Утка по-пекински

Ближе к вечеру большой зал клуба «Сумерки» начал заполняться гостями. Это были и простые работяги, и люди из высшего сословия. Мелкие лавочники и хозяева крупных магазинов. Худые клерки и коренастые спортсмены. Весёлые милые девчушки-хохотушки и статные дамы. Всех их объединяло одно – они были цзян-ши, и именно этот факт стирал все рамки. У бара праздновали встречу старые друзья, возле сцены пожилой мужчина с улыбкой слушал щебет молоденькой девицы, а за столиком крупная дама в ярко-красном платье мило кокетничала с субтильным очкариком в строгом чёрном костюме. Гости были возбуждённо-радостны и ждали праздника. А между ними с мрачным видом бродил Лоу Вей, переговариваясь по рации со своими помощниками. – Может, ты тоже немного отдохнёшь? – спросил у него Бао Бей, проходя мимо со стаканом коктейля в руке. – Расслабься, ди-ди, – сказал он, делая глоток, – всё пройдёт хорошо. Я уверен в этом. Посмотри на Пуи. Он так хотел провести этот вечер с тобой, а теперь сидит в одиночестве у бара. – У меня плохие предчувствия, – покачал головой Лоу Вей. – Два дня назад я ходил в гостиницу к Ву Джоу и не застал его. Портье сказал, что он уехал. На телефон Ву Джоу тоже не отвечает. – Может, он просто уехал, – пожал плечами Бао Бей. – Его отпустила шизофрения и он одумался. – Слишком простое объяснение, – покачал головой Лоу Вей. – Ты не разговаривал с ним и не знаешь, насколько он тронулся на теме цзян-ши. Нет! Тут что-то не так. – Послушай, – Бао Бей обнял друга за плечи, – мы установили видеокамеры. Кругом охрана. Ни одна мышь не проскочит без нашего ведома! – И всё же я ещё раз пройдусь по периметру, – ответил ему Лоу Вей. – Вдруг мы что-то упустили. К семи часам зал был полон, и на сцену вышел как всегда блестящий и сияющий Мей Ли. Он поклонился публике и поднял вверх руки, прося тишины. – Я рад вас приветствовать на нашей вечеринке, которую мы посвятили дню летнего солнцестояния, – сказал он, лучезарно улыбаясь. – Очень надеюсь, что она вам понравится, и мы сделаем её ежегодной. Это первый опыт такого рода мероприятий в вашей общине, поэтому возможны небольшие сбои и накладки, но я надеюсь, что всё пройдёт гладко. А для того, чтобы вам не было скучно, мы подготовили развлекательную программу и сейчас вас ждёт большой сюрприз. Освободите свои руки от бокалов и рюмок, чтобы поприветствовать наших гостей из Кореи. Да-да… вы не ослышались. Корейское сообщество любезно предоставило нам своё самое большое сокровище. И вот – группа, которая завоевала весь мир, сегодня будет выступать перед вами! Итак… встречайте! Зал утонул в аплодисментах и восторженных криках. Свет на сцене погас, и через несколько секунд в свете прожекторов на ней появились семеро парней. – А ты знал, что они ву-сырены? – шёпотом спросил Лоу Вей Бао Бея. – Не знал, но догадывался, – кивнул тот и захлопал, услышав начало знакомой песни. Публика потопила айдолов в аплодисментах, а затем дружно стала подпевать припеву. Те, кто помоложе, столпились вокруг сцены, стараясь получше рассмотреть корейских знаменитостей. Девушки блаженно млели под взглядами черноглазых красавцев, а парни старались повторить знаменитый танец группы. Спев несколько песен и разгорячив публику, корейцы сошли со сцены в зал и примкнули к веселью. А на сцену снова вышел Мей Ли и объявил конкурс караоке, призом в котором была бутылка ежиного семени и два флакона со змеиным ядом. Конкурс длился до полуночи. Гости один за другим поднимались на сцену и исполняли свои любимые песни. Остальная часть публики подпевала им или просто танцевала перед сценой, поддерживая исполнителей аплодисментами и криками. Лоу Вей стоял у входа в зал и мрачно смотрел на веселящийся народ. – Ты что-то совсем заморочился, – покачал головой Бао Бей, подходя к другу. – Посмотри, как весело! – Слишком много народа, – ответил ему Лоу Вей. – Случись что, дверь запасного выхода не выдержит натиска. Второй выход ведёт на верхние этажи. Но там лестница, и перепуганная толпа растопчет упавших. – Что за мрачные мысли? – нахмурился Бао Бей. – Послушай меня. Мы не люди и нам не страшны человеческие раны. Так что расслабься и отдохни. Пригласи Пуи на танец, угости коктейлем. Посмотри, как вокруг него вьётся Чон Сок. Заметь: он моложе тебя и чертовски красив. И он готов веселить Пуи любыми способами. Я бы на твоём месте уже начал ревновать. Лоу Вей посмотрел на стойку бара, у которой сидел Пуи, и увидел рядом с ним Чон Сока. Парень был в шикарном костюме, а его чёрные волосы были элегантно уложены под ободок. Кореец игриво улыбался Пуи и что-то шептал ему на ухо, отчего тот кокетливо приподнимал плечико и смеялся. – Сейчас разберёмся, – тихо рявкнул Лоу Вей и быстро зашагал в сторону бара. Заметив приближающегося Лоу Вея, Чон Сок быстро ретировался, и мужчина, присев на высокий табурет рядом с Пуи, взял его за руку. А в это время на сцену взобралась полная дамочка в мини-юбке и безвкусной кофте с рюшами. Она была сильно пьяна и едва стояла на ногах. К ней тут же присоединились ещё двое мужчин с густыми бородами на лицах, и вся троица дружно заорала какую-то незнакомую песню на непонятном языке. К ним тут же ринулись два крепких охранника, но бородачи скинули их вниз, продолжая орать песню. Увидев это безобразие, Лоу Вей вызвал по рации подкрепление. Пьяную троицу сняли со сцены и увели вон из зала. – Русские… – вздохнул Лоу Вей. – Их трудно перепить, ещё труднее перепеть, и совсем невозможно успокоить. Не понимаю, как они затесались в ваше сообщество. Конкурс караоке на этом был закончен, и главный приз Мей Ли лично вручил девушке, спевшей популярную песню «Звёзды при свете солнца». – А сейчас я хочу объявить танцевальный баттл, – сообщил Мей Ли со сцены. – Есть желающие в нём поучаствовать? – Есть! – раздался голос из зала, и на сцену поднялся Чон Сок. – Это будет трудный турнир, – покачал головой Мей Ли. – Открою вам тайну: наш Чон Сок – профессиональный танцор. Кто-то рискнёт принять его вызов? Лоу Вей посмотрел на Пуи, и заметив, с каким интересом тот смотрит на сцену, нахмурился. – Я приму! – крикнул он и поднялся с табурета. – Лоу Вей! – испуганно зашептал Пуи. – Ты хорошо танцуешь стриптиз, но сейчас не тот случай! – Я буду соперником Чон Сока, – уверенно сказал мужчина и, не обращая внимания на протесты Пуи, быстро поднялся на сцену. Несколько секунд они стояли, глядя друг другу в глаза, словно противники. Лоу Вей в белом костюме, и Чон Сок в чёрном. Две противоположности, инь и ян, свет и тень, человек и цзян-ши. Лоу Вей очнулся первым. Кивнув корейцу, он подошёл к краю сцены и, шепнув на ухо ди-джею название трека, отошёл в дальний угол. Чон Сок тоже переговорил с ди-джеем и, выйдя на середину сцены, замер в свете прожектора, опустив голову вниз. Заиграла музыка, Чон Сок провёл рукой по своим волосам и исподлобья бросил в зал такой сексуальный взгляд, что публика взвыла от восторга. Он плавно двигался под музыку, выбрасывая в зал волны сексуальной энергии. Его движения были наполнены страстью и похотью. Он слегка покачивал бёдрами, облизывая пухлые губы, и в этот момент все в зале, и мужчины, и женщины, желали его, словно он был самим богом наслаждения. Пуи с замиранием сердца смотрел на этот танец. Да, Чон Сок был хорош во всех отношениях, но даже если бы он не встретил на своём пути Лоу Вея, он никогда не связал бы свою жизнь с таким, как он. Именно об этом думал Пуи на протяжении всего танца, с волнением поглядывая в угол сцены, где своей очереди ждал Лоу Вей.