То, что ценно

      — Значит, появился новый продавец? — Спросил Вилли Вонка у Дорис. Он сидел в кресле и крутил между пальцами карандаш. Дорис начала что-то показывать жестами, но Вилли холодно посмотрел на нее и жестом руки остановил ее. — Достаточно. Мистер Уильямс утвердил его? — Кивок. — Пусть он постажирует его.       Дорис что-то показала жестами. Вилли покачал головой.       — Что ж, это печальная новость. Значит, придётся новому продавцу всему учиться самому.       Дорис снова что-то показала. Вилли рассреженно хлопнул ладонью по столу и рукой указал на дверь.       — Еще слово, и я лишу вас жалования! Не надо меня учить, как руководить людьми. А этот человек пусть сам разбирается. Или людям не нужны деньги?!       Дорис ничего не ответила и покинула кабинет мистера Вонки. А мужчина развернулся в кресле и посмотрел в окно. Маленький домик семейства этого странного мальчишки все стоял на том же месте, крыша была заделана. Вонка взял с подоконника бинокль и приложил к глазам. Худенькая фигура в драной одежде, с накинутой на плечи рваной шерстяной шалью, развешивала постельное бельё на веревку. Вонка хмыкнул. Зимой развешивать бельё на улице — такое себе удовольствие. Хотя в этом домике не было даже места для маленького мальчика. Почему этот мальчишка не поехал с ним? Ведь у него на фабрике есть место для игр, раскрытия творческого потенциала; умпа-лумпы прекрасно готовят и очень бережно относятся к одежде и вещам своего хозяина. Здесь намного лучше, чем в этой маленькой халупе с парализованными стариками. В этом домишке стоит ужасный запах, в том числе и лекарств.       Вилли поморщился и убрал бинокль обратно. Прикрыл глаза. Он никогда не забудет запах лекарств, царящих в доме его отца. Тот был самым крутым стоматологом, который по неким причинам вынужден был работать дома. Маленькому Вилли Вонке не были известны эти причины, но наличие кабинета в доме, в самой большой комнате, накладывало некие ограничения на жизнь мальчика. Так, ему нельзя было заходить в кабинет, это и понятно. Он и не заходил без надобности. Но еще ему нельзя было даже домой приводить своих друзей, и это расстраивало мальчика. Он не понимал, почему ему нельзя приводить в свою комнату друзей и играть с ними. Отец ничего не объяснял и за непослушание жестоко наказывал его. Одним из таких наказаний было появление намордника с ужасным шлемом. Вилли теперь всегда улыбался, но ночами, когда отец разрешал избавиться от этого намордника, ревел в подушку. За это, если отец слышал его рыдания или утром видел покрасневшие глаза, следовало наказание. Отец делал все, чтобы у Вилли не было друзей. Но они были, ведь маленький Вилли Вонка был добрым и умным. Он хорошо учился в школе, любил эксперимертировать и наблюдать за людьми, и всегда помогал друзьям. У него было желание уйти от отца, но не было желания бросать школу.       Какой-то стук на улице заставил его вынырнуть из неприятных мыслей и воспоминаний, и он посмотрел в окно. На дороге случилось ДТП, в результате которого одна машина вылетела на тротуар и врезалась в бетонное ограждение. Мужчина поморщился — машина врезалась в его забор! Тяжело вздохнув, он взял бинокль и посмотрел на этих жалких людишек. Из машины, что врезалась в забор, долго никто не выходил, но потом дверь открылась, и вышел мужчина с разбитым носом. К нему подбежал водитель другой машины, они стали о чем-то разговаривать. Потом приехала полиция и скорая помощь, за ними подтянулся эвакуатор, и через час после удара все вернулось на свои места. Вилли отложил бинокль, вернулся к своему столу и нажал кнопку селектора.       — Дорис, зайдите ко мне. — Сказал он недовольным голосом. Вскоре пришла умпа-лумп. — Ночью надо заделать дырки и неровности в заборе. Всё, свободны.       Дорис ушла, а мужчина снова унёсся в раздумья и неприятные воспоминания. Все мысли крутились вокруг этого мальчишки.

***

      Мистер Бакет сразу согласился работать в маленьком магазинчике Вилли Вонки. Роберт Уильямс, пожилой продавец, успел объяснить основные обязанности в работе, показать, как пользоваться кассой, а на следующее утро был доставлен в больницу с пневмонией. Его не успели спасти. Мистер Бакет принялся работать на новой должности и учиться работать с кассой. Он никогда раньше не был продавцом. В воспоминаниях были слова дедушки Джорджа, когда тот еще не был дедушкой, что сын у него тупица, каких еще поискать, и что его очень легко облапошить. Потому что в детстве очень часто его обманывали, а он не сразу понимал, что его обсчитывали.       Теперь дедушка Джордж каждое утро напоминал своему сыну о тех давних событиях, задевая его самолюбие, и мистер Бакет старался не срываться. К тому же буквально на третий день работы на новой должности приехал грузовик, наполненный коробками со сладостями. Они были очень тяжёлыми, и после разгрузки грузовика мужчина почувствовал боль в спине. Надо было это все выложить на полки, выучить текст о конфетах и рассказывать это покупателям.       — Ты выглядишь очень уставшим, — после третьего дня работы сказала миссис Бакет. Он протёр лицо руками и посмотрел на сына, а потом на жену.       — В вакансию продавца входит разгрузка и выкладка товара, уборка помещения, котовка кофе клиентам небольшого кафе. И все это за четыре доллара в час. Он издевается?!       — Я говорил тебе, что ты раздолбай и идиот. Как был им, так и остался. Ты ничего из себя не представляешь, — проворчал дедушка Джордж.       — Пожалуйста, успокойтесь, — сказала миссис Бакет, поглаживая мужа по спине. Мистер Бакет чувствовал себя плохо, в первую очередь из-за того, что свидетелем этого разговора стал Чарли. Его вообще не должно это касаться, и он не должен видеть, как унижают отца. Мистер Бакет вздохнул.       — Пап, а давай я помогу тебе? Я буду расставлять по полкам товары, — сказал Чарли.       Мистер Бакет засомневался, но сын выглядел настойчивым, и вскоре он сдался. По крайней мере, расставлять товары по полкам не так уж сложно.       Сладости покупались каждый день, доставка была частая, и к концу первой недели мистер Бакет почувствовал, как болит спина. Не хватало еще сорвать спину, работая на этого человека. За такие гроши, да еще и подвергаться постоянно стрессу и штрафу. Штрафовали за все: уронил конфетку — штраф, клиент ждёт больше минуты кофе — штраф. А уж если при снятии отчёта в кассе окажется на один цент больше, то наказание. Если меньше, то недосдачу просто вычтут из зарплаты. Мистер Бакет думал, что мистер Уильямс утрирует, но оказалось все еще хуже.       Через полторы недели напряженной работы отца Чарли решил ему помочь. В школе были вынужденные каникулы из-за вспышки гриппа, многие его одноклассники болели, и школу закрыли. Мальчик некоторое время тоже чувствовал себя неважно, но, почувствовав себя получше, пришёл в магазинчик, чтобы помочь своему папе.