Запись жизни

      Рыже-белый медик хрипло вздохнул, вытирая топливо с губ, что сопровождалось после тяжёлого кашля. Медик приподнялся, приняв сидячее положение. Дрожащими руками достал из суб-кармана небольшой диктофон. — Пожалуй это последнее, что я бы хотел сейчас сделать. — мех снова закашлялся, вытирая губы, — Ты не настолько ещё слаб, Рэтчет. Просто сделай это. Ты знаешь, что скоро… Совсем скоро все закончится. — врач успокоился и нажал на кнопку диктофона, подня его ближе к фейсу: — Меня зовут Рэтчет… И огромную часть моей жизни я был военно-полевым медиком. Сейчас мне сложно осознавать горькую правду своего скорого дезактива. Но это так и я готов рассказать о своей истории. Прямо здесь, в больнице, в холодной палате, пока мой партнёр вместе с детьми от двух предыдущих браков думают, что я иду на поправку. Нет. Я умираю. И это нельзя предотвратить. Прежде чем я начну, хотел бы сказать, что я стал счастливым. Флирикс, я знаю, как тебе важно это знать. Знаю так же и то, что мои дети в безопасности рядом с тобой, Дрифт. Я… Очень люблю тебя. И надеюсь, что ты не будешь скучать за мной. Надеюсь, что пойдешь дальше и будешь счастлив. — доктор остановил запись, все ещё не веря, что делает это. Он опять вдохнул и запись снова пошла — Пожалуй начнем…

***

      История моего актива началась достаточно давно, чтобы я мог с гордостью утверждать, что являюсь старше Оптимуса Прайма и Мегатрона. В детстве много раз менял города, но активировался в Юсс. Свою дани я не видел. Конечно, за все это время можно было бы узнать, кто она и куда делась, но меня это не интересовало.       Опи не испытывал ко мне никаких чувств. Мы жили скорее как соседи, а не как семья. Если мне не изменяет память, его звали Саудрэкс… А может и изменяет, не будем на этом заострять внимание. Он был жестоким мехом, по большей части избивал просто так, без веской причины, или делал вид, что меня и вовсе не существует.       Постоянно со своими друзьями пил сверхзаряженный энергон… Помню, как и меня силой пытались напоить этой дрянью. Может поэтому я до сих пор боюсь пьяных мехов? Но я никогда не жаловался…       Множество раз я сбегал из кварты и проводил ночь на улице. Город, в котором я активировался, был не из самых лучших для проживания. Детей там очень мало, почти не было… Пожалуй уточню: дети рождались часто, но в 70% случаях были отданы или оставлены. Возможно из-за желания дать им лучшую жизнь, а возможно альфам было просто плевать, что дальше будет с их чадом. Но, конечно, были и те, что, узнав о спарке, пытались как можно скорее уехать.       Медицина в Юсс в то время была ужасная. На весь город был один фельдшер и младший медработник (мед брат)… Заброшенные здания, что становились наркопритонами; фем, яркоразукрашенные; алкоголь у каждого второго и кигары. Фу. Меня постоянно тошнило и воротило от вида моего города.       Ладно. Что-то я отошёл от темы рассказа. Все мое спаркство занял отец. Точнее его посиделки, постоянное похмелье, выпивки, гулянки, интерботы, которые пытались и со мной сделать много ужасного… Напомню, мне было не больше десяти ворн. Так же были избиение, крики… Часто не хватало топлива, чтобы заправится раз в сутки, ибо все деньги отец пропивал.        Об учебе речи и не шло. Нормальные родители, коих почти не было в нашем районе, не отпускали своих детей, так как не факт, что младшее поколение вернётся вечером домой хотя бы живыми. А меня не пускали, потому что отцу так было проще. Не нужно отводить, ненужно забирать. Ненужно тратиться на нужды класса или на учебные принадлежности. Проще ведь послать спарка за выпивкой.        Помимо всего этого я любил гулять. Уходил почти что постоянно. Бродяжничал, пытался не попасться на оптику наркоманов, проституток…

*

— Где ты шлялся? — На всю кварту раздался грубый мужской голос. — Я решил прогуляться. Или мне вообще нельзя выходить? — Мальчик говорил твердо, но внутри он чувствовал неуверенность. Искра трепещала, в надежде, что его не ударят в очередной раз. — Гуляй где хочешь, мне неважно под каким забором ты дизактив поймаешь. Хоть проблем меньше будет, — ответил мех, чувствуя на себе пристальный взгляд собутыльников. — Зачем тогда спрашивать, если не нужен ответ? — Больше самому к себе обратился Рэтчет. Старший же мех развернулся и ушел на кухню, где его ждали трое нетрезвых мехов примерно одного возраста. Послышался смех, и поддержка в сторону отца, что так его и надо, нечего шляться где попало. В какие-то моменты парнишке казалось, что не все ещё потеряно, и его отец не ушел с головой в эту яму. Но… Вытащить его некому, а Рэтчет не тот, кто сможет это сделать.       Юнлинг пошел по направлению к своему отсеку. Зайдя туда, он запер за собой дверь. Половину ночи стоял гул. Рэтчет смог уснуть только под утро. Он был на домашнем обучении, поэтому утром мог спокойно спать. Многие в городе учились дома, так как на улице иногда было даже страшно выходить.

*

      Сколько детей было погублено за то время? Сколько изнасилований было и сколько убийств? В этом городе было только одно правило: либо ты медленно умираешь в какой-то банде от наркоты и алкоголя, либо живёшь в страхе перед такой компанией. Почти все мои ровесники уже употребляли наркотики, состояли в группировках и даже пытались создать свою. Я старался держаться от такого подальше. Не хотелось закончить как отец.

***

      В двери палаты постучали, и больной доктор быстро остановил запись, спрятав диктофон в карман. — Да? — на часах 10:15, наверняка это приехал Дрифт навестить его. — Привет, солнце. — мягкая улыбка первое, что появилось в серой, холодной комнате. — Доброе утро, Дрифт. Проходи, не стой у порога. — медику удалось проглотить накативший кашель. Он рад видеть соузника. — Как ты себя чувствуешь? — Этот вопрос экс-мечник задавал всегда. А на короткий кивок, улыбался ещё шире и со всей любовью целовал любимого. — Я тебе тут сладостей привез. Ты уже заправился? Доктор говорит, что ты нуждаешься в хорошем питании. Ты соблюдаешь все предписания врачей? — Дрифт, я сам медик. Конечно соблюдаю. Глупо делать иначе. — Да, но ты ведь сам говорил, что врачи худшие пациенты. — самурай подарил ещё один поцелуй своему доктору и угостил крии. — ПФ, скажешь ведь… — но Рэтчет тут же продолжил, — Есть хоть что-то, что ты не запомнил обо мне, м? — соузник этому улыбнулся. Дрифт очень внимательный и заботливый. — Расскажи мне лучше, как ты хочешь провести этот день? — Ну… Вставать мне нельзя, так что… — договорить он не смог. Кашель вырвался, раздирая стенки шлангов. Было уж слишком неприятно, чтобы не согнуться в двое, сплевывая сгустки топлива на белую простынь. — Рэтчет? Мне позвать врача? — на отрицательный ответ он немного успокоился, давая выпить медицинского топлива. — Что мне для тебя сделать? — Просто… Ты не против посмотреть сегодня фильм? — уже севшим голосом предложил больной. Он не хочет заострять внимание на своей болезни. Нет. Он хочет провести последние свои дни в компании любимого и своей семьи. — Да. — Дрифт оживился, подключая экран и ложась рядом. — Какой фильм ты хочешь?