Утка по-пекински

На этот раз, чтобы не проспать до обеда, Лоу Вей поставил на телефоне будильник. На день он запланировал много дел, чтобы к вечеру освободиться и встретиться с Пуи. Он чувствовал себя виноватым перед этим мальчиком, и ещё очень хотел снова его увидеть. Он не понимал, чем зацепил его этот скромный худенький студент. И если учесть, что это был его первый сексуальный опыт, то страсти Пуи не занимать. Он так вымотал Лоу Вея за ночь, что в последующие дни у него не возникло даже мысли о сексе. Проснувшись и приняв душ, Лоу Вей почувствовал себя вполне бодро, несмотря на всего лишь пять часов сна. Он прошёл на кухню, где Бао Бей готовил завтрак и, плеснув себе в стакан воды, уставился в телевизор. Звук его был едва слышен из-за гула микроволновки и пыхтящего электрического чайника. Миловидная дикторша что-то вещала с экрана, по-рыбьи хлопая губами, и Лоу Вей снова погрузился в мысли о Пуи. Но уже через секунду он вскочил со стула и начал искать глазами пульт. – Гэ-гэ, – окликнул он друга, – звук! Сделай громче звук! От неожиданности Бао Бей выронил из рук ложку, которой мешал чай в чашке, и удивлённо уставился на друга. – Нашёл! – махнул ему рукой Лоу Вей, вытаскивая из-под стопки газет пульт, и сделал звук громче. На экране показывали большое недостроенное здание, и худой седовласый мужчина что-то говорил в микрофон, показывая рукой на этот дом. – … будет достроен к концу этого года. Конвейер запустят после нового года, в феврале, и вскоре с него сойдут первые автобусы, которые придут на смену старым. – Спасибо, Ву Джоу, за интересный репортаж, – улыбнулась с экрана диктор. – А мы будем надеяться, что новые автобусы будут более вместительны, чем прежние, и смогут перевозить большее количество народа. – Откуда вещает канал? – спросил Лоу Вей соседа. – Это кабельное, – пожал плечами Бао Бей, ставя на стол разогретую лапшу, – CCTV-7. А что тебя так заинтересовало? – Ву Джоу, – ответил Лоу Вей, тыкая пальцем в телевизор. – Я вчера работал с делом, которое ты нашёл. Со свидетелем. И всё никак не мог понять, где я его видел. Правда, на фотографии он моложе лет на двадцать, но это не значит, что неузнаваем. Я выясню телефон канала и узнаю, где сейчас находится этот Ву Джоу. А ты найди специалиста для того, чтобы он увеличил мне кадр с видео номер три. Тайминг – сорок три минуты двадцать секунд, примерно. Через час Лоу Вею доложили, что внештатный журналист Ву Джоу работает на студии CCTV-7 уже много лет и делает репортажи по всей стране. В настоящее время его местонахождение студии неизвестно и никаких репортажей ему не поручали делать, а постоянно он проживает в Шанхае. Лоу Вей вздохнул и посмотрел на часы. Надежда на встречу с Пуи рухнула, как карточный домик. По любому, в Шанхае он проведёт пару дней, разыскивая этого свидетеля, а это значило, что свидание откладывается на неопределённое время. Доложив комиссару Гуй Чжи о новых обстоятельствах и о том, что оба дела можно объединить, Лоу Вей оформил командировку и уже к обеду ехал на такси в сторону аэропорта. Глядя в окно на яркие витрины и рекламные щиты, он снова думал о Пуи. Решившись, Лоу Вей вынул из кармана пиджака телефон и, найдя в записной книжке номер парня, уставился на пустой экран. Он не знал, с чего начать общение. Написать банальное: «Привет! Как дела?» – было глупо. Он набирал сообщение несколько раз, но стирал написанное, не решаясь отправить. Наконец, настроившись, он стал быстро тыкать в кнопки виртуальной клавиатуры. «Здравствуй Пуи! Прости, что не писал и не звонил. Было много работы. Но я думал о тебе и поверь… Я бы очень хотел увидеться с тобой. Могу ли я надеяться, что ты ответишь мне, и мы договоримся о встрече?» Телефон в руках Лоу Вея тихо свистнул, сообщая хозяину, что его сообщение отправлено, и мужчина с облегчением вздохнул. А вот у Пуи утро не задалось. Проснулся он с сильным стояком, что в принципе было делом вполне обычным. Вот только вместе с ним он ощущал очень сильное возбуждение, отчего его немного потряхивало. Он пару раз провёл рукой по своему возбуждённому члену и снял напряжение. Стало легче, но внутреннее возбуждение не прошло. Зайдя в душ, Пуи столкнулся с парнем, от которого так вкусно пахло, что он даже тихо рыкнул. Прошлёпав к вешалке, где висела его одежда, Пуи наскоро вытерся полотенцем и стал одеваться, как вдруг услышал за своей спиной приятный низкий голос. – Позволь спросить, а почему я тебя раньше не видел? – рядом с ним стоял тот самый парень, и с интересом разглядывал Пуи. Его запах стал чуть тише из-за ароматного геля, которым он помылся, но это не спасло Пуи от приступа голода. – Ты новенький? – Я со второго курса, – ответил Пуи, стараясь не вдыхать глубоко, – уже год живу в общежитии. – Хм… – усмехнулся парень, продолжая нагло разглядывать Пуи, – разве это не удивительно, что мы не пересекались раньше? – Пересекались, и здесь, и в коридоре, – ответил Пуи, – просто ты никогда не обращал на меня внимания. – А давай вечером посидим где-нибудь? – неожиданно предложил парень. – Ты не подумай, я не из этих, просто… Не знаю почему, но ты меня заинтересовал. Пуи испуганно взглянул на старшекурсника, быстро схватил полотенце и, прошептав что-то вроде: «нет, я не могу», бросился к двери. Парень был симпатичный, в меру подкачанный, и в другое время Пуи не отказался бы от встречи с ним. Но сейчас этот старшекурсник был ему интересен не как сексуальный партнер, а больше как… – Утка по-пекински, – понял своё желание Пуи, и решил первым делом после занятий забежать в кафе и на последние деньги поесть. Он был уверен, что именно утку по-пекински его организм примет. Ведь он ел её тогда в ресторане этого странного Вэя. Но Пуи ошибся. Как только он вошёл в кафе, где раз в месяц заказывал любимое блюдо, его замутило от запахов еды. Они были настолько отвратительными, что Пуи едва переборол тошноту. – Я смогу, – прошептал Пуи и, подойдя к столику, где какой-то толстяк собирался есть утку, нагнулся над его тарелкой и глубоко вдохнул. Толстяк с удивлением посмотрел на странного бледного парня, который нюхал его еду, но когда того стошнило прямо на стол, поднял крик. Пуи успел выскочить из кафе до того, как до него добрались охранники, и бросился бежать по улице в сторону ресторанчика дядюшки Чен Ту. Он почти не помнил, как отработал три заказа. Его продолжало тошнить и качало из стороны в сторону. Руки тряслись, словно у древнего старика, а глаза горели так, словно внутри глазных яблок кто-то разжёг огонь. – Тебе лучше отдохнуть, ди-ди, – покачала головой администратор. – Иди домой, а я передам дядюшке Ту, что ты приболел. Пуи не стал с ней спорить. Чувствуя, что ему становится всё хуже, он побрёл на знакомую узкую улочку, ограждённую высоким бетонным забором, и остановился у дверей ресторана. Открыв её, он с удивлением увидел, что зал в нём совсем другой. Он был больше и шире, а вместо низких столов и подушек в нём стояли длинные столы со стульями. Стены были выкрашены бледно-зелёной краской, а на окнах не было тёмных гардин. – Эй! Ты куда прёшься? – грубо окликнул его сзади мужской голос. – Тут вообще-то очередь! Иди запишись у администратора. Она даст тебе номер и вызовет, когда будет твоё время. И только тут Пуи заметил, что возле дверей ресторана толпится народ, а между людьми ходит женщина в красном пиджаке и записывает что-то в блокнот. Сначала Пуи запаниковал и решил, что ресторан Вэй Куна ему привиделся в бреду. Улица та же и дом тот самый, вот только ресторан оказался другим. Подойдя к администратору в красном, Пуи спросил у неё, где можно увидеть господина Вэя, и к его радости та любезно согласилась проводить его.