Её любовь звали ненависть к своему телу.

Откосить от армии казалось Аннушке легче, чем от тарелки с едой. Её вполне устраивало положение того, что она ничего не ест и идёт к своей цели — похудеть до хрен знает скольки килограмм. Она не видела в своей зависимости никакой проблемы, считая это нормой. Все немного переживают по поводу лишнего веса, просто она немного сильнее остальных. Весы в квартире Попова теперь для неё были под строжайшим запретом. Ими могла пользоваться только Олеся. Постепенно, а точнее спустя день после такого заявления Серебрякова смирилась и забыла о существовании такого прибора, как весы. Или делала вид, что забыла. Признавать себя больной на голову она всячески отказывалась. И сколько бы Попов не заверял её, что нужно обратиться к психотерапевту и вообще всё это ненормально, блондинка стояла на своем: она в полном порядке. Но тем не менее прятала заживающие шрамы на руках под браслетами из бисера. В доме за ней установили тотальный контроль. Иногда девушка фырчала, что заключенным в тюрьме и то больше свободы дают, но её пыл тут же подавляли фразой: — Они хотя бы не анорексички, как ты.

«Но я же в порядке!»

Хотя внутри ещё адекватная часть сознания стучала по всем дверям, оповещая о тревоге. Так быть не должно. В мире есть масса клёвых вещей, завораживающих моментов и незабываемых эмоций. Кроме тупой зацикленности на собственном весе и количестве калорий в пище в мире есть тьма-тьмущая разных увлечений! По пальцам невозможно пересчитать. И неужели так круто отгородить себя от этого, загоняя себя в мир собственных выдуманных проблем? И как грустно, что многие девочки и мальчики, болеющие расстройством пищевого поведения не понимают всего ужаса, куда они скатываются с каждым днем.

(Автор настоятельно просит ребят, столкнувшихся с такой проблемой предотвратить её ещё с самого начала. Если вы не сделаете это при первых отголосках, то дальше будет сложнее расстаться с заболеванием. Любите себя такими, какие вы есть и плевать хочется на других. Наша жизнь — одна. Здоровье не купишь. Так не будем же терять драгоценные годы на тупую херню!)

***

— Я начинаю путать дни, месяцы, года! Я схожу с ума, Аня, как называется то слово? — Настя всячески старалась растянуться на парте с каждым разом всё трагичнее, чтобы какой-нибудь добрый и умный человек увидел, что она не в состоянии писать лабораторную по химии и отправил её домой или на крайний случай в буфет есть сосиску в тесте. — Анахронизм, — не глядя на подругу, пробубнила Серебрякова, погруженная всем своим сознанием в небольшой текст в телефоне. — Ну вот! — довольно подскочила Ведьмина, поправляя свои растрепанные волосы, чтобы выглядеть не как одуванчик-Петя. — Зинаида Пална, я больной на голову. Видите, мне Аня диагноз поставила ана. хрома… Как ещё раз? — Анахронизм, — повторила блондинка. — Да, вот это слово, — состроила лыбу девочка-ведьма, гордо вскинув подбородок. — И это не диагноз. Ты просто путаешь временную последовательность различных событий. Не волнуйся, лабораторную напишешь, — добавила синеглазая, обломав, как говорится всю малину. Химичка — женщина довольно пожилая, с большими очами, маленькими глазками, низкого роста, но с большим багажом знаний — одобрительно хмыкнула. — Что, Настюш, не удалось откосить? — и ехидно ухмыльнулась, оголяя блестящие золотом зубы. Ведьмина обиженно фыркнула, падая на твердую парту лбом. Двойка на двойке, а вот ещё и одна скоро подоспеет. Просто класс, шик, блеск и полный п*зд… Серебрякова наконец соизволила оторвать свои глаза от телефона, всматриваясь в ситуацию за соседней партой. Подружка царапает длинными чёрными ногтями стол, приговаривая маты обо всём положении в принципе. Химию она не понимала и понимать не хотела, но иметь хотя бы три в четверти ей очень и очень хотелось. — Аннушка, — оживилась ведьма. — А может всё-таки командная работа? — она состроила такие умоляющие глаза, что отказать было попросту невозможно. Блондинка рассмеялась, одарив подружку доброй улыбкой и положительно качнула головой, соглашаясь на эту схему. — С меня шоколадка, — подмигнула Настя и расплылась на парте, уже не чувствуя за собой того страшного груза неуспеваемости за предметом. — Оставь себе, я не люблю сладкое, — заключила синеглазая и уткнулась снова в телефон не в силах оторваться от текста статьи.

***

Факт остается фактом, Аня пыталась откосить от кормежки. Такие хитрые бегства от проблем она называла «аферой в сети рпп». Дома это делать получалось путём небольших манипуляций с салфетками и чихом. Также в плане по спасению фигуры помогали два лучших друга — Бисакодил и Фуросемид. Эти таблетки желудок видел чаще, чем любую пищу. И Арсений Сергеевич о таких трюках конечно же не догадывался. Зря..... Но если дома всё было чики-пиборум, то в школе — нет. Откосить от еды там было невозможно. Поэтому единственное решение, которые пришло на ум нашей нездоровой девице — играть в прятки. Благо с местом укрытия подфартило. Владимир Иванович, историк, любезно согласился хранить её секрет в замен на некую услугу, которую он придумает позже, когда будет нужно. Поэтому уже неделю на каждой большой перемене Аня скрывалась со всех радаров, тихонько попивая чаи с историком, болтая о восстании декабристов. А своему надзирателю она говорила, что либо исправляет оценки, либо заговаривается с кем-нибудь в коридоре так, что забывает о обеденной перемене. — А в лоб? — однажды Серебрякова не успела скрыться. Учитель русского и литературы появился за спиной так неожиданно, что девочка вскрикнула от испуга. С ошарашенными глазами, она обернулась на носителя такого знакомого голоса и невольно фыркнула: — Ты. Когда. Перестанешь. Меня. Пугать? — чеканит она, складывая руки на груди. Сегодня её образ немного отличался от остальных. Излюбленной «дарк академии» она решила дать отдохнуть и напялить что-то в стиле «что под руку пришлось». Но в любой «тряпке из секонда», как она любила называть свои шмотки, одиннадцатиклассница выглядела на все 180 процентов красоты. Сегодня вместо коричневых брюк — чёрные джинсы, вместо белой рубашки и строгого жилета — мягкая объемная кофта. Макияж тоже отличался. Сегодня по запросу Олеси Жаровой Аня впервые за этот учебный год пришла в школу с большими стрелками и довольно яркими тенями. А нечего было в дурака онлайн рубиться утром! — Когда Пиявка из Лунтика свиснет, — огрызнулся учитель. — Есть идём? — Ответ очевиден, — ну воевать, так воевать! Прости, Арс. — Аня, — грозно рявкнул русист, силком пихая девушку к двери на лестницу. — Это не шутки!

«Мы встретились в маршрутке под номером «1». Едем и молчим.»

Отставить деградацию! Соберись, тушканчик, пора действовать, как взрослая и независимая женщина… — Ну не-ет… — закончила девчонка, старательно упираясь в свою позицию. — Либо по доброй воле, либо идем к психиатру, — заключил Арсений. Нет, он не злился на свою фею за эти выкрутасы. Он прекрасно понимал, что такие методы, как насильная кормежка — не выход. Серебрякова должна сама захотеть вылечиться. Здесь работает такая же схема, как с наркоманами: хочешь — лечись, не хочешь — труп. Но вот только вторая часть цитаты мужчину не устраивала. и он всячески хотел вбить в голову своей девушки, что лучше вылечиться. Но там было всё не так просто. Блондинка сделала вид, что задумалась, а на самм деле тянула время. Но путом всё же решилась попробовать поесть хоть немного, ибо почему нет?

Все едят и ничего! Живые, счастливые и здоровые ходят. А я чем хуже?

«Да много чем» — мурлычет внутренний голос, который девушка со страхом отгоняет прочь. Страшно, что кто-то внутри толкает её всё дальше и дальше в пропасть. И в этой пропасти наверняка ничего хорошего нет, уж это Аннушка знает точно. Поэтому бы не дать себе ещё один шанс на ремиссию — не смертный же приговор, верно? По крайней мере сейчас.

Да и тем более я бисак утром съела. Всё выйдет.