Геометрически неправильные фигуры.

"Пиздец" — думает Чифую, смотря на ахуевшего Такемичи. "Беспредел" — думает ахуевший Такемичи. "Жаренная курочка" — думает бессовестный Сано. День начинается, как всегда. Насыщенно. Тьфу на вас.

***

Не то чтобы Такемичи заебался, он просто ахуел от жизни и ее возможностей. А ещё всех спекторов её издевательств над ним, сначала бросив ему подарок, в виде Хины, которая в конечном итоге бросила его, а потом и Манджиро, который до сих пор с ним возится и грозится убить за любое неверно брошенное слово. А до этого бы ещё засранец Кисаки, который всячески ему мешал жить. Класс, а чем ещё можно мечтать? О не менее ебанутых друзьях того самого Непобедимого Майки о которых он знать ничего не желает! Не хотел он связываться с гопниками, не хотел! Просто мирно прожить жизнь, разве он о многом просил? А Майки свалился, как снег на голову и не отлипает. Как паразит. Он мало того, что присасывается к хозяину, так ещё и беды за собой несёт! Ну точно Манджиро. А кто ж знал, что у него не менее ебанутая семья из таких же, как он? Вот и он не знал. Эмма его предупреждала, что будут все, а ещё, что: "Изана церемониться не станет, а Шиничиро ещё поиграет в хорошего парня. Дед сразу прочитает лекции, а от остальных ничего хорошего не жди." Классно? Вот и он так считает. Но вот "все" оказались пол-Токио. Потому что: Во-первых, Шиничиро (старший брат Майки) бывший главарь Черных Драконов, у него дохуя знакомых. Во-вторых, пришла почти вся Тосва (приближенные Майки), а ещё какие-то друзья другого брата Манджиро (сколько их там?). В-третьих, Майки лично пригласил Чифую, не ну а хули нет-то? Они, типо, подружились, да и он хотел бы познакомить всех с Мацуно. Отличный повод и обстоятельства. А повод такой: какой-то непонятный, непрошеный альфа пометил самого Манджиро Сано, а-ля Непобедимого Майки. Интересно кто это мог быть? Старшие Сано тоже хотят узнать. А как правило не одна туса без индуса, а потому созвали весь двор. Чифую с Такемичи, как два бедных раба, стоят, хуят, ничего не делают, тупо пялят на друг друга, пытаясь понять как они оказались здесь, и как вообще докатились до этого. Ацуши и ребята, кончено, любили все такое, но не они-то точно. Как Мацуно вообще согласился очень трудно объяснить. Дело в том, что дома его ждало что-то в духе: "мать наказывает ахуевшего сына, за неубранную комнату". Поэтому пришлось слинять в непонятно куда его позвал Майки, всяко лучше упрека от матери. Ханагаки за это время успел вспомнить все походы в храм на молитву, на всякий случай. Надо было свечку поставить. Об этом он пожалеет позже, когда же парень по имени Пеян по-хозяйски кидает руку ему на плечо и начинает базарить, а с другой стороны подходит чувак по прозвищу Па-чин и бровками заигрывает с Чифую (он со всеми так делает?), то тошнит конкретно уже не только его. Потом Чифую предельно тонко намекает, что тот мог бы свалить, и в открытую посылает его. Па-чин на это не особо обижается, переключаясь на Такемичи, подстебывая его. Издевательства над Такемичи длятся недолго и уже скоро названные Пеян и Па-чин уходят докапываться до других. С такими друзьями он понимает почему они ужились. Скажи мне кто твои друзья и я скажу кто ты, да? Про Майки оно подходит на все сто. Лицо Такемичи выглядело настолько измученным, что на долю секунды ему аж стало жалко его. Серьёзно, зачем они все попёрли на него? По сути, он не успел отойти от одного появилось другое и так последовательно. Ладно, всего лишь на долю секунды, дальше все стало только хуже. Как и сказала Эмма: "Изана церемониться не станет". Потому в Ханагаки со всей силы (как он думает) врезается кулак и тот падает на землю. Чифую испугано смотрит на друга у которого кровь захлестнула ручьем и оглядывается на виновника этого "фонтана". — Бля.. — скулит Такемичи, приподнимаясь на локтях. Чифую сразу же бросается закинуть его голову назад. Пока этот винвоник оценивающе смотри на них. Хоть постыдился бы! Нет же, стоит как истукан. — Изана! — откуда-то кричит Эмма, держа в руках вату. — Слабак, — отвечает Изана даже не сестре. Он смотрит на Такемичи, бедного Такемичи, которого и так бьют без причин так и этот не пойми откуда взялся! Он уж точно неудачник по жизни. Эмма дико извиняется за своего "ещё одного тупого брата" и помогает Такемичи остановить кровь. Изана же в это время ниже травы тише воды, молчит, смотрит этой своей рожой и, если бы не манеры Чифую, он бы уже давно врезал по его наглому лицу. Где-то поодаль смеются два парня с башкой, как у брокколи и у Чифую смутное сомнение, что он их точно видел. Ещё бы, такую специфическую внешность забыть сложно. Где-то ещё дальше смеются тоже очень наглые рожи, один с косичками, другой с не менее тупыми волосами, откуда они вообще берутся? Чифую уверен, что не видел их на собраниях Тосвы, по крайней не тогда, когда он там присутствовал. После того как нос Такемичи остаётся в более менее презентабельном виде, начинается застолье. Тут бы надо сказать, что всё идёт очень даже гладко, но больше подойти антоним "очень нехорошо". Для них — для остальных же все в норме. Наверное. Такемичи закидывают уймой вопросов от этого, от того. Делали они что-нибудь с Манджиро или как давно они вместе, а ещё " какого хрена ты вообще вцепился в моего брата, тупой пиздюк", после чего раздается шлепок по шее, видимо, того самого Шиничиро, наистаршего брата Майки. Наконец-то. По шее ему дал, какой-то парень его возраста тоже с причудливыми волосами и какой-то саломинкой во рту. Чифую спокойно жует свою еду, пока Такемичи пытается притронуться к своей, не поперхнувшись. Взгляд этого Шиничиро так и вонзается в него с каждой силой. Мацуно мысленно молится за своего друга, желея, что не может хоть как-то ему помочь. Он чувствует, что к следующему дню (если они выживут) Такемичи во всех красках будет описывать ужас, который он испытал и, что в жизни больше никогда не пойдет на этот семейный сбор, но он-то и знает, что стоит Майки просто открыть рот Такемичи сделает все, что он попросит. М-да. Его друг влип по полной. Застолье, как и говорилось, прошло без кровопролития, поэтому Такемичи вздыхает спокойно, нормально со всеми знакомясь. Этот недо-павлин Вакаса, другой Ран, вроде, третий Хаккай, а этот.. — Каку-чан? Воцаряется тишина. — Такемичи? — Каку-чан! — Такемичи! Они налетают друг на друга, обнимаясь, и стоило ему почувствовать тогда ещё что-то неладное, но.. это же Такемичи. — Господи, ты так вырос Какосик! Я тебя даже не узнал! — воодушевленно говорит Ханагаки. — Я-то вырос? Ты себя видел, все такой же, а Плаксивый герой? — усмехается Какуче. — Это было давно, — смущённо бормочет блондин. — Эй, — окликивает их Изана, — Это что? — Это Такемичи Ханагаки, мой старый друг и герой! — Какуче улыбается, а блондин уже чувствует, что у него из носа опять пойдет кровь. — Почему я тебя раньше не увидел? — решает поменять тему он. — Я недавно пришел, дела были. — Ага, поэтому иди-ка погуляй, — говорит Изана, смотря в сторону Такемичи. — На самом деле он очень крутой, Изана, — Какуче по-дружески треплет его по голове и отходит "погулять", как выразился Курокава. — Ого, даже Какуче признал его крутым, — усмехается парень с косичками. Ран вроде? — Что ж в нем особенного? — хмыкает его вроде-брат-а-вроде-нет. Чифую, стоявшей рядом, хочет окликнуть его и сказать, что нихуя он не прав и в Такемичи есть, что особенного, но молчит, ибо его всё равно не послушают, а с учётом его длинного языка, все может стать ещё хуже. Сам же Такемичи в это время упорно делает вид, что не видит стоящего перед ним Изану в притык и у него очень даже плохо получается. Майки где-то тусит там со своим Баджи и Кеном, пока он тут подыхает со всех сторон. За что ему это? — Ханагаки Такемичи? — над ним появляется тень высокого парня, с длинными волосами и странными штуками на лице. — Д-да? — он пытался звучать не так скорбно, но у него не получилось. Чифую где-то там усмехается. — Если сделаешь что-нибудь моему Королю, я тебя на фарш отдам, — совсем невесело улыбается он. Такемичи неуверенно кивает. Когда тот отходит, он сдерживает порыв не показать ему язык. Просто подошёл, даже не поздоровался и пригрозил, охренеть, да? А вот Чифую не сдерживается и показывает фак, но его, кроме Такемичи, никто не видит. — Может свалим уже отсюда? — предлагает ему Чифую, когда он подошёл ближе. — Не могу, Майки меня пригласил, да и это невежливо.. — отговаривается Такемичи. — А тебя мама прибьет, если хоть покажешься в радиусе ста метров, — хмыкает он. — Я не виноват, что Пик Джей натворил дел и оставил их на меня! — возмущается Мацуно, пихая его локтем в бок. — Ай, можно не так больно, — хмурится блондин. Чифую тыкает ещё раз. А потом ещё. И ещё. Теперь тыкает и он. Война тыколок, так сказать. Они тыкают друг друга, пока Чифую не приступает к тайному оружию, и не начинает его щекотить. Такемичи сдерживает, ведь хохотать на весь двор ему не хочется. И не в гостях. Хотя, наверное здесь можно было бы поставить вывеску: "клуб издевательств над этим придурком с именем Такемичи". Было бы много добровольцев. Чифую перестает его щекотать, когда на них опять странно поглядывают и приподнимается, дабы помочь Такемичи не свалится. — Не думал, что мы вот так вот встретимся, — раздается до боли знакомый голос. Такемичи его точно не перепутает. — Да что ж опять, а, — Чифую смотрит в сторону недоброжелателя, слегка сморщив нос. Фу. — Кисаки, — Такемичи морщится. — Ханагаки Такемичи, — хмыкает он, не удосужив Мацуно взгляда. На удивление на них никто не смотрит. — Ты чего здесь забыл? — вместо него говорит Чифую. — Я являюсь капитаном третьего отряда Тосвы, — гордо говорит он. — А вы что тут делаете? — Да так, хуи пинаем, не видно? — саркастично отвечает Чифую. — Все на что вы способны, — заключает он и уходит. Такемичи выставляет руку перед другом, чтоб тот ничего не натворил, но выходит скудно. — Эй, Кисаки, — чуть громче зовёт его Чифую. На этот раз на них оборачиваются, — Пожри говна, ублюдок! Сопровождает он это все средним пальцем в сторону Тетты. Кисаки фыркает. — И тебе привет, Мацуно. — Я тебя не спрашивал, засранец! Попадись мне ещё раз на глаза — убью, — рычит он. Кисаки ухмыляется, также показывая средний палец. Значит Чифую вывел его из себя. Он слегка улыбается, чувствуя как Такемичи жалобно стонет о том, что теперь его все опять будут изучать вопросами. Тетта почему-то не уходит. — Тачибана будет моей, — заключает он. Чифую хотел бы сказать, что это как бы не уместно говорить это здесь и вообще никакое дело к этому не имеет, но вздыхает, ведь это — Кисаки. А этот засранец слишком помешен на ней. — Да ты заебал! — вопит Ханагаки. — Никому не сдался твой ебаный кризис средних лет, Кисаки! И твоя чертова одержимость тоже! Тетта недоуменно смотрит, не понимая, причем тут кризис средних лет и одержимость? Длинный, как столб, парень рядом с ним смеётся. — Думать сначала научись, Ханагаки. Ты вообще знаешь, что такое кризис средних лет? — он приподнимает бровь. — Иди нахуй, а, — подает голос Чифую. — Можно на мой, — комментирует тот же высоченный парень. Кисаки опять фыркает. — Увидимся в школе, — говорит он и уходит вместе с тем парнем. Наконец-то. — Как он меня заебал, — вздыхает Ханагаки. Особо много на них никто не смотрел, так что можно не париться. — Не думал, что Кисаки увлекается подобным, — хмурится Мацуно. — Его вообще не поймёшь, — Ханагаки садится на корточки, хватаясь за помеченную голову. Чифую хотел было опуститься к нему, но остановился на полпути, услышав заветный голос. — Ой, Такемитчи, — улыбается Манджиро. За ним как по классике идет Кен и вроде этот Баджи. Такемичи сразу же выпрямляется, делает как можно лучший вид и также поворачивается к Майки, с самой ослепительной улыбкой на всём белом свете. — Привет, Майки, — с каким-то трепетом произносит он и неловко перебирает пальцы. — Вы с Кисаки знакомы, не? — он кивает Чифую в знак приветствия. — Да так, одноклассники, — отвечает Мацуно. — Одноклассники обычно так друг друга не ненавидят, — хмурится Кен. — Значит мы особый вид, — ухмыляется Чифую, опять пихая друга локтем. — Просто одноклассники? И всё? — выжидающе смотрит Майки. — А-ага, — Такемичи почесывает затылок, — Он придурок, — и хмурится. — Походу и вправду друг друга ненавидите, а? — улыбается это Баджи и почему-то Чифую хочется ударит ему ногой в лицо. Так, просто. — Это долгая история, — хмурится Ханагаки. — Я готов послушать, — отвечает Майки, с менее (как кажется Чифую) доброжелательной улыбкой. —Хорошо, — Ханагаки смущается, — Может потом. А вот это Майки, кажется, не понравилось, он дуется, нахмурив бровки. Мацуно думает, что его друг сейчас упадет. — Я не люблю секреты, Такемитчи, — говорит он. — Так это ж не секрет, — спокойно выдает Такемичи, — Я расскажу, обязательно. Потом. Как ни странно, рядом с Майки у Такемичи появлялся непробиваемый похуизм. То есть он не обращал внимания ни на что кроме него, и обязательно делал так как ему хочется, при этом выглядя, как родитель, обещающий ребенку купить игрушку. Мацуно только сейчас заметил. А с другими он как размазня, ещё бы, любовь творит чудеса. — Скучный ты, Такемитчи, — Майки оглядывается на Кена и Баджи, а потом опять на него, — Пошли, покажу тебе кое-что. Он хитро улыбается, пока Такемичи протягивает ему руку. Они скрываются где-то позади, а Чифую остаётся стоять там же, тяжело вздыхая. — Он точно погубит его, что ж дайте мне знать, когда Майки изнасилует Такемичи, — хмыкает он, получая смех со стороны этих двоих. — С текущими обстоятельствами это случится очень быстро, — кивает Кен. — Мне его ничуточки не жаль, — Баджи смотрит на Чифую. Почему-то хочется врезать этому смазливому личку. — Так что у вас там с Кисаки? — Ничего особенного, он просто ублюдок, — Чифую пожимает плечами. Баджи хмыкает, ничего больше не спрашивая. Они с Кеном куда-то уходят, а потом откуда-то не возьмись появилась Эмма и выудила его за руку в какое-то время, попутно спрашивая про мангу. Вспомнились ее слова где она говорила: "в их счастье вмешиваться нельзя" и ему почему-то интересно в чье. Того Баджи он это помнил, но там ведь был и второй? Интересно кто. Чуть дальше он видит, что тот парень с длинными волосами и штуками на рту, виснит на вроде-брате-а-вроде-нет того с косичками и выглядит ещё куда счастливее, чем когда он угрожал Такемичи. Ему кажется или он сейчас его засосет? Не показалось. В следующую секунду он хватает его и нагло просовывает язык в его рот. Этот Ран видимо очень этим недоволен, достал какую-то палку и грозится ударить ею ему по башке, но его останавливает какой-то здоровый парень с похуистическим лицом. — И часто у вас здесь так? — спрашивает он у не обращающей на это внимания Эммы. — М? — она поворачивается, чтобы посмотреть о чем он и продолжает. — Ага, Баджи с Казуторой постоянно так делают. То ссорятся, то мирятся, вообще их не поймёшь. — Почему ты сказала, что в их счастье вмешиваться нельзя? — вопрос вырвался быстрее чем он думал, а потому ему не по себе, когда они останавливаются, а Эмма удивлённо поворачивается на него. — Потому что, — заключает она. — Ты сам поймёшь. — Но ведь, если они счастливы, то никто и ничего не помешает им, — хмурится блондин. Эмма вздыхает, поворачиваясь к нему. — Они.. немного не стандартны, — получив удивленный вид, она продолжает, — Они оба ну.. их часто не любят из-за этого, поэтому они не хотят говорить об этом налево и направо, так что.. — Подожди, — прерывает ее блондин, — Они оба альфы? — Угадал, — слегка улыбается Эмма. — Проблемы с этим? — её взгляд сразу становится жёстче. — Нет, просто.. неожиданно. На минуту воцаряется тишина, прежде чем он говорит: — У меня кстати есть подобные манги, я может дам тебе даже почитать, — ободряюще улыбается он. Эмма не сомневалась. — Пойдем, — она опять берет его за руку и куда-то тащит.