Утка по-пекински

Пуи был счастлив и не пытался этого скрывать. Всё утро он носился по маленькой квартире Лоу Вея, мешая ему застилать кровать, готовить завтрак, и настойчиво требуя внимания. После того, как с едой было покончено, а посуда вымыта, Пуи по-хозяйски уселся на колени Лоу Вею и, обняв его за шею, лучезарно улыбнулся. – Чем мы сегодня займёмся? – спросил он и по-детски надул губы. – Только не говори, что тебе нужно ехать на работу. – Я попросил выходной ещё накануне, – ответил ему тот, ласково целуя в выпяченные губы. – Похоже, опять родственники из провинции нагрянули? – засмеялся Пуи. – Нет, – мотнул головой Лоу Вей, – на этот раз я сказал, что у меня личные причины. – А знаешь, куда сегодня поведут тебя личные причины? – хитро улыбнулся юноша и, не дожидаясь ответа, добавил: – В кино! Вышел новый Человек-паук и я хочу его посмотреть, – увидев растерянный взгляд Лоу Вея, Пуи перебрался на стул и, удивлённо подняв брови, сказал: – Только не говори, что не знаешь, кто это такой. – Почему не знаю… – неуверенно начал Лоу Вей. – Это парень в красном трико и наморднике. – Сам ты в трико и наморднике! – захохотал Пуи. – Ладно… сеанс только через три часа, и у меня есть время, чтобы рассказать тебе историю Питера Паркера. Усадив Лоу Вея на кровать, Пуи стал рассказывать про человека-паука. Мужчина с улыбкой слушал его, хохоча над тем, как парень в лицах передавал диалоги и смешно прыгал, присаживаясь на корточки и выбрасывая вперёд руки. – Ну как? – спросил его Пуи, плюхаясь рядом и тяжело дыша. – Тебе понравилось? – Очень! – кивнул Лоу Вей. – Ты так сексуально делал «пых-пых», когда изображал паутину. Но если честно… – он на секунду задумался, – в настоящей жизни всё было бы по-другому. – Что именно? – не понял его Пуи. – Питер Паркер стал бы не супергероем, а суперзлодеем, – начал Лоу Вей. – Вот смотри… – он развернулся к Пуи и стал рассказывать: – Живёт на свете некий парень. Ботан и полный неудачник. Дома его окружает гиперзаботой любящая тётушка и ему приходится выслушивать нравоучения зануды-дядюшки. Даже если он их любит, то жизнь со стариками его явно угнетает. Дальше университет. Там всё ещё хуже. Сокурсники его унижают, насмехаются и придумывают обидные клички. А девушка, которая ему нравится, даже не замечает его. И что он делает? – Что? – переспросил Пуи. – Он ночи напролёт передёргивает на её фотки в соцсетях, представляя, как занимается с ней любовью, – ухмыльнулся Лоу Вей. – Допустим, так и есть, – согласился Пуи, – и что дальше? – А дальше этому неудачнику и ботану выпадает шанс, – многозначительно поднял вверх палец мужчина. – Его кусает паук и наделяет суперсилой. Теперь у нашего героя красивое тело и он может лазить по стенам, выбрасывая паутину. И ты думаешь, что он станет защищать людей и творить правосудие? Нет, – Лоу Вей тяжело вздохнул, – он станет грабить банки, снимет себе шикарные апартаменты в отеле, начнёт сорить деньгами направо и налево, пить, кутить и развлекаться с девушками. Конечно, тетку и дядьку он не забудет и купит им хороший домик где-нибудь подальше от города. Вот чем на самом деле должна была закончиться эта история! – Как ты можешь так говорить… – нахмурился Пуи, – А как же суперзлодеи? Зелёный гоблин, доктор Октавиус и Песочный человек? – Там всё логично, – кивнул Лоу Вей. – Беда, случившаяся с ним, затуманила разум. И получив силу, они начинают мстить! – Я понял, в чём твоя беда, – тихо ответил ему Пуи, – ты не веришь в людей. Не веришь, что даже лузер и неудачник может быть просто хорошим человеком. Питер Паркер мог озлобиться после смерти дяди и начать мстить, но он отдал убийцу в руки правосудия, а не прикончил сам. В нём добро превыше всего, понимаешь? Поэтому, превратившись в чудовище, он не потерял человеческого лица. А тот же Октавиус утонул в злобе, потому что человеком он был слабым и малодушным. Пуи был расстроен этим разговором и Лоу Вей попытался загладить свою вину. Перед сеансом он повёл Пуи в кафе и заказал большую порцию мороженого. – Знаешь… – сказал Лоу Вей, пока они ждали заказа, – ты прав. Я не верю в людей. Моя работа не располагает к этому. Но ты стал для меня откровением, и я сейчас стараюсь пересмотреть свои позиции. Я это очень ценю и обещаю, что постараюсь увидеть что-то хорошее не только в тебе, но и в других людях. А теперь… скушай мороженое и улыбнись, – Лоу Вей зачерпнул ложку пломбира и протянул её Пуи. Тот сначала понюхал мороженое, поморщился, потом задержал дыхание и, прикрыв глаза, слизнул его с ложки. Казалось, что он глотает маленькую скользкую лягушку, а не сливочный пломбир. Парень сморщился и, прикрыв рукой рот, попытался скрыть рвотный позыв. – Я… не очень люблю мороженое, – с трудом произнёс он, тяжело дыша. – Разве это не странно ? – удивился Лоу Вей. – Все любят мороженое. Может, тебе заказать молочный коктейль? – Пожалуйста, – сдерживая тошноту, ответил Пуи, – просто молока… Они сидели на самом последнем ряду маленького полупустого зала и Пуи держал руку Лоу Вея на протяжении всего фильма. Мужчина не следил за сюжетом. Его одолевала одна мысль, которую он никак не мог выкинуть из головы. Он думал о том, что будет, если он найдёт убийцу родителей? Кем он станет? Супергероем, который передаст его правосудию, или суперзлодеем, который своими руками разделается с убийцей? «Это я смогу узнать, только вспомнив ту ночь, – думал он, провожая Пуи после сеанса. – Мне нужно увидеть тот сон. Сон… Ну конечно! Таблетки! Вот что мешает мне его вспомнить!» – Дальше я сам, – прервал его мысли Пуи. – Когда мы с тобой снова увидимся? – Как только у тебя будет для этого время, – ответил ему Лоу Вей, – я рад тебе в любой день. – Тогда… созвонимся? – огромные глаза Пуи так нежно посмотрели на мужчину, что его сердце счастливо забилось в груди. – Я хочу, чтобы ты знал… – тихо сказал ему на прощанье Лоу Вей. – Ты лучшее, что случилось со мной за последнее время. Эти слова звучали в голове Пуи всю дорогу до ресторана господина Вэя, и он лишь растерянно кивнул открывшей ему дверь Пи. – Почему мне кажется, что ты не в порядке? – тряхнула его за рукав девушка. – Все хорошо, – глупо улыбнулся ей Пуи. – Тогда проходи в кабинет господина Вэя, – сказала Пи, показывая рукой на дверь, – он и господин Юнг тебя уже ждут.