеги. Я кивнул ей и Мили удалилась довольная, что смогла мне угодить. — Я думал, что тебе тоже нужен этот фиктивный брак, как и мне? — возразил Гарри. — Нужен, но не совсем...  — ответил я. Пока ты не готов к моей силе, власти и… любви. Я верю, что все это придёт со временем. У меня зазвонил телефон. Отец на проводе — кто бы сомневался. — Ты пока пей чай, а мне надо ответить на срочный звонок. Я вышел. Рон уже поел и довольный сидел в кресле, читая в газете очередные байки обо мне после интервью на телевидении в прямом эфире. Да уж… Рита Скитер в своём «Ежедневном Пророке» любит знаменитостей обсуждать. — Да, отец? — ответил я на звонок. — Ну как вы там с твоим омегой, жениться не раздумали? Мы с матерью ждём вас обоих в мэноре. Не забудь, Драко. — Мы готовы, отец, а ты готов спокойно разговаривать и принять мой выбор? — поинтересовался я. — Готов. В конце концов, Драко, я не желаю терять сына из-за того, что ты выбрал не ту омегу, которую хотелось бы мне. Тебе с ней жить, а не нам с Цисси. Ждём вас. Я дал отбой. Надо спешить. Ещё предстоит разговор с Поттером, да... очень серьёзный разговор. — Рон, — обратился я к другу, — жди нас в машине, мы сейчас спустимся. — Конечно, сэр! — кивнул он и поспешно вышел. Я же вернулся в кабинет и сказал омеге, что мы едем сейчас в ресторан обедать. Он хотел было мне возразить, что поел только что, но я взял его за руку и повел за собой. Тёплая и сухая рука. Я переплёл наши пальцы. На пороге он чуть не упал, споткнувшись, но я помог — не дал Поттеру растянуться на полу. Ресторан «Фламинго» я выбрал не просто так. Там были хорошие комнаты для отдыха, разговоров и подписания договоров. Нас провели в одну такую комнату. Официант налил по бокалу вина, принял заказ и удалился. Я же вынул из папки договор и протянул Поттеру. Он погрузился в чтение, а я залюбовался парнем. Мне понравилась его собранность. Умные глаза, глубокий и вдумчивый взгляд. Омега не был жеманной куклой. Я относился до этого дня к омегам с некоторым презрением и насмешливостью. За свои двадцать восемь лет я познал много красивых омег, но впервые встретил того, кто не думал о постели, не мечтал о том, чтобы удачно выйти замуж за богатого альфу, окрутить такого, как я. Это меня удивило. Я бы мог предположить, что это, возможно, хитрый трюк, но все было не так. Хитрость, лукавство и коварство я сразу чувствую, даже очень хорошо замаскированное коварство, ведь в чай Милисента Булстроуд добавила чайную ложку сыворотки правды, её действие длится три часа и сейчас она все ещё в действии. — Здесь нет пункта о… — омега покраснел. —  ... интимной жизни. — Добавь, если согласен стать моим во всех смыслах, — подмигнул я ему. — Ещё чего? — возмутился он и покраснел сильнее. — Никакого интима, сэр. Я хочу быть свободным омегой, работать, путешествовать по странам, заниматься любимым делом… — Ты — асексуал? Их в этой категории пять подвидов. К какому ты относишь себя? — поинтересовался я. — Я не асексуален, сэр! — возразил он. — Это не так. Просто я люблю свободу и путешествия, однако с первым попавшимся не стал бы спать. — После нашей свадьбы я стану твоим мужем — родным человеком, по мнению этого мира. — Но мы же не будем заключать магический брак, мистер Малфой? Нам обоим нужен только штамп в паспорте. Регистрации в мэрии будет достаточно. Я буду сопровождать тебя на корпоративы, вечера, выход в общество (в необходимые моменты), а ты пару раз появишься на моей работе. Вот таков расклад. — Пару раз в брачном агентстве «Инферно», я прав? — усмехнулся я. — Д-да! — кивнул парень. — Я бы не затеял все это, если бы у них брали на работу незамужнего омегу, но в «Инферно» все иначе, чем в других заведениях. А мне хочется работать там. Агентство предоставит мне широкое поле действия. — Я являюсь главным спонсором «Инферно», — ответил я. — Понятно… — сник как-то Гарри. — Быть моим мужем, носить моё имя и работать в «Инферно» для тебя неприемлемо, Поттер? Что тебя смущает? — удивился я. — Я совсем не против твоего имени и фамилии в моем паспорте, но сотрудники… Если у меня будет карьерный рост, они могут подумать, что я не сам добился успеха, а моя фамилия… все сделала за меня. Вернее, твоя фамилия Малфой. А я хочу все сам… — Братья Пруэтты, владельцы «Инферно», вовсе не плохие люди. Чистокровный род магов, серьёзные, им дела нет до фамилии, Поттер. Фабиан и Гидеон требуют работу, они будут оценивать тебя лично, а не твоего мужа. Уж поверь мне, мальчик, поблажек, что ты — Малфой от них не жди. Наоборот, тебе придётся доказать всем, что ты стоишь моей фамилии, ибо всем известно, какой я трудоголик и суровый миллиардер, несмотря на все сплетни, которые меня окружают. Работай ты у меня, я бы драл с тебя три шкуры, как это делаю с прочих своих сотрудников. Поэтому, Поттер, не переживай относительно моей фамилии и имени в своём паспорте, работать в «Инферно» ты будешь сам. А насчёт интима… Поверь, ты сам придёшь ко мне после замужества. И главное… — Я слушаю, сэр, — настороженно ответил Гарри. — Почему, думаешь, я решил так поспешно жениться? — подмигнул я омеге снова. — Ваши... Твои родители так захотели? — спросил брюнет. — Отец пожелал женить меня на той, кто подходит нашему статусу, а вернее — ему. Чтобы это была дочь его делового партнёра, леди из высшего общества или хотя бы омега из чистокровного рода, а ты — полукровка, Поттер, и это взбесит Люциуса Абраксаса Малфоя. Джеймс Поттер женился на магглорожденной Лили Эванс? — Ой, тогда нам не нужно все это начинать, Драко… — воскликнул было Гарри. — Нет, нужно, Гарри! — возразил я. — Сядь, пожалуйста, и выслушай меня. Парень снова сел на стул, у него дрожали руки, он прикусил нижнюю губу. — Я хочу сбить спесь надменности с отца, доказать ему, что не только он имеет право на уважение, и не двадцать семь прочих семей из элиты чистокровных, но и те, кто живёт так, как хочет. Твой отец женился на простой девушке, хотя род Поттеров очень древний и почитаемый среди чистокровных. Мой дядя, Сириус Блэк, он — вообще бунтарь и до сих пор дружит с твоим отцом. Он стал твоим крестным отцом, невзирая на то, что снобы нашего высшего, но прогнившего общества, осудили кузена моей матери. Ты же знаешь, что за лояльность к не-магам Сириус был изгнан из дома и вычеркнут из родового гобелена Блэков? Я похож на дядю в этом. Но мой отец — я на это надеюсь — не такой идиот, как мать Сириуса. Вальбурга Блэк — фанатичка чистой крови. Ты нужен мне в качестве верного мужа, который не дрогнет силой своего духа перед Люциусом Малфоем. Ну как, готов вместе со мной бросить вызов гнилому высшему обществу магической Британии? Что скажешь, Поттер? Гарри смотрел на меня взглядом ужаса, дикого страха, представляя все, что его ждёт, но в его прекрасных очах я увидел и восхищение. Он нахмурился сначала, а у меня «душа в пятки ушла», как говорится. Я замер, ожидая ответ омеги. Наконец, брюнет медленно кивнул и лицо его снова просветлело. — Я готов! — ответил он, а у меня отлегло от сердца. — Кстати, владельцы «Инферно» входят в коалицию чистокровных избранных, но я точно знаю, что они ничего против не-магов не имеют. Твой друг — племянник Гидеона и Фабиана Пруэтов по матери. Молли Уизли в девичестве была Пруэтт. А сам Рональд женат на магглорожденной Гермионе Грейнджер и у них дети-полукровки, у которых ты — крестный. Как видишь, я все о тебе знаю, Поттер. — Фантастика! — выдохнул Гарри и я улыбнулся. Официанты принесли наш заказ: Гарри рыбу и морепродукты с овощами, хлебцы ржаные и кофе с молоком. На десерт он заказал шоколадное мороженое со всякими добавками из орехов, печенья, вафель и клубничного сиропа. Я же заказал себе все мясное: салат, первое и второе блюдо, а на десерт — крепкий кофе без всего. Мы ели молча, каждый думал о своём. В конце обеда я добавил: — По истории, Поттер, мы с тобой не просто женимся. По легенде ты в положении, носишь моего ребёнка под сердцем. Гарри закашлялся, поперхнувшись кофе, я подошёл и легонько постучал по его спине. — Что? — ахнул он, когда прекратил кашлять и вытер глаза от выступивших слез, которые появились, когда омега поперхнулся. — Я — беременный? Но это невозможно, я не согласен с этим… Я не готов к отцовству. Я… — Мы придумаем что-нибудь, не переживай, — заверил я его. — Твой отец мигом поймёт, что я пуст, как только магией решит проверить меня. Мы не можем… Представь гнев Люциуса, когда я окажусь непросто не беременным, а ещё и девственным омегой. Малфой, на что ты расчитываешь и к чему толкаешь меня? Да я в жизни не лгал. Твой отец устроит допрос. Я же ему не смогу солгать. Тем более о малыше... Это — безумие полное. Давай прекратим все? — И ты не получишь работу в «Инферно», Поттер? — поинтересовался я. — Но как же… — Мы придумаем что-нибудь. Мой друг уже нашёл выход, Поттер, нужен твой волосок с головы, беременного сроком месяц мы найдём. Люциус обязательно с утра потащит нас в консультацию для омег. Тебе стоит лишь разыграть тошноту и головокружение. В уборной мы вас заменим, а после осмотра снова проведём рокировку, как в волшебных шахматах. Ты главное сыграй хорошо недомогание беременного омеги. — Но я не знаю, что они чувствуют при беременности, — возразил Гарри. — Тошноту, головокружение, сонливость, слабость. Я читал, — ответил я, — и не смотри на меня так. Я — альфа и то больше знаю о твоём виде, чем ты. Считай, Поттер, что это будет твоим не только первым заданием в нашей операции против надменного высшего общества, но и зачёт на верность мне, как своему будущему мужу. — Но одно заклинание «Гоменум ревелио» твоего отца -- ложь раскроется мигом, — выдохнул Гарри. — Играй убедительней, Потти. Моя мать поедет с нами, она Люциуса возьмёт на себя. Я поговорю с ней вечером. Не переживай. При отце веди себя спокойно, серьёзно, смотри на меня, если будет трудно, я буду рядом и на растерзание коршуну тебя не дам. А пока тебе надо подписать договор, Поттер, и нам пора выдвигаться, до Уилтшира три часа езды на машине. Нас повезёт Рон, с ним тебе будет спокойнее, — ответил я.