Близкие

      Для Бродяги её присутствие всегда было шуткой: нет, ну, просто представьте, у заучки Снейпа такая странная поклонница! Бедняжка, для Северуса она — просто груз, нет, даже балласт, ему нравится только одна, прекрасная-замечательная Лили Эванс, рыженькая, знакомая ему ещё с детства, шестикурсница. Какой абсурд! Дурочка-недурочка, чистокровная слизеринка Эшли Розье гоняется за Снеггом. И, конечно, Джеймс Поттер знал об этом, ведь Северус — главный предмет его насмешек, и, чтобы попытаться поддеть его самоуверенность в Эшли, мародёр на спор заключил сделку с Бродягой — Блэк влюбляет в себя Розье, отвечает ей взаимностью, а потом кидает её у всех на виду, чтобы опозорить и Снегга, и его подружку. А Поттер и его компашка получают ещё одну оскорбительную для Снейпа тему. Замечательная сделка… Правда, единственное, что не учли Сириус и Джеймс, это то, что Эшли Розье — не глупая отличница, которой полностью плевать на всех мародёров, и влюбить её в себя не так просто. Если бы Сириус хоть чем-нибудь был похож на Северуса, то может быть, что-нибудь, да получилось, но он похож на Снейпа только созвучным именем и местом обучения.

***

— Сев, ну, пожалуйста, подожди меня… — Эшли бежала по коридору, желая догнать Снейпа, потому что он забрал её учебник по зельеварению, — Северус Снегг! Стоять, я же прошу! — девушка уже отчаялась, но Снейп остановился. — Наконец-то. Сев, отдай мой учебник по зельям. — И тебе привет, Эшли, — с усталостью ответил он, перебирая учебники в своей сумке, — Вот, держи. — увесистый учебник попал в руки Розье, а та мило улыбнулась и пошла в обратную сторону, ведь, несмотря на то, что они учатся на одном курсе одного факультета, девушка ходит на полёты, а парень — на руны. — До встречи. — Пока. — Снегг уже думал, что подруга его не услышит, но она — всеслышешее око. — Снегг, день не успел начаться, а твоя подружка уже кинула тебя. Ахах, видимо, с такой занудой, как ты, больше полугода не дружат. — Джеймс Поттер, дурацкий ловец Гриффиндора, опять начал задирать слизеринца, как только Эшли пропала из виду. Северусу на придирки плевать, а ей… Поэтому, он просто зашёл в класс рун, оставив для Поттера ноль внимания.

***

      Эшли — прекрасная девушка, состоящая в команде Слизерина по квиддичу. А именно, она ловец, как и Джеймс. И обоих это жутко бесит. В прошлом году, после матча Гриффиндора и Слизерина, Джеймс битой ударил Розье по руке, из-за злости, потому что она поймала Золотой Снитч, и Слизерин выиграл. Его потом отстранили от квиддича на тот учебный год, а именно на 5 месяцев, а Эшли было противопоказано играть в квиддич, также, на пять месяцев. После этого случая, мародёры всегда ходят на матчи, потому что не хотят, чтобы Поттер поломал конечности ещё кому-нибудь, причём, только из-за проигрыша.        В эту пятницу состоится матч между Слизерином и Гриффиндором, поэтому сегодня, в понедельник, игроков этих команд собирают на первую пару, для подготовительного занятия и наставлений мадам Трюк. Единственное, что немного смутило собранных студентов — деканы обоих факультетов: Слизнорт и Макгонагалл. Сегодня к квиддичу они относиться не должны были, но, всё же, они были здесь.       Профессора сидели на трибуне, пристально наблюдая за происходящим на поле. И в один момент Эшли догадалась, что деканы прошли не просто посмотреть: они о чём-то разговаривали, изображая печально-грустные гримасы. Также на трибуне сидели остальные мародёры и Эванс. — Розье! Сзади! — командир Слизерина, Нильс Нели, кричал на Эшли, потому что прямо в неё летел бладжер. — ЭШ! БЛАДЖЕР! Сзади! — наконец девушка услышала его крики и со всей скоростью кинулась вниз. — Нил, прости! — Розье виновато смотрела на капитана, который обречённо протирал переносицу. — Я засмотрелась… зато, Снитч у меня! — она развернула ладонь, которую держала кулаком. — Мы выиграли в тренировочном матче? — Эш, ты не перестаёшь меня удивлять! Как? — Нели удивленно смотрел на своего ловца, — Я даже не заметил. — он поднял руку девушки, которую она опять согнула в кулак, и поймал взгляд мадам Трюк. — ЭШЛИН РОЗЬЕ ПОЙМАЛА ЗОЛОТОЙ СНИТЧ!       Эшли показалось, что в этот момент на неё смотрели все: и игроки, и трибуны, да вообще весь Хогвартс. Слизерин выиграл в тренировочном матче со счётом 110:240. Но Розье снова поймала на себе грустный взгляд гриффиндорского декана, а когда девушка уходила из раздевалки, Макгонагалл и Слизнорт и вовсе остановили её: — Мисс Розье, нам искренне жаль… — Слизнорт начал полностью непонятную для Эш речь, — Мы с профессором Дамболдором и профессором Макгонагалл решили, что вы имеете полное право узнать это от нашего лица, — вокруг их собрались команды и мародёры с Лили. Гораций печально вздохнул. — Прошу, пройдёмте с нами к директору, там мы Вам всё и объясним… — попыталась объяснить Минерва безумно скорбным голосом. — Что именно произошло? По какому поводу мы идём к профессору Дамболдору? Почему Вам меня жаль, ничего же не произошло…? — Эшли не хотела идти до директора. — Это же не из-за квиддича? — Мисс Розье… Ваши родители… — очень тихо начал слизеринский декан — Нет! Девочка должна узнать об этом горе от Альбуса, и… — Что с моими родителями? Они опять уезжают в командировку? — прервала Минеру Розье. Мартовская погода в этот момент ухудшилась, солнце скрылось за тучами — ещё одно мгновение, и пойдёт дождь. Ветер начал выть над лесом, птицы взлетели с деревьев Запретного леса. Хвост, ели-как собранный из каре девушки распался, а ветер подхватил волосы, развивая их. — Эшлин, пойдемте. — Минерва перевела взгляд на студентов. — Расходимся! Всё, что вам нужно знать узнаете позже. — толпа начала рассасываться, а деканы и Эшли пошли в замок, а точнее, к Дамболдору. — Профессор Макгонагалл, можно мы пойдём с вами? — несмотря на её приказ, мародёры решили пойти против правил. — Мистер Поттер, не имею права решать. Именно сейчас это личное дело мисс Розье. — она говорила гробовым голосом, как будто спрашивая у Эш разрешение для мародёров. — Я не уверенна, что им нужна эта информация, так что пусть решают сами. — Розье было всё равно на их присутствие, так что, пусть идут, раз им приспичило.       Весь остальной путь прошёл в полной тишине и длился безумно долго, для Эшлин даже мучительно: что случилось с её родителями, если эту информацию должен передать сам директор? Но ответ не заставит долго ждать. Вот они уже у лестницы к кабинету Дамболдора. Мародёры и деканы остались ждать здесь, а Эш стала подниматься к нему. Раз ступенька, два ступенька, три, четыре, пять…десять. — Здраствуйте, профессор Дамболдор! Вы ждали меня? — Здраствуй, Эшлин. Ждал. Проходи, пожалуйста, присаживайся. — Он грустно улыбнулся, пропуская студентку к столу. — Профессор, что произошло? — девушка села на кресло, оставляя его за спиной. — Эшли, я не имею права задерживать Вас, но сначала, давайте я налью вам чай… будете лимонные дольки, шоколад? — Профессор Дамболдор… давайте без формальностей. Будьте немного прямолинейнее, пожалуйста. Тем более, как я поняла, это важно. — Альбус обречённо вздохнул. — Мисс Розье, Ваши родители были прекрасными и сильными волшебниками. Они полностью оправдали наше доверие, как чистокровные маги, ведь они не вступили в ряды Тёмного Лорда. Я был очень горд за них… но всё имеет способность заканчиваться… — Я рада, что они прекрасные люди, но почему Вы говорите в прошедшем времени…? Только не говорите, что… — зрачки Розье уменьшились, руки, лежащие на столе, задрожали, глаза заблестели из-за солёной пелены. — Не-е-ет, Вы же врёте, правда? Это розыгрыш Поттера, да? С-смешнно… — Мисс Розье, я понимаю Ваши чувства… — Дамболдор прошел к Эш и налил воду в стакан. — Выпейте. — девушка послушно выполнила просьбу, её руки также тряслись, на щеках проявились венки. Эшлин резко поднялась из-за стола, и, чуть покачнувшись, направилась к выходу. — Это из-за Пожирателей Смерти, да? Они же не сами… они же сильные… — её голос дрожал, как струна сопрано на скрипке, предательские слезинки покатились из её глаз, мешая идти дальше. Не дождавшись ответа, последняя живая наследница великого рода Розье покинула кабинет Дамболдора.       Раз ступенька, два ступенька, три, четыре, пять, шесть, семь. Девушка остановилась, начав осознавать происходящее. Восемь… Не имея более сил идти дальше, Эш бахнулась на предыдущую ступень. — Нечестно… нечестно, нечестно, нечестно… — она положила голову на колени, — Почему так…? Почему они? — с каждым словом её голос усиливался.       Спустя минут пять, Эшли поднялась на ноги, смахнула слёзы с щёк и поправила волосы. Две ступени и дверь — всё, что она видела перед собой. Ну же, вперёд! Шаг, второй… рука докоснулась до золотой ручки. Выдох, небольшое движение руки и перед ней — Макгонагалл, Слизнорт, Поттер, Эванс, Люпин и… Блэк, вроде. Но всё размыто. Она неуверенно шагнула, опять покачнулась и зажмурила глаза. — Да всё же не так плохо, правда? — Розье посмотрела в промежуток между Люпином и Блэком, шагнула вперёд. Молчание длилось жутко долго. — Профессор Слизнорт, я могу не идти на оставшиеся занятия? — риторический вопрос. Девушка попыталась выдавить из себя хотя бы мелкую улыбку, получилось, но слёзы опять наполнили глаза и явились на щеках, блестя на утреннем солнце. — Мне нужно зайти к мадам Помфри, если Вы не против… — А! Да, милочка, конечно. — наконец ожил Гораций. — Вас проводить? — мародёры удивлённо смотрели на происходящее. — Мы могли бы… — Лили с грустью посмотрела на Розье. — Хорошо. Мисс Розье, обращайтесь к нам, если нужна будет поддержка или помощь. — Ладно… Спасибо… — Эш не переставала смотреть в одну точку, конец коридора, — Я п-пойду, п-пожалуй. До свидание.       Эшлин первая пошла вперёд, оставляя остальных позади. Мародёры спохватились и пошли за ней. Деканы лишь стали переговариваться, время от времени употребляя фразу «бедная девочка», а потом поднялись к Дамболдору. — Зачем? — на полпути от больничного крыла Эшли внезапно задала этот вопрос. По её голосу сразу стало понятно, что она уже не плачет. — Эш, что он сказал? Что случилось? — Лили, которая ещё недавно, до встречи с Джеймсом, была лучшей подругой Розье, волновалась за неё. Эш остановилось и подошла к окну. — Ничего же не случилось плохого, правда? — Л-ли, что дальше? — Розье часто называла Эванс «Ли», — Я же несовершеннолетняя… М-меня ис-сключат? — девушку сильно трясло. Лили подошла к ней и обняла, а потом отстранилась, взяла лицо Эш в руки и сказала: — Что бы не случилось, мы рядом, слышишь! Всё будет хорошо. Я рядом, Сева тоже, слышишь? — но попытки всё исправить не делали лучше, даже наоборот ухудшали положение. — Эванс, так не работает! — Сириусу уже порядком начала заедать эта ситуация. — Отойди, она не маленькая уже, не надо сюсюкаться. — он перевёл взгляд на Розье. — Эшлин Алекс Розье, хватит ныть! Что случилось? — Ты идиот! — Эш отошла от них и направилась в подземелье. — Нахера вы со мной пошли? Посмеяться? Спектакль окончен! Расходимся! — она истерически рассмеялась и свернула за угол, а пройдя ещё пару шагов, девушка прислонилась к стене и скатилась по ней на пол. И даже не заметила, что её палочка выкатилась из кармана мантии и покатилась в соседний коридор, где до сих пор стояли ошарашенные мародёры и Лили. — Эшлин! Ты что, издеваешься?! Не дай Святой Годрик, ты в обморок упала! — Лили уже начала волноваться. — Эш!       Люпин решил не слушать крики, пошёл к Розье, поднял её палочку и увидел её, сидящую на каменном полу, рядом со стеной, а в её руках сидела чёрный филин — вестник дома Розье, к его лапе было привязано чёрное письмо. Римус подошёл ближе к девушке. — Чёрный филин… как я понял, это вестник смерти дома Розье, да? — Верно подмечено, но он не чёрный, а нефритовый… Алекс. Прям как моё второе имя. — девушка пыталась успокоиться, и это у неё получалось хорошо. — Кто у тебя умер? — Тебе не всё равно ли? — Может, и всё равно, но лучше выговорись, хорошо? — Знаешь… я… у меня все хорошие воспоминания с ними связаны, … а они так просто взяли и ушли. Я ещё вчера отправила им письмо о матче… они хотели приехать. — она держала в руках ещё одно письмо, но белое и уже развернутое. — Не успели. Я-я не знаю, что будет дальше… и вообще, у меня других родственников нет, только сумасшедшая амёба, прилившая к Волан-де-морту… — Твои родители были бы счастливы видеть тебя в игре. И пусть, их живые сущности никогда не будут рядом, их души всегда будут с тобой… во-о-от здесь. — Римус показал на своё сердце. — Всё будет хорошо. — Лунатик, ты что, в психологи к змее записался? — Поттер вышел из-за угла, — Или вы любовники? — Джеймс, не неси чушь! — Блэк протянул руку Люпину, и тот поднялся на ноги, — Человеку тут и без тебя тошно… Мы всё слышали. Мне жаль. — Мне не нужны твои сожаления. — Розье поднялась с пола, забрала палочку и подняла письма. — Алекс, лети обратно. — филин вылетел в окно. — Лили, если встретишь Снейпа, то передай ему, что он отдал мне не тот учебник. — девушка перевела взгляд на Поттера, с презрением осматривая, — Поттер… говорят, ты раскис. И они не врут. Твои придирки с каждым разом всё хуже и хуже, даже не обижают. — Розье прошла мимо компании, тихо прошептав Люпину: «Спасибо». — Ты стерва! Какой была, такой и остаёшься, что бы не произошло! Тебя ничего не поменяет. — Джеймс принял лёгкое унижение близко к сердцу и вырвал своё эго наружу. — И что дальше? Сломаешь ей руку битой? Поттер, я тебя не узнаю. Идите на занятия. — Лили побежала за бывшей подругой. — Эш, подожди, пожалуйста! Пойдём к мадам Помфри. — и девушки пошли к Помфри, несмотря на сопротивление Розье. — Расскажешь полную картину того, что случилось? — Маму с папой убили. Я не знаю что делать после конца этого года. — и она продолжила идти, хотя Эванс остановилась и покачнулась в ужасе. — К-как?.. — она ожила и догнала Розье, — Мне очень жаль, они были прекрасными людьми… — Хватит, Лили. Мне уже и так тошно. Я и сама знаю… какими они были. — девуша огорчённо вздохнула, — Мы уже пришли.       Мадам Помфри дала Эшлин успокоительное, и попросила Лили посидеть с девушкой в подземелье, пока та не уснёт. Эш была против, но Эванс согласилась. В школе раздался звонок. Конец четвёртого урока. — Ли, я иду на зельеварение. И да, возражения не принимаются. Если хочешь, можем вечером встретиться в подземелье или в вашей гостиной, я принесу колдографии с родителями, поностальгируем. — Ладно… отговаривать не буду. Я не против, приходи в 17 к нашей гостиной, я тебя впущу. Береги себя, пока! — Ага, до встречи… — девушки разошлись.       Розье пошла на зельеварение, как и сказала Лили. Это пара проходила совместно с гриффиндорцами. И Эшли повезло, ведь Слизнорту пришлось сократить сегодняшний урок вдвое, из-за собрания профессоров. — Мисс Розье! Я думал, что Вы не появитесь на моём уроке из-за родителей. Но Вы пересилили себя. Вам уже легче? — Профессор Слизнорт, да, уже немного легче. Давайте не поднимать эту тему на людях, пожалуйста… — девушка смущённо улыбнулась преподавателю. — Да, конечно, как Вам угодно.       Урок уже начался, все места, даже рядом с Севой, были заняты… а, нет. Осталось место… с Блэком. — Если я села рядом, не значит, что простила. — прошептала она. — Как тебе угодно, миледи. Не ожидал тебя ещё увидеть сегодня. — Поттер, сидевший на парту назад тихо хихикнул. — Джеймс успокойся… — Блэк устало закатил глаза. — Хочешь, посидим вечером в Астрономической башне? — Нет. Во-первых, я занята, во-вторых у меня траур. Мне не до твоих глупых свиданий… — Занята… У тебя свидание с Снеггом, что ли, Эш? Траур у неё. Смешно. — Тебя это не касается.       Урок закончился через мучительные 50 минут. Сириус всё время брал чернила Эшли, а ещё, пару раз точно, хватал девушку за кисть руки и держал её в таком положении немного времени, пока Розье возмущалась. — Я никогда больше с тобой не сяду, даже если с тобой будет последнее свободное место. Идиот! — Розье! Тебя почему на прорицании не было? Твои сокомандники сказали, что ты у Дамболдора. — Снейп выглядел немного странно, ведь обычно ему всё равно, где Эшли. — Эх, Сева-а-а я так голодна… пойдём на обед. — Эш хотела отлынить от допроса. — Ты же мне всё расскажешь? — Не-а — Эшлин! — Ладно-ладно… спокойно!       Все отправились на обед. На удивление многим слизеринцем и гриффиндорцам, Сириус сел за стол Слизерина, по правую сторону от Эшлин, и Снейпу пришлось сесть в другой конец стола, ведь больше свободных мест не было. Блэк старался разговорить Эш, но у него это не слишком хорошо получалось, и, в конце концов, она ушла, почти ничего не поев. Он пересел за свой стол. Северус наблюдал за этой «парочкой» и ушёл из Большого зала чуть позже Розье, решив догнать её и расспросить обо всём. — Эшли. Ты так и не ответила. — Сев. Может не надо…? Если хочешь, то спроси у Дамболдора, ладно? — Ладно… но дай хотя бы намёк на то, что случилось. — У неё родители умерли — доволен, Снегг? — Блэк снова появился из ниоткуда. Северус удивлённо уставился на подругу, а потом на Сириуса. — Что? Эшлин, это правда? — Я не хочу, чтобы это было правдой. Но я не могу ничего изменить. — Мне жаль, я тебя понимаю… Я, пожалуй, пойду. Не хочу вам мешать. Заходи, если нужна будет поддержка. — Северус скрылся за поворотом, а потом девушка перестала слышать даже его шаги. — Ты что натворил?! Блэк! Идиот! Я так долго… Чёрт, не важно… Зачем?! — девушка была полностью разочарована в Сириусе. — То, что должен был. Теперь ты свободна? — НЕТ! У меня были другие планы, не с Северусом. Но ты испортил мне всё настроение куда-либо идти. — слизеринка развернулась и пошла в подземелья. — Передай Лили Эванс, что я не приду!