Геометрически неправильные фигуры.

Не сказать, что после их милого знакомства с Майки он стал относиться к нему как-то иначе. Он все так же пепелит его взглядом при любой возможности, когда им (к несчастью) удавалось с ним пересечься. Такемичи после того демонстративного укуса визжал часами. Ведь даже с Хиной они не дошли до этой стадии, а с Манджиро бах! И тадах. Они вроде и не встречались толком, но так решил Майки, а его слово это закон. Наличие этой метки все равно не отменяла его регулярные испытания. Он как бы стал ненавидим всеми членами-сектантами той группировки. Ну и его стали презирать чуть ли не со всех сторон. Подумать только, Токио такой огромный город, а этих гопарей, которые его теперь ненавидят всей душой, где только не найти! Даже в его любимом магазине манги на него косо подсматривают и шушукаются как о "расточитиле". Он, видите ли, портит всю прекрасную идиллию их отношений одним своим присутствием. А он даже ни черта не делал! Ну спасибо. Может Майки не нравится, что у него больше влияния на Мичи? Ну, типа, он сказал ему не писать Майки и тот не писал. Сказал не доставать его и тот не доставал. А Майки ему запретить общаться с ним не может, поэтому он бесится? Хорошая теория о которой он подумает позже, тогда когда его не будут как заложника опять держать на этом чертовом собрании гопарей.

***

— Господи, Ками-сама, Манджиро! — хлопает его по голове Эмма. Тот опять лежит на полу, как мешок с картошкой и вообще-то он может заболеть! Куда Доракен смотрит? — Аааа.. — скулит он, ластясь к ноге сестре, дыша ей чуть выше стопы. — Потом помолишься мне на коленях, вставай, — слегка одёргивает ногой Эмма, но ее очень умный брат вцепился намертво и не отпускает. — Молодец, продолжай в том же духе и у нас реально появиться секта, уже посвященная твоей сестре, — хмыкает Баджи, гладя Казутору по голове. Помирились. — Эмма, моя дорогая сестра, — девушка на это чуть ли не плюет в него. — Скажи, что со мной не так? — Всё, Майки, — говорит за нее Кен, — С тобой всё не так. — Всё с тобой нормально, — Майки приподнимается, утыкаясь ей теперь в колено, жалобно хныча. — Ну всё-всё. Блондинка гладит его по голове, мягко улыбаясь. — Фу, — комментирует это Баджи, все ещё поглаживая Тору по голове. — Кто бы говорил, — хмыкает Ханемия. — Почему Такемичи вечно с этим Чифую? Чем я хуже! — Майки вскидывает руками, но, не расчетав силы, падает и бьётся головой о пол. Он продолжает скулить и переворачиваться с бока на бок, но по прежнему не двигаясь с места. — Чифую неплохой, Майки, — уверяет его сестра, наклоняясь к нему, — Попробуй с ним подружиться, хорошо? Она улыбается, а Майки бурчит что-то в ответ. Наверное стоит попробовать.

***

Его подловили на ежедневном походе в магазин манги в целях просмотра чего-то новенького. Усадили на жесткое сидение этой штуки и заставили поехать с собой. Ужас. А когда он пришел, Майки любезно пригласил его посидеть рядышком с собой, похлопав по месту, сзывая, как собаку. Он так же любезно принял его приглашение и с такой же лучезарной улыбкой, как у него, уселся рядом. Видимо собраниями чаще занимается этот Кен-чин (или кто он там), ведь Майки за все эти два (по сути три) раза только стоял в сторонке, поглядывая на всех без интереса. Это ладно, но его-то он зачем к себе приволок? Делать нечего что ли? А самое главное, что Такемичи он не видел. Вообще. Пиздец. Его оставили одного! Осознание этого хуже всего отразилось на его лице. Он готов поспорить, что если бы не огромная голова этого амбала с татухой дракона, то это скорбное лицо увидели бы все. Майки, как ни странно, даже в сторону его не смотрит. Хотя нет, говорит. — Знаешь, — начинает он, даже не смотря в его сторону, — Рядом с вашей школы открыли новое кафе.. — он делает паузу, Чифую поспорить готов, что повесился бы, если бы он не закончил эту фразу, — Ты можешь меня угостить, — с улыбкой сообщает он, немного поворачиваясь к нему. А нет. Он все же повеситься.

***

Он всегда был, есть и будет третьим колесом. Ну потому что мешать свиданию Майки, мороженого с вишенкой и ложкой между ними надо ещё постараться. А он и это переплюнул. Он сумел даже заговорить с ним. Спросить как дела, как Эмма и как, блять, Такемичи. Как будто последнее он и без него не знает. Хотя, Майки ведь не привозил его на собрание, как Чифую, поэтому, наверное, вопрос был корректный. В любом случае, Майки, по всей видимости, вступил в благотворительный фонд слов, брошенных им на ветер, для жалких созданий вроде него, потому что он даже отвечает. Говорит обычное: "норм, супер, ахуеть, как классно" ну и все в таком духе. Потом они даже удосаживаются заговорить о том и сем, посплетничать о других, поугражать Мацуно (это он хотел бы пропустить), опять посплетничать, поболтать, пообсирать Такемичи, за то, что он такой тупой и.. Он немного пропустил момент, когда они из статуса отношений: "пошёл нахуй, я тя урою, сука ебная" перешли до: "пиздец, он олень, видел?". Они с Майки болтают, на удивление, много. Он и сам не знал, что может так много говорить с кем-то помимо Такемичи, тем более с его странным омегой-гопником-сектантом. Ну, как говорится, первое впечатление всегда ошибочное. Но уже к концу дня Майки доводит его до дома на байке, многозначительно хмыкая, увидев его развалюху в виде дома, а они уже лучшие подружки. У него в контактах с тремя номерами: мамы, Хины (немного заброшенный) и Такемичи, появляется новый — Майки. Странно? Пиздец. Удивлены? Мацуно и сам в ахуе.

***

— Чи-фу-ю, — тянет Манджиро, с подозрительно доброжелательной улыбкой на лице, — Слушай, а он оказывается не такой уж плохой. — Да что ты? Мне казалось, ты его расчленить собирался, — хмыкает Баджи. — Собирался, — попровляет Майки. — Чего так переобулся? — рассеянно спрашивает Па. — Я сходил с ним пообщаться поближе, как и говорила Эмма, — кивает парень, на что получает странные взгляды. — Чего? — бурчит тот. — Странно, что ты реально.. ну как бы.. серьезно, чел, ты вообще как? — то ли спрашивает, то ли утверждает, то ли соглашает Доракен. — В смысле, блять? Чего не так, говорю, я с Чифую подружился! — восклицает он. — Под-ру-жил-ся, — тянет последние буквы блондин. — Майки, для тебя несредственно, в принципе, заводить друзей, тем более без нашей помощи, а ещё тем более брать в друзей тех кого ты как бы ненавидел минутами ранее, — Мицуя проговаривал это слишком долго, трудно и нудно, поэтому Майки перестал его слушать ещё с самого начала их общения. — Ничего не знаю, где Казутора? Иди, я тебя потискаю, вместо твоего тирана Баджи, — он подзывает его руками и Казутора охотно плетется, пока Кейске пепелит их взглядом. Это давняя привычка, лет с двенадцати. Просто Майки был тем, чью городость, похвалу и любовь надо заслужить. А Тора именно это и любит. — Идите нахуй, мои любимые, — бросает Баджи, прежде чем выйти с поднятым средним пальцем.

***

— Просто.. странно, понимаешь? — Ты про что? — отвлекается от манги Чифую, смотря на друга. — Не знаю, я.. — неуверенно продолжает тот. — Не ссы, партнёр, — блондин выставляет кулачок, чтобы получить в ответ такой же, — Помнишь же, мы всегда со всем справимся. Мацуно лучезарно улыбается и Ханагаки, на удивление, не ревет. — Я люблю Манджиро, — внезапно серьёзно выпаливает он. — И не хочу что б он страдал. — Ну так не дай ему страдаться, — логично заключает он. — Нет, не в этом дело, просто.. Он слишком много на себя берет, а я могу помочь, но он не хочет! И.. — Эй, Такемичи, — Чифую на совсем откладывает книжку, — Помнишь, что сказала Хина? Поплачь, если это поможешь, — глаза Ханагаки налились водой, — Но, — он уже добавляет от себя, — Никогда не огладывайся назад и не жалей о содеянном, да и к тому же я рядом, как видишь. — У тебя ведь, — Такемичи утирает глаза, — появится кто-нибудь когда-нибудь. — Ну и, у тебя появился Майки, древесный черт, Господи, и что? Мы от этого меньше тусить стали? Нет, конечно. — Чифую, — хнычет Такемичи, — Ты лучший лучший друг на всём белом свете! — Мацуно невольно улыбается, потрепав его по голове. Такемичи налетает на него с объятиями, и не дай Бог кто-нибудь (например Майки) увидит их, им по-любому крышка. Ну всего-то, там вдалеке ходили два странных парня, с волосами, похожими на брокколи, и подумаешь, что один из них с вылупленными глазами тыкал в них пальцем. Всего лишь.