Рассветы вчерашнего дня / Dawns of Yesterday

Гермиона выключила свет в гостиной своей квартиры в центре Лондона. Было поздно, далеко за полночь. Дождь не прекращался весь вечер, и она до сих пор слышала, как он барабанит по стеклу. Была полная луна. Полнолуния ассоциировались с безумием и темнотой. Тот факт, что новая эра Волдеморта началась с полнолуния, вызывал дискомфорт. Она наклонила голову и нахмурилась, услышав странный звук снаружи. Ранее Кингсли предлагал наложить на дом чары. Она отказалась. Подойдя к окну, Гермиона выглянула наружу. Улицы были заброшены. Желтые фонари отбрасывали во тьму маленькие океаны света. По обеим сторонам дороги стояли припаркованные машины, большинство выглядели дорого, с недавно выпущенными номерными знаками. Это часть Лондона была довольно обеспеченным районом. Многие квартиры в старых зданиях принадлежали людям с хорошей работой, зарплатой и соответствующим отношением. Никто в доме не подозревал, что Гермиона ведьма. Глядя на проливной дождь, глаза Гермионы сузились. Что-то привлекло внимание, быстро движущаяся тень между двумя автомобилями. Крепче сжав палочку, она прижалась лицом к холодному стеклу. Возможно, это просто какой-то бездомный кот, который искал убежища от бури. Гермиона отвернулась от окна и прошла в коридор, где одна из трех дверей вела в спальню. Она вошла в комнату, не включая свет, обошла кровать, положив палочку на тумбочку. Пальцы начали стягивать джемпер с капюшоном, но её встряхнул другой звук. Эта часть квартиры выходила на общий сад. Он состоял из небольшой лужайки, мангала и дорогого мебельного гарнитура. Она не могла вспомнить, кто последний раз этим пользовался. Гермиона выглянула наружу. Капли дождя на стекле безжалостно изуродовали отражение. Один из горшков лежал на земле сломанный, а осколки рассыпались по мозаичной плитке. Гермиона схватила палочку, сунула в рукав и вышла из спальни. Многоквартирный дом погрузился в тишину. Соседи уже легли спать. Высококлассные работы требовали предельной самоотдачи. Гермиона спустилась по лестнице на первый этаж. Пальцы сомкнулись на холодной металлической ручке, ведущей в общий сад. Лил дождь, и она пожалела, что не взяла пальто. Когда девушка вышла в холодную ночь, у неё перехватило дыхание от ветра. Гермиона замерла у разбитого горшка и обернулась через плечо, чтобы убедиться, что все окна тёмные. — Репаро, — прошептала она. С ошеломленной улыбкой девушка смотрела, как осколки встали на место, а за ними земля и цветы. Она воспользовалась заклинанием, чтобы вернуть его на место, когда уже собиралась отвернуться, звук ветки отвлек её. Карие глаза осматривали сад. Он был огорожен забором, а в дальнем правом углу стоял сарай с инструментами, которыми никто никогда не пользовался. Пока она стояла неподвижно, а дождь стучал по голове, то чувствовала, что не одна. — Эй? — крикнула она, стараясь не разбудить соседей. — Ну и ну, — раздался женский голос из темноты, и Гермиона почувствовала, как волосы на затылке встали дыбом. Она знала этот голос. В отчаянии глаза метулись в сторону, но она не видела никого. — посмотрите, что тут у нас. Кто это, если не маленькая грязнокровка Грейнджер. Зубы Гермионы вонзились в нижнюю губу, а сердце колотилось. Она стояла пригвожденная к земле. Справа раздался тихий стук, как будто что-то упало на траву, послышались шаги. Гермиона сделала резкий вздох. — Считается крайне невежливым не объявлять о себе при посещении чужого дома, Беллатрикс. Сердце подпрыгнуло, когда раздался еще один удар, на этот раз громче. Гермиона не знала бояться или злиться, когда появилась тень, небрежно разгуливающая по траве. Беллатрикс Лестрейндж, казалось, рыскала, как хищник, ищущий свою добычу, и вдруг полная луна осветила её бледное лицо, и перед Гермионой предстали угольно-черные глаза, которые она видела во сне ночь за ночью. Черноволосая Пожирательница Смерти промокла до нитки, черные кудри прилипли к фарфоровой коже. Капли дождя на щеках выглядели как слёзы. Она крутила палочку между пальцев и смотрела на Гермиону. — Ну а сейчас? — насмехалась Беллатрикс. — Кроме того, я уверена, что мы с тобой уже далеко за пределами этапа знакомства, Грейнджер. Гермиона сглотнула. Она не понимала, почему Беллатрикс просто не напала на неё. Ненормальная Пожирательница Смерти разговаривала со своей добычей. Ладони вспотели, и Гермиона уставилась на женщину, загипнотизированная опасным сочетанием красоты и смерти. — Чем я обязана твоему визиту? — Не нужно быть такой грубой, — поправила Беллатрикс и подошла к Гермионе. Между ними было всего несколько дюймов, и в слабом свете луны Беллатрикс выглядела странно помолодевшей для человека, который недавно воскрес из мертвых. — Я долго ждала, чтобы увидеть тебя снова. — Ты могла бы просто постучать в мою дверь, мне не пришлось бы стоять под дождем и промокать, — усмехнулась Гермиона, удивленная странным вежливым разговором. Беллатрикс даже не пыталась её проклясть. — Что? Никакого проклятия Круциатус, чтобы поприветствовать мир живых? Никакой ожесточенной битвы? Ты сбилась с пути, Беллатрикс. Макнейр забыл воскресить твой мозг? Неожиданно Беллатрикс бросилась вперед и грубо ударила Гермиону по щеке своей палочкой. Боль была острой, и при ударе голова повернулась вбок. Дыхание Беллатрикс было теплым, а полные губы коснулись уха Гермионы: — Придержи язык, грязнокровка! — Физическое насилие вместо магии, — огрызнулась Гермиона. — Как это непохоже на тебя. Пальцы Беллатрикс сомкнулись на запястье Гермионы с такой силой, что юная брюнетка почувствовала, как хрустнули кости. Слезы навернулись на глаза, когда боль пронзила тело, оставив в агонии. Она уставилась на Беллатрикс, которая смотрела в ответ со странной смесью удовольствия и любопытства. На мгновение это было похоже на возвращение в Малфой-мэнор, до того, как ее прижали к земле. Какое-то время они смотрели друг другу в глаза. Беллатрикс схватила рукав джемпера Гермионы и грубо обнажила серебряные шрамы. На лице расплылась кривая ухмылка. — Я вижу, ты помнишь, — сказала тёмная ведьма, облизывая губы. Она прикоснулась губами к щеке Гермионы, заставив кожу загореться от прикосновения. — Теперь слушай меня внимательно, грязнокровка. Тёмный Лорд хочет Поттера, и ты добудешь его для меня. Гермиона вздернула подбородок и высокомерно посмотрела на Беллатрикс. Она почувствовала, как палочка тёмной ведьмы ткнулась в бок. Беллатрикс могла убить её за доли секунды, бесшумно, но мучительно. Утром найдут её тело, и никто не узнает, что произошло. — А зачем мне приводить к тебе Гарри? Беллатрикс позволила свободной руке скользнуть по талии Гермионы, коротко погладить выпуклость груди, а затем поднялась к щеке. Это могло бы быть ласкающее прикосновение, если бы не безумный взгляд. Неожиданно мягкие губы поцеловали уголок рта Гермионы, облизывая нижнюю губу. Гермиона напряглась и замерла. — Потому что ты хотела, чтобы я вернулась. С этими словами она исчезла в темноте. Тень испарилась, оставив тяжело дышащую Гермиону. Тело взорвалось эмоциями, и девушка побежала обратно в дом. Она скинула мокрую одежду, бросила её грудой у двери спальни и побежала в ванную. Пар, поднимающийся от горячей воды, наполнил комнату. Взгляд Гермионы был прикован к запястью. Она открыла аптечку и нашла маленький пузырек обезболивающего. Обнаженная и страдающая от боли, она стояла под горячей водой, и не могла удержаться. Отчаянные пальцы скользнули вниз по груди, обводя быстро твердеющие соски, прежде чем погрузиться во влажную сердцевину между ног. Она тихо стонала, а прикосновения становились все более быстрыми. Имя слетело с губ, когда Гермиона достигла оргазма. Беллатрикс. Она не могла остановиться. Остановить отчаянную тоску внутри. Она все еще чувствовала дыхание, обжигающее кожу. Пальцы без усилий скользнули во влагу между ног, погружаясь глубоко внутрь себя, она выгнула спину. Вода стекла вниз между грудями. Слезы смешались с водой, когда она плакала, прежде чем впасть в еще один сокрушительный оргазм. Колени подогнулись, и Гермиона упала на пол, превратившись в плачущую и дрожащую массу. И никакая вода не могла смыть вину.

***

Гермиона обнаружила, что стоит возле Норы, и нерешительно постучала в парадную дверь. Запястье распухло и приобрело синий оттенок. Даже целый пузырек обезболивающего не смог заглушить боль. На пороге появилась Молли Уизли с влажными волосами. Она быстро отошла в сторону, пропуская брюнетку на кухню. — Дорогая, что с твоим запястьем? — спросила Молли. — Пойдем, дай мне взглянуть, дорогая. Все в порядке. Я уверена, что мы вылечим, Энди, не могла бы ты принести мне палочку из гостиной. Гермиона поняла, что в комнате третий человек, когда Андромеда встала и поспешила в гостиную. — Гермиона, что случилось? — спросила Андромеда, когда вернулась. — Прошлой ночью я споткнулась о книги. Было поздно, и я не хотела никого беспокоить, — солгала Гермиона и вздрогнула, когда пальцы Молли надавили на шишку на запястье. — Я приняла обезболивающее и легла спать. Когда я проснулась утром, все выглядело так. — Понятно, — улыбнулась Молли. — Я думаю, что смогу это исправить без целителя. — она положила кончик палочки на измученное запястье и произнесла безмолвное заклинание. Боль пронзила руку Гермионы, а потом раздался щелкающий звук — кость встала на место. — Как новенькая, — продолжила Молли. — я не могу вспомнить, сколько запястий, рук и пальцев вылечила. Каким-то образом в этом доме каждые два дня, когда дети были маленькие, ломались кости. Гермиона, не хочешь позавтракать? Кингсли и Минерва придут в любую минуту. — У вас встреча? — Гермиона не могла припомнить, чтобы собрание Ордена назначалось на это утро. Затем она повернулась к Андромеде, которая смотрела на её руку, словно видела что-то, чего не видел никто другой. — Никаких встреч. Просто есть о чем поговорить, — сказала Молли. Гермиона собиралась ответить, но звук разбившейся чашки заставил оглянуться назад, и Молли выругалась себе под нос. — Сегодня поступило сообщение о первом неподтвержденном визите моей сестры, — сказала Андромеда. — До сих ничего неизвестно, но её заметил аврор, который прошлой ночью возвращался домой в Лондон. — Лондон… — выдохнула Гермиона. — Энди, офис авроров следит за моей квартирой? — Гермиона, я… — начала Андромеда, но девушка покачала головой. Она была не в том настроении, чтобы ей лгали. Андромеда признала поражение. — Рон предположил, что Беллатрикс может искать тебя после того, что произошло в поместье. Он считает, что она хочет убить тебя. Поэтому Артур и Кингсли решили присматривать за твоей квартирой. Другие наблюдают за домом, но я сомневаюсь, что Волдеморт будет стучать в парадную дверь. Гермиона провела пальцами по волосам, она не могла поверить в то, что услышала. За ней следили из-за Рона. — А почему никто не счел нужным рассказать мне? — прошипела она сквозь зубы. — Это тебе придется обсудить с Артуром и Кингсли, — ласково ответила Андромеда. На лице появилась легкая улыбка. На тот момент она была совсем не похожа на Беллатрикс. — Послушай, Гермиона, я уже видела эти синяки раньше. Перелом выглядит очень знакомым. Моя мать несколько раз залечивала мне такой же, когда я была маленькой. — О чем ты говоришь? — спросила Гермиона, наклонившись. — Беллатрикс нравилось причинять боль другим. Впервые она поняла, что может делать это голыми руками, когда сломала мне запястье, мне было восемь, — Андромеда изогнула бровь, когда увидела, как побледнела Гермиона. — После этого она ломала его семь раз. Нарциссе тоже. — Я споткнулась о книги, — вызывающе ответила Гермиона. — Возможно, мне пора идти. Увидимся, Энди. Как только она собиралась попрощаться, дверь распахнулась, вошли Артур, Минерва и Кингсли. Все они выглядели потрясенными, и Гермиона замерла, когда встретилась взглядом с Минервой. Она уже видела этот взгляд раньше. Молли резала тосты и обернулась, её темные глаза наполнились страхом. — Кто? — дрожащим голосом спросила она. — О, Артур, кто? — Гораций, — выдохнул Артур. — Его тело нашли сегодня утром. В горле Гермионы внезапно пересохло. Гораций был учителем зельеварения в Хогвартсе. Она не могла представить его мёртвым. Он всегда весело смеялся и умел рассказывать занимательные истории. Он мог многое рассказывать о Беллатрикс, принимая любопытство Гермионы за интерес, а не желание. Гермиона чувствовала пустоту внутри. — Гораций, — прошептала Молли. — Старый добрый Гораций. Что случилось? — В его доме был погром. Он полностью разгромлен. Кто-то приложил усилия, чтобы сжечь ценные фотографии, — сказал Кингсли, и Гермиона помнила, что Гораций лелеял воспоминания о бывших учениках. — Пожиратели Смерти хотели, чтобы он им помог. Он всегда отказывался. Похоже, на этот раз их не устроил ответ «нет». — Мне нужно пойти к Гарри, — сглотнула Гермина. Когда Гермиона вышла из дома, она даже не знала, зачем ей нужен Гарри. Беллатрикс ясно сказал, его хочет получить Волдеморт. Уже вокруг умирали люди. Она повернулась на месте и растворилась. Гермиона оказалась на пороге загородного дома, который Гарри и Джинни делили с полосатыми кошками и золотистым ретривером. Двери распахнулись, и Гарри появился на пороге. Увидев напряженный взгляд, он схватил подругу за руку. — Что случилось? — Гораций мертв. Авроры нашли его тело сегодня утром. Пожиратели Смерти разгромили дом и убили его, — в отчаянии выдохнула Гермиона. — Волдеморт ищет тебя. Он снова преследует тебя, Гарри. Он не остановится. Беллатрикс Лестрейндж видели сегодня утром в Лондоне. Когда ты собирался сказать мне, что офис мракоборцев следит за моим домом? — Потому что Рон беспокоится о тебе, — Джинни устало появилась в гостиной. Рыжие волосы беспорядочной копной падали на плечи. — После того, что случилось в Малфой-мэноре. — Почему все так беспокоятся обо мне и этой проклятой Беллатрикс Лестрейндж? — взвизгнула Гермиона. — Мы должны беспокоиться о тебе, Гарри. А все только и говорят, что о Беллатрикс. — Гермиона, — сказал Гарри, — Рон просто волнуется. — Рон? Ты хочешь сказать, что этот безмозглый Уизли разместил авроров возле моего дома? Ради всего святого, Гарри! Ты мог просто поставить Рона возле моей входной двери! — возразила Гермиона. — Он просто пытается вернуться в мою жизнь. — Я поговорю с Роном, — медленно ответил Гарри. Он поднял руки в знак поражения. — Я посмотрю, что смогу сделать, хорошо? — Этим авроров гораздо лучше готовиться к сражению с Волдемортом, чем стоять у моего дома! О чем, чёрт возьми, он думает? Разве он не должен встречаться с какой-то девушкой из Волшебного Правопорядка? — Она сбежала, — сказала Джинни. — Давай, выпьем чаю. — Кажется, сегодня утром в доме твоих родителей было собрание, — сказала Гермиона, следуя за Джинни. Она села за большой стол и почувствовала, как Салем, полосатый кот, прыгнул ей на колени. — Когда я уходила, там было много людей, но никто не сказал, что происходит. — Звучит знакомо, да? — спросил Гарри. — Нам уже не пятнадцать, — ответила Джинни. Она говорила о временах, когда все собирались на площади Гриммо. Гермиона рассеянно смотрела в кухонное окно, пока Джинни готовила чай, и надеялась, что Гарри уберет авроров от её дома. В следующий раз Беллатрикс не должны увидеть. Если Беллатрикс придет, Гермиона не хотела, чтобы их беспокоили. Она хотела, чтобы Беллатрикс осталась.