"Плохой" мальчик, "хорошая" девочка

      «Эй! Наркоман что ли?» — в мыслях прошелестел женский голос, выталкивая из размышлений.        Я вздохнул и с обречённым видом глянул в небо, на густевшие тучки. Опять к дождю? А ведь так классно общались — каждый молчал о своём.        «С кем ты там разговариваешь, презренный?», — не унималась девица. — «Упоролся, сука? Чем, почему мне не сказал и что так слабо угашен, а? Всё-то тебя учить надо, салага…»        «Да заглохни, курица…» — раздраженно подумал я. — «Дай поразмышлять в тишине!»        «Не нуди, презренный», — будто не заметив, отмахнулась пассажирка. — «Лучше отведи нас напиться до беспамятства или снять с кого-нибудь кожу. Малыш, я такие способы классные знаю — закачаешься!..»        «Заткнись, тебе говорят!» — я надавил. — «А то сейчас убьюсь нахер об стену и вырублюсь — будешь там сама с собой бормотать. Задрала уже с этим бредом! Не надоело до сих пор?»        Вопреки ожиданиям в башке промеж мыслей будто килотонная вспышка над Нагасаки мигнула!        «Естественно мне прискучил этот дурной балаган, тупое ты создание!» — взвился гневный мысленный окрик.        Ого, Её проняло наконец-то?        «Я не с тобой должна болтать по душам, а сеять погибель в рядах врагов Князя!» — продолжала беситься от гнева девица. — «Угораздило же очутиться в этом дурацком теле!.. Выпусти меня!..»        «Сваливай нахрен — не держу», — я отпарировал, слегка оробев от этой почти что мольбы о пощаде. — «Скатертью по жопе…»        Уткнулся обратно носом в текст, вернувшись к листанию экранчика смартфона. На всякий случай выбрал кое-что из Её любимых треков, а то мало ли. Даже занёс большой палец над сенсорной кнопкой, как над гашеткой.        «Если б могла — давно бы тебя подчинила и покинула эту нелепость!» — проворчала девушка в моей голове. — «Но ты туп просто до невероятия, презренный».        Я удивлённо вскинул брови, наткнувшись на кое-что странное. Обычно Она за словом в карман никогда не лезет и временами выдаёт такие перлы, что хоть в блокнотик записывай. Но с другой стороны откровенно «помоить» меня она тоже никогда не пытается. Жестоко подтрунивает и беспощадно высмеивает недостатки, но никогда не скатывается до безыскусного унижения.        Сегодня же даже не старается сквернословить, зато говорит на удивление искренне — впервые такой тон от неё слышу! Видать, нынче у неё особо хреновое настроение.        «Вообще-то, это было немного обидно», — насупился я.        Нажал на клавишу и заблокировал экран. А вот теперь хер ей, а не музыку за такое поведение!        «Логарифмы в уме не исчисляю, но и слюней же не роняю! А ты…» — пробурчал я бестактной шизе.        В мыслях без промедления разлился весёлый девичий смешок. Такой особенный, с гаденьким оттеночком превосходства — нарочитое и членораздельное «хо-хо-хо…» над невдупляющим в тему дурачком. Хотя, надо сказать, даже когда она совсем бесоёбит и стерву включает, голос у неё всё равно остаётся очень приятным и мелодичным. Особенно если припомнить, какой отмороженной садистке он принадлежит.        «Констатация тупости — это комплимент, презренный», — вальяжно уведомила Она, сбавив обороты гнева. — «Ты настолько туп и невосприимчив к влиянию Хаоса Неделимого, что даже не понимаешь, каким счастливчиком оказался. Если б не твоя непрошибаемая черепушка, если бы не этот разжиревший от спокойствия мир, ты бы стал легендарным псайкером. А-ха-ха!.. Шутка: ты же тупой — не догадался бы так поступить…"        Она с презрением хмыкнула.        «Но даже сейчас, будучи немощным и бесполезным, ты смеешь отказывать мне, не желаешь видеть всех перспектив, дарованных твоей жалкой персоне! Кто ты, как не тупица, после такого? Просто подчинись, отдай разум и тело в услужение Слаанеш — и Князь щедро одарит тебя. Даст всё, что сможет желать твой похотливый умишко…»        Солнце в просветах туч жарило немилосердно и я потянул за ворот футболки, устраивая проточную вентиляцию. Усмехнулся в ответ на гневную отповедь:        «Наркоманка что ли?» — со злорадством возвратил Ей издёвку. — «Какой хаос? Какая, нахер, Слаанеш? Это ещё одна пиздоголовая типа тебя? Вас теперь там двое? Познакомь, что ли…»        «Не сметь!» — в мыслях грохнул бешеный рёв разъярённой женщины.        Меня аж повело на секунду! Бабахнуло так, будто промеж ушей на самом деле граната взорвалась.        «Ещё одно неучтивое слово, презренный — и ты поплатишься!..» — бесновалась хозяйка бархатистого голоса.        Моя левая рука дёрнулась, словно мышцы пронзил слабый разряд электричества. Кисть рывком поднялась и отвесила неловкую оплеуху, застав врасплох. И тут же обмякла, избавляясь от узды чужеродного контроля.        Это всё, что Она могла сделать в состоянии крайнего гнева: после прослушивания «топ-чартов» попсы или после того, как получается Её особо допечь. Может вот так, под «баффом» ярости попытаться овладеть конечностью, или вмешаться пока я без сознания или сплю. Ну, и в самых исключительных случаях Она была способна подловить меня на внезапности.        Перечень скудных способностей выглядел очень негусто, как для «демонической» сущности, намеренной меня поработит. Чего так слабо-то?..       Я вздохнул и пожмякал пальцами, разминая конечность — после такого экспромта руки всегда немного немели. На автомате потёр щёку. Удар хотя и пришёлся даже не в полсилы, но во мне всё же было почти два метра росту и под сто кило весу. Хоть не штангист, но хочешь не хочешь, а даже лёгкий шлепок будет чувствительным.        Кстати, поймать момент и ненадолго завладеть рукой — ещё и любимая забава моей «пассажирки». Удавалось Ей это очень и очень нечасто, а потому всегда случалось «вовремя». Благо, что подавляющее большинство таких инцидентов происходило по ночам: я просыпался оттого, что залихватски наяривал под одеялом. Вернее, это делала Она моей рукой, пока я спал.        Хм… Если учесть, что пальцы немели при этом, то было даже прикольно.        Впрочем, все эти шалости рукоблудия — только цветочки. Полный звездец наступал в тот миг, когда «пассажирка» умудрялась распускать мою руку и мацать прохожих за всякое, не разбирая кто есть кто. Мацала Она, но рука-то была моя!        Я в такие секунды изворачивался, как уж на сковороде, и к вящему Её удовольствию придумывал в оправдание всякую ересь. Она Ересь уважала безмерно, правда, подразумевая под этим что-то своё, поэтому откровенно наслаждалась моей ложью про синдром Туретта.        «Пострадавшие» обычно что-то слыхали краями об этом недуге и всё обычно обходилось скандалом в полнакала. Хотя один раз мне едва не прилетело в ебучку — пузатый здоровенный мужик оказался старой закалки, в новомодные бредни не верил и два квартала гнал, задыхаясь от одышки, но не отставая.        С тех пор я и решился ходить на всякие тусовки, дабы утолять Её позывы хотя бы на время. Мне-то вообще поперёк горла вся эта душная движуха и толпы самцов и самок, ищущих приключений на свои вторые «девяносто». Но на подобных мероприятиях, вроде той же «Батарейки», было совсем незазорно без спросу полапать девчонок за причинные места.        Я ненадолго давал волю «девочке-шизе» и она отрывалась по полной, моими руками щупая каждую юбку или женские брючки в радиусе досягаемости. Но и расслабляться не стоило: к тому моменту, когда Она хорошенько заводилась, чтобы начать приставать и к парням, следовало тактично и загодя сваливать за горизонт. Обычно я просто уходил безлюдным маршрутом, поскорее телепая домой. Там была душевая, где Она отводила душу, облапывая меня же моими руками.        Впрочем, гипотетически — чисто гипотетически! — было бы даже весьма занимательно взять да и вдумчиво так потискать чужой «корнишон». А чего? Любопытно же, чёрт возьми! Но это как с Её кровожадным бормотанием — представлять можно что угодно, хоть младенцев на завтрак, но основная часть этого пусть и дальше остаётся навсегда в мыслях.        Вот от чего бы я реально не отказался. Так это от хорошенькой футанари. Её бы пощупал с удовольствием — вот уж точно где не зазорно. Да и моя своевольная шиза «девушек с пенисами», кстати, тоже признавала. Не то что бы особо любила и когда я листал картинки с сабжем — лишь надменно хмыкала, будто говоря: «видали и покруче». Но при этом было такое ощущение, что она то и дело молчаливо и одобрительно кивала особо удачным артам.        Но не было худа без добра: после одного из визитов в «Батарейку», Она начала подбивать меня к флирту с местными маргинальными дамами. Я не мастак словоблудия, дающего доступ в девичьи трусы. Но ключ для большинства местных «рогаток» — бутылка портвейна, а до болтовни никому и дела нет, не поведутся. Так что вполне можно было слегка подтянуть говорливость и в обмен на молчание неугомонного трепла в моей голове пострадать гордостью.        Однако, как ни странно, всё сложилось иначе. Нелепые попытки заигрываний по первой веселили только столкнувшихся с ними девиц. Даже пьяные они ухахатывались, а вот Пассажирка при этом была в полном восторге! Её, похоже, больше всего волновала суть, а не словесная шелуха.        Прошло немного времени и у меня даже начало неплохо получаться. Хотя уговорить полупьяную девку, угашенную «колёсами», в любом случае было не так уж и трудно. Да и мой «шепчущий демон» вошёл во вкус — Она даже принялась подсказывать сальные фразочки и пошлые обороты.        Я отсевал особо пришибленное, вроде «на брудершафт сожрать глаза дохлой собаки», и выдавал в сухом остатке самое галантное. Но в Её советах и без того хватало сумасшествия. И что самое забавное, один раз эта дичь даже сработала на сто процентов, хотя окончилось всё не очень удачно.        Кончая на пухлой полупьяной девчонке, тяготеющей к готичному стилю, я совершенно забылся. Оргазм подползал на мягких лапах, развеивая чёткие мысли, и губы без задних мыслей принялись вслух повторять всё то, что бормотала моя Пассажирка.        Пышка подо мной сперва замерла, вслушиваясь. Потом вытаращилась, с подозрением выпучив глаза. А когда разобрала ту дикую жуть, что я нашёптывал, то её как ветром сдуло!        Кончить в тот раз так и не довелось, а Она ещё потешалась и хохотала. Авторитетнейшее заявляла, что моё мужское достоинство не имеет прав таковым называться. Но я, как ни странно, не обиделся: слушая бредни, даже слегка зауважал свою шизу, как бы ни был раздосадован. Не за оскорбления, а за то, что первая на моей памяти озвучила женскую правду о причинном месте парней… * * *        «Ладно, извини», — позвал я Её, ощущая натуральное полыхание чужого гнева. — «Обидеть не хотел, правда. Ни тебя, ни твою эту подругу Слаанеш».        «Ты ходишь по тонкому краю!..» — с вызовом ответил сердитый голос.        «Да говорю ж извини. Случайно вырвалось», — настаивал я. — «И вообще, сама виновата: так мозги запудрила, что не то что за языком — за руками следить некогда!»        Это было совсем не притворство — Она так заболтала мои мысли, что я понемногу начинал иначе смотреть на случай с насильником. Всё больше и больше не то, чтобы уверялся, а будто чуял правильность действий в ту ночь. Всё чаще и чаще мне хотелось подойти и реально содрать с кого-нибудь кожу, как увещевала Она. Хотелось сделать хоть что-нибудь, лишь бы это сладкоголосое трепло осталось довольным и завалило хлебало! Похоже, её «дрессировка» действовала понемногу. Впрочем, на какую-то долю справедливо было и обратное. Я тоже неведомо как умудрялся помалу воспитывать эту безумную бестию — иногда слышал из её эфемерных уст вполне обыкновенный девичий смех, чистый и сладкий.        Мы будто притирались друг к другу, как втулка и вал.        «Хм-м-м…» — послышалось задумчивое и довольное мычание. — «Не контролируешь себя? Это значит Хаос начинает тебя совращать?!»        Я вздохнул, позабыв, что она все мои мысли слышит, как свои собственные.        «Подруга, честное слово — нихрена не понимаю о чем ты», — правая рука со смартфоном, теперь уже по моей воле, двинулась. — «Давай сперва главу дочитаем, а? Почитаем и помечтаем про членодевок. Я, так уж и быть — для тебя специально — пару раз передёрну. А потом остальное обсудим. Или давай, придумай что-нибудь гаденькое, а я напишу автору…»        Женский голос надолго замолк, будто на самом деле задумавшись.        «Только мне это, надо до кустиков», — добавил я. — «Конденсат слить…»        Можно было и не жеманничать после трёх-то месяцев в одной «койке» с озабоченной садисткой. Да и сам я давно не праведный ангел — шарюсь по «батарейкам» всяким. Но Она всё же была девушкой и мне просто доставляло некоторое удовольствие заботиться о «демоническом шепоте». Хоть о ком-то позабочусь…        «Я помогу», — тут же оживилась шиза. — «Отдай своё тело, подчинись мне немедля!..»        «Да-да, как скажешь…» — ответил я.        Отошел с тропки, ведущей через пустырь, приближаясь к бурьяну лебеды. Расслабил левую руку, старательно забывая о факте её существования. Поблизости никого не было, в пределах видимости свидетели отсутствовали, так что даже если Она что-нибудь отчебучит, никаких проблем с этим не будет.        Я листал экран смартфона, а обретшая свою волю онемевшая левая рука распутывал тесёмку на трениках. Достала «прибор» и выжидающе замерла, поглаживая крайнюю плоть.       — Слушай, — негромко позвал я вслух, глазами пробегая по строкам недочитанной главы и собираясь с «мыслями», чтобы отлить. — Всё же, тебя как зовут? Мы уже три месяца вместе, почти как родные…        Голос молчал пару секунд, а затем вопреки ожиданиям ожил:        — Мириаэль Сабатиэль, — коротко представилась девушка. — Чемпион Слаанеш.        Нихрена себе! Вот это прогресс! Такое стоит отметить.        С моей же стороны называться в ответ было бы глупо — она и так знала имя — но я не стерпел, почуяв подвижку во взаимоотношениях.        — А я Максим — тоже на «М». Прикинь, как совпа…        Договорить не успел.        Написать гневный коммент под главой было отличнейшей мыслью. А вот, замечтавшись про толстомясых футанарек, пристроиться поссать рядом с трансформаторной будкой оказалось мыслью пиздецки тупой! За такое даже «премию Дарвина» выдавать не положено. Но откуда ж я мог знать, что «шаговым» напряжением долбанёт прямо через струю?!        За мгновение «до», краем глаза заметил, как в траве закопошилась солидная жаба, принявшая «золотой дождь» на пучеглазую голову. А потом мне «выключили» свет.        Ненавижу чёртовых жаб!..