Все черти сделаны из ангелов

~~***~~

— Итак, — Аббадон развалился на диване, подцепив со столика бутылку вина и бокал. Сделав глоток, он пристально взглянул на демонёнка рядом с собой. — Рассказывай. — Что именно? — Анку покосился на мужчину. — Не прикидывайся тупым, ушастый. Мне надо знать как ты умудрился материализовать косу прямо из воздуха посреди боя, если я правильно понял слова Аста. Анку икнул и поджал коленки к груди, обхватив их руками. Аббадон был одним из тех самых демонов, кого по-настоящему стоило опасаться. Он постоянно улыбался и, в целом, производил впечатление добродушного существа, но, как известно, внешность обманчива. Испытывать терпение высшего мальчик не стал, поэтому пробормотал: — Это моя способность. Я могу создавать предметы. Я собираю то, что мне проще назвать темной материей, чем пытаться объяснить, и как бы концентрирую ее в одной точке, а дальше надо только слепить нужный объект. Аббадон удивлённо изогнул бровь. — Интересно, откуда у такого как ты настолько сильная магия? Кто твои родители? — А хрен их знает! — фыркнул мелкий. — Меня в детстве бросили на земле, я в Ад то впервые попал меньше пятидесяти лет назад! — Понятно… — брюнет сделал ещё один глоток кроваво красного напитка. — И всё же, я бы хотел вернуться к твоим способностям созидания. Есть у тебя какие-то ограничения? — Разумеется они имеются! Если б их не было я бы совершил переворот в Аду и сел на трон! Аббадон рассмеялся настолько громко, что Анку прикусил язык. — Извини, извини. — отхлебнув ещё вина, он поставил бокал на столик и сплёл пальцы рук. — Продолжай, пожалуйста. Анку сглотнул и тихонько начал перечислять: — Ну, первое – это размер предмета, ведь чем он больше, тем больше сил требуется на то, чтобы выцепить материю из пространства. Второе: я могу создавать только неживые объекты. Можно создать куклу, но ты никогда не заставишь ее говорить и двигаться самостоятельно. Для этого ведь нужна душа, так? Также не в ладах я с едой: она получается пресная, словно сделанная из песка. И третье, пожалуй, самое весомое ограничение – на создание объекта требуется время, которого порой просто нет. Аббадон сидел, задумчиво подперев голову. Высший не шевелился и Анку даже показалось что он заснул с открытыми глазами. Мальчик тронул его за плечо. Мужчина вздрогнул и посмотрел на Анку так, словно впервые его видит. — Да, да, я просто задумался кое о чём. Ты можешь идти погулять, заодно попроси Астарота зайти, надеюсь он уже остыл. Чувствуй себя как дома, но не забывай, что ты в гостях. Демонёнок прошмыгнул за двери и тут же столкнулся с чем-то тёплым и высоким. Тёплое и высокое зашипело, отталкивая парня от себя. — Аббадон просил тебя к себе. — надменно бросил Анку через плечо, прошествовав мимо демона с гордо поднятой головой. Астарот не долго думая кинул какой-то предмет в стену и, проскрежетав пару проклятий мальчишке в след, хлопнул дверью зала. Мельком взглянув на брошенный белобрысым объект, Анку просиял и с восторженным писком подскочил к тому месту, моментально прижав к груди любимую вещь. — Мешочек! Мой мешочек! Он нашел его! Надо, наверное, его поблагодарить? Хотя, не. Обойдется. Анку блуждал по бесконечным коридорам замка, вымещая злобу на картинах, вазах и статуях. Несчастный антиквариат постигла жестокая кара в обличии перманентного маркера. Скульптуры особенно бесили пацана, ведь изображали в основном древнегреческих богов и атлетов, своим телосложением безумно напоминая мальчику одного противного демона. Он плутал уже около получаса, но обстановка не менялась ни на йоту. Изредка попадались двери в которые любопытный демонёнок, конечно же, совал свой нос, но ничего похожего на кухню или хотя бы склад всё никак не находилось. Отчаявшись самостоятельно найти еду, он стал искать прислугу, однако и той в замке не наблюдалось. Интересно, она тут есть вообще? Один только одинокий таракан уныло глянул на него из-за гобелена с какой-то батальной сценой. — Вымерли все что ли? — Спросил мальчишка у таракана, но тот только шевельнул усом. Если бы тараканы могли вздыхать, он бы это и сделал. — Небось не выдержали мерзкий характер Астарота и уволились. Интересно, это его замок или всё-таки Аббадона. Не слышал, чтоб они жили вместе. Хм, а ведь можно пустить слушок и подпортить им жизнь! — от этой мысли Анку расплылся в улыбке кота, сожравшего хозяйскую канарейку. — Ну а что, сами виноваты. Нечего похищать детей! К концу часа демонёнок проголодался и окончательно обиделся на высших, вместе со всем их огромным дворцом, в котором он, уже давно заблудился. Не желая тут больше оставаться, он поборол в себе желание потратить ещё час, но плюнуть на прощание в лицо белобрысого демона и решил, что воспользоваться контрактом – единственная возможностью сбежать отсюда быстро. Анку принадлежал к тому классу демонов, которые могут появляться в мире людей, путешествуя через напольные пентаграммы. Призыватель просто чертит пятиконечную звезду в круге, ставит свечки и изо всех сил издаёт звуки, похожие на смесь крика птеродактиля, заводящегося двигателя Жигулей и пения северных шаманов. Разве что бубном трясти не надо. Всякая прочая атрибутика по типу крови девственниц, трупов животных и так далее была абсолютно не нужна, но некоторые демоны, в основном высокоранговые (или попросту высокомерные) полагали, что это знак уважения и без этого они не появятся. Анку же не был настолько гордым, да и голод, как говорится, не тётка, поэтому отзывался, если попросят. Сами призывы же, в свою очередь, делятся на два типа: когда вызывают лишь бы кого-нибудь, и когда вызывают кого-то конкретного. Второй вариант является насильственным призывом и демона просто утягивает в пентаграмму, чем бы он до этого не занимался. Но в таком случае всё гораздо сложнее, особенно в случае высших, и всё-таки требует жертвы крови. Единственное исключение здесь, когда призываемый уже находится в верхнем мире и выполняет контракт, тогда, как говорится, абонент недоступен, оставьте сообщение после звукового сигнала. К сожалению (или к счастью), Анку не был настолько известной личностью и таким вот образом его вызывали только один раз, да и то, тот человек уже заключал с ним сделку за пару Земных лет до этого. И вот сейчас он просто замер, старательно прислушиваясь к собственным ощущениям. Наконец, спасительное песнопение тихо зазвучало у него в голове. Не став разбираться в чем там дело, он вонзил клыки себе в предплечье. Кровь стекала и капала на пушистый кремовый ковёр, заливая коридор алым светом. На полу развернулась мерцающая пятиконечная звезда в круге. Анку, не долго думая, сиганул туда, как в омут. Таракан, составлявший ему компанию всё это время, проводил мальчика печальным взглядом, скорбя по-тараканьи об испорченном ковре и потерянном друге. Знакомое покалывание в кончиках пальцев, свет, забивающий глаза, круг призыва. Анку легко опустился на пол при полном параде: распростертые крылья, закрученные в тугую спираль рога, острые коготочки, чернота, словно сажа, на руках до локтя и ногах до колена. Одним словом, зрелище не для слабонервных, так что, как только мальчик коснулся ламината, тут же убрал все это безобразие истинного облика, явившееся от побочного эффекта перехода между мирами, и стал искать глазами своего заказчика. Комнатка, в которой он очутился, была небольшая, метров десять. Квадратных, разумеется, но Анку не был силён в математике, как и во многих других областях. На стенах пестрели плакаты, с которых весело глядели, подмигивали, махали и улыбалась полуобнажённые аниме девушки. На незаправленной кровати валялась длинная белая подушка-дакимакура тоже с девушкой и тоже с полураздетой, только у этого экземпляра ещё и имелись рожки, крылышки и забавный чёрный хвостик. Демонесса игриво прикусывала ноготок острыми зубками, обнимая себя за, не хилых размеров, грудь. Анку увлекся созерцанием этого арт-объекта настолько, что вспомнил о призывателе только когда из-под стола донеслось интеллектуальное: "Эм… А… Ну это…" Там, с глазами в пол лица и бровями, почти доползшими до кромки волос, сидел подросток лет пятнадцати, нервно сжимая в руках бутылку воды, видимо святой. Анку не мог этого определить наверняка. Демонёнок сделал шаг ему навстречу и тут же пожалел об этом решении: пентаграмма была нарисована кетчупом. Не особо лицеприятно бранясь, он прыгнул на кровать и бесцеремонно вытер ногу о простынь. Изначально он хотел вытереть её об подушку с девкой, но решил, что она не виновата в том, что у кого-то такое развратное представление о демонах. Парень, видимо, сообразив, что его любимой угрожает опасность, (уж больно пристально черноволосый пялился на его драгоценную вайфу) и осознав, что демон не собирается устраивать конец света, кровавый ритуал по открытию Адовых врат или ещё что-то подобное, о чем иногда упоминалось в некоторых литературных произведениях, выполз из своего убежища и уже было открыл рот, чтобы возмутится, но Анку опередил его. — Послушай, смертный, — хотя Анку был ещё совсем юным демоном, он очень любил в разговорах с "человеками" использовать старые добрые пафосные высказывания не менее старых, но отнюдь не добрых высших демонов. — У меня нет ни малейшего желания выслушивать твои замечания и том, что я не соответствую твоей сексуальной фантазии. Они смотрели друг другу в глаза. Вот только Анку стоял на кровати, а парень на полу. — А ты чё такой мелкий? Бес? Анку аж подавился. — Ты идиот или прикидываешься?! Ты кого призывал? — Демона. Вообще хотел суккуба, но про них не написано было. — Ну и каким боком я могу быть бесом, если ты демона призывал? — Ну не знаю. Мало ли, какие у вас там правила! Анку вздохнул. Объяснять прописные истины совершенно не хотелось. — Так чё ты такой мелкий и почему… Эм… Как человек? — все еще невинно хлопая ресницами поинтересовался подросток. — Чтобы ты спросил! Специально постарался, видишь? И рост подогнал и внешность, чтобы у тебя больше вопросов было!— Анку сплюнул в фикус, одиноко стоящий в кадке около кровати. — Обиделся что ли? — Да ты у нас гений, как я погляжу! — Ну чё ты такой токсичный, а? Я ж этот… Как его… Хозяин твой, во! Демон фыркнул и подошёл к окну. Комната была на пятом этаже, но на счастье рядом с окном был водосток. — Сделки не было и я ничего тебе не должен! Короче, я пошёл. А ты бы пол вытер, пока мамка не наругала. — Стой! А ты в пентаграмму разве обратно не уйдёшь? Я вон сколько кепчука на тебя извёл! Он дорогой, между прочим! — Я не для того сбегал, чтобы обратно возвращаться! Кстати, между нами, на твой призыв вообще никто бы не отозвался. Это ж надо было додуматься, кетчуп взять! Анку засунул руку в недры своего любимого мешочка и протянул парню круглый плоский леденец на палочке, размером с олимпийскую медаль. Внутри была толстая большая сороконожка. — На память, и чтоб ты не обижался. — Анку изобразил на морде лица милую дружелюбную улыбку. Подросток сначала взял сладость, а потом округлил глаза, (хотя, казалось бы, куда уж больше) и отбросил его в противоположный угол комнаты, начав усиленно трясти руками, словно он обжегся. Сатана всемогущий, ну что за поколение такое растёт?! Одарив паренька лучезарной улыбкой во все свои 24 острых зуба, безумно довольный собой, демонёнок вылез из окна и съехал вниз по трубе, как по пожарному шесту. На самом деле сороконожка была не настоящей. Она представляла из себя полость и была выполнена мастером прямо внутри леденца пищевыми чернилами, но настолько правдоподобно, что вызывала отвращение даже у Анку. Эта сладость продавалось в Аду по большой скидке, потому что была просрочена на десять лет, и мальчик купил несколько специально на подобный случай. Все еще радуясь своей маленькой пакости, (как говорится «Сделал гадость – сердцу радость»), он огляделся вокруг, соображая, куда можно пойти. На улице и без того было, скажем так, не жарко, а Анку, будучи жителем тёплого Ада мёрз вдвойне. Поэтому как только его ноги коснулись асфальта, он материализовал на себе черные джинсы и объёмную толстовку. Спрятав длинные уши под капюшоном, он отправился гулять по городу, название которого он так и не удосужился узнать. Знал только, что в Росси, потому что говорили с ним на великом и могучем.